Их дочь

В этом московском детском доме было не так много детей, в сравнении с остальными. Однако конечно у многих из них были проблемы. Настю считали трудным подростком. У неё не было друзей, она сбегала ночью гулять, училась ужасно, огрызалась с воспитателями и отказывалась говорить с психологами. Внешностью она особо не выделялась, глаза карие, кожа слегка бледная, волосы каштановые прямые. Как то раз психанув Настя самостоятельно состригла их выше плеч, так и ходила, ей понравилось, позже уже аккуратно она отстригла удлинёную челку. Нос прямой, ни большой ни маленький, губы обкусанные всегда. Самая обычная девочка. И стилем не выделялась сильно. Во первых в дет доме это было сложно, одежду им выдавали так что особо не выберешь. А во вторых чего ей выделяться, она хотела спрятаться наоборот ото всех и ходила в простых джинсах и толстовках, часто скрываясь за капюшоном. Одним серым октябрьским днём девочка как, и обычно, сидела на подоконнике в наушниках и рисовала в тетради простым карандашом. Половина листов уже были заняты набросками. Она не обратила внимание на очередную пару, что пришли сюда за ребёнком. Потому что Настя подросток, а таких в основном не берут, да и сама девочка не горела желанием попасть в семью – попросту не доверяла людям. Она ждала своих 18 лет чтоб наконец оказаться отсюда подальше и жить нормально, насколько это возможно.

***

Антон и Арсений спустя 2 года отношений узаконили их браком, а сейчас, через ещё 2 года после этого, задумались про ребёнка. Мужчины обсуждали вариант сурогатной матери, однако с их графиком ухаживать за маленьким ребёнком невозможно. Так что последний месяц они смотрели базы данных с сиротами, пару раз ездили в детские дома, присматривались к детишкам, звонили в опеку. И сейчас сидели в кабинете, перед ними разложили копии личных дел некоторых детей: их медкарды, анкеты, семейное происхождение и так далее. Арсений не досмотрел все личные дела и вдруг спросил соц педагога: – А можно ещё одно посмотреть? Там девочка сидела на подоконнике с тетрадкой. Я лица не увидел из-за капюшона, но волосы тёмные – Антон посмотрел на него чуть удивительно, они пока ни разу не просили так конкретно. Соц педагог Марина Павловна вскоре вернулась с нужными документами. Ларченко Анастасия Игоревна, 13 лет, 16.08.2008, попала в дет дом в возрасте 4-х лет, родители лишены родительских прав. Закрытая в себе, на контакт не идёт. Успеваемость в школе низкая. Далее шла и другая информация, вся которую только могли дать. Характеристики от некоторых воспитателей и педагогов – все отзывались плохо, и от мед сестры, она единственная написала что девочка хорошая, только намучилась бедная, потому и чудит. – Я бы не рекомендовала обращать на неё внимания. Настю уже несколько раз брали под опеку, но никто не смог справиться. Тем более с подростками всегда сложнее - нарушила тишину Марина Павловна. – Спасибо. Мы всё обдумаем и если что приедем еще раз. До свидания - Антон встал и слегка кивнул головой. Арсений повторил действие и тоже попрощался. Обсуждать всё они будут в комфортной обстановке дома. Проходит неделя, которая для Насти никак не отличалась от остальных. Но для двух мужчин на А это была неделя раздумий. Они не планировали брать в семью подростка, да и как заявляют проблемного. Да конечно, все дети из дет домов с сложной историей и всё же..Мужчины думали о парнишке или девчушке лет 6-7. Но что-то не дало Арсению просто пропустить взглядом одинокую фигуру на подоконнике. Кто-то бы сказал что это искра, мужчина больше склонялся к обыкновенному сочувствую. Но не всех же несчастных и обездоленых, которым Арс сочувствует в дом тащить! Как они выяснили ещё в машине, Антон тоже обратил на девочку внимание..Ладно, может эту несчастную и обездоленую стоит попробовать притащить в дом?

