И елка до потолка!

— И елку до потолка… Эймонд вздрогнул и оторвался от бумаг, которые просматривал. Он так погрузился в изучение дела, но пропустил почти все болтовню Эйгона мимо ушей. Декабрь еще только начался, а тот уже предвкушал, как украсит всю квартиру гирляндами, будет готовить имбирное печенье и, конечно, поставит самую огромную и самую шикарную елку в городе. — Мы не ставим елку, — машинально ответил Эймонд. На самом деле и гирлянда была весьма сомнительным предложением, а последняя попытка Эйгона что-то приготовить закончилась сгоревшим пирогом и сработавшей пожарной сигнализацией, однако против его попыток научиться готовить Эймонд не возражал, чего не мог сказать о новогодней елке. — В смысле ты не ставишь елку? — изумился Эйгон, словно услышал самое безумное утверждение в своей жизни. — Какой новый год без елки? — Вхагар грызет ветки, а у нее очень чувствительное пищеварение и аллергия на пластик. — Ой, подумаешь блеванет пару раз, — махнул рукой Эйгон. — Не оставаться же теперь без праздника. Правда, дети? Эйгон всегда прибегал к подобным аргументам, когда Эймонд в чем-то ему отказывал. Это для детей. Хотя, судя по его возбужденному виду, елку он хотел сам. Близнецы переглянулись и неуверенно пожали плечами. Мейлор же, сидевший на полу и пытавшийся заставить Вхагар ловить игрушечную мышь, даже не отреагировал на вопрос. Эймонд тяжело вздохнул. На самом деле он сам бы не отказался от красивой елки. В доме отца к празднику всегда наряжали огромное дерево, и вид блестящей, переливающейся ели вызывал щемящее чувство ностальгии. Эймонд в тайне обожал новогодние елки, вот только последние несколько лет, которые он жил в Харренхолле, любовался он исключительно на чужие ели. — В первый год, как я сюда переехал, я поставил елку, — сказал Эймонд. — Небольшую, но довольно дорогую и качественную. Вхагар погрызла ветки и едва не отправилась на небеса, а я вместе с ней. Все праздники мы провели в ветклинике, и повторять подобную ситуацию я не намерен. Мейлор на полу вздрогнул и схватил Вхагар в охапку, уткнулся в пушистый мех лицом. — Моя ты кисонька! Вхагар сдавленно зашипела и попыталась вырваться, но Мейлор держал крепко. В итоге она сдалась и повисла в его объятиях, нервно размахивая хвостом. — Но как вообще можно без елки? — не сдавался Эйгон, кажется, подобная мысль просто не укладывалась у него в голове. — А где дети найдут свои подарки? В глазах Джейхейриса мелькнула обида, Джейхейра же едва заметно усмехнулась. — Где-нибудь, да найдут, — поморщился Эймонд. — У нас большая квартира, места много. — Вот и заняли бы его елкой, — буркнул Эйгон. — Погоди, а на настоящую ель у нее тоже аллергия? — Не знаю. Настоящие очень дорогие, и я не вижу смысла отдавать баснословные деньги за настоящую ель, когда живешь один. — Ну так теперь ты живешь не один! — просиял Эйгон. — Зачем нам какие-то подделки, мы купим настоящую елку: огромную, пушистую, до потолка! — Надеюсь, твоей зарплаты младшего помощника в ветеринарной клинике хватит, — усмехнулся Эймонд. — К счастью я не только младший помощник в ветеринарной клинике, но и владелец самой крупной финансовой корпорации в Вестеросе. — Совладелец. — Мои адвокаты с тобой поспорят, — хмыкнул Эйгон. — Но не важно! Главное, что у меня есть счет в банке с кругленькой суммой, и скоро нас ждет чудесная елка. Я куплю самое шикарное дерево в этом городе, так что даже твоя противная кошка восхитится. Противная кошка посмотрела на него с явным сомнением, схватила игрушечную мышь и сбежала в другую комнату. *** — Это пиз… Эйгон закрыл рот, заметив, что дети в гостиной, но на лице его отразился весь спектр эмоций от ярости до отчаяния. Первым делом Эйгон прошел в кухню и вернулся с ополовиненной бутылкой пива. Он рухнул на диван рядом с Эймондом. — Вот ты знал, что елку в питомнике надо бронировать? — произнес он голосом обиженного ребенка. — За полгода! Полгода, бл… Он недовольно засопел и присосался к бутылке. — А самое противное, что ни деньги, ни имя не могут изменить ситуацию! Все забронировано и даже для Таргариена — Таргариена! — не сделают исключения! — Харренхолл — это не Королевская Гавань, — пожал плечами Эймонд. — Да я заметил, — буркнул Эйгон. — Хм, а может рвануть в столицу на новый год? У мамы наверняка будет огромная елка и вкуснейшая домашняя выпечка. — У меня важное заседание как раз тридцать первого, — вздохнул Эймонд. — Но вы можете поехать без меня. — Без тебя неинтересно, — буркнул Эйгон. — Как думаешь, а сможет Кристон прислать нам елку из Королевской Гавани? — Не думаю, что такое возможно. — Ты просто не умеешь просить, — усмехнулся Эйгон. — Завтра позвоню ему. Он отставил бутылку и повалился на диван, устроив голову на коленях Эймонда. *** В прихожей хлопнула дверь. Эймонд подскочил на месте, глянул на часы и метнулся в прихожую. По пути едва не налетел на Санфайера, вертевшегося вокруг Эйгона. — Где тебя носит?! Начал было Эймонд, но все заготовленные фразы негодования мигом вылетели из головы, едва он увидел Эйгона. — Не ори, детей разбудишь, — шикнул тот, отряхивая снег с куртки. — Ночь на дворе. — Вот именно, — машинально ответил Эймонд. — А это что?.. — Это? — невинно переспросил Эйгон, глянув на нечто несуразное, что придерживал левой рукой. — Это елка. В его голосу звучали одновременно и смущение, и гордость. От последнего Эймонд начинал медленно закипать. Эйгон придерживал елку, но не ту пушистую зеленую красоту, что выращивали в питомниках, а нечто хилое, с тонкими ветками, размером чуть ниже самого Эйгона. — Где ты ее взял? — Где взял — там уже нет, — довольно ухмыльнулся Эйгон. — Ты украл елку? — Эймонд не думал, что его что-то способно удивить, но вот это происходит. — Ты украл елку?! — Да не ори ты! Не украл, а взял. Она никому не принадлежит. — Она принадлежит городу! — Тогда хорошо, что я взял ее за городом. Судя по всему, Эйгон ни капли не раскаивался и явно не сознавал, что ему грозит. Если кто-то видел, как он рубил елку, штрафом он не отделается. С другой стороны, если он и правда взял елку не в черте города, то как кражу это рассматривать не будут. Пока Эймонд перебирал в голове все известные ему законы, поправки и постановления, Эйгон, как ни в чем не бывало, прошел в гостиную и остановился посередине, присматривая место для елки. — Нужна ваза, — сказал он. — Или горшок. Ее же надо в воду поставить? — Надо, — кивнул Эймонд. Обреченно вздохнув, он отправился на поиски сосуда для ели. Бедняге и так досталась нелегкая судьба, и оставлять ее без воды, было бы совсем уж безжалостно. *** — Мама завтра прилетает. Эймонд уже задремал, но распахнул глаза. На секунду ему показалось, что он ослышался или же и вовсе засыпающий разум подкинул бредовые мысли. — Что? — Мама и Кристон, — повторил Эйгон и потерся носом о его плечо. Эймонд подскочил на кровати. Сон как рукой сняло. — Почему ты не