«Мир, где не всходит солнце»

Гараж был залит липким полуденным зноем. Санни казалось, что стены медленно сжимаются, превращая комнату в тесный гроб. В этом гробу было отвратительно мало места, от паники из-за клаустрофобии спасали только дверь и окна. Звуки гитары Кела и резкие удары Обри по барабанам отдавались в его голове тяжелыми молотами. Слишком много ненужного шума, который кружит голову. Слишком много какофонии. Он играл. Пластыри на пальцах казались просто помехой, что мешала чувствовать инструмент. Он выдавал тот самый «идеальный» такт снова и снова, пока в глазах не начинало темнеть. Не вложено в них ни души, ни эмоций. Лишь то дрессированное совершенство, что он воспитал в себе благодаря Мари. — Да сколько можно?! — Обри с грохотом кинула палочки на пол. — Санни, ты опять это делаешь! У тебя взгляд как у дохлой рыбы. Мы тут вообще-то стараемся, а ты будто спишь на ходу! Хватит нас тормозить своими вечными зависаниями! Это музыка, в ней должна быть душа! Тебе так сложно хоть немного вложиться?! Тебе настолько плевать?! Санни вздрогнул. Смычок соскользнул, издав жалкий писк. Он почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота, а руки начинают мелко дрожать. Ему вдруг стало так противно от себя... Боль в пальцах, заклеенных пластырями, взорвалась и будто провернулась внутри осколком стекла, выдирая куски живой плоти. — П-пожалуйста... — он едва слышно обратился к Хиро, который стоял рядом с Мари, обсуждая партитуру. — Х-хиро... м-мне... нехорошо... Хиро обернулся, на его лице застыла его фирменная мягкая, но абсолютно пустая улыбка. Возможно в неё была вложена эмоция, но Санни давно перестал пытаться различать его плоское и идеальное нутро. Он даже не взглянул на дрожащие пальцы Санни. — Ох, Санни, — Хиро слегка похлопал его по плечу, даже не прервав разговора с Мари. — Мы все сегодня немного устали. Жара, понимаешь? Просто попей воды, посиди пять минут, успокойся и возьми себя в руки. Не делай из этого драму, нам нужно поболтать с Мари. Ты же не хочешь расстроить сестру, правда? Иди отдохни и с новыми силами мы снова сыграем. Санни замолчал. Его просьба просто растворилась в воздухе, не встретив ни капли искреннего сочувствия. Стоит ли вообще о чёмто просить, если его игнорируют? Хиро же учится на врача, неужели все доктора так плюют на других? Или может просто даже Хиро наплевать на Санни? Если бы попросил кто-то другой, Хиро бы наверняка помог. Значит проблема в нём. Проблема в Санни. — Вы что, издеваетесь?! — голос Бэзила, обычно тихий и робкий, разрезал тишину гаража, как лезвие. Он вскочил со своего места, его лицо было бледным, а голос слишком громким для робкого мальчишки. — Вы что, совсем ослепли? Вы посмотрите на него! Ему плохо, он едва на ногах стоит! Хиро, ты же врач! Как ты можешь просто отмахнуться?! — Бэзил, успокойся, — холодно вставила Мари, не поднимая глаз от нот. — Мы все работаем на пределе. Санни справится. Не надо разводить панику там, где её нет. — О, ну уж нет, я не замолчу! Я сыт по горло тем, что вы плюёте на него! На то, что он не спит, не ест, играет на износ... И это твоя вина, Мари! Это ты его заставляешь репетировать часами, чтобы вышло так идеально, как нравится тебе! Ты просто дрессируешь его! Ты не видишь в нём человека, только то существо, которое нужно сделать совершенным только потому, что сама ты идеальной не станешь! Как можно беспокоиться о чём угодно и о ком угодно, кроме родного брата?! — Бэзил, прекрати — Хиро прервал его. — Ну уж нет, я выскажу всё! И о тебе тоже! Как можно отмахиваться от здоровья друга?! Как можно просто забить на это?! Кел, а ты? Как долго ты будешь продолжать бить шутками?! Я - не Санни, я не чувствую того, что он, но даже мне неприятно это слышать! Ты вообще думаешь, когда говоришь?! И Обри! Почему ты всегда срываешься на него?! Тебе людей мало?! Почему вы все замечаете только его ошибки?! Почему вы не замечаете достижений? Почему вы не видите, что сами ошибаетесь?! — Бэзил вздохнул, дабы перевести дух. — Никто не идеален. Вы не добьётесь совершенства такими действиями. Так вы только доводите, как вы не понимаете? ...