Обещай выжить

Причиной просыпаться по утрам у Чонина был только завтрак, но сегодня утро парня началось не с этого божественного приема пищи, а с предложения от родителей остаться дома. Вот этого он точно не ожидал услышать, с его то родителями. Они всю жизнь твердят ему о том, как важно учиться и никогда не пропускать школу, они гнали его туда, когда тот болел и не в состоянии даже просто ходить, так что же должно было случиться, чтобы родители сами предложили ему остаться? — Говорят какой-то вирус гуляет по городу, после ночного теракта, — женщина чуть запинается. — Ну это же даже не в нашем районе, с чего бы мне не идти то? — он все еще хочет спать, и не хочет видеть родителей, особенно утром и особенно, когда даже от матери несет алкоголем. — Лисенок, — начала мать. — Не смей меня так называть, — перебил ее парень понизив голос и сведя брови к переносице. — Вас обоих никогда не волновала моя жизнь и уж тем более безопасность, так что изменилось? — уже более отстраненно спросил парень, попутно закидывая остатки учебников в рюкзак. — Как ты с матерью говоришь вообще? — вмешался в диалог отчим, который мог убить одним запахом перегара и внешним видом. Порванная, грязная и вонючая футболка с пятнами от жирной еды обтягивала его округлый живот, который он успел наесть за годы жизни с мамой Чонина. В уже гнилых, от отсутствия гигиены, зубах были видны остатки вчерашнего ужина, который готовил сам Чонин из-за неспособности родителей даже встать с кровати от сильного опьянения. — А ты кто такой, чтобы мне указывать, а? — Он ответил на автомате, хоть и знал, что будет дальше. — Ах ты, мелкий уебок, — он повысил голос и дал пощечину парню, в которую вложил хоть и половину своей силы, но этого было вполне достаточно для шестнадцатилетнего подростка. Одной рукой парень взялся за прикроватную тумбочку, чтобы не потерять равновесие, другой начал слегка потирать горящую щеку. — Ну че, уебок, повторишь? — прокричал отчим, приблизившись к лицу парня, из-за чего он почувствовал запах гнили из его рта. Чонин лишь молча кинул разочарованный взгляд на мать, сидящую на его кровати с низко опущенной головой. Парень быстро взял рюкзак и побежал к брату в комнату. — Кай, куртка и рюкзак, — командует он быстро. Мальчик мгновенно накидывает куртку и надевает рюкзак на оба плеча, следом Чонин быстро берет его маленькую ручку и выбегает в коридор, прихватив обувь брата, пока мужчина тяжело шагал следом, осыпая детей матом. Отчим выдохся, пройдя за ними всего этаж, нездоровый образ жизни дает свои плоды. Некоторые соседи даже начали выходить на крики, чтобы убедится, что нет необходимости вызывать полицию. Все знали о том, что происходило в семья Ян, но никто не вмешивался, как обычно и бывает, говорили лишь, что это “не их дело”, не думая о том, в каких условиях живут два ребенка, которые однажды вполне могут погибнуть от рук пьяного отчима. — Чонин-а, он снова тебя ударил? — Кай посмотрел на брата глазами, полными слез, сразу, как они вышли на заснеженную улицу.. Парень присел на корточки, чтобы быть одного роста с братом и легким движением руки вытер его слезы, которые постепенно начали скатываться по чуть округлым, и покрасневшим от бега, щекам. Потом принялся помогать ему надеть обувь. — Солнышко, все хорошо, мы сейчас поедем к Сынмину и отдохнем у него, да? — он ободряюще улыбнулся. — К Сынмину? Я не пойду сегодня в школу? — мальчик чуть прищурил глазки, будто не доверял словам брата. — Давай прогуляем один денек, ты же не против? — парень по лисьи прищурил глаза в ответ, повторив за Каем. — Конечно нет! Чонин-а ты лучший! — мальчик набросился на парня с объятиями, тот потрепал брата по голове и встал, взяв его за руку. Другой рукой он уже писал сообщение Сынмину с просьбой встретить его на станции метро, потому что сам он вряд ли сможет спокойно дойти до его квартиры, хоть и знает тот район, как свои пять пальцев. Получив одобрительный ответ от Сынмина, парень повел брата к ближайшей станции метро, купив ему по пути несколько леденцов на палочке и небольшую бутылку воды. Они шли и Кай по-детски давал оценку всему окружающему, но в первую очередь, разумеется, очень вкусному и такому сладкому леденцу, прямо как он любит, хоть он и любит вообще все сладости в этом мире. Проходя мимо детской площадки, Чонин поддался уговаривающему взгляду брата и они зашли на нее, мальчик сразу побежал к другим детям, чтобы поиграть в снежки. Чонин обожал детей и его отношения с братом были тому подтверждением, обычно братья не ладят и начинают хорошо общаться только в более взрослом возрасте, но это не тот случай. Чонин души не чает в своем брате, он готов весь мир ему подарить, если бы выдалась такая возможность, и считает, что тот не заслуживает жить в такой ужасной семье. — Так, — начал парень, опускаясь на одно колено. — Помнишь, как себя вести в метро? — Быть спокойным и не отпускать твою руку, — с серьезностью проговорил Кай. — Ни за что не отпускай мою руку, — Чонин сжал маленькую ручку в своей еще крепче и начал спуск в метро. *** — Бойцы, хочу объявить о пополнении в вашем отряде, — седой мужчина стоял перед девятью своими бойцами, одними из лучших в армии Кореи в целом. — Командованием было принято решение отправить на место медика для оценки ситуации с заболеванием и фиксировании симптоматики в реальных условиях. Младший сержант хирургического батальона Ли Феликс, — мужчина указал раскрытой ладонью на молодого парня, с блондинистыми, завязанными в тугой хвост волосами, стоящего рядом с ним. — Он проведет вам инструктаж по поводу заболевания с которым мы столкнулись, — мужчина отошел немного в сторону, уступая место оратора Феликсу, все бойцы отряда специального назначения устремили свои взгляды на него, всем видом показывая готовность слушать. — Заболеванию дали достаточно просто название R-вирус. Основная симптоматика следующая, — парень посмотрел в телефон, в котором была записана основная информация с краткого инструктажа медицинского батальона. — Бледность кожных покровов, изменение цвета глаз на багрово красный, предположительно, из-за лопающихся сосудов, судороги. Также у зараженных отмечается улучшение физических функций, они становятся сильнее, выносливее и быстрее среднестатистического человека, — Ликс окинул глазами присутствующих и убедившись, что все слушают его, продолжил. — Разумеется, основным симптомом является агрессия вызываемая R-вирусом. Зараженные нападают на здоровых людей, вероятно, из-за сильного чувства голода, однако точного ответа о причинах нападений пока нет, слишком мало информации. Заразиться можно несколькими способами. Самое очевидное - это укусы и царапины, также контакт с биологическими жидкостями инфицированных людей. Теоретически заразиться можно и через определенную еду или воду, хоть это и не подтверждено официально, я бы не рекомендовал рисковать, — Феликс выдохнул, вновь смотря в телефон. Инструктаж длился от силы минут 10, он и сам почти ничего не знает, хотя выставляется все так, будто все медики на этой базе могут ответить на любой вопрос о вирусе, просто, чтобы успокоить солдат. — Если есть вопросы, то я готов на них ответить и лучше будет задать их сейчас, чем в условиях реальной опасности, — парень окидывает взглядом всех присутствующих. Командование собрало десяток таких отрядов как этот, но именно этому присвоили номер один. Ведь именно тут все бойцы, кроме Феликса, это часть элитных войск - команды специального боевого назначения. Хотя Феликс вполне мог пройти отбор, если бы сам этого захотел, ведь тренировался с самого детства. — Хван Хенджин, командир группы, — вышел вперед молодой парень, сержант с черными, как ночь, длинными волосами, убранными в хвост, почти как у самого Феликса, только у Хвана на лицо спадали две передние пряди. — Возможно ли каким-то образом избежать заражения в случае укуса? — Этого мы не знаем, болезнь появилась менее суток назад, так что я могу лишь предполагать. — Так предположите, вы же врач, — настаивает парень, сводя брови к переносице. — Шансов почти нет, условно говоря - один шанс на много миллионов. Либо у укушенного проявится иммунитет к болезни, либо.. — парень чуть задумался. — либо укушенный погибнет, — договаривает он, так и не озвучив свою мысль. — хотя мы вообще не можем знать наверняка, найдется ли хоть один человек с иммунитетом. Ответив еще на несколько вопросов, Феликс встал в строй рядом с Хваном. Ликс был старшим по званию после Хенджина, а значит заместителем командира отряда. Это не худший вариант, ведь он попал к своему другу, а не к какому-то старому ветерану военных действий, который был бы настолько жесток к своим подчиненным, что у Ликса не было бы даже шанса на нормальную службу, где ему бы приходилось думать не о работе, а о том, как угодить командиру и не получить лишний выговор, а в худшем случае и удар за ошибки.                                                                               *** — Они правда так опасны? — говорит он, не смотря на Ликса. — Они ведут себя как дикие, бешеные животные, — парень сделал небольшую паузу, перед глазами вновь всплыло видео, которое им показывали на инструктаже. Школьница, лет 16 на вид, с жадностью отрывает кусок плоти с шеи взрослого мужчины, сил которого не хватает, чтобы просто оттолкнуть ее. Феликс, даже просто вспоминая это, покрывается волной мурашек и чуть мотает головой, прогоняя эту картину. — заражённые не узнают своих близких, все их мысли, как мы понимаем, лишь в желании удовлетворить ужасный голод, хотя есть теория о том, что они осознают свои действия, но не могу противостоять животным инстинктам, которые пробуждает болезнь. — Так все же они все понимают? — Рука Хвана зависает над рюкзаком вместе с небольшой аптечкой. — Мы не знаем наверняка, но это возможно, — кивает он, закусив губу изнутри.                                                                               *** Найдя свободное место в вагоне, парень наконец позволил себе немного расслабится, но руку брата он все равно держит так же крепко, как и при входе в метро. Проехав всего пару станций, парень, как и все остальные пассажиры, обращает внимание на мужчину, стоящего посередине вагона. Сначала казалось, что он просто подавился и закашлялся, но когда через пару минут он начал кашлять кровью, люди начали шептаться, кто-то натянул маску повыше, кто-то начал прикрывать рот и нос рукавами, все столпились в противоположной части от него и разошлись по разным сторонам вагона, чтобы быть как можно дальше от него. Чонин слышал по новостям утром о распространении какого-то нового вируса и даже припоминает, что среди симптомов был кашель и покраснение глаз, но утром в суматохе парень, к своему сожалению, не взял с собой пару масок для себя и брата. — Прикрой рот и нос рукавом, — немного наклонившись, шепотом приказал парень Каю, тот послушно выполнил указание. — Мы выходим уже на следующей станции, помнишь? — мальчик радостно кивнул, он любит Сынмина не меньше брата и всегда рад встречам с ним, но из мыслей их обоих вытащил пронзительный женский крик позади. Чонин видит больше своего брата благодаря росту, но сейчас он этому абсолютно не рад, хотел бы он быть ребенком, которому рост не позволяет видеть то, что видит сейчас он. Мужчина сидит сверху на девушке, произвольно мотая головой и кусая зубами воздух, так и норовя вцепится бедной в шею, но девушка оказалась достаточно сильной, чтобы хотя бы временно удерживать его на расстоянии, благодаря своей сумке. С его рта вытекает огромное количество слюны, из-за своего количества походящей на пену, он выглядит, как животное больное бешенством, не только внешним видом, но и своим агрессивным поведением. Чонин быстро встал и взял Кая на руки, отворачивая его от ужасного зрелища. — Солнышко, закрой глазки и обними меня как можно крепче, хорошо? — тот послушно закрыл глаза и вцепился в брата, как в свой оплот надежды. – Помогите ей кто нибудь! – послышалось из толпы, затем двое крепких мужчин, на удивление всех присутствующих, действительно начали помогать, один из них снял пиджак – Держи его за ноги, я закрою ему рот. – Они начали выполнять свой план, как показалось даже успешно, но с другого конца вагона послышался еще один крик – Мама! – Чонин, как и все остальные в вагоне, повернулся на источник, школьник лежал в луже собственной ярко-алой крови с без куска плоти на шее, который был в зубах у женщины, по видимому его матери. На ее лице читался страх и ужас. Она понимает, что делает. Люди кричали, призывали остановить поезд и открыть двери. Чонин чувствует, как Кай дрожит на его руках, да он и сам дрожит, ощущает, что его сердце вот-вот выпрыгнет из груди, и как ладони становятся слишком влажными, но в паникующей толпе жизненно важно хотя бы пытаться оставаться спокойным, именно это он сейчас и делает. Чонин прижался к стенке вагона прямо около двери, чтобы, как только их откроют, он смог выбежать, но кто-то в толпе крикнул – У него