exit music

Вечер. Время позднее, вроде бы уже надо укладываться по кроватям. Но Максу как всегда всë равно и плевать он хотел, что не спал уже который день. Варламов был вообще неизвестно где. По крайней мере, Максиму он не сказал куда пошел. Но обещал скоро вернуться. — Может ну его.. Куда подальше.. - устало сказал Кац самому себе. В небольшой офисной комнате, которую отвели под «Городские проекты», не было никого кроме Максима. — Мне правда так всë надоело. Какой в этом смысл? Сидеть и что-то придумывать ради ничего? Я так не могу. Я так не могу больше. - грустные мысли всë больше поглощали Максима. Он слез со стула, сел на пол и облокотился спиной на стену. Закрыв лицо руками, вспоминалось всë самое нехорошее и грустное, что вообще происходило за всю его жизнь. Он не ненавидел себя, не обижался по пустякам, не причинял себе вред/боль, но иногда хотелось вот так сесть и расплакаться как маленький ребенок. Чтобы просто никто не видел и он никого не видел. Чтобы все отстали и больше не приставали. — За что мне это. Просто за что. Что я сделал такого, чем я провинился.. - слова переходили в горькие слезы, которые скатывались по лицу. Но больше всего в голове крутился один человек. Человек, который является его другом. Самым лучшим и близким другом, к которому Макс испытывал сильную любовь. Любил его не как друга, а как своего самого дорогого человека. Самого лучшего и красивого человека. Самого-самого во всëм (в хорошем смысле). — Я не могу его любить. Это... Неправильно. Боже. Как я вообще до этого-то дошел.. Максим прятал и глушил как мог трудом и постоянной работой над всем то, что всë так рвалось наружу. Вся любовь к Илье, все самые теплые чувства, которыми он так хочет поделиться с Варламовым. Потому что очень любит. Тут Кац разревелся так громко, как только получалось. Закрыв лицо руками, он кричал и плакал. Впервые за столько лет не пряча всë в себе, а выпуская наружу. Он не заметил, как Илья вбежал в помещение, хотя Варламов собирался идти домой. — Макс, что у теб... Макс?. - Илья встревожился и не на шутку испугался, увидев Максима таким. Таким беспомощным и жалким, каким никогда его не видел. Макс не отвечал. Он только мог плакать и ничего не видел из-за слëз. — Максим, что случилось?.. Приди в себя, Кац! Ну же, убери хотя бы руки от лица.. - Варламов аккуратно развел руки Каца в стороны и, взяв последнего за подбородок, приподнял его голову — Тебе что нужно? Уходи. Просто уходи. Оставь меня. — Максюш, посмотри на меня. Что случилось, ты мне можешь обьяснить? — Илья.. Прошу, уходи. Я не вижу во всëм этом смысла. Оставь меня в покое. Оставь меня одного. Пожалуйста. — Кац, ты мне обьяснишь наконец, что с тобой происходит? Случилось чего? Может тебя тревожит что-то? Не молчи, прошу. Макс! — Не кричи, Илья, прошу. — Извини. Так скажешь что случилось?. — Илья я не знаю как ты к этому отнесешься. Я не могу сказать — Макс, ты серьезно? Мы же лучшие друзья, ты знаешь что я всë пойму. Ты можешь мне доверять, правда - Илья прижал Каца к себе, обнимая и поглаживая по спине. Варламов очень перепугался, увидев своего друга таким... Таким запуганным и беспомощным. — Ты обещаешь не вышвырнуть меня из своей жизни? - сквозь слезы спросил Максим — Обещаю. Говори.. — Илья, я люблю тебя. Я всë время думал как тебе это сказать то.. А сейчас.. Сейчас я просто тряпка, которой полы уборщица вытирает. Смешно, да? А мне нет... — ... Максюш. И ты столько времени молчал.. Я всë думал, что с тобой не то случилось, что ты сам не свой последнее время. А оно вон как.. — Илюш, я.. Расценивай это как хочешь, но я вижу в тебе не друга, а самого любимого человека. — Я тебя тоже люблю, успокойся уже наконец. Горе ты моë луковое любимое. Илья крепче прижал к себе Макса, вороша одной рукой в его кудрях и гладя его по голове, успокаивая. — Ну всë. Тшшш... тише, родной. Всë впорядке, я рядом. Всë хорошо, я здесь, я с тобой. Я люблю тебя....