Чудовище, погубившее мир

            Свистящий звук мяча. Жужжание огромных ламп. Как же хочется вернуться в кровать, а не сидеть вот на этой жёсткой зелёной скамейке.       — Йо, ты тот самый новенький, да?— голос был как-будто из иного мира. Он заставил вынурнуть Лёшу из сонного небытия.       — Ой, да-да, я Лёша, Лёша Грушин, — резко представился сидящий на скамейке парень.       — Какой-то ты нервный. Я Мстислав, Мстислав Кабиров, твой одноклассник, только что приехал с соревнований.       Он подал руку Лёши, помог ему встать. Мстислав был высоким и спортивным парнем, его зелёные глаза вечно оценивали происходящее, светлые волосы были заплетены в хвост.       — Ооо, Славянтус вернулся, — послышался голос у входа в спортзал, это был Сава, за которым в припрыжку шёл Макар.       — Парни, здарова, — лицо Мстислава раслылось в улыбке.       Церемония приветствий прошла успешно. Постепенно зал наполнилися учениками 11-го А. Это был обычный урок физкультуры, Лиза решила не проводить вместо него репетицию танца. Именно поэтому пришла лишь половина класса, не более. В основном это были парни, но Лёша не увидел, например, Маню и Виталю. Из девочек были Василина, Лена и, к удивлению Грушина, Айлун. Однако они сидели в женской раздевалке, никак не участвуя в игре.       Команды, конечно, получились интересные: Гоша, Паша, Лёша, Виктор, Сава и Макар против Мстислава, Тимофея и Кирилла. Несмотря на численное преимущество, вторая команда наголову громила первую. Виктор оказался никакущим в волейболе, бил либо слишком сильно, либо слишком слабо. Паша избегал мяча, Макар больше придуривался, чем играл. Сава, Лёша и Гоша пытались что-то сделать, но Мстислав и Кирилл были профессиональные спортсменами. Без шансов.       Гораздо интереснее было то, что происходило в раздевалке парней после физкультуры. Сладкий ягодный пар наполнял комнату с зелёными стенами. Полуголые одиннадцатиклассники, непонятно ради чего, пытались сорвать замок на двери в подсобку. Затем Кирилл надел на свои плечи ремни, представляясь «Dungeon master». В какой-то момент своими приставаниями Макар настолько надоел Саве, что тот решил ударить его шортами. Так началась глупейшая битва одеждой. Лёша сталь наблюдателем настоящей физкультуры. Господи, какие же искажённые могут возникнуть из-за происходящего здесь?       Эта мысль резко напомнила Лёше о том, что он, вообще-то, сейчас посреди войны за судьбу школы.       «Ты догадался, да?».       Оказалось, что это было не последнее сообщение Даши вчера. Затем она призналась, что Андрей действительно её бывший. И, якобы, Лёша догадался именно об этом. Никакой речи об искажённом мире. Да только Грушину казалось, что изначально она имела ввиду именно его и всё, что там происходит. Мысли не рассеиваются именно из-за Даши, в этом же и заключается и её сила? Но откуда тогда красные нити? Одному тяжело разобраться, а Тима, чёрт его дери, дрался сейчас своей футболкой с Кириллом.       Надо было бы найти М. М., но после вчерашнего разговора об оружии Лёша ещё ни разу не видел этого уборщика. Пока Грушин размышлял об этом всём, в раздевалке остался лишь он и Тимофей. Тот, когда убедился, что дверь плотно закрыта, сел рядом с Лёшей и начал свой допрос:       — Ну? Ну? Что расскажешь, что мы будем делать? — Тимофей говорил как-бы шёпотом, но если бы кто-нибудь стоял рядом с дверью, то услышал бы его.       — Ой, Тима, мне тебя бы надо с кое-кем познакомить, — Лёша наконец-то пробудился от оков своих мыслей. — Но нам надо быть аккуратными, Даша, я уверен, поняла, что мы знаем о её тайне.       Грушин достал телефон и показал сообщения девушки. Тима пару секунд вглядывался, после чего тяжело вздохнул:       — Вот к чему все эти игры, нельзя, бля, открытой быть, без этих намёков..       — Зато скучно не будет.. Погоди, Тима, ты случайно не знаешь, где в школе есть зеркала?       — Браток, не помню, в туалетах..где-то да ещё есть, но не знаю, не помню. Но чем тебя не устраивают туалеты?       Лёша тяжело вздохнул.       — Даша выбрала играть втихую, значит, мы должны поддерживать эту игру..       — Схуяли? Мы дадим ей манипулировать нами и сейчас? — Тимофей нервно перебил Грушина. Последний слегка опешил, но потом продолжил:       — Слишком подозрительно, может, она всё ещё не одна здесь. Ладно, пойдём на обществознание, на переменах побродим по школе.       