Километры твоего одиночества.

Серое небо с бегущими облаками, что скорее похожи на бетонную плиту. Мерзкая морось, которая вымочит одежду за считанные минуты. Стойкий запах чего-то противного, что присутствует только в больших городах. Это что-то - помесь дыма от бесчисленных печей, сырой земли, химозный аромат краски прессы... И угрюмости этого дня. Морде привык рано вставать, но сегодня он словно побитая собака. Ещё и сверху работы подкинули: нужно придумать, как разобраться с беспорядками в общественном транспорте. Недовольство женщин, пожилых людей, в добавок молодое поколение... Полное разочарование. Он сидел в своём кабинете за бумагами. Внимательно читал и писал предположительное решение. Но всё это было словно автоматизированно. Без прежнего задора. Непривычно. Тем более день такой... Какой, вероятно, видит Пендлтон. Он всегда говорил о том, что осень ужасна, скучна и мертва. А Зестиал хотел его переубедить, потому что видел в этом времени года некую прелесть. Однако сейчас он даже готов согласиться с мнением Моргалина. От части. Он чувствует, что при таком самочувствии каждый день, в независимости от погоды, времени года и суток, был бы испорчен. Он откинулся на спинку кресла и обвёл усталым взглядом свой стол. Беспорядок - так не должно быть. Может, уборка поможет ему расслабиться? Так часто говорила бабушка. Она сама в моменты злости или усталости могла весь особняк вычистить до блеска древесины. Служанки готовы были благословлять её. Тонкая улыбка проявилась на лице Морде. Воспоминания о всемилюбимой бабушке зажигают под сердцем безобидный, добрый огонёк, что теплит душу. Он встал изо стола и обошёл его. Взялся за первую стопку бумаг: помесь отчетов и бесполезных писем. Зестиал принялся сортировать их, разглядывая разноцветные печати и затейливые росписи. В один момент, когда в руках остался лишь один листок со странной жёлтой печатью, в которой можно было разобрать только подобие глаза, он замер. Брови сами по себе свелись к переносице, губы сложились в кривую полосу отвращения. После всего того, что сделала, эта тварь персона ещё осмеливается писать ему письма личного характера. А читая их можно было представить, с какой улыбкой отправитель писал. Мерзкой, злорадствующей... Он добился своего, но, сделал даже лучше. Если бы не произошло того, что... В общем-то и произошло, Зестиал не посетил бы ту деревню. Он выдохнул, улыбнулся, словно выиграл в споре, и, сначала смял бумажку, а потом разорвал на мелкие куски, выкидывая в мусорку. Подозвал слугу, приказав собрать накопившийся мусор, главное - сжечь макулатуру. Морде собрался снова перебирать документы, но его взгляд привлек маленький конверт с надписью "Заметила, как Вы на него смотрите, Господин. Не переживайте, я никому не расскажу!". И он вспомнил. Образ маленькой девочки, которая робко протягивала ему этот самый конвертик. И её улыбку, когда тот поблагодарил её. Медленно развязав синюю ленточку, он начал раскрывать бумажку, подобно цветку. Он полностью расправил подарок и обомлел. Чернилами был нарисовал Моргалин. Улыбающийся, с пришюренными глазами, словно в него плескали водой. Это... Будто кто-то остановил время... Идеально ровные линии, пропорции. Зестиал трясущимися пальцами коснулся рисунка. Здесь Пендлтон просто идеален. Морде, оправившись от удивления, достал из ящика пустую рамку. Бережно поместил портрет недавнего знакомого под стекло и вернул в ящик. На столе не стоит держать его, ещё начнут расспрашивать. Не хочется, чтобы у Пендлтона были проблемы. А такое, при профессии Зестиала, вполне возможно... Когда на столе было прибрано, а с работой покончено, Морде решил прогуляться по саду. Выйдя в коридор, он запер кабинет на ключ. Войти туда смогут, но только те, кому это разрешено, то есть - первой служанке. Она не просто верой и правдой служила их семье, по-сути, именно благодаря её самоотверженности Зестиал сейчас жив. Она принимала роды у его матери, а они были... Очень опасными. Вспоминая рассказы матушки о том, как он появился на свет, Морде всегда передёргивало. Странно, но в коридорах особняка никого не было. Обычно всюду снуются слуги. А сегодня так тихо и... Уныло... Душа