Любить сирену

      Даже на такой планете, как Пандора, можно построить своё счастье и делить его с тем, кто всегда будет рядом с тобой. Наш дом на Пандоре — не бывший дворец «Детей Хранилища», но и не дыра в скале. Просто несколько вагончиков, стоящих друг на друге, где старая потрёпанная мебель и обшарпанные стены с дырами от пуль заклеены постерами. Почти дворец. Мне он высоковат, а для Троя — в самый раз. Сегодня мы решили, что день продержимся без рейдов и вылазок за провизией, так как пока нам её хватает. Трой так и рвётся в бой, прошлое не отпускает, он нервничает, ходит взад-вперёд по дому, что-то бормочет под нос, но не уходит из дома, зная, что я буду злиться, если он вдруг сорвётся. С ним иногда бывает тяжело. Непросто любить человека-сирену с тёмным и трагичным прошлым, но я стараюсь дать ему всё то, чего у него не было до этого. Он разносторонняя личность, но такая энергично-эксцентричная, что я просто не могу на него долго злиться. Вижу, он старается быть нормальным, насколько это возможно для жизни на Пандоре, где все ведут себя хаотично. Повезло, что к нам не забегают бандиты и скаги, только иногда заглядывают ракки, когда я готовлю жареное мясо. Эти птицы, как падальщики, готовы полакомиться любым куском мяса. Живя тут, я часто задавалась вопросом: «Может быть, Конкордия строилась как убежище от катаклизмов и битв за Хранилище? Бандиты на Элписе работали в шахтах, а животные не покидали свою зону. Какая-то странная атмосфера витает в воздухе Пандоры». — Скучаешь по своему куску камня? — спросил меня Трой, видя, как я задумчиво смотрю на вечерний костёр и не обращаю внимания на него и закат. — Тут хоть дышать можно, а там… — я улыбнулась и сделала приметный жест. Трой чуть рассмеялся и осторожно обнял меня своей механической рукой. Я положила свою голову ему на плечо. Когда он сидит, я могу дотянуться до его головы. В нём что-то борется, две его половины: та, что человек, и та, что сирена. Одинокая сирена — чужая среди своих. Это правду когда-то говорил мне отец: в глазах сирен застыли звёзды, а в глазах Троя — целые миры. Они большие и ясные. — Знаешь, — