Лимоны

В тёмном полупрозрачном пластике микроволновки отражалось задумчивое лицо Руи. — Какая навороченная, — изумился он про себя, а потом крикнул в коридор: — Джинхён! Ты где там? Посмотри сюда! Голос отдался эхом по подъезду — дверь была открыта, чтобы Хён мог беспрепятственно вносить коробки с вещами в новую квартиру. Теперь — их общую квартиру. Он пронёс мимо Руи очередную коробку и поставил к другим. Вместе они образовывали единую композицию. Только одна коробка стояла обособлено, чем нарушала гармонию, но не раздражала достаточно, чтобы её переставить. — Чем ты тут занят? — почему-то недовольно спросил он, тяжело выдыхая и смахивая со лба чуть влажные волосы. Руи так же тяжело вздохнул: — Проверяю, работает ли техника, — он отвернулся от микроволновки, , чтобы наградить своего парня презрительным взглядом, будто тот задал совершенно глупый вопрос. — Вот как, — Хён согласился, что вопрос был глупым, шагнул навстречу. — Работает? Руи хотел было играючи отступить, но позади оказалась кухонная тумба, так что он только вжался в неё. По мере приближения Хёна он отклонялся назад, и, когда смог увидеть трещинки на его губах, тихо сказал: — Сам посмотри, — он оставил рот заманчиво приоткрытым, удобнее упёрся руками в столешницу в расчёте, что сейчас его поднимут за бёдра и усадят на неё. — Доверюсь тебе, — Хён нежно поднял Руи за подбородок кончиками пальцев. — Осталось занести только книги и Виктора. — Он дал Руи короткий поцелуй, которого тот так ждал, и ушёл из кухни. Довольный Руи весело побежал следом: — Я возьму Виктора! Виктор — кактус, который они купили вместе пару дней назад, их первый совместный ребёнок. Он поселился на подоконнике кухни. В квартире до них никто не жил, по углам гулял мороз, но скоро новые жильцы согреют стены своим дыханием. Они будут варить рис и жечь ароматные свечи, но сначала им нужно расставить содержимое коробок по новым местам — построить их дом. Дом, который будет встречать привычным глазу светом, тёплыми носками на батарее, улыбающимися лицами на фотографиях, развешанных по стенам. Дом, где можно не прятать смех и слёзы, где уже через неделю будут отмечать день рождения Руи, а потом встречать новый год. — Кстати, Джинхён, — Руи позвал, ползая среди залежей различных предметов на полу. Он переоделся в мягкие штаны и растянутый свитер, чтобы они тоже привыкали к новому дому, Хён тоже запрыгнул в любимые треники и тапочки. На кухне оставили коробки только с тем, чему место на кухне, и открыли сразу все. — Ты нашёл? — он имел в виду лопатку, которая непременно должна висеть около плиты вместе с остальными половниками и шумовками из этого набора: без неё набор не имел смысла. Хён расставлял посуду на полках, тщательно продумывая, что и где должно стоять. — Моей будем пользоваться, — отмахнулся Руи и увидел, как к нему развернулось полное ужаса лицо. Зная, что сейчас Хён разразится речью о недопустимости перемешивания посуды из разных наборов, Руи заранее его перебил: — А что в той коробке? Ту коробку, которая стояла отдельно от всего содержимого кухни, так и не сдвинули с места. — Мандарины, — безразлично ответил Хён, будто эта информация сейчас была совершенно не важна, а важно только другое. — А соду мы купили? — Зачем? — Руи уже радостно поднимался с кафельного пола, мечтая наполнить рот сочными дольками и минутку отдохнуть. — Как зачем? — он отвлёкся и стал загибать пальцы, глядя в потолок. — Плиту чистить, например. — Детка, для этого есть специальные средства, — бросил он через плечо, сел на колени и уже поднёс канцелярский нож к скотчу, что защищал коробку от проникновения, как вдруг над ним нависла тень. — Чем это ты занимаешься? — бархатный зловещий голос раздался рядом, а тень превратилась в тепло и щекотку в области затылка. — Я собираюсь съесть мандарин, — твёрдо ответил Руи. Он уже предполагал, что сделал что-то не по плану, но не отступил. — Нельзя, — руку с ножом осторожно обхватила рука Хёна. — Это на Новый год. Руи спрятал лезвие и отпустил нож, чтобы переплести их пальцы. Когда он повернул голову в сторону, уже мог коснуться носом щеки Хёна. — Тебе почистить? — он соблазнительно поднял бровь, принимать отказ он не собирался. Хён не мог согласиться, но и слова против сказать не мог. Он подошёл слишком близко, его примагнитило к бесстыжим глазам, что смотрели на него с обожанием и нетерпением. Легко обмануться и вообразить, будто Руи хочет его, а не мандарин. Руи медленно отстранялся и снова приближался, незаметно меняя их положение, а Хён, одурманенный тёплым дыханием, следовал за ним. — Или ты мне почистишь? — прошептал Руи ему в губы. Он сел на пол, оперевшись спиной на коробку, ноги согнул в коленях — так образовалось привлекательное местечко, предназначенное для оседлания, а тело Хёна об этом знало и двигалось без подсказок. Стоило бёдрам Хёна приземлиться, Руи смял их руками, прижал к себе, желая слиться с ним в одно целое. На секунду он забыл изначальную цель, быстро облизал сухие губы и прикрыл глаза. Хён мгновенно почувствовал возможность перехватить контроль за ситуацией. Поцеловал, подхватил за спину, притягивая ближе. Руи расслабился, его большие пальцы утонули под резинкой домашних штанов Хёна. Они наконец съехались, больше никаких одиноких ночей, никаких долгих поездок друг к другу на метро, никаких отмен встреч из-за работы. Можно даже не спешить с разбором вещей, они никуда не денутся. А вот Хён слезет с бёдер Руи, если напомнить ему, что они были заняты делом, поэтому Руи кусал его губы и ласкал языком, царапал ногтями спину, чтобы Хён не отвлекался на глупости. Тот и не собирался отвлекаться, даже вознамерился диктовать свой темп — одной рукой нежно погладил по щеке, а другой пролез под свитер. Кожи коснулся прохладный воздух. — Детка, — Руи отстранился, но всё ещё легко касался губ, — а я получу свой мандарин? Хён закрыл глаза, медленно вдохнул через нос: — Только один, — и коротко поцеловал: намекнул, что разрешает нарушить его правила только из-за особого отношения. — Доставай, — Руи радостно пополз пальцами вверх по спине Хёна, сверкнул улыбкой. Дурашливой улыбкой, домашней. Хён пойдёт на любые преступления, лишь бы видеть её каждое утро. Даже даст ему то, что куплено к Новому году. Он взял брошенный нож и прополз чуть вперёд, чтобы вскрыть коробку, не слезая с Руи. Тот слышал, как за его спиной режется скотч, жадно смотрел на шею, что вдруг оказалась слишком близко. От мандаринов, должно быть, исходил сочный новогодний аромат, но обоняние его игнорировало. Руи чувствовал только родной запах кожи и кондиционера для белья, с которым Хён стирает. Теперь их вещи будут пахнуть одинаково. — У меня плохие новости, — вдруг напряжённо протараторил Хён и замер. — Хуже не придумаешь. — Ну что такое? — горячо прошептал Руи, готовый успокаивать любимого, что бы ни случилось. — Тебе мандаринов не доложили, или там кто-то уже завёлся? — Хуже, — Хён драматично понизил голос. Он бросил нож и отстранился, чтобы посмотреть Руи в глаза и крепко сжать его плечи, будто случилось страшное горе. — Там лимоны. Глаза Руи часто заморгали, он нахмурился, в голове происходил интенсивный мыслительный процесс. Очевидно, Хён взял коробку, не перепроверив её содержимое, и теперь будет неделю убиваться по этому поводу. Руи перестал моргать, посмотрел исподлобья с улыбкой — в этот раз опасной, хищной, поёрзал бёдрами по полу, принимая удобное положение. Он приблизился к скорбному лицу Хёна так, чтобы он мог почувствовать вибрацию его голоса. — Тогда давай сделаем лимонад.

***

Домашний лимонад! Понадобится: Лимоны 5-7 шт; Сахар 1 стакан; Вода по вкусу. Приготовление: 1. Выжать сок из всех лимонов, налить в красивую ёмкость, процедив через сито. 2. Сахар растворить в небольшом количестве кипятка, добавить в красивую ёмкость. 3. Залить водой до краёв. Подавать с кубиками льда, дольками лимона и мятой!