нож! – и все оставшиеся пассажиры ринулись к дверям, прижимая Чонина к стене. Он старается закрыть собой Кая, как может, но в таких обстоятельствах это крайне трудно. Парень чувствует, как кто-то бьет его в бок локтем, достаточно сильно, чтобы уже через пару минут там точно образовался большой синяк, но это сейчас волнует в последнюю очередь. Его волнует только безопасность Кая. Минуты тянутся мучительно долго, со всех сторон доносятся лишь крики. Кто-то просит помощи, кто-то просто кричит от ужаса. Громче всех кричат женщины, их высокие голоса позволяют им кричать достаточно громко, чтобы у всех, кто слышит эти крики, резало уши, будто злого рычания зараженных всем присутствующим мало. Чонин рискнул обернутся и оценить общую обстановку в вагоне, но сразу же пожалел об этом. Пол, стены, окна и даже частично потолок были залиты кровью, на полу лежало несколько людей, которым не повезло. Парень смотрит в глаза мальчика, шею которому прокусила собственная мать, первая мысль, которая пронеслась у него в голове, – На его месте может оказаться Кай, – но развить мысль дальше он не успел, поезд наконец прибыл на станцию, и двери вагона открылись, люди, стоящие ближе всего к ним, повалились на пол, кто-то пытался встать, кто-то продолжал кричать просто от беспомощности и понимания, что они не успеют встать. Чонин успешно преодолел эту живую преграду, ему пришлось пройтись по нескольким людям, но главное сейчас - это его жизнь и жизнь Кая, остальным он может только мысленно желать удачи и просить прощения. Сынмин, как только увидел парня, сразу побежал к нему. — Что происходит? — он выглядит очень растерянным, но не испуганным. Пока что. — Нам нужно бежать отсюда, — испуганно проговорил Чонин. Сразу после этих слов из вагона выскочила та самая женщина, убившая своего ребенка, и набросилась на мужчину, не успевшего отойти от поезда на достаточное расстояние, она вцепилась своими зубами ему в шею, следом из шеи брызнула ярко-алая кровь, а в зубах женщины оказался сочный кусок плоти, кровь с него стекала по ее подбородку и медленно шла все ниже, окрашивая в свой цвет ее шею. Сынмин сразу взял Чонина за руку и со всех ног побежал к ближайшему выходу из метро, но увидел, что там происходит тоже самое, что и на самой станции. Толпа людей уже бежала обратно, прямо на них, пытаясь спастись от зараженных. — Бегом за мной, — прокричала девушка, в полицейской форме, пробегая мимо них в противоположную от выхода сторону. Они переглянулись и быстро побежали за ней, решив просто довериться, впереди послышалась автоматная очередь, прямо перед ними откуда-то взялась еще одна толпа людей, среди которой точно было несколько зараженных, но девушка свернула, а за ней и парни, она завела их в служебное помещение, где уже было достаточно много людей. Неужели она сама их всех спасла? – пронеслось в голове Сынмина. Девушка быстро достала ключи, которые, судя по всему, нашла у, вероятно, погибшего сотрудника метро, и заперла дверь, которая выглядела недостаточно надежно, она явно не рассчитана на то, что в нее будут биться головами и телами несколько человек, но это лучше, чем ничего. Снаружи слышались крики и выстрелы, значит на станции уже была полиция, а может быть и военные. Чонин только сейчас обратил внимание на то, что его брат плачет навзрыд, кажется, что из-за громких звуков и криков он все же открыл глаза и увидел тот же ужас, через который прошли все люди, находящиеся сейчас тут. Сынмин мягко поглаживал мальчика по голове, пытаясь хоть немного успокоить. На помощь пришла та самая девушка, она достала из кармана конфету и начала отвлекать Кая от всего происходящего с нежной улыбкой на лице, вроде бы он даже повелся на это и начал успокаиваться, как вдруг кто-то начал дергать ручку двери, за которой уже стало оглушительно тихо в сравнении с теми звуками, которые они слушали еще пару минут назад.. — Мы военные, все в порядке, можете открывать, мы доставим вас в безопасное место, — послышался из-за двери низкий, бархатный голос. Сотрудница полиции пробежалась взглядом по двадцати людям, которых спасла без чьей либо помощи, ее взгляд остановился на мальчике, чьего имени она не знала, но увидев его счастливое лицо и двух подростков играющих с ним, она поняла, что точно не зря прожила не просто сегодняшний день, а вообще