не на месте, в груди всё сжимается. Словно у него что-то отняли. Отняли привычные дни, которые встречались с характерным энтузиазмом даже при болезни. Отняли возможность улыбаться искренне, заставляя натянуть эту чертову улыбку для людей. Отняли что-то, благодаря чему он всё это время спокойно жил... Спокойствие... Вот чего не хватает. Он начал замечать это ещё три дня назад, тогда ему порой становилось неспокойно. Когда его что-то злило, ему будто перекрывали клапан по подаче кислорода. Изредка накатывала тоска и не пойми откуда взявшееся волнение. И ведь это не проходило. До тех пор, пока он не встречался с ним. В тот день, когда Зестиал держал вроде бы хрупкое тело на руках, он не только боялся. Он радовался. Словно упал в сноп сена и сухая трава колит оголённую кожу. Приятно, чертовски приятно. А когда узнал его имя, произнесённое его же устами, его же тихим голосом, в сердце что-то взорвалось. Да так сильно, что тысячи мелких осколков впились в его нежные стенки. И лишь рядом с Моргалином было легко. Как ни с кем другим. Разлука - по воле Пендлтона - привела к тому, что острые частички только глубже и яростней рвали плоть. Это ужасно, просто невыносимо! Жизненно важно быть в присутствии того, кто привёл к этому взрыву. И, без сомнений, стоит задуматься над тем, как это осуществить. Прохладный ветерок отрезвил и прогнал бушующие мысли. Зестиал даже не заметил, как по инерции вышел в сад. Оглядевшись, стало чуть-чуть легче. Совсем немного, но уже лучше. Он шёл по вощёным дорожкам в глубь, в яблоневый сад. Некоторые из этих плодоносных деревьев посадил сам Морде. Это была традиция, которую завел прадед. Когда кто-то у кого-то случалось что-то важное, он садил здесь яблоню. Именно яблоню, и ни что другое. Глубоко вдохнув свежий, влажный после дождя, воздух, слабая улыбка вновь засияла на лице. Здесь так свободно. Это, наверное, самое родное место во всём Лондоне. Он шёл всё дальше, сквозь заросли некогда цветущих роз, через небольшую площадку с фонтаном. И вдруг, остановился. Широко распахнул глаза, сжал губы до боли. Что же его так удивило?... Лилия. Белая, прекрасная лилия. Цветет под конец осени, невероятно. Её точно не сажали, по крайней мере служащие особняка. Подойдя ближе Зестиал притронулся к нежным лепесткам. Такая бледная, хрупкая, холодная... Что-то напоминает. Кто знает, что управляло тогда Морде, но он приказал садовникам заботиться об этом цветке даже усерднее, чем за всем остальным садом. Однако, после его появления, осколки в сердце... Замерли. И не причиняли той боли. Интересно, к чему бы это? ** __)—(__ ** *** Сегодня в поместье Морде пришло особенное письмо - от самой королевы. По его содержанию можно понять, что пришло время действовать и начать вербовку талантливых жителей тех деревень, что он недавно посетил. Кстати о деревнях, Зестиал посетил всего две. Первая очень бедная и все жаждут переехать в город, поэтому, с ней можно не заморачиваться. А вот вторая... Среднего достатка, но благодаря способностям жителей очень развита, ни в чём не нуждается. И, судя по разговорам, что он слышал, мало кто желает покидать родной край. Всё зависит от решения главы... Стоит начать с одного человека, к примеру, того прекрасного инженера. Не стоит сразу напрямую вербовать, лучше работать мягче. Моргалин очень хочет получить высшее - на этом можно сыграть. Оплатить ему полное обучение, но после завершения учёбы он должен определённый срок работать на Морде. Тогда он убьёт двух зайцев одним выстрелом! И необходимый для спокойствия Пендлтон будет рядом, и приказ исполнит. Зестиал, которого осенила светлая мысль, схватился за бумагу. Даже думать толком не пришлось, текст лился сам. Первое письмо - королеве. Необходимо её одобрение. Второе - заранее подготовить главе деревни. Перепроверив пару раз на ошибки и содержание, он аккуратно запечатал письмо, поставив родовую печать: ярко-зеленый воск, рисунок паука. После, он подозвал слугу, чтобы тот передал письмо для доставки. Разумеется, королева довольно долго не даст ответ, у неё сейчас довольно много дел... Но всё равно стало в разы легче дышать. Что ж, он с нетерпением будет ждать ответа...