Там в бездне вспыхивает след,
Где шёпот Силы даст ответ,
И кто пойдет — назад пути нет,
Лишь выбор, меч и темный свет.
Песок здесь всегда был одинаковый — бесконечный и упрямый, как воспоминания, от которых не убежишь. Лея думала именно об этом, пока летающий аппарат медленно пробирался через жаркое марево. Она ненавидела возвращаться в пустыни. Пустыни любили напоминать о тех вещах, о которых помнить было больно. — Если честно, я всё ещё не понимаю, зачем нам было лететь именно сюда, — пробормотал, Хан Соло, глядя в иллюминатор. — Тут даже воздух скучает. — Потому что иногда ответы валяются там, где, по идее, не должно быть вообще ничего, — сухо ответила Лея. — А пустыня умеет хранить секреты лучше, чем архивы Империи. Команда смолкла. Только двигатель гудел размеренно. Лея пыталась сосредоточиться на отчётах, но взгляд всё равно уходил за стекло — туда, где дрожал горячий горизонт. Что-то в этом месте было не так. Не опасность — нет. Скорее… ожидание. Будто сама планета чего-то ждала. Сигнал обнаружили первым. Слабый. Неопознанный. Чужой. — Оборудование? Обломки корабля? — предположил Соло. — Нет, — ответил кто-то из механиков. — Это… биосигнатура. Этого уже было достаточно. Они вышли в сухой жар, и ветер коснулся кожи колкими пальцами. Песок тянулся во все стороны, одинаковый, выжженный, но постепенно вырисовывались следы: словно кто-то шёл — слишком долго, слишком из последних сил. Шаги становились всё неровнее, расстояние между ними ломалось, как дыхание — и внезапно просто обрывалось. Сначала Лея увидела лишь тёмный контур среди камней. Кто-то из солдат выдохнул: — Я думал, это плащ… Нет. Не плащ. Девушка лежала на боку, как будто просто заснула, не успев устроиться. Тёмные, почти чёрные волосы слиплись от песка и пота, кожа казалась бледнее пустыни — если такое вообще возможно. И странное чувство: к ней страшно было приблизиться, и одновременно невозможно было пройти мимо. Не было крови. Не было ран. Но вокруг неё воздух будто дрожал, как над раскалённым металлом. — Жива? — тихо спросили позади. — Да. — Лея присела рядом. Она провела рукой в воздухе — не касаясь — и сам этот жест показался слишком осторожным. Девушка не выглядела раненой. Она выглядела… выброшенной. Как вещь, которая когда-то была важна, а теперь — слишком опасна, чтобы её держать рядом. — Нужно привести её в чувства, — твёрдо сказала Лея. — Но, принцесса, может быть ловушка… — Тогда нужно забрать её на базу, — воскликнул пилот, вмешиваясь в разговор.***
На базе всё стало только страннее. Аппараты показывали стабильность, а врачи, которых вызвали специально для этой девушки, разводили руками. Тело было здорово, но разум молчал. Иногда её веки вздрагивали, иногда дыхание становилось судорожным, будто она бежит где-то, где их всех просто не существует. Несколько раз Лее казалось, что девушка вот-вот очнётся — пальцы напрягались, плечи вздрагивали, губы беззвучно шептали чужие слова… но всё снова погружалось в тишину. И эта тишина была неправильной. Появление Оби-Вана на базе стало новой надеждой. Лея сразу подошла к джедаю, надеясь на его помощь. Кратко объяснив ему всю ситуацию, оба пошли в комнату стратегических совещаний, чтобы обсудить, что делать дальше. — Для начала мне нужно увидеть эту юную госпожу, — произнёс Оби-Ван. Кивнув, Лея провела его в медотсек, где уже лежала, на первый взгляд, невинная девушка. — Хм… — ему сразу не понравилась стоящая в помещении атмосфера. — Что? — голос Леи дрожал от тревоги, но больше всего играло недопонимание. Было довольно сложно расколоть Оби-Вана и угадать, о чём он думает. — Пусть Люк явится, — воскликнул джедай.***
Дверь медотсека тихо зашуршала, и Люк вошёл. В комнате стоял приглушённый свет, приборы тихо мигали, а на койке лежала девушка. Оби-Ван стоял рядом с ней, слегка в стороне, наблюдая. — В ней есть Сила, Люк, — сказал он спокойно. — Сильная, но нестабильная. И мы почти ничего не знаем о ней — кто она, откуда пришла. Пока мы не разберемся, нужно наблюдать и, возможно, обучать. Люк остановился у двери и, глядя на неё, ощутил странное раздражение. Почему-то ему хотелось не помочь, а держаться на расстоянии. Волосы спутаны, лицо бледное, пальцы дрожат, а дыхание медленное — и всё это вызывало у него лёгкую неприязнь, будто он не хотел иметь с этим дело. — Она… выглядит странно, — пробормотал он, отступив на шаг. — И вообще, почему именно я должен этим заниматься? Оби-Ван спокойно повернулся к нему, без тени раздражения: — Я чувствую огромную силу в этой девушке. Ты, как уже опытный джедай, должен помочь мне раскрыть её потенциал. — То есть… я должен быть с ней рядом? — спросил он почти пробормотав, ощущая внутреннее сопротивление. — Да, — ответил Оби-Ван коротко. — Её сила — не игрушка. Если мы не займёмся этим сейчас, последствия могут быть серьёзнее, чем кажется. Люк тяжело вздохнул и сделал шаг вперёд. Он ещё не понимал, кто эта девушка и чего ждать, но уже ясно было одно: его участие станет решающим, несмотря на внутреннюю неприязнь и сомнение.