Тима фыркнул, после чего парни отправились на первый из двух уроков обществознания.       На первом уроке Ольга Алексеевна разбирала тему по социологии, кажется, девиантное поведение. Лёша пытался слушать, всё-таки он сдаёт, но из его внимания никак не могла уйти Даша. Она забежала в класс последний, буквально под звонок, не успела ни с кем поздороваться кроме Арины. Красноволосая девушка слушала Ольгу Алексеевну, она ни на секунду не отрывалась на телефон, соседку по парте или других одноклассников. В целом, класс и так был очень тихим на уроках истории и обществознания, однако этот урок ощущался особенно зажатым?       Скрежет ручек, переглядывания Савы и Макара. Вот сейчас Лёше точно хотелось бы раствориться. Рассеяться. Прямо как искажённый. Взгляд Грушина постоянно метался от Даши к Виктору, от Виктора к Тиме, от Тимы к тетрадке. Колотилось сердце. Никто не делает ничего необычного, но почему так тревожно?       Наконец-то прозвучал звонок. Ольга Алексеевна выгнала каждого из кабинета, мол, проветрить надо, потому что «стафилококки свои разносите здесь». Ребята начали расходиться кто куда, Лёша хотел подойти к Тимофею, но их резко разделила Даша.       — Лёша, ты обиделся? — холодным и каким-то пустым голосом спросила красноволосая у парня. Тот, во-первых, не ожидал, что она пойдёт таким путём, во-вторых, что она подберёт такие слова. Он слегка попятился назад, но всё-таки ответил. Поддержал, как ему казалось, игру:       — Мне кажется, что я имею полное право на это: ты меня обманула, а потом ещё обвинила в том, что не смогу проводить, не веря в объективную причину, — Лёша говорил спокойно, без ноток агрессии.       — Извини, правда, я.. Лёшка, я ничего плохого тебе не желаю, мне и самой тяжело.. Я теряюсь немножко, я правда боялась Андрея, не знала, как тебя ещё убедить, — Даша опустила глаза на пол, пока говорила.       — Хорошо, я прощаю тебя. Ничего страшного не произошло. Всё? — Лёша попытался обойти её, чтобы подойти к Тимофею.       Даша грустно посмотрела на Лёшу, кивнула, и пошла куда-то быстрым шагом.       — Что за херь, правда, чё она лепит то? — Тимофей беспардонно обратился к Грушину, который смотрел вслед девушка.       — Не знаю, Тим, пойдём прогуляемся.       Парни отправились обследовать школу, предлог был максимально прост: экскурсия для новичка. Однако были они в поиске зеркал.       — Слышь, браток, я всё ещё не догоняю, зачем нам искать другие зеркала, — спросил Тимофей.       Лёша не раздражался от вопросов Тимы, но он просто не понимал, как до него не доходит, по мнению Грушина, очевидное.       — Ах, Тима, во-первых, из-за туалета я перенёс и тебя в искажённый мир. Собственно говоря, из-за туалета меня и Андрей туда перенёс. Опасно! Во-вторых, мы будем выглядеть уж слишком подозрительно, если каждый раз будем вдвоём вбегать в один и тот же туалет, обыскивая его в надежде, что там пусто. В-третьих, так слишком легко нас поймать в ловушку. Каждый раз надо выбирать иное зеркало, я думаю. Или хотя бы не туалетное.       — Брехню какую-то несёшь. Кроме последнего. Вот в последним ты зафактил, признаю, — Тимофей окончательно сдался под навесом аргументов Лёши.       Итак, парни обошли достаточно много мест для 20-ти минутной перемены. Ими были отмечены все возможные мужские туалеты(про которые, во всяком случае, знал Тима), зеркала в гардеробах и в столовой. Некоторые туалеты Тима считал подходящими, например, туалет для мальчиков в глубине начальной школы. Но Лёше как-то было неловко даже думать об этом. Зеркала в гардеробах и в столовой всегда окружены вниманием: там и камеры, и люди постоянно вокруг. Короче, пока им не удалось найти подходящее зеркало.       Начался второй урок обществознания, который прошёл также напряжённо. Даша уткнулась в работу, которую раздала Ольга Алексеевна для сдающих, и вновь ни на что не обращала своё внимание. Собственно говоря, Лёша был в таком же положении, потому что работа была какая-то уж слишком сложная.       Урок, к счастью для всех, окончился. Лёша узнал важную информацию на перемене перед физикой: во-первых, он теперь обедает, потому что позвонила его мама и записала в эту категорию, во-вторых, по средам после 7-го урока у сдающих биологию дополнительное занятие. Передала это ему Василина, нервно кивая своей маленькой головой.       