Take me

— Мира. У Маги, если честно, не было особого плана, кроме вывоза на собственной интуиции. Как и всегда, говорит он быстрее, чем успевает подумать, поэтому и сейчас терпеливо ждет реакцию на тихое среди шума толпы обращение. И Мира, действительно, слышит, неторопливо поворачивает голову в его сторону, бровью показывая, что внимательно слушает. Мага бесится, чувствует себя глупо и по-тупому уверенно — все вперемешку. Он любит тусовки, но не любит сомневаться в вещах, в которых обычно как рыба в воде. Сейчас между ним и Мирой слишком много людей, чтобы они могли поговорить, так что Мага кивает в сторону диванов справа от них в надежде, что не столкнется с сучьей упрямостью. Мира закатывает глаза чисто из вредности, что-то говорит на ухо Илье и забирает у него из рук стакан с чем-то, Мага уверен, ядерно кислым и сильно алкогольным. Идет в его сторону, поправляет челку. Весь из себя идеальный и нисколько не уставший. — Ты пропустил начало охуенной истории от Илюхи, а я пропущу конец. Ни, вот, себе ни людям, — Мага ухмыляется, пока они идут к диванам, садясь друг к другу лицом вполоборота. — Ну, давай, рассказывай сплетенки, слухи, все как мы любим. Мира делает глоток из стакана, опираясь локтем на спинку дивана. Голова потяжелела, лежит виском на согнутой кисти. Красивый пиздец, даже когда пьяный. — Что ты слушаешь? — Мага снова не дает себе время подумать и придумать пути для отхода. Мира на сто десять процентов поймет, что Мага спрашивает не просто прикола ради, а для каких-то целей. Простой ответ вряд ли прокатит, а сразу идти в отказ будет подозрительно. Так что Мага молчит, ожидая ответа. Мира не дурак ведь каким хочет казаться. И даже сейчас ни одна лишняя эмоция не проявляется на лице. Лишь спокойствие и немного блестящие от высокого градуса глаза. — Ты слышал мой плейлист, — отвечает. — Свободный доступ на спотике, ты разве не подписан? — Подписан, — руки предательски тянутся поправить волосы, — я не про него. Я бы хотел послушать настоящий. Мира щурится, но удивления на лице нет. Мага попал в точку на одних только предположениях. Хорошие новости. — У меня нет другого, — наверное, если бы он не выпил так много, то соврал бы лучше. А еще продолжил бы заговаривать зубы. Так что Мага улыбается и кладет голову на спинку, в моменте почувствовав победу. — Если там Ранетки или типа того, ты же знаешь, что я осуждать не стану, — Мага почти смеется, наблюдая, как Мира комично стоит ужас на лице. Чтобы не рассмеяться, приходится закусить губу. — Я знаю, что он есть, и мне хотелось бы послушать, что тебе нравится, — честность, хоть и не полная, все равно дается с трудом. — Если ты не хочешь, то все ок. Мага понимает, что лезет в личное, особенно к Мире — он не Мага, у него душа не на распашку, чтобы делиться личным со всеми. Даже с друзьями. И страшно просить о таком именно потому, что Мира знает, что через музыку Мага узнает людей глубже. — Ладно. Ладно? — Ладно? — Мага переспрашивает машинально. — Ладно, — Мира отвечает терпеливо, со слабой улыбкой. — Хочешь сейчас послушать? Мага не был готов. Вообще ко всему этому разговору, если честно, но конкретно в данный момент особенно. Мира, судя по всему, улавливает и смеется, почти сразу закрываясь стаканчиком, чтобы отпить. — Я телефон в номере оставил, — признается Мага после секунды размышлений. Тупо, пиздец. Смеяться хочется, как ребенку. — Похуй, — Мира с секунду ищет по карманам и достает телефон. Тянет стакан Маге, чтобы подержал, достает из другого проводные наушники. — Давай-ка, обмен. Смех пробирается наружу и Мага чувствует себя самым большим идиотом, из которого счастье хоть выжимай. Он так устал постоянно быть в напряжении, в вечном фокусе, что почти забыл какого это — испытывать радость от маленьких человеческих побед. Где никто в конце не становится проигравшим. И где? На мягком диване, в полумраке снятого на команду лофта, с Мирой, протягивающим ему проводное безобразие, которое больше никто не использует. — Чего ржешь, распутывай. Пока Мага кропотливо, не без