***

Настя направляется в свою комнату за своим блокнотом (явно преувеличенное звание для тетрадки в клетку с рисунками внутри) после ужина. Завтра была суббота, а значит никакой домашки сегодня и возможно, если она в очередной раз выберется на ночную прогулку, можно будет задержаться. На самом деле она не до конца понимала зачем ей эти ночные вылазки. Пыталась ли она сбежать насовсем? Нет. Бегала ли она с кем-то встречаться? Тем более нет. Ходила ли к какие-то конкретные интересные места? Тоже нет, скорее шаталась по району туда-сюда. Лишь бы не лежать в комнате на кровати глядя в потолок умоляя собственные мысли заткнуться. На неё давили стены её комнаты, самого учереждения, злобные взгляды днём от окружающих взрослых..Настя хотела подышать свободно. В этих раздумьях девочка не сразу услышала как её позвала по имени одна из воспитательниц. Когда по коридору эхом раздалась её фамилия Настя вздрогнула и вышла наконец из прострации. – Знакомиться с тобой приехали, Ларченко. Пошли - девочка округлила глаза. С ней? Знакомиться? Это с какого перепугу? Головой что-ли кто-то ударился?

***

Настя сидела на диванчике в одном из холлов, тут было что-то типа зоны отдыха, а напротив двое мужчин. Красиво выглядят они кстати. Один в широких чёрных штанах и фиолетовом худи, рядом лежала куртка. Настя подумала что у него очень классные кудряшки. А потом обратила внимание на руки, точнее пальцы, на которых красовались несколько массивных колец. Она взглянула на свои, тоже несколько украшений на разных пальцах, только выглядят они уже плохо и на коже вечно следы остаются от них. Потому что дешёвка. А у кудрявого явно хорошие и дорогие. На другом мужчине был белый свитшот, чёрные джинсы в обтяжку и такого же цвета пальто. Настя посмотрела на его лицо и тут же утонула в голубых глазах. На лоб немного спускались его тёмные волосы. – Здравствуй - произнёс голубоглазый - меня зовут Арсений – А я Антон - он приветливо улыбнулся – Здрасте... – У вас сейчас вроде свободное время, мы не оторвали тебя ни от каких планов? - Арсений первый нарушил тишину – Оторвали – Извини. Тогда мы недолго поболтаем и вернёшься к своим делам – А чем ты занималась? Что вообще любишь делать? – Не скажу. А вообще музыку слушаю. Гулять иногда хожу. ‐ сидящая рядом воспитательница недовольна поджимала губы. Настины односложные ответы с неприветливой интонацией её раздажали. Антон перебирал кольца, нервничал видимо потому что разговор не клеился. Но он перевёл взгляд на пальцы девочки и поймал её на таком же жесте. Кольца на тонких пальцах были потёртые, под ними на коже тёмные пятна из-за не очень качественного материала. Мужчина вернул взгляд на собственные руки, что-то оценил, стащил не широкое плоское колечко и протянул его Насте. – Как думаешь, подойдёт тебе? - девочка уставилась на него – Ну..э..не знаю – Померяй Настя взяла кольцо из чужих рук, оценила взглядом размер и явно не маленькую цену чёрт возьми, и надела украшение на большой палец. Село украшение как родное и ощущалось приятнее чем даже любимое её колечко. – Нравится? Можешь оставить - улыбнулся Антон. Арсений наблюдал за этой картиной и уголки его губ тоже ползли вверх. – С..спасибо. – А почему вы захотели познакомиться со мной? – А почему бы и нет? Чем ты таким отличаешься от других, что с тобой не стоит даже познакомиться? - Арс всё ещё улыбался, в словах слышался некий сарказм – Ну давайте я перечислю. Первое, я ребёнок алкоголика, это уже многих отталкивает. Второе, я здесь с 4 лет, что значит проблемы с развитием, ведь с каждым ребёнком индивидуально позаниматься невозможно. И третье, я закрытый, агрессивный, трудный подросток без друзей и увлечений. Это основное, но у меня проблем ещё вагон и маленькая тележка – Настя! А ну замолчи! Ты что себе позволяешь? - воспитательница недовольна выдержала, вскочила и прикрикнула на девочку. Но та и бровью не повела – А что, вы не согласны? Сами же меня недолюбливаете Женщина хотела что-то ещё сказать и была явно сильно возмущена, но Арсений поднял руки в примирительном жесте. – Не надо, всё в порядке. Она просто ответила на мой вопрос. Примерно всё тоже написано и в документах, только..не так в лоб - женщина поджала губы так, что они побелели и всё же села обратно, а мужчина повернулся обращаясь уже к девочке. – Твои родители это не ты, и даже на воспитание твое они не повлияли. И с развитием у тебя всё нормально, раз так написано в твоей карте. А проблемы есть у всех и понятно что в детских домах дети не будут открытые и радостные, но это разве значит что они не заслуживают счастья? – Не надо вот мне сейчас затирать про то что никто не должен быть одинок, семья и все такое. Нафиг мне это не сдалось. Я пойду пожалуй. - она встала с дивана и пошла в комнату. За блокнотом, который хотела взять сразу после ужина вообще то, а её отвлекли. Руки были сжаты в кулаки так что ногти впивались в ладони, царапали кожу, а на скулах ходили желавки от сильно сжатых зубов. Настю задели за живое, ведь разве она не заслуживает счастья? Поэтому она стала защищаться, хоть никто и не нападал, а всего лишь напомнили что она человек. Настя зашла в комнату с странной, тревожной пустотой в голове. Нет, не пустотой даже, звоном. Сперва было раздражение на мужчин, хоть они и не сделали ничего такого, а сейчас наступил ступор. Она стояла посередине комнаты, не двигалась, смотрела на тумбочку из которой собиралась взять блокнот. Отморев, Настя резко сделала то что собиралась и воткнула наушники в телефон, пустила провод под толстовку, направилась к своему любимому окну рисовать. На улице шёл очередной ливень, ряд освещал прямую дорогу и тротуар близ серых панелек. В их окнах тоже был свет. Где-то тёплое освещение уютной кухни, где-то едва виднеющееся моргание цветов - телевизор, где-то яркая холодная настольная лапма, где-то цветное освещение светодиодной ленты...Настя же сидела в полной противоположности этих живых домов. Снаружи здание было покрашено в белый, на нём красовалось несколько ярких треугольников и квадратов типа каких-то абстракций. А из всех окон был один и тот же ярко-белый противный свет, который резал глаза. Накинув капюшон, чтобы немного отгородиться от него девочка принялась рисовать вид из окна. И дорогу и тротуар, мальчика на прогулке со своей собакой, дом и его такие живые окна. Карие глаза слегка наполнились слезами. Почему? Она же давно приняла свою судьбу и хотела оставить всё как есть? Не хотела, но яро убежала себя в этом. Как и в том что ей не одиноко. И она определённо не несчастна. Да, счастья девушка не испытывала, но ведь у неё просто всё нормально. Она слушает музыку и рисует, это занятие ей нравилось всю свою жизнь, она ходит гулять и любуется всем окружающим миром. Всё вполне приемлемо? Но одиночество чувствовалось сильно. Страх будущего, травмы прошлого, непринятие, одиночество давили на неё, отсутствие поддержки на протяжении всей жизни давало ощущение, что так и должно быть, так у всех. Но новое кольцо на большом пальце, как будто все ещё отдавало чужим теплом и молчаливой поддержкой и посеяло сомнение, пошатнуло стену защиты, выстроенной годами. Одинокая слеза упала на бумагу. Настя быстро смахнула влагу с щеки и промакнула лист рукавом, чтоб рисунок не успел испортиться.