Однако куда более важная мысль посетила Лёшу на самом уроке. Так вышло, что он увидел в лабораторной зеркало. И его осенило. В лабораторной кабинета биологии тоже есть зеркало, так туда ещё и доступ свободный, в отличие от кабинета физики. Итак, первый вариант нетипичного зеркала есть.       Сам урок прошёл в атмосфере всеобщего страха. Кажется, весь класс боялся сделать лишнее движение. Ну, почти весь. Сава и Макар спокойно разговаривали с Евгенией Викторовной, свободно шептались между собой, доставали Виталю, который сидел перед ними. Как-будто они были всевластны на этом уроке. Кое-что и изменилось в Даше. Она была не так сосредоточена, была спокойнее, что-ли, иногда что-то шептала Арине. В конце концов, прозвучал звонок на перемену, и 11-А моментально выбежал из кабинета единой массой. К счастью, на уроке разбирали теорию, поэтому никто не получил никаких плохих оценок.       Следующим уроком была география, вёл её Евгений Яковлевич.       — Мужик очень увлечён своим делом, но вайбы у него, конечно, слегка педофильские, — так сказала о нем Арина.       — Мне нравится Евгений Яковлевич. Он много знает, много где бывал и много чего видел. Задания у него соответствуют географии, не типичны, — так отзывался Виктор.       — Хз, он влепил мне тройку, я на него обиделась и решила больше не сдавать ни одной контурной карты, — призналась Айлун.       Не сложилось единого образа в голове у Лёши.       Довольно большую часть перемены перед географией он снова провёл с Тимофеем. Решили продолжить изучение школы. Школьная библиотека результатов не дала, кабинет труда — тоже. А вот подвал стал неожиданным открытием.       Вообще, это был тир. Захламлённый шкафами, стульями, партами. Пыль, ощущение упадка и тишина. Вдали виднелся кабинет ОБЖ, но он был заперт. В одном из шкафов парни нашли треснувшее зеркало.       — Давай, да, наконец, вот это уж точно что-то нетипичное, тут нас никто не ожидает! — Тимофей аж вскрикнул. Он моментально коснулся зеркала, думая о искажённом мире.       Но никакой вспышки. Ничего. Лёша тоже попробовал. Не-а.       — Да етить его..       — А чего вы ожидали, это давно сломанное зеркало, никакого скопления эмоций вокруг него не происходит, — прозвучал неожиданный голос из темноты. Оттуда вышел молодой человек со шваброй.       — М. М.! Наконец-то, Господи, мне надо столько всего тебе рассказать, — Лёша прямо-таки кинулся к уборщику. — Смотри, это Тима, мы вместе с ним одолели Андрея Гончарова в искажённом мире, теперь он не представляет нам угрозу, более того, мы узнали, что мысли скапливаются в школе из-за Дарьи Марковой, нашей одноклассницы.       — Погоди, Грушин, вы что сделали? — М. М. спросит с каким-то недовольством. — Одолели Гончарова? Выяснили причину проблем школы?       — Да-да, я и Тима!       — Сап, Тимофей Шпет, ученик 11-А класса, — представился парень, на что М. М. кивнул:       — Неплохо. А зачем вы носитесь по школе в поисках зеркал?       Лёша объяснил, что Даша, кажется, знает о догадках парней, поэтому сейчас ведется какая-то тихая игра, надо быть максимально осторожными. На это М. М. тяжело вздохнул.       — Грушин, ты, конечно, делаешь успехи, но до гения тебе далеко. Как же будет не подозрительно, если два парня спускаются в условный подвал каждую перемену! Просто используйте зеркала разных туалетов, но, главное, убеждайтесь, что они пусты. Если не пусты, приходите в другой раз. Тебе нравится всё усложнять, да?       Лёша сокрушительно замолчал. В его голове всё ещё казалось логичным искать какие-то небанальные места перехода в искажённый мир, но Тимофей с ухмылкой хлопнул его по спине, обозначая свой статус победителя. Тогда Алексей перешёл в контратаку:       — А ты сам-то где был, когда мы с Гончаровым сражались, а?!       — Был здесь, в подвале. Я тоже искал ключ к красным нитям, но не нашёл. Я тоже работал, Грушин, — М. М. не обиделся на контратаку Лёши, более того, на лице у него была лёгкая ухмылка.       — Ладно, извини, я погорячился, наверно, — Алексей отступил.       М. М. посмотрел на часы, после чего уже сам устроил опрос:       — Хм, говорите, Даша Маркова виновата в том, что мысли в искажённом мире не рассеиваются так, как надо? Но с чего вы это взяли?       — Да нам Андрей сам признался, — Тима решил ответить за Лёшу, который ещё был смущён собственными действиями. — Мы его хорошенько так отмутузили, дак он сразу признался нам, хе.       — Ну, ещё я рассеял его искажённых, которые были основаны на его нездоровой любви к Даше, — как бы поправляя друга, вмешался Грушин в диалог.       — Мне моя версия больше нравится, — съехидничал Тима       — Ладно, я понял, понял, — М. М. пресёк возможный спор. — Значит, мы сейчас ведём борьбу именно с ней. Источник красных нитей не известен, также как и точное количество наших врагов в этой борьбе. Что-ж, если я что-нибудь интересное раскопаю, найду вас. А пока — бывайте.       Уборщик не дал вставить ни единого слова Тиме и Лёше, махнул рукой и пошёл в сторону закрытого кабинета ОБЖ, который, кажется, собирался мыть. Тима поинтересовался:       — Он всегда такой?       — Ага, — ответил ему Лёша.       Парни вернулись к кабинету географии, который находился на первом этаже около библиотеки. У кабинета они увидела Виктора, который сидел около двери и смотрел в пустоту. Из кабинета были слышны возгласы одноклассников.       — Эй, Витька, чё сидишь приынувши? — обратился к сидящему Тима, присев на уровень Мефодьева.       — Тимофей, привет. И ты, Алексей. Да я так, просто, передых небольшой. — голос Виктора был каким-то слишком холодным. Тима мгновенно посмотрел на Лёшу, у которого в голове что-то щёлкнуло.       Грушин вспомнил про сон, про безответные чувства Вити к Даше, про собственное желание спасти его. Чувства и мысли оседают в искажённом мире, а теперь, когда ясно, что это из-за Даши, то Виктор находится в ещё большей опасности. Наверняка красноволосой особенно приносят удовольствие чувства и мысли о других о ней, как это было с Андреем.       Алексей кивнул Тиме, после чего они отошли от Виктора ближе к коридору, который вёл в кабинеты труда. Там никого не было. Мефодьев, как будто и не заметил.       — Ну, надо бедолагу вытаскивать из этой залупы, — шёпотом начал Тима.       — Да, ты прав, но прямо сейчас? Успеем ли мы добежать до туалета? — Лёша знал, что в искажённом мире у них очень много времени, а вот в реальном — 8 минут до звонка.       — Прямо щас, сука, да. Смотри, здесь есть служебный туалет, он обычно открыт, давай попробуем.       Парни подошли к служебному туалету, и, как предсказывал Тимофей, он был открыт. Они зашли и осмотрелись: внутри было пусто, свет не горел. Лёша быстро заперся изнутри, после чего они с Тимой отправились к зеркалу. Получилось.       Фиолетовая вспышка. Непрекращающийся поток мыслей. Ребята вышли из туалета, в голову потекли непрекращающиеся мысли. «Кому вообще нужно это ОБЖ?», «Почему дети меня не слушают, неужели я настолько плохой учитель?», «Как же меня заебала эта география», «Надоело мне работать за гроши!».       — Слух, мысли какие-то чересчур взрослые.. Ну, некоторые, — Тимофей отсматривался, прислушивался.       Лёша кивнул. Несмотря на всё, на этаже было достаточно достаточно спокойно. Облака были, как-будто, менее прозрачными? Грушина удивило, что вокруг стало появляться больше зелёного цвета. Из подвала появился М. М.       — А, вот почему туалет был открыт, — удивился Лёша.       — Грушин, Шпет, вы попали на поле моего эксперимента. Здесь власть Даши ослабла, я перебил почти каждого искажённого, однако в других частях школы всё стало гораздо хуже, — тон М. М. был более холоден, чем обычно.       — Ты случайно не видел сильного искажённого, посвящённого неразделённой с Дашей любви? — Лёша и сам пытался додуматься, где могло изначально возникнуть это чувство, но не мог.       — Хм, попробуй посмотреть на лестничной клетке около русского языка, между вторым и третьим этажем.       — Точно, я совсем забыл, там же был их разговор! Спасибо! — Лёша сразу же побежал в сторону той лестничной площадки, где еще в понедельник видел разговор Даши и Виктора. Ведь именно тогда у него возникла мысль о спасении. Ну, немудрено, что такое забудется, столько всего произошло. М. М. хмыкнул, предупредив:       — Там опаснее, чем ранее.       Тима махнул рукой, побежав скорее за Грушиным.       