заеба, пытается распутать узлы, Мира копается в телефоне. Слепо щурит глаза, иногда прерываясь на свою гадость в стакане. Когда с наушниками было покончено, Мира придвигается ближе, опираясь на Магино плечо и вытягивает ноги на подлокотник. Мага сползает ниже, чтобы было удобнее, и заглядывает в экран, стукнувшись головой о Мирину. — Извини, — получается тихо, но чтобы Мира расслышал. — Так и так ничего не осталось. Когда Мира включает первый трек, Мага почти верит, что это взаправду. Почти, потому что играет знакомый хаус, явно из общего плейлиста, но название другое и стоит замок — не соврал, действительно включил настоящий. Мага даже рад, есть время подготовиться хотя бы морально. Не то что бы он ждет чего-то особенного, потому что Мира не сильно шифруется какие жанры слушает, но и идея была не в этом. — Сделай погромче, — музыка из зала мешает, но Мага ни за что не поднимется с места, чтобы уйти куда-то еще. Музыка в наушнике становится громче. Правое ухо все равно улавливает посторонние звуки, но концентрироваться становится легче. Мира трясет в руках очевидно пустой стакан и усиленно, судя по выражению лица, думает. Тоже не хочет вставать. — Напиши парням, — Мира слегка поворачивает голову, чтобы посмотреть на Магу с вопросом во взгляде. — Попроси принести два стакана: один с чем-нибудь сладким, а второй кислятину твою мерзкую. — Ты пиздец, Мага, — Мира быстро моргает. — Все гении такие люди неприятные? Мага снова смеется, наблюдая как Мира пишет Илюхе в телеге и отправляет обязательный ебланский стикер в конце. Следующие треки Мага уже не узнает. Не похоже на хаус, но тоже мелодично. Спокойно. Как под теплым одеялом в зимние холода. Или теплой летней ночью в хорошей компании. Мага не решил что подходит больше. Но что точно понятно — Мире неимоверно идет. Илья подходит с двумя стаканами в руках несколько треков спустя. С самым дебильным еблищем, к которому никогда нельзя подготовиться. Мага ласково про себя называет это выражение «угадай че сейчас спиздану». — Спасибо, Илюх, — Мира тянется рукой за напитком, не отрываясь от плеча Маги. Не достает. — Заебал, дай хотя бы глоточек сделать. Мага молча наблюдает за страданиями Миры, улыбаясь. Илья ржет. — Блять, Илья, я умру прям тут от обезвоживания. Нужно будет раздобыть где-то водички. — Да я смотрю тебе тут неплохо, — отвечает Илья. — Можно и помирать. И все равно отдает Мире напиток. Кивает, довольный собой, когда видит, что Мира не плюется после первого глотка. Протягивает второй Маге. Сладкий, как по заказу — Илья хуйни не намешает. Мага кивает с благодарностью, ставит стакан на подлокотник слева от себя, поднимает взгляд снова на довольного Илью. — А вы хули тут сидите? — спрашивает он. — Наушники на себя напялили на тусовке. Как задроты. Мага сейчас — честность и несдержанный смех. Ответь он Илюхе сам, обрек бы себя на нудный, с привкусом ягодной электронки, разговор по душам. Возможно, когда-нибудь, Илья удивится и помолится, кому он там обычно это делает, что не пришлось самому силой тащить за ручку на балкон, но на сегодня у Маги другие планы. Поэтому он тянется обратно к стакану и отпивает несколько больших глотков, отсчитывая в голове секунды до того, как Мира найдет самый смешной, по его мнению, ответ. — Инфоповоды, вот, новые придумываем, — в итоге отвечает Мира. — Будем форсить, что Чешира на самом деле не существует, а главным в спиритах всегда был ты. — Ну конечно, а когда не форсили, — Илья выглядит не удивленным ни разу. — Вы когда свой консилиум планируете заканчивать? Ярик и Ден уже съебались, а я хочу еще прогуляться перед возвращением. Мага о возвращении даже не думал. В теле ощущается привычная усталость и в голове легкий туман от напитков, но, честно, он бы с удовольствием остался тут хоть на всю ночь, если бы Мира тоже этого хотел. Но об этом даже не стоит задумываться, так что Мага, готовый к тому, что Мира привычно выберет Илью, не без разочарования отстраняется, чтобы сесть ровнее и тянется к наушнику. Останавливается, услышав новый трек. Из закрытого плейлиста Маги. Что совершенно не удивительно, потому что Мага меломан, а публичный и закрытый плейлисты не сильно друг от друга отличаются. И все же, он смотрит на Миру, слышит совершенно не типичное для его плейлиста русское инди, замирает. Видит смазанный, освещенный цветными софитами, взгляд, хитрый прищур и еле заметную ухмылку на губах. И что-то во всем этом рождает в Маге чувство абсолютного понимания. Всего на секунду, пока Мира не отворачивается, чтобы обратиться к Илье. — Я выпью еще, — Мага слышит его голос как сквозь вату, улавливает лишь то, что мелодия в наушнике снова сменилась на знакомое, но уже из альтернативы. Мага пытается вернуть это чувство снова, чтобы зацепиться за ниточку. — …да, Мага? — А? Илья смотрит внимательно, Мира заглядывает исподлобья, намекая на то, что нужно что-то ответить. — Да, конечно, — отвечает в итоге интуитивно. И, вроде бы, даже правильно, потому что Илья хмыкает и машет на прощание, уходя. Атмосфера вокруг ощущается странной: незнакомой и нервной. Вероятно, это чувствует только Мага, как и острый прилив осознания чего-то важного, который он не успел расшифровать. Он пытается сконцентрироваться на людях перед глазами на импровизированном танцполе, но все внутри него сопротивляется, заставляя все-таки повернуть голову в сторону Миры. Без ожиданий, посмотреть своему страху прямо в глаза. Мира ловит его со смешинкой в уверенном взгляде и слабой улыбкой на покрасневших губах. Мага знает, что его настроение легко прочитать, особенно Мире, поэтому даже не пытается прятаться. Просто ждет очередную складную сказку с примесью обаятельного сарказма. Осязает кожей неизвестность, не скрывая собственной нервозности. — Ну, в-вот, бывают дни когда мы въебываем на линии, — Маге хочется засмеяться от отчаяния, потому что это чертовски предсказуемое начало. — И ты, даже если мы выиграли катку, все равно пиздец какой подавленный. Окей? — Окей? — Мага не знает, что на это ответить. Мира же тем временем подбирается поудобнее, опираясь на Магино плечо, даже ноги с подлокотника убирает. Отпивает из стакана перед тем как продолжить. — И ты не один пытаешься узнать что у людей на душе через их музыку. Это совершенно очевидно для них обоих. Вся эта затея с музыкой не была такой уж секретной миссией, Мира изначально позволил ему залезть глубже. Откопать ценное знание, которое Мага совершенно не может понять, каким бы важным оно не ощущалось. Проебаться сейчас все равно что откинуться назад в прогрессе на самое начало. Мага решает быть честным. — Я не понимаю, Мира. Мира выдыхает недовольно, отстраняясь. Мага в эту же секунду жалеет о том, что сказал, ощущая как страх подступает к горлу. Он хочет все исправить, но не успевает даже открыть рот, чтобы добавить что-то в оправдание. — Дай сюда, — музыка в наушнике перестает играть, перед глазами появляется ладонь. Мага смотрит на нее, как на мираж. Заставляет себя вытащить наушник и вложить в руку. Мага так же видит, как бумажный стаканчик, уже пустой, ставится на столик перед ними, и Мира поднимается на ноги, оставляя рядом с собой пустое и холодное. Горечь со дна раздражает язык, а после второй стаканчик опускается рядом. Мага думает о том, что стоит взять еще алкоголь, пока бар не закрылся. — Ты уже забыл что обещал илюхе? — Что? — Мага сейчас чувствует себя разбитым и пьяным. Так что обещания могут сдержать себя завтра, к тому же. — Не помню, чтобы что-то ему обещал. Мира смеется, заставляя магу обратить на себя внимание. Снова попался. Черт. — Ну да, конечно, — Мира снова протягивает ладонь, на этот раз ребром. — У меня телефон разрядился. В отеле дослушаем. Если хочешь. Снова заставляет посмотреть на себя и сомневаться в каждом сказанном слове. Только сейчас Мага, похоронив себя раньше времени, чувствует облегчение. И сдается, признавая себя дураком. Громкий неприкрытый смех, остатки тепла чужой ладони и плечо, что всю дорогу напоминает о себе легкими игривыми толчками, заставляют Магу чувствовать, хоть и не надолго, себя очень счастливым.