я не буду продолжать этот спор. Но вы подумайте об этом. Я не хочу терять друга из-за того, что вам плевать. Пока Бэзил кричал на них, Санни перебирал пальцы, рвал кожу вокруг ногтей, рвал заусенцы и теребил подол футболки. Казалось, что он виноват в этом. И почему? Почему из-за него Бэзил ссорится с друзьями?.. Почему он вообще защищает Санни?.. Чем Санни заслужил хорошее отношение? Разве он вообще заслужил? Бэзил обвел друзей взглядом, в котором читалось полное отчаяние, разочарование, обида. В этом гараже было шестеро человек, но он чувствовал, что они с Санни остались абсолютно одни. Бэзил схватил Санни за руку и вывел из гаража. Они просто ушли и больше не вернулись. Зайдя за угол, Бэзил посмотрел на Санни, оглядел бледное лицо, синяки под глазами, руки. Как это больно выглядело. — Санни...идём ко мне? Я посмотрю что с твоими руками, посидим там спокойно...Полли приготовит что-то. Мари заберёт скрипку. Я считаю, что они неправы в своих действиях.. Санни лишь кивнул, не в силах сказать что-либо, и Бэзил взял его за правую руку, стараясь не касаться ожогов. На удивление сердце, заходившееся в бешеном темпе, успокоилось, а мир не казался таким шумным сейчас. Он будто стал рациональнее. Будто стал человеком, а не тенью среди друзей. Будто стал живым. *** Они дошли на удивление быстро. Когда они вошли в дом их встретила Полли, она что-то готовила. Бэзил и Санни поздоровались с ней, пошли в комнату Бэзила. Там было темно, но Санни не видел силуэтов или чёрного пятна. Интересно, это потому, что он с Бэзилом, или потому, что больше не так напряжён?.. Они сидели вместе на кровати при жёлтом свете лампочки и Бэзил, обработав раны Санни, что-то рассказывал про цветы, пока в дверь не постучали и не вошла Полли, чтобы позвать их на обед. Санни неохотно согласился. Сейчас он чувствовал себя "нормальным", но в голове всё ещё мысль, что он не заслужил. За столом они сидели вдвоём, Полли пошла полить цветы. Санни ковырял еду вилкой. — Ты чего не ешь? — спросил Бэзил, видимо заметив его действия. — Я... — начал было Санни, но осёкся. Стоит ли говорить Бэзилу правду? — п-просто не хочется... — это была полуправда. Ему правда не хотелось, он просто не сказал почему. Это ведь не ложь? — Санни...съешь хоть что-то, пожалуйста.. Ты так сильно похудел, я вижу твои кости... Мне больно смотреть как ты страдаешь. Как ты заставляешь себя страдать ради Мари. Нет, ради совершенства, которое хочет Мари. Бэзил покачал головой. А Санни, пересилив себя всё же начал есть. Кажется, только почувствовав вкус еды, он понял как голоден был на самом деле. Ради Бэзила он готов. Готов передать свои глубокие убеждения, что Мари права. Санни был готов придать Мари ради Бэзила. Это было тем высшим доверием, о котором Бэзил и не мечтал. Это было созависимость их друг от друга. *** Они вернулись в комнату. Бэзил стоял перед Санни, передвигая цветы обратно после того, что Полли их помыла. Молча, но это молчание, эта тишина была...другой, не как в гараже. Не как дома с Мари. Комфортной. Санни смотрел в пол. Не смотря на то, что благодаря Бэзилу он хоть ненадолго вырвался из депрессии, в разуме всё ещё читали мысли. Навязчивые мысли грызли его. Что он мешает, что он не заслужил, что Бэзил слишком добр, что Бэзил жалостен. Но самой обширной была мысль "почему". Почему Бэзил помогает ему? Почему просит заботиться о себе? Почему срывается на других ради него? Почему с Бэзилом всё по-другому? И все мысли вокруг Бэзила. Разве Санни заслужил такого хорошего отношения? Разве заслужил такого друга? Бэзил, будто услышав его мысли, присел рядом. Уж ему ли не знать что такое тревожные и навязчивые мысли. Он определил это на лицо. Бэзил не хотел нарушать личных границ, он посмотрел на Санни, будто спрашивая если можно. Когда Санни посмотрел в ответ одобрительно, пусть и не понимая, что именно одобряет, Бэзил обнял. Нежно, аккуратно, боясь причинить боль. Он был таким же сломанным человеком, как и Санни, но Санни определённо было хуже. Бэзил старался передать всю свою поддержку и доброту через объятия. Санни прикрыл глаза, расслабляясь. Появилось мимолётное ощущение безопасности. Сейчас реальность была пугающе чёткой, но пока он с Бэзилом - это не страшно. Бэзил за него. Они должны...нет, они будут держаться вместе в этой чёрной пучине жизни. Вдвоём.