сказал! Надо подготовиться, убраться, придумать, где их разместить! Паника медленно накатывала. Последний раз они с матерью виделись лично как раз год назад, но тогда Эймонд прилетал в Королевскую Гавань. — Ой, да успокойся, — Эйгон перехватил его поперек груди и увлек обратно на кровать. — Сегодня приходила домработница, в доме чисто, еды хватает, а ночевать они все равно будут в отеле. — Почему? — Потому что у нас мало места. — Только Эйгон Таргариен мог отправить Алисенту Хайтауэр ночевать в отель, — хмыкнул Эймонд. — Спасибо! — Это не комплимент. Эймонд собирался еще что-то сказать, но тут в гостиной послышался лай, шум, дикий крик и звук бьющегося стекла. Эймонд подскочил с кровати и вихрем вылетел вон. Ему навстречу бросился взъерошенный комок шерсти. Эймонд машинально подхватил Вхагар на руки и прижал к себе. Та недовольно заурчала. Эйгон почти сразу оказался рядом, включил свет, однако к небывалому удивлению Эмонда елка оказалась на месте. На полу валялись осколки пивной бутылки, видимо, Эйгон забыл убрать ее с вечера. Рядом с елкой обнаружился Санфайер, припавший на лапы и оскаливший пасть. Сонные дети выглядывали из своей комнаты. — А что случилось? — протянула Джейхейра, потирая глаза. — Все в порядке, — ответил Эймонд, успокаивающе гладя Вхагар. — Санни защищает елку! — гордо заявил Эйгон. — Никто к ней не прикоснется, не погрызет и не отравится. Он многозначительно посмотрел на Вхагар, та зло зашипела в ответ. Санфайер гавкнул. — Хороший мальчик, — Эйгон погладил его по голове. — А теперь — все спать! Завтра надо быть свежими, бабушка Алисента прилетает. Дети моментально скрылись в своей комнате. — Боюсь, после этого они не уснут, — буркнул Эймонд. — Я так точно не усну. — Так я тебе помогу, — подмигнул Эйгон. — Сначала осколки убери, — ответил Эймонд, но довольную улыбку сдержать не смог. *** — Как же я соскучилась! Мама опустилась на колени и обняла всех троих детей. После она обняла и Эйгона, и Эймонда. Следом за ней вошел Кристон, заключил в объятия детей, отцовски хлопнул по плечу Эймонда. — Мы столько всего привезли, — выдохнула она. — И подарки, и немного одежды, и книги. — Все это можно купить и здесь, — проворчал Эйгон. — Все, кроме елки? Мама скептически окинула взглядом ель, украшенную самодельными игрушками. — Мы скромно живем, — невозмутимо ответил Эймонд. — И елка у нас скромная, зато с душой. — Да, Эйгон рассказывал. И квартира маленькая, для матери места нет. — Не думаю, что тебе захочется спать на диване, — огрызнулся Эйгон. Кристон недовольно нахмурился. — Мог бы уступить матери свою кровать, а сам бы поспал на диване. Эйгон явно собирался что-то ответить, и весь разговор непременно скатился бы в ссору, но Эймонд скользнул взглядом по сумочке матери и опередил его. — Это ведь натуральная кожа? — Естественно. — Тогда тебе и правда лучше ночевать в отеле. Вхагар обожает натуральную кожу. — Санни тоже! — подхватил Эйгон. — Помнишь, как он погрыз твои туфли? — Еще бы, — скривилась мать. — Хорошо, уговорили, ночуем в отеле. Но день я хочу провести со своей семьей. Кто готов распаковывать подарки? Дети заулыбались, и даже Эйгон предвкушающе потер руки. Кристон внес несколько пакетов с разномастными коробками в ярких обертках. Мама расположилась прямо на ковре в гостиной, и дети тут же ее окружили. Невзрачная елка с самодельными игрушками смотрелась нелепо на их фоне, но было в ней что-то по-настоящему праздничное.