***

Номер встречает приятным полумраком, освещаемый единственным одиноко стоящим фонарем во внутреннем дворе. Уставшим от монитора и софитов глазам приятно, Мага не может удержаться от удовлетворенного выдоха. Судя по довольно прищурившемуся Мирославу, не только он рад наконец оказаться в номере. — Зарядка там, — Мира просто указывает рукой в сторону прикроватной тумбочки и скрывается за дверью ванной. Мага не удивлен, вот, ни разу. Подключить зарядку. Ненадолго прикрыть глаза от накопившейся за день усталости. Начать паниковать. Резко открыть глаза, уставиться на дверь. Странное чувство снова вернулось, оглушая своим присутствием. Мага практически никогда не бывает в ужасе, но именно сейчас это самое ближайшее, что он может опознать из всего вороха чувств, что он испытывает разом. Объективно, ничего не произошло, да и не чему происходить, верно? Они бесчисленное количество раз ночевали вместе на буткемпах, в отелях, друг на друге в аэропорту, да где угодно в общем-то. Не то что бы Мага собирался спать здесь. Ему совершенно не из-за чего переживать. — Че застыл? Мага дергается скорее рефлекторно. Разворачивается, видя перед собой слишком уж довольную, явно посвежевшую, морду и не удерживает себя от того, чтобы несильно ударить Миру в предплечье. А после отбивается от лезущих его щекотать длинных рук. Из-за привычной для них перепалки волнение уходит и Мага, отсмеявшись, решает, что умыться — отличная идея. Прохладная вода освежает. Они с самого утра тренировались, выжимая из себя максимум и даже больше, за что получили заслуженные два выходных дня и с легкой руки организованный Русланой вечерний тимбилдинг. Она наверняка знала, что никто долго не продержится. Мага усмехается, понимая, что они с Мирой в итоге ушли позже всех, хотя на часах еще нет даже полуночи. Выработанная дисциплина Корбена влияет на них даже в свободное время. Мага выбирается из ванной минутами позже: в комнате все так же темно, а сам Мира, переодевшись, уже валяется в позе звезды на кровати. — Сдох? — спрашивает. В ответ Мира лениво показывает средний палец, не открывая глаз. — Сучка. И прыгает сверху, стараясь не сделать больно. Они снова дерутся, привычно толкая друг друга локтями, коленями и всем, чем только можно достать. Сил ни у одного нет, так что через пару минут, запыхавшись, они просто падают на кровать рядом, сталкиваясь головами. — Завтра не встану раньше обеда, — говорит Мага в потолок, чувствуя, как Мира растирает ушибленный лоб ладонью. — Даже если Диман объявит сборы на инт вот прям щас. — Да-да, конечно, — Мира фыркает смешно, по-лисьи. Маге даже смотреть на него не нужно, чтобы знать какое у него выражение лица. — Ставлю пятьдесят евро, что к десяти ты уже сыграешь три паблика. — Бездарно проиграешь, — Мага не хочет серьезно спорить. К тому же, Мира прекрасно осведомлен о его нездоровом трудоголизме. Перед глазами загорается яркий свет, Мага рефлекторно закрывает лицо ребром ладони. — Сори, — Мира делает яркость экрана на минимум. Мага смаргивает и всматривается в заряд в пятнадцать процентов, а после на то, как Мира листает плейлист до того трека, на котором они остановились. — Мы все равно вырубимся к тому моменту, как он сядет, — отвечает на незаданный вопрос. — Я не переоделся. — Похуй. Следующим на очереди играет инди, которое они командой иногда включают на фон, когда отдыхают. привычное, знакомое, безопасное. Мага непроизвольно улыбается, прокручивая в памяти совместно