свою жизнь. Открыв дверь на нее наставили пистолет и сказали сесть к остальным, не было сомнений в том, что это военные, но люди не понимали, зачем им угрожают оружием. Внутрь комнаты зашло только четыре человека, двое из них были с погонами. Один сержант, с черными длинными, второй младший сержант, с такими же длинными, но уже блондинистыми волосами и с красным крестом на плече, он вышел вперед. — Мы первый отряд специального назначения, меня зовут Ли Феликс, я заместитель командира отряда и ведущий медик, — люди зашептались. – Разве военные не спасут нас? – слышалось от кого-то из сидящих на полу людей. — Мы понимаем, что вам страшно, но я вас заверяю, — парень сделал небольшую паузу. — Мы вытащим вас отсюда и сопроводим в оборудованную безопасную зону, но сначала мне необходимо осмотреть каждого из вас на признаки инфекции, — Сынмин и Чонин переглянулись, вроде бы они не выглядели как зараженные, значит боятся нечего, в здоровье Кая парни не сомневались вообще, он за всю жизнь болел-то от силы один раз. Феликс уже начал осматривать людей. Осмотр состоял из свечения фонариком в глаза и минимальной проверкой на укусы и царапины, он осматривал руки, ноги и шею, из-за чего людям приходилось снимать куртки. — Какого черта мы вообще должны ждать, пока какой-то мелкий проверит нас на что-то там, ведите уже нас в безопасное место! — мужчина выглядел не просто встревоженным, а скорее злым. Молодая девушка, на вид всего лет 20, сидящая рядом с ним, потянула его за рукав куртки вниз, но он просто отмахнулся от нее. Девушка скорее всего была его дочерью, как показалось Феликсу. — Мужчина, это необходимо, — начал Феликс, осторожно подходя ближе и всматриваясь ему прямо в душу, как могло показаться со стороны. Бледное лицо, багровые глаза, повышенное потоотделение, агрессия. Ликс не может позволить себе ошибаться, но принимает решение в ту же секунду, рисковать чужими жизнями он точно не будет. Парень кинул взгляд на Чонина держащего Кая за его маленькую ручку, убеждаясь в правильности своего решения. — Всем закрыть глаза и рты, — это был приказ, что понял почти каждый, Чонин прикрыл глаза Каю и вжался ближе к Сынмину, сидящему рядом, тот крепко взял его за руку, сцепляя их пальцы в замок. Феликс кинул мимолетный взгляд на девушку, смотрящую на него с проблеском надежды, ее надеждой были военные, и именно сейчас Феликс эту надежду разрушит. В следующую секунду Феликс быстрым движением руки достал пистолет и точным выстрелом в голову остановил уже начавшиеся мучения мужчины, скорее всего в момент, когда он встал, он уже испытывал адский голод и проявлял агрессию именно из-за этого. Йеджи не вскрикнула в отличии от других девушек, сидящих тут, она лишь заинтересованно рассматривала труп мужчины, лежащий на холодном кафельном полу. Она оценивала выстрел Феликса и призналась, что парень не плох, хоть и такого юного возраста. Она пришла к выводу, что он учился в военной школе с самого детства. — Это пример поведения инфицированного человека, он бледнеет, сильно потеет, а глаза становятся бордовыми из-за лопающихся сосудов, также начинает проявлять агрессию ко всем окружающим, — парень сделал паузу, осматривая всех присутствующих и останавливая взгляд на дочери умершего мужчины. — Надеюсь теперь все понимают, зачем я вас осматриваю и почему мы не можем сразу отправится в безопасную зону, — Феликс только сейчас обратил внимание на эту девушку, точнее сказать, только сейчас смог посмотреть в ее глаза, он пришел в ужас от мимолетного осознания, что он убил отца этой девушки прямо у нее на глазах, но страшнее этого только то, что она не прикрыла глаза и кровь ее погибшего отца попала ей на слизистую. Парень подошел ближе, переступив через себя, и осмотрел девушку, у которой уже началась истерика. — За что ты его убил? Тварь! Ненавижу! Надеюсь, ты станешь следующим! — девушка могла только кричать и плакать, она била Феликса в плечо своими маленькими кулаками. Ее глаз уже налился кровью ее отца, хотя может это уже была ее собственная кровь от лопающихся сосудов, но Феликс кивнул Хвану и тот, поняв намек, грубо поднял ее за руку и утащил наружу из комнаты, там сделал лишь один выстрел, закончив ее адские психологические и еще не начавшиеся физические мучения. Парень продолжил осмотр присутствующих немного дрожащими