мой способ любви

      мокрая покрасневшая киска полностью поглощала огромный член. бёдра чимина дрожали всякий раз, когда он скользил и вбирал собой твёрдую плоть. голые мышцы под пальцами ощущались раскалёнными до предела, и чимин цеплялся за каждый сантиметр, чтобы не потерять равновесие.       хосок под ним с ухмылкой наслаждался открытым видом — с чимина текло ручьём и ненасытная пизда не собиралась ни на секунду останавливаться, ведь прыгать на таком вкусном члене было весьма приятно.       чимин рыкнул на мужчину в нетерпении и следом ахнул — в ответ на дерзость хосок дёрнул его за бёдра сильнее на себя, фиксируя в одном положении и начиная вбиваться.       — нет, нет, нет, нет!       чимин заскулил от безысходности и упёрся лбом в его плечо. внутри всё распирало от чувства горячего члена, что с каждым толчком таранил матку. он знал и не рыпался — если хосок взялся за него, то больше не выпустит из захвата. несмышлёному котёнку скалиться на тигра было крайне опрометчиво.       с ним чимин всегда становился такой отчаянной шлюхой, как не было ни с одним его партнёром. все остальные трахали его приемлемо, чего было достаточно для обычной разрядки. хосок же не оставлял в нём ни капли сил, а после всегда позволял остаться в своей постели.       пизда хлюпала, а задница тряслась, ничем не сдерживаемая, от чего чимин задышал чаще, почувствовав приближение оргазма. было так жарко, нестерпимо сладко, крышесносно хорошо. он задыхался над сильным телом, что управляло им, как марионеткой.       хосок, сцепив зубы, замедлился, впиваясь хватом ладоней в мягкие бока. его разрядка была ближе, чем казалось — в чимине было до невыносимого тесно и мокро, он сжимался на нём так правильно и умолял одним только трогательным сведением плечей, обнимая за шею, зарываясь пальцами во влажные волосы.       младший пролепетал ему что-то невнятное, когда хосок мягко провёл рукой снизу вверх по его взмокшей спине, а после заставил поднять голову. чимин уже рассыпался, но хосок удерживал подбородок, подчиняя смотреть глаза в глаза.       и чимина плавили взглядом не хуже расскалённой до предела звезды.       хосок заскользил до основания, плавно, тягуче, вновь набирая темп, и, несдержанно рыкнув, вбился глубже, ещё, и ещё, от чего по комнате разлился непристойный звук шлепков. чимин в его руках сокрушённо сглотнул с гортанным звуком. это добивало.       — чимин. — выдохом в дрожащие губы.       больше он не останавливался ни на секунду.       стало остро.       чимин всхлипнул и зажмурился, раскрыв рот. из разрушенной пизды брызнуло и полилось нескончаемым потоком. он дрожал всем телом, крошась на части в своей уязвимости, судорожно хватаясь за единственную опору под собой.       так не было никогда и ни с кем.       залив хосока и простыни, чимин неверяще увёл взгляд и, не успев провалиться в свои мысли, вздрогнул, когда старший насадил его до основания в последнем телодвижении, кончая внутрь с низким рокотом.       оба тяжело дышали и боялись нарушить тишину, но, всё же, хосок на пробу ласково огладил трясущиеся плечи и мягко притянул чимина ближе к себе.       — невероятный.       он прошептал это в зардевшееся ушко, не сдержав улыбки, не давая и повода уйти в себя, на что чимин обмяк в объятиях, шлёпнув его прежде ладонью по груди, и так же тихо зашептал:       — у меня чуть сердце в пятки не ушло. что ты наделал?       хосок на это рассмеялся и нагло дёрнул бровями, решив оставить этот вопрос без прямого ответа. он двинулся, выскальзывая из раскрытой до предела киски, срывая дрожащий стон с губ напротив. всё вокруг блестело и было таким мокрым, что грех было не попробовать.       перевернув взвизгнувшего чимина на спину, хосок примкнул к его нежной распухшей пизде ртом, зацеловывая её всю, пробуя на вкус сладкий сок, слизывая его с каждой складки. на мгновение он заслушался низким голосом чимина, что тяжело стонал от каждого движения, и прижался носом, шумно вдыхая густой запах, продолжая оглаживать языком вход.       чимин выгнулся под ним, попытавшись вырваться из-за затопившего смущения, но хосок прижал его бёдра, ворвавшись внутрь, под протестующий визг начиная высасывать свою сперму, которую сам же загнал так глубоко.       сладкий. он весь был сладким и бесконечно нежным, но при этом и острым, таким непокорным. хосок поднял взгляд и еле сдержал желание захохотать. медленно выходя, он вновь зацеловал нежные складки и наконец оторвался, крайне довольно облизываясь.       чимин лежал, заслонив лицо руками, его грудь вздымалась, а ноги чуть подрагивали. хосок подтянулся к нему, с улыбкой отводя руки от заалевшего лица, и чмокнул заскулившего чимина в нос, напоследок выбивая своими словами воздух из лёгких.       — в следующий раз готовь попку, будем падать с тобой ниже пяток.