На втором этаже действительно всё стало жутко: фиолетовые стены были в красных нитях, облачков стало совсем меньше, а по этажу свободно бродили искажённые.       — Вот дерьмо, — в руках у Лёши сразу появилась рапира, Тимофей материализовал свои кастеты в след за ним.       Чтобы попасть к необходимой лестничной клетке парням надо было пробежать сквозь один не очень длинный коридор, но и он был заполнен различными рода искажённым. Большинство из них было слабыми, но всё-таки они представляли некоторую опасность. Да и были среди них сильные.       — Погнали, браток, разнесём этих уебанов, — Тима не стал ждать действий Грушина, он ринулся вперёд на искажённых.       «Почему он меня бросил, я же все делала для него», пронеслось в голове парня. Он не обратил внимание на эту мысль, которая исходила от какой-то искажённой старшеклассницы. Она была одета как горничная, в руках был поднос, а вместо человеческого лица была крысиная мордочка. Тима быстрым ударом выбил из её рук поднос, затем ещё быстрее ударил её по лицу: та отлетела в стороны других искажённых.       Лёша, тем временем, сражался с двумя искажёнными старшеклассниками, похожими на пчёл: у них, вместо человеческих голов, были пчелиные, а торчали крылышки, а руки были мохнатыми. «Работать, работать, работать. Кем я буду, если сейчас не посвящу всё время учёбе?», — такие мысли текли в голове Грушина. Они буквально налетели на парня, тот защитился рапирой и отошёл назад, готовясь контратаковать. Одной пчеле он подрезал руку, а другой, продолжая удар, задел бок. Искажённые отлетели чуть назад, открывшись, и Лёша устремился вперёд. Одной из пчёл он рассёк брюхо, после чего та упала на пол. Другая, в это время, со спины ударила Лёшу своей мохнатой лапой, но тот устоял, хоть и слегка пошатнулся. Парень быстро контратаковал: сделал разворот через через левое плечо и метким ударом он разрезал красный ошейник на шее искажённого. Точно также он сделал и с лежавшим искажённом.       Пчелы рассеялись. Те искажённые, которых повалил Тима ударом, начали постепенно вставать. Среди них были уже школьники-чёрты, школьницы в масках, те, у кого вместо головы были книжки, школьники-пчёлы.       — Тима, их много..       — Ты, сука, прав, но я только начал, — Тимофей ринулся на толпу искажённых. Лёша поспешил за ним.       «Без этой оценки меня домой не пустят», колющий удар в глаз, разреш по шее, нити снова впитываю искажённого. «Ах, да как же я ненавижу этих учителей», хук правой, джеб, разорван ошейник, искажённый превращается в облако, которое впитывается нитями. «Он меня не замечает», режущий удар по ноге, апперкот, искажённый отлетает в других монстров.       — Слышь, браток, эти искажённые, когда я уничтожаю ошейник, не просто в облачка превращаются, а вливаются в эти.. нитки, — заметил Тима, пока боксировал с одним из чертов.       — Это странно, правда.. — Лёша не успевал это обдумать, ему приходилось уворачиваться от очередного тарана школьника-пчелы.       Они смогли прорваться через эту топлу искажённых, осталась школьница в костюме горничной и какой-то старшеклассник, полностью состоявший из камня: лишь школьный костюм на его каменном теле да жёлтые глаза таковыми не были.       Тимофей накинулся на школьницу: та пыталась защититься своим подносом, но парень своим ударом вновь выбил его, после чего разорвал на искажённой ошейник. Сразу же Тимофей накинулся и на школьника из камня. «Почему вы меня обижаете? Что я сделал не так? Я ничего больше не буду говорить», — промелькнуло в голове у Тиме, на что он совершенно не обращал внимание.       Удар кулаком, бах! Никакого эффекта.       — Сука, блядь, как об настоящий камень, — Тима пятился назад, треся своей повреждённой рукой. Кажется, его раж закончился.       Лёша тяжело дышал, кажется, сражаться с толпой ему куда труднее, чем Тиме. Каменный искажённый имел два жёлтых глаза, которыми с тоской смотрел на Тимофея и Алексея.       — Глаза, Тима, отвлеки его, — Лёша готовился к выпаду.       Тима кивнул, начал подходить к этому каменному искажённому, но тот резко схватил его за руку, пытаясь её сжать. Тогда Лёша посчитал, что это будет идеальный момент для удара по глазу: просчитался. Искажённый другой рукой схватил и Грушина, у того выпала рапира. Парни пытались вырваться, но безуспешно.       