Уязвимость

Тишину в спальне Питера разорвал безжалостный звук будильника. Питер застонал, уткнувшись лицом в подушку. Четыре часа сна, вчера было два. Он механически потянулся, и острая, знакомая боль в боку заставила его скривиться. Пулевое ранение, полученное три дня назад, заживало мучительно медленно, как будто его паучья регенерация уснула вместе с ним от переутомления. «Ничего, сойдет» - прошептал он себе, натягивая футболку. Школа, домашние задания, стажировка у мистера Старка, вечерние патрули… Слишком много всего. Каждые сутки были похожи на головоломку, которую он едва успевал собрать, постоянно роняя детали. На стажировке он едва не уронил спектрометр – руки дрожали от усталости. Тони поднял бровь, глядя на него. – Ты сегодня похож на зомби. Карапуз, все в порядке? – Да, все в порядке, мистер Старк! – бодро, почти слишком бодро, ответил Питер. – Просто… думаю над задачей. Тони что-то заподозрил, Питер это видел. Но признаться? Сказать, что он едва держится? Что каждый прыжок отдаётся болью в ребрах? Нет. «У него и так дел по горло, а тут еще и я со своими царапинами». Да и мистер Старк и так часто волнуется. Начнутся лекции, приказ «сидеть на скамейке запасных». А город? Люди? Он не мог этого оставить. Патруль проходил в тумане, он действовал на автопилоте: поймал грабителя, помог бабушке донести сумки, снял кошку с дерева. Но паучье чутье то вспыхивало тревогой, то затихало, словно заглушенное ватой. И лишь когда он пролетал мимо Башни Мстителей, его вдруг ударило волной чистого, леденящего адреналина. Тревога, минуемая что-то плохое. Он забрался на крышу небоскреба рядом с Башней и замер. Внизу бушевал хаос. Звук репульсоров, щит Капитана Америки, рык Халка – но все было не так. Они дрались друг с другом. Стив Роджерс с пустым взглядом метал свой щит. Черная Вдова сражалась с Соколиным Глазом, а Тони… Железный Человек с неестественным угловатым полетом летал и стрелял из репульсоров. Питер приземлился, сердце колотилось о ребра. Из-за обломков вышел худощавый человек, в сером костюме, поверх которого был одет белый халат. Он щелкал пальцами, словно дирижер. – А вот и наш паучок! – голос Тони стал сладким и ядовитым. Незнакомец повернулся. – Я – Доктор Себастьян Кроули, Арахнид. И я уже заждался тебя. – Что вы с ними сделали? – крикнул Питер. – Усовершенствовал – улыбнулся Арахнид. – мои наноботы-клещи подавляют моторную кору, оставляя сознание в ловушке собственного тела. Они все видят, слышат и понимают, но ничего не могут поделать. Внутри брони Тони бушевала тихая истерика. «Питер! Уходи отсюда!» – кричал его разум, но его тело лишь подняло руку, нацеливая репульсор. «Нет-нет-нет, не на него!» Тони видел, как бледен Питер, как он чуть горбиться, защищая бок. «Он ранен. Черт возьми, он ранен еще до этого!» Питер бросился в бой. Это был кошмар – не навредить, обездвижить, спасти. Как драться с Капитаном Америка? Как стрелять паутиной в Наташу? Он метался, опутывал их, приклеивая к стенам. «Простите, простите, пожалуйста» – бормотал он. Халка едва успел опутать усиленной паутиной, когда тот уже заносил кулак над Клинтом. Пока Тор и Соколиный Глаз, избежавшие контроля, сражались с Халком, Питер рванулся искать Тони. Он нашел их в полуразрушенном атриуме. Железный Человек стоял неподвижно, а перед ним, спиной к Паучку стоял Арахнид. – Зачем все это? – спросил Питер, вложив в голос всю твердость, на которую был способен, но голос предательски дрогнул, несмотря на все старания. Он так смертельно устал. – Не думаю, что захват Тони Старка – лучший способ продвинуть свой стартап. Кроули рассмеялся и медленно обернулся. Его глаза, светлые