Сборник зимних зарисовок

Войдя в гостиную, Гермиону окутал морозный хвойный запах,который сохранялся даже спустя время благодаря чарам стазиса, наложенным на трехметровую ель. Сегодня они должны были вместе нарядить главную участницу праздника, но из заповедника сбежали нюхлеры, которые, очевидно, направились прямиком в Гринготтс, и Гермионе было необходимо разгрести весь этот Апокалипсис. Отправив мужу патронуса, девушка чувствовала себя отвратительно, ведь пропускала их семейное времяпровождение. Но прилетевшая хвосторога голосом любимого успокоила, сказав, что они начнут без неё, но надеются, что она вернется не слишком поздно. И уже подойдя к семье и рассматривая елку, Гермиона нахмурилась. — Мама, скажи, что красиво, — потянулась к ней Лира, просясь на руки. Стоящий рядом Скорпиус фыркнул. — Если тебе три года, — пробурчал мальчик. Драко, наблюдая за этой картиной, еле сдерживал смех. Он уже выслушал от обоих детей истерику по поводу того, как будет украшена елка. Но никак не ожидал, что Скорп уступит сестре. Он гордился своими детьми. Они были любимы и любили в ответ, заботясь друг о друге так, как Драко в детстве даже не мог мечтать. И поступок сына вызывал в нём чувство гордости. Потому что он был уверен, что Скорп наслушается от двух мелких Поттеров насмешек за украшенную ими елку. Ведь чуть ли не на каждой веточке сидел плюшевый медведь, как захотела Лира. Вот кто в их семье манипулировал лучше всех. — Ну, — протянула Гермиона, — выглядит весьма экстравагантно. — Мамочка, тебе нравится? — серые глаза с золотыми вкроплениями умоляюще смотрели на неё. — Да, милая. Она прекрасна. Ты очень хорошо постаралась, — погладив по голове малышку, она заметила, как сын закатил глаза, и опустила дочь, которая сразу подлетела к отцу. — Дорогой, — тихо прошептала она Скорпиусу, — если хочешь, мы поставим ещё одну елку и нарядим по-твоему. Сын перевел на неё счастливый взгляд. — Мне кажется, что в библиотеке она будет неплохо смотреться, — подмигнула миссис Малфой и обняла мальчика. — Спасибо, мам. Пока дети вместе обсуждали будущие праздники, она почувствовала теплые руки на своей талии. — Ты слишком многое ему позволяешь, — тихий шепот коснулся её слуха, а любимые губы оставили поцелуй на скуле. — Как и ты ей. Эта тысяча медведей же взялась откуда-то, — кинула она на него через плечо насмешливый взгляд. — Так что теперь нам нужна ещё одна елка и, думаю, тысяча золотых снитчей. — Всё, что пожелаете, — стиснул он её в своих объятиях, любуясь игрой детей.