руками, он старался держаться, и это неплохо получалось, как для человека, который только что лишил сразу двух человек жизни. — Как тебя зовут? — спросил Ликс у Чонина, проводя осмотр, заметив, что тот слегка нервничает. — Я Чонин, это Сынмин, — сказал парень, указав на сидящего рядом с ним парня. — А брата зовут Кай, — парня все еще немного трясет от всего пережитого. — Вы оба хорошо держитесь, — сказал Феликс, обращаясь к Сынмину и Чонину и уже переходя к осмотру Кая. — А у вас красивый голос! — воскликнул мальчик, делая атмосферу немного менее мрачной. — Спасибо, малыш, — парень потрепал мальчика по голове и заметил на его руке небольшой порез на куртке. — Он порезался до того как вы спустились в метро или после? — парень кинул взгляд на растерянного Чонина. — Раны не было, но мы застали начало этого всего прямо в вагоне метро и нас обоих сильно прижали к стенке вагона может быть в тот момент и поцарапался, — Феликс только сейчас обратил внимание на то, что Чонин держится рукой за бок, скорее всего ударил кто-то в панике, но осмотреть нужно, и если там будет обычный синяк, то это как раз подтвердит его слова о вагоне, но им точно придется следить за ними обоими более осторожно. — Ты держишься за бок. Ударился сам или кто-то в толпе? — Какой то мужчина в вагоне, — дрожащим голосом сообщил Чонин. — Сними куртку и приподними свитер, пожалуйста, мне нужно осмотреть тебя, — мягко сказал Ликс. Чонин честно удивился такой мягкости со стороны военного, но, разумеется, сразу подчинился и открыл Феликсу вид на достаточно большой синяк на животе. Ликс ощупал синяк и пришел к выводу, что перелома ребер нет, просто сильный ушиб, что подтверждает слова о вагоне метро. Встав, он подошел к Хвану. — Я быстро обработаю рану ребенку и можно будет выдвигаться, готовьтесь, и уточни, как там обстановка на улице, сможем ли мы вообще с такой большой группой добраться до школы, — получив одобрительный кивок, блондин вернулся к Каю и, опустившись на одно колено, начал готовить все для обработки его руки. — Будет чуть-чуть больно, но ты же потерпишь, да? — мягко задал вопрос парень, чтобы подготовить ребенка хотя бы минимально к тому, что он будет делать дальше, не сказать, что это адская боль, но для ребенка, вполне может считаться таковой. — А это, чтобы я не заразился? — Да, после этого будешь самым здоровым мальчиком на свете, — Ликс улыбнулся и начал аккуратно обрабатывать рану. Кай стойко выдержал эти мучения, хоть и с поддержкой Чонина и Сынмина, и получил в награду красивый пластырь с животными. — Смотрите, как мы будем действовать, — начал Хван достаточно громко, чтобы его слышали все. — Я и Феликс будем идти спереди, ближе всего к нам должны идти женщины и разумеется вы, ребята с ребенком, — парень указал раскрытой ладонью на Чонина, Сынмина и Кая. — Мужчины после женщин, с боковых сторон будет по три бойца, сзади еще двое, так что каждый из вас будет в безопасности, старайтесь не паниковать, держите себя в руках и, если увидите зараженных, оперативно сообщайте об этом нам, если замечаете их раньше нас, разумеется, но не кричите. Ведем себя так тихо, как только можем, иначе погибнем все. Вопросы есть? — А как далеко нам идти? — робко поднял руку Сынмин. — Около двадцати минут пешком, пойдем вероятно по туннелям метро. — Можете отдохнуть минут десять, пока мы готовимся к отходу, — сказал Феликс и вышел из комнаты, следом за ним вышел и Хван. — Ты связался с командованием? — Ты в порядке? — Да, я же всего лишь убил отца на глазах его дочери, — саркастично ответил парень, присаживаясь на корточки у стены. — Зайдите все внутрь, охраняйте людей, по возможности успокойте, — отдал приказ Хван, опускаясь рядом с Ликсом. — У тебя не было другого выбора, ты же это понимаешь? — Хенджин аккуратно начал поглаживать младшего по плечу. — Да, — парень опустил голову вниз, рассматривая свою обувь, чтобы отвлечься. — Это участь каждого военного, к сожалению, — вздохнул он и чуть сильнее сжал плечо Феликса, выражая немую поддержку, хоть и знал, что это особо не поможет. — Прошу прощения, что прерываю, — выходит из комнаты девушка в полицейской форме, с погонами. — Младший лейтенант полиции, Хван Йеджи, смогу оказать вам поддержку при выводе гражданских, — встает она в стойку, ведь перед военными она все равно младше по званию.