Романтические драбблы

Курт Коэн, со всей своей собранностью, последние недели стал замечать, что его режим дня напрочь сбивается. Вместо того, чтобы просыпаться в пять и идти на пробежку, он едва мог открыть глаза в полшестого. И он прекрасно знал причину своего расстройства. Кори Лэнгстон. Вундеркинд на подработке? Коэн за несколько дней с ним в поле натерпелся таких невыносимых вопросов и реакций, что у него уже несколько раз было желание отослать Лэнгстона Кенсингтону в заклеенной коробке. Ну, правда, без подписей на стаканчиках Лэнгстон совершенно не способен отличать свою зубную щетку от чужой! Это выбивало Коэна из колеи… Примерно на 99%. Коэн медленно выдохнул, прикрывая глаза. Досчитал до десяти. Решил, что настало время будить это недоразумение. - Доброе утро, Вьетнам, - довольно громко произнес он, посматривая на развалившуюся в кровати тушку своего напарника. Ноль реакции. - Лэнгстон, подъем, «Кровопускатель» сам себя не поймает. Снова тишина. Только тихое фырканье. - Лэнгстон, я не твоя мама. Живей давай, - наконец не выдержал Коэн, и с силой толкнул кровать коленом. Кори, до этого мирно спавший, зашевелился. Потянулся. Открыл совершенно сонные глаза и посмотрел на Курта. Кори лежал в бельевой майке в симпатичный рубчик, а его руки и ключицы прекрасно демонстрировали миру, что в его генетике явно где-то промелькнули Йети. Ну или Сефарды. - Мм, уже утро? – протянул он, пытаясь выпрямиться. Коэн, который уже был в рубашке и гладко выбрит, а короткие, молочно-белые волосы чуть приглажены кремом (ничего другого при такой длине с ними не сделать, а торчать ежовыми иголками было бы немного несерьезно), на мгновение отвернулся. - Да. На сегодня допросы, два обыска – ордеры должны уже были прийти в участок. Брифинг, все как ты любишь. Пошевеливайся давай. - А мы завтракать будем в «У Маркуса» или в «Доминос»? – спросил Кори, скидывая одеяло. - Если будешь так тормозить, то в машине, - отозвался Коэн, надевая галстук. Лэнгстон выполз из кровати, и начал постепенно одеваться, кажется, притормаживая на поворотах. Через несколько минут они снова пересеклись – Коэн уже полностью одет и собран, в пиджаке и с небольшой сумкой в руке. Лэнгстон… Лэнгстон… - Лэнгстон! – почти гаркнул Коэн, переполненный возмущением, увидев, что Кори совершенно невинным образом стащил его белую футболку и теперь находился в ней. Хотя Кори был ниже Коэна на целых двадцать сантиметров, он был довольно широким, сильно накаченным (видимо, чтобы компенсировать рост – или даже просто, чтобы серьезнее смотреться в отделе) и футболка забавно натянулась на его плечах, но при этом явно была ему длинновата, - Ты совсем с ума сошел? – спросил Коэн. – Чья эта футболка, как ты думаешь? - Ваша? – совершенно невидно уточнил Кори. - И что она делает… На тебе? - О, ну, мои все пора постирать, я подумал, я просто одолжу у Вас. Я ее тоже постираю, не переживайте! – он выглядел почти неприлично уверенным, что это нормальный выбор. Коэн чувствовал, как его нервные клетки сгорают одна за другой. - Тебя не учили не брать чужое? Как ты в Квантико выжил? - О, на меня никто никогда не обижался! Мой сосед по комнате считал это даже милым, ну, ему было двадцать пять, а мне девятнадцать… - Лэнгстон, мне сорок два. - Ой. Ам. Ну… Эм… Мне вернуть футболку? – спросил он, уже начав ее стягивать. - Оставь себе, - наконец выдохнул Коэн, отводя взгляд, - Потом вернешь. - Спасибо, сэр. И… М… Эм… - Что-то хочешь добавить? - Носки, сэр… - Нет. Лэнгстон. Серьезно? Сколько ты взял с собой? - Вы говорили мы здесь на три дня… А мы… Ну вот… - он начал медленно краснеть – от висков к носу и обратно. Коэн зажал двумя пальцами переносицу, пытаясь не думать. - Ладно. Бери. Но, черт, Лэнгстон – ты мог запустить стиралку вчера вечером. - Простите, сэр, я очень устал вчера. Вы сами помните это… Было немного нелегко, - выдавил из себя Кори, и Коэну пришлось сдаться – действительно, вчерашние допросы были просто ужасающими, и, если бы не Лэнгстон, возможно, вообще бы никуда не привели. Да… Лэнгстон был отличным напарником. Но не сожителем. - Ладно. Кого возьмешь на сегодня? – спросил Коэн, наконец повернувшись – Кори натягивал носки, которые были явно бесконечно велики – и пятка оказалась чуть ли не на середине икры – и Коэн снова закатил глаза. Кори быстро оправил брюки, чтобы скрыть то, как глупо на нем смотрелись эти носки. - М-м. Рой, Фан и Джейсон – на мне? – уточнил Лэнгстон, поднимаясь с места и надевая нежно-розовую рубашку. Курт почувствовал, как в нем все начинает закипать – розовая рубашка для допросов? Кажется, Лэнгстон сегодня будет в ударе. - Отличный цвет, - фыркнул Коэн, поправляя лацканы пиджака и терпеливо ожидая, пока Лэнгстон соизволит накинуть свой – темно-синий, блестящий, только что из ателье… Безнадежно. - Спасибо, сэр. Я думал… Он подойдет для Орегона. - Прекрасно подходит. Не хватает только галстука с бобрами. - Бобрами, сэр? Ох, я не подумал… Думаете мне стоит его купить? - Нет. Лэнгстон, никаких галстуков с бобрами. Не в этом деле.