🤍«Когда омега решает сам»🤍

Ян Чонин ненавидел медицинские браслеты. Холодный металл плотно охватывал запястье, считывая пульс, температуру кожи, гормональные колебания — всё то, что он учился подавлять годами. Экран над дверью мигнул зелёным. СТАТУС: БЕТА. ДОПУЩЕН. Ложь прошла. Чонин выдохнул медленно, почти незаметно. Блокаторы жгли под языком, оставляя горечь, к которой он давно привык. Сегодня — двойная доза. Сегодня — первый день программы подбора стаи, и любая ошибка могла стоить ему не просто исключения. А свободы. Коридор центра был стерильно белым. Слишком чистым. Здесь всё было рассчитано на контроль: запахов, эмоций, реакций. Омеги обычно нервничали в таких местах — потому что их тут изучали, сортировали, распределяли. Чонин шёл как бета. Ровно. Спокойно. Без лишних взглядов. В зале ожидания уже были другие участники. Он почувствовал их раньше, чем увидел. Альфы всегда чувствовались иначе — плотным давлением в воздухе, будто пространство вокруг них становилось гуще. Один из них сидел, закинув ногу на ногу, плечи расслаблены, но взгляд цепкий. Хван Хёнджин. Чонин знал имя — досье участников были открыты. Рядом — Со Чанбин. Сильный, собранный, с тем самым выражением лица, которое говорило: я привык контролировать. Чуть поодаль — Бан Чан. Его присутствие не давило, но почему-то хотелось выпрямиться. Две беты — Хан Джисон и Ким Сынмин — спорили вполголоса, склонившись над планшетом с инструкциями. И омеги. Феликс сидел, сжав пальцы, будто готовился к удару. Его запах — тихий, ломкий, прорывался даже через официальные подавители. Минхо стоял у окна. Спина прямая, подбородок поднят. Его омежья сущность не кричала — она резала. Холодная, острая, неприветливая. Чонин сел между бетами, автоматически — так было безопаснее. — Первый раз? — тихо спросил Джисон, бросив на него быстрый взгляд. — Ага, — ответил Чонин, и голос не дрогнул. Сынмин нахмурился, будто что-то отметил про себя, но промолчал. Экран на стене ожил. — Добро пожаловать в Проект Согласованной Стаи, — нейтральный голос разнёсся по залу. — В течение следующих недель вы пройдёте тестирование, совместное проживание и этап формирования стаи. Напоминаем: любые попытки скрыть вторичный пол являются нарушением протокола. Чонин не поднял глаз. Я знаю. Он знал, что играет с огнём. Знал, что если правда вскроется — его заберут. Не спросят, не объяснят. Просто распределят туда, где будет «оптимальная совместимость». Без выбора. — Группы сформированы, — продолжал голос. — Группа А7, пройдите за куратором. Их имена высветились списком. Все. Одна стая. Чонин почувствовал это в тот же миг — лёгкое, неправильное тепло под кожей, будто что-то уже начало связываться. Он стиснул пальцы, заставляя себя дышать ровно. Хёнджин поднялся первым. Его взгляд скользнул по группе — и на секунду задержался на Чонине. Слишком долго для беты. Альфа нахмурился, едва заметно, словно уловил что-то, чему не нашёл объяснения. Чонин опустил глаза. Пожалуйста. Не сейчас. Он пришёл сюда не за стаей. Он пришёл, чтобы доказать, что даже омега может быть выбран — если о ней не знают. И он ещё не знал, что эта стая уже начала чувствовать его.