Неожиданно каменный школьник ослабил хватку. Он зажмурил глаза и начал опускаться на колени, издавая некое подобие мычания. Парни вырвались, Лёша поднял рапиру и разрезал ошейник искажённого.       Тогда стало видно Андрея. Он был в крови.       — Теперь мы квиты, парни, — сказал Гончаров с победной ухмылкой.             — Андрей, что ты, блядь, тут делаешь? — Тима как-будто взревел.       — Эй, Тим, я в искажённом мире по-больше вашего нахожусь, так что не надо тут на меня кричать. Хаха, я просто провожу здесь свою перемену, как вы встали против Даши, всё стало куда интереснее!       — Андрей, послушай, сейчас действительно опасно, — Лёша пытался вразумить этого смуглого паренька, который только недавно освободился от чар Марковой.       — Да завались, Грушин! Я не спрашивал мнения какого-то сопляка, занимайтесь своим делом, а я просто буду скрашивать свой досуг! — Гончаров, как только сказал это, отправился в кабинет русского языка, где продолжил орудовать своей битой.       Тима хотел погнаться за ним, чтобы попытаться облагоразумить, но Лёша схватил его за руку:       — Тим, не ему мы должны сейчас помочь.       — Ай, блядь, ты прав.. Ладно, газ, — сказал Тимофей и отправился на необходимую парням лестничную площадку. За ним пошёл и Лёша.       Они добрались до пространства между вторым и третьим этажем. Нити всё ещё обволакивали стены, они обволакивали и перила, и окна, и потолки. Перед взором парней оказалась ледяная глыба. Точнее, наполовину. Левая часть искажённого выглядела как неограненный кусок льда, а правая как прекрасная ледяная скульптура Виктора с закрытыми глазами и поднятой рукой вверх. Этот искажённый не двигался, не открывал глаза и рот, но аура от него исходила сильная. Правда была она какой-то печальной, чувствовалась безжизненность.       «Я не могу без неё. Она должна меня любить, всё говорит об этом», — промелькнуло в голове у Лёши и Тимы.       — Бред, он вообще не понимает девушек, — сказал Тимофей, разминая кулаки.       — Бедный парень, — Лёша встал в боевую стойку со своей рапирой, — но где же его ошейник..       Неожиданно в парней полетели льдины. Лёша и Тима побежали в разные стороны, пытаясь окружить искажённого, однако в них всё еще летели эти ледяные снаряды. Тима со всей дури ударил одну, та рассыпалась. Тогда на его лице расплылась улыбка: сила его удара достаточно для разбитая льда.       — Лёх, не знаю, где там у него нитка, но будь готов! — Грушин ещё не успел среагировать, а Тимофей уже ринулся прямо к искажённому.       Парень замахнулся и сильным — ударом разбил голову ледяную голову ледяного Виктора, после чего искажённый повалился на пол. Только вот град льда на парней усилился: он буквально пошёл с потолка.       — Я вижу, вижу, нитка внутри, а ну-ка! — Тимофей прохрипел, пытаясь взять искажённого целиком. Несмотря на то, что лёд был достаточно скользким и холодным, у парня получилось поднять его на достаточное количество времени, чтобы кинуть в стену. — Ааааргххэ, почему все мои друзья страдают из-за этой бабы?!       Искажённый влетел в стену, разбился и из него вылетела небольшая красная нить, которой был обязан красный цветочек. Лёша подошёл к нему, разрезал нитку.       — Видимо, есть у него что-то романтического, а? — спросил Тима, глядя как осколки льда и роза исчезают в воздухе.       — Ну, не я же с ним учусь 11 лет. Пойдем отсюда, — Лёша чувствовал себя очень усталым.       Обратно к зеркалу туалета первого этажа около библиотеки парни вернулись без проблем, потому что Андрей продолжал буянить в том же месте. Грушин не верил, что он делает это от скуки. Да и в честь чего искажённый мир стал таким? Эти красные нити теперь повсюду. В чём же всё таки заключается сила Даши? Парни слегка передохнули, путём концентрации соединились с энергией зеркала и смогли излечить раны, полученные в этом мире. Затем они вернулись в обычную школу 76.       Времени прошло 6 минут.       Когда они вышли из туалета, то увидели, как Даша говорила с Виктором. Во взгляде последнего что-то поменялось. Огоньки, что-ли, заиграли?       — Вить, ты же сделаешь за меня эту табличку по социально-экономический ситуации в Восточной Азии? — спрашивала Даша очень наигранно-сладким голосом.       — Нет. Хватит. Дарья Александровна, вы мне даже спасибо не говорите, я устал быть вашим «хорошим другом». Найдите других, — сказал Виктор и уверенной походкой пошёл в кабинет. Кто бы знал, что у него бешено билось сердце.       Даша пару секунд стояла в ступоре, покусывая нижнюю губу, но затем перевела взгляд на Тиму и Лёшу. На её лице возникла нервная ухмылка, он подмигнула парням и ушла в кабинет.       — Кажется, Витька мы спасли, но это красноволосая, блядь, я ничего уже не понимаю, — Тима пытался как-то проанализировать всё случившееся.       — Да, началось настоящее столкновение. Ставок больше нет, — Лёша был очень хмурым.       — Чо?       — Эх, Тима, сейчас всё становится посерьёзнее. Но пойдём, пожалуй, на географию.       Парни зашли в кабинет, рухнули на свои стулья, и чуть сразу же не заснули. Даша иногда поглядывала на них странным взглядом, кусая свою нижнюю губу. Виктор выглядил каким-то взъерошенным, руки у него слегка потряхивались. Макар и Сава, которые сидели перед ними, перешёптывались:       — Че эт с ними ваще, — Сава говорил шёпотом, но громко, чтобы Тима и Лёша слышали, — усталые какие-то.       — Да из-за женщины небось, — отвечал Макар в таком же тоне. — Или из-за долгов. Лёша, у тебя есть долги?       Грушин лишь вздохнул, передав всю мировую тоску в этом вздохе. Ему весело в этой школе, но не хватает Игарки. Сердце застучал чуть сильнее.       Ничего особенного в учителе географии новенький не заметил. Ну, рассказывает себе и рассказывает что-то, очень тихо, кстати. Урок прошёл, Лёша с Тимой уже сидели в столовой. Они молчали, нет, Тимофей пытался что-то сказать, но Грушин лишь отмахивался.       — Лёша, да заманал рукой махать, — разгорячился Тима, при этом он сам резко двинул руку, уранив стакан с компотом.       Грушин молча посмотрел на растекающуюся красную лужу. В голове вспыхнул пожар страшного воспоминания. Сёма упал первым, его порезали ножом. Снег вокруг его тела становился красным. Бежать. Надо бежать, их много, у них оружие. Карате не поможет. Быстрее, быстрее. Родя остался один. Родя..       Глаза у Лёши стали безжизненными, на лбу выступил пот. Тима опешил:       — Браток, ты чего это?! Ау, Лёха!       Грушин поднял на него взгляд и резко вернулся обратно в настоящее.       — Вспомнилось кое-что, я.. позже расскажу, — парень говорил очень тихим голосом.       Тима был обеспокоен, но ничего не сказал, пожал плечами и продолжил дожёвывать свою порцию ленивых голубцов. Грушин расплылся по стулу, как вдруг к ним подсел Андрей. На нём не было и следа от драк. И был он как-то хмурее.       — Вы отобрали у неё и вторую игрушку, да? — начал он, пристально смотрел на Лёшу.       — Ээ, получается.. — Грушин наконец-то очнулся, его как холодной водой облили       — Сука, вот вы на рожон любите лезть.. Виктора красноволосая так просто не отпустит, наши с ним мысли о ней.. Очень нравились Даше.       — Ты поэтому орудывал битой сегодня на перемене?       Гончаров замялся. Грушин продолжил:       — Не пытайся, только я могу развеивать искажённых полностью. Ни Тима, ни ты, ни Даша, ни М. М. так не могут.       — И чё, я должен был перестраховаться, ёпта! — Андрей взъелся.       — Зачиллься, Дюха, лучше давай с нами на Дашку поохотимся, тогда ты точно будешь в безопасности, — Тима вмешался в разговор.       — Ха! Я не настолько дурак, я в эту хуйню вашу не вмешаюсь, лучше Витька попросите, у него всё ещё детство в жопе играет, — сказал Андрей и пошёл от парней прочь.       Тима слегка завис, но потом резко предложил:       — Давай, давай Витька к нам, у него голова то рабочая!       — Ты же понимаешь, что он нам просто не поверит? Дак это ещё и опасно, — Лёша понимал, что у него вряд ли получится образумить Тимофея, но он всё-таки пытался.       — Браток, мы просто покажем ему искажённый мир! Лишним союзник не будет, да ещё мы его от влияния Даши спасём!       — Не понимаю, каким образом, но по такой логике нам всю школу надо в искажённый мир затолкнуть. Мы же не няньки чьи-то, Тим.       — Ну, во-первых, мы про Витька говорим, а он не кто-то там. Во-вторых, Виктор сейчас наиболее уязвим для рут Даши, но если он присоединится к нам, то сможет ей полноценно противостоять.       Лёша удивился силе аргументации Тимы, поэтому немного помолчал, но всё таки согласился:       — Подойдём после геометрии, но тихо. Не надо, чтобы Даша об этом знала.       