***

После отбоя Настя лежала в кровати с музыкой в наушниках и смотрела в потолок. Она дождалась пока пристальный контроль в коридорах прекратиться и она выйдет на улицу. Девочка тихо надела ветровку и кроссовки, взглянула за дверь. Чисто. Спустилась на первый этаж, прокралась в туалет в коридоре и вылезла через окно. Оказавшись сразу на заднем дворе подошла к металлическому забору-сетке и пролезла через знакомую дыру. Спустя час хождений туда-сюда по дворам и пародию на парк, Настя присела на лавочку, достала из кармана пачку сигарет и зажигалку. Сигарета затлела, она затянулась. Рано в 13 лет? Конечно. Но горький дым приятно согревал и успокаивал. Она экономила и курила редко. Всё таки не совсем самоубийца да и купить их было не так просто. В основном просила одного парня с которым постоянно пересекались в магазине. Он кажется знал что Настя из дет дома, но не спрашивал. Около 3 ночи Настя пробралась обратно, переоделась и легла спать. Уснуть как и обычно не получалось. Музыку уже не включишь потому что надо телефон на зарядку поставить и она ворочалась, пытаясь всё же поспать. Удалось ей это только через полтора часа. Утром в зеркале Настя увидела свои красные глаза и еще больше чем обычно заметные синяки. Наверное она выглядит как будто болеет. Сегодня надо поспать днём на отдыхе, решила девочка и пошла на завтрак.