и холодные, как лед, пронзили Питера насквозь. – О, это не про Старка, это про тебя, Паук. Не поверишь, но я просто обожаю пауков – его голос был сладок, как сироп. – А ты, малыш, самый интересный экземпляр за всю мою карьеру. Живой образец совершенства. Я десятилетия потратил, пытаясь синтезировать то, что есть у тебя! Твоя паутина, твоя регенерация – ключ к эволюции. Но у всего есть ахиллесова пята… «Уходи, прошу тебя, Паучок!» – кричал где-то в глубине сознания Тони. Он видел все, видел, как его мальчик пытался стоять прямо и скрыть весь свой ужас и страх. И он, Тони Старк, гений, миллиардер, Железный Человек, был беспомощен, как младенец. Его ярость не имела выхода, превращаясь в ледяной ужас. – Зачем этот цирк? – перебил его Питер, сделав шаг вперед, стараясь выглядеть увереннее. – Если тебе нужен был я, мог бы попробовать без шоу. – О, я пробовал! – оживился Кроули, засунув руки в карманы. – Ты слишком хорошо защищен. Твои назойливые, надоедливые друзья всегда вмешиваются. – Он с презрением махнул рукой в сторону замершего костюма Тони. – Так что пришлось нейтрализовать их, превратив их защиту в угрозу. Элегантно, правда? Теперь выбор за тобой, идти со мной добровольно… - он с театральной медлительностью достал из кармана изящный пистолет. – или я заставлю твоего «железного папочку» разобрать тебя и себя на запчасти прямо здесь. – Никогда! – Крикнул Питер и шагнул вперед, чтобы обезвредить Арахнида. Но не успел Питер закончит шаг, как раздался выстрел. Он выстрелил. Питер должен был увернуться, всегда увернулся бы. Его рефлексы, замедленные усталостью и болью, сработали поздно. Он попытался прыгнуть в сторону, но нога подкосилась, острая боль пронзила бок – чуть ниже старой раны. – А-аргх! – Питер согнулся, схватившись за бок. Сквозь пальцы сочилась кровь, теплая и липкая. Он выпрямился, стиснув зубы, и посмотрел на Кроули. – Знаешь ли… одной пулей меня не взять. Я не из робкого десятка. Кроули улыбнулся, широко и искренне, как ребенок, видящий долгожданную игрушку. – О, но это не простая пуля, дорогой мальчик. – Он поднес пистолет к глазам, любуясь им. – Ты знал, что для многих пауков мята – смертельный нейротоксин? Я лишь… усилил эффект. У Тони внутри все похолодало. «Мята?» Он был в ловушке, даже не имея доступа к своему ИИ. Он только мог наблюдать и догадывается, что Питер бледнеет от ужаса. «Это…это же базовый биологический факт. Как я мог это пропустить? Как я мог не прогнать каждый возможный аллерген. Я не проверил. Я НЕ ПРОВЕРИЛ!» Питер побледнел, его глаза расширились от ужаса. Поток холода пополз по венам. Мир закачался. – Видишь? Наука прекрасна. – голос Арахнида звучал как из-под воды. – Я… я предпочитаю корицу – выдавил он, пытаясь шутить, но ноги уже становились ватными. – Для печенья… она… лучше. И тут краем глаза Питер увидел движение. Сзади к Кроули крался Клинт Бартон, натягивая тетиву. Но щебень под его ногой предательски хрустнул. Арахнид молниеносно развернулся, наводя пистолет на лучника. В его глазах вспыхнуло раздражение. – Надоедливая мушка… Питер действовал на автопилоте. Его рука дернулась, и струя паутины ударила в пистолет, вырывая его из рук Кроули и отшвыривая в сторону. Враг на мгновение отвлекся. Этой секунды хватило. Из последних сил, пока холодный ментоловый туман сжимал его сознание, Питер рванул вперед. Один точный, расчетливый удар – и Арахнид рухнул без сознания. Питер повернулся к Клинту, шатаясь. Голова кружилась, земля уходила из-под ног. – Клинт… - его голос был чуть больше шепота – скажи Хэппи… чтоб в мохито… мяту не клал… И тьма нахлынула безжалостной волной, поглощая свет, звук и боль.

***

Первым вернулось обоняние: стерильный запах антисептика, жженого кофе. Потом писк приборов и низкий, напряженный голос. Питер открыл глаза. Белый свет резал глаза, но тут же приглушился. – ПЯТНИЦА дорогая, приглуши освещение на 70% – тут же прозвучал голос. Питер медленно открыл глаза, он увидел белый потолок мед-базы Башни. Повернув голову, он увидел его. Тони Старк сидел на краю кровати. На нем была мятая черная футболка и потрепанные джинсы. Темные круги под глазами были почти такими же глубокими, как у самого Питера. Он что-то яростно печатал на голограмме. – Мистер… Старк? – голос Питера звучал хрипло и слабо. Тони вздрогнул, голограмма в его руках растворилась. В его глазах бушевала буря: ярость, страх, бесконечная усталость и облегчение. – Не двигайся. Как себя чувствуешь? – Все… нормально. – автоматически ответил Питер, сразу же спросив: – А вы? Остальные? Клинт? Никто не пострадал серьезно? – Все целы – отрезал Тони. – Все, кроме одного упрямого, самоотверженного, невероятно глупого паучонка, который решил, что сможет геройствовать с дырой в боку. – голос дрогнул. – Он ввел в твой организм концентрированный ментол, Паркер. Он чуть не остановил твое сердце. – голос Тони был хриплым от бессонных часов, проведенных за поиском антидота и анализом. Питер потупил взгляд. – Я не знал, что это настолько… – Я ТОЖЕ НЕ ЗНАЛ! – вырвалось у Тони, он сжал руку Питера так крепко, словно боялся, что его унесет ветром. – Я гений, миллиардер, плейбой и филантроп… И я не удосужился до того, чтобы прогнать элементарный биологический справочник на предмет угроз для тебя! А я даже не подумал проверить растительные токсины для паукообразных! Я видел, как он выстрелил в тебя, и я тогда ужасно испугался, я даже не догадался, что это может быть что-то против чего у тебя нет защиты! Я был так занят броней и гаджетами, что пропустил то, что может узнать любой школьник на уроке биологии! – он глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки, но голос все равно срывался. – Я ошибался, по-идиотски ошибался. Я смотрел на тебя как на супергероя, на… на продолжение своих идей. А не как на живого человека с уникальными способностями, и хрупкой биологией, о которой я знаю далеко не все. Питер смотрел на него с широко открытыми глазами. Он никогда не видел его таким – разбитым, просто смертельно напуганным человеком. – Вы… вы спасли меня. – Ты спас нас всех, малыш – поправил Тони тише – Я так горжусь тобой. И так напуган, что готов запереть тебя в самой безопасной лаборатории. Но не буду, потому что это неправильно. Они смотрели на друг на друга в тишине. В Питере боролись желание извиниться и простая потребность в утешении. Питер не сдержался, он сдвинулся, игнорируя слабость, обвил Тони руками и уткнулся лицом в ткань его футболки. Тони замер на долгую секунду… затем воздух с шумом вырвался из его легких. Он обнял Питера в ответ крепко, почти болезненно, одной рукой прижимая его к себе, а другой запустив пальцы в его спутанные кудри. – Больше никогда так, понял? – прошептал Тони ему в макушку. – Да, сэр – прошептал Питер, и в его голосе наконец не было ни страха, ни напряжения. Только усталость и покой. За дверью послышались сдержанные шаги и тихие голоса – Стив и Наташа дежурили в коридоре. Хэппи, пробравшись к двери и увидев через стекло эту сцену, хмыкнул, его уголки губ незаметно приподнялись, и оправился за двумя, а то и тремя пиццами. В комнате, залитой мягким приглушенным светом мед-базы, Тони Старк так и сидел, обняв своего паучка-подростка. Он не отпускал его, даже когда ровное дыхание Питера сказало ему, что тот уснул. Он просто сидел, гладил его по волосам и смотрел на жизненные показатели на мониторе, где линия пульса отбивала тихий, устойчивый ритм. Каждый спокойный пик на экране, каждый вздох Питера растапливал последние осколки ледяного ужаса в его груди. Тони прижался щекой к макушке Питера и наконец позволил себе расслабиться. Самое страшное было позади. Завтра будет новый день, новые испытания. Но прямо сейчас, под моторный писк аппаратуры, он чувствовал только безмятежную тяжесть на руках и безграничное облегчение. Он закрыл глаза. Его мир, который несколько часов назад рушился, снова обрел твердую опору. Главное было спасено, а остальное они переживут.