проведенные вечера на буткемпе. Мира регулирует громкость, кладет телефон между ними, откидывает голову на подушки. — Заебался пиздец. Сейчас, конечно, это становится очевидно. Миру сложно застать в состоянии вроде этого, а услышать от него самого об этом честно, как сейчас, — почти невозможно. Всегда весел, бодр на сколько позволяют показать внешне половина из отведенных часов сна. Одна из причин почему с Мирой приятно играть — он не станет хандрить, если что-то идет не так. Из них двоих Мага отвечает за эмоции. Мага не может удержаться от того, чтобы рассмотреть его лицо: немного бледнее обычного, но ничего такого из-за чего стоило бы волноваться. Однако он все равно не может не спросить. — Может, ты хочешь отдохнуть? Я могу уйти к себе в номер. Мира недовольно цокает. — Лежи тихо. Мага смеется, потому что а чего он еще ожидал? Треки сменяются одним за другим, и каждый раз Мага с придыханием ожидает, что будет играть следующим: что-то играет из плейлиста Миры, что-то из общего, иногда играет что-то совсем незнакомое. Несколько треков из своего плейлиста он все же услышал. И это точно то, что понравилось бы Мире, но не настолько, чтобы добавлять их целенаправленно. У Маги вопросы в голове не формируются от слова совсем, поэтому он делает то, что ему наказали — лежит тихо. Только сильно позже, когда глаза уже почти закрылись, а тепло сбоку понемногу утягивало в сон, Мага слышит: — Ты ничего не понял, да? Мага с трудом разлепляет веки, видит перед собой совсем неявные очертания черной макушки, — когда он успел перелечь на бок? — щурится непонимающе. — Ты важен, Мага, — он чувствует, как Мира тычет пальцем в плечо. — И люди рядом хотят понимать тебя лучше, — Мира делает паузу, прежде чем дополнить: — Я хочу понимать. Мага ощущает этот момент между ними как сон. — А когда ты закрываешься от меня наушниками, понять становится сложнее, — поясняет Мира. Вот как. — Вот как, — говорит Мага, ощущая тепло, поднимающееся в груди. — А я уж подумал, что ты влюбился в мой музыкальный вкус. — Влюбился? — Мира делает вид, что задумался. Ухмыляется. — Может быть. А вот музыкальный вкус у тебя так себе. Мага задыхается. — Боже, — Мира смеется. — У тебя сердечный приступ случился? Мага, что с лицом? Может Мага реально умер? Сердце колотится в груди так, что заглушает тихое звучание музыки. — Мира. Чувство, преследовавшее Магу на протяжении вечера вернулось. Оно не оказалось новым. Мага жил с ним на протяжении дней, недель, месяцев до момента пока не осмелился попросить Миру показать себя в музыке. Он наконец понял что это. Надежда. Мира с такой легкостью дал ему ответ на мучивший вопрос, о котором Мага попросту запретил себе даже думать. И эта надежда, вперемешку со страхом и неуверенностью вернулась к нему с троекратной силой. Было логично предположить, что Мира единственный, кто может дать ему ровно то, что он искал. Даже если сам Мага не был уверен в том, что ищет. — Спи, Мага, — Мира откидывает телефон куда-то себе за спину, не озаботившись о том, чтобы поставить его на зарядку. — Поговорим завтра, если захочешь. Мага кивает, не способный выдавить из себя ни слова. Он просто смотрит в глаза Миры, в которых отсвечивает свет из окна, и понимает, что лучшего исхода и не мог ожидать. Мира подмигивает и отворачивается, бурча напоследок: — Когда будешь возвращаться с практиса, захвати кофе. Мага слышит в своем голосе улыбку, когда говорит: — Хорошо. И попадает в сон сразу, как смыкаются веки.