Тима победно взмахнул руками.       На геометрии ничего интересного не происходило. А может и происходило, просто Лёша не был в состоянии на чем-то сконцентрироваться. Его конспект по новой теореме превращался в непонятные крючки, чем ближе была перемена, тем сильнее. Не замечал он, что Даша сосредоточено осматривала класс, не занимая свой мозг геометрий. Не замечал он как Виктор грыз ручку с особой нервозностью. Господи, он и не думал, что искажённый мир так может выматывать. Звонок заставил его пробудиться. Наталья Викторовна немного задержала их на перемене, Лёша видел, как Тиме было просто невыносимо сидеть эти 3 минуты.       Виктор вышел последним, он долго собирался. Парни ждали его у выхода из кабинета, потом отвели его в туалет. Удостоверились, что никого там нет, после чего начали объясняться ошеломлённому Мефодьеву. Они рассказали всё, что сами знали об искажённом мире, об М. М. и искажённых. А также о том, что сейчас происходит в иной школе 76. Виктор смотрел с какой-то усмешкой:       — Неплохо выдумано. Можете писать по этому роман. Только зачем вы в туалет привели меня? Приватность?       Тима не стал ничего говорить, просто прикоснулся к зеркалу. Фиолетовая вспышка. Троица оказалась в искажённом мире. Виктор был ошемлен, он быстро вышел из туалета и осмотрелся. Грушин и Шпет вышли за ним.       — Но.. Как, как это возможно?! Иные миры существуют.. Это всё меняет. Всё!! — Виктор чуть ли не кричал.       — Мы не знаем больше твоего. Можешь спросить у М. М., но я сейчас без понятия, где он находится, — объяснял ему Лёша.       — И мы должны остановить Дарью?       — До тебя быстро доходит.       — Хорошо. Разберёмся. Это всё слишком интересно, надо изучить. Вы что-то говорили об оружии и способностях?       — Йеп, босс, просто подумай о нём, а способность уж как-нибудь потом выяснится, — Тима вмешался в разговор       Виктор сосредоточился и в его руках появилась катана. Он быстро в стал какую-то импровизированную стойку.       — Мне надо тренироваться, но я уже кое-что умею, очень уж люблю японский геймдев, — Витя явно был восхищён оружием, которое ему выбрал этот мир.       — Хм, ладно, всё равно мы не собираемся делать это сейчас, пойдём отсюда, — устало сказал Лёша.       Троица вернулась в обычный мир, после чего они побрели в кабинет русского языка. Для конспирации Лёша предложил выходить не одновременно.       На уроке русского Даша выглядела такой же утомленной, как Лёша и Тима. Виктор не мог сконцентрироваться на словах Розы Леонидовны, поэтому немного ошибся в упражнении, которое он разбирал на доске.       — Чёт не то происходит, если уж Витя ошибся, — прошептал неслышно Маня.       Следующим были дополнительные занятия по биологии и истории. Тима же пошёл домой, попрощавшись с парнями. Витя пошёл на историю, Лёша — на биологию. Вместе с ним там сидели Василина, Кирилл, Катя, Айлун и какие-то три девятки с параллели. Ирина Юрьевна разбирала с ними какую-то тему, которую Лёша уже прошёл в Игарке, поэтому он позволил себе дремать на уроке.              Виктор, Лёша и Айлун снова вместе шли домой. Парни пытались говорить намёками, но они друг друга часто не понимали, а Айлун слишком догадлива, поэтому возможности говорить менее загадочно не было. Пришлось обсуждать школьный день. Девушка заметила, что во взгляде Виктора что-то изменилось.       — Я наконец-то справился с одной старой задачкой, — ответил на это Тима.       Когда Айлун попрощалась и вернулась домой, парни прямо-таки выдохли. Начали думать план на завтра, но что-то у них не выходило, потому что уж совсем неизвестна сама Даша. Приняли решение списаться сегодня вечером и устроить мозговой штурм.       Постепенно Лёша начал привыкать к новому пути до дома. Девятиэтажки, окружённые хвойными деревьями, детские площадки, заваленные снегом дороги. В целом, похоже на Игарку, но как-то более цивильно. Ему всё ещё нравилось любоваться железногорской природой, что-то в ней было особенное в его глазах. Витя же вообще не обращал внимание на пейзажи вокруг, не поворачивал голову и всё время смотрел вперёд.       Грушин вернулся домой, переоделся и почти сразу же уснул, когда лёг на свою кровать. За это Тима и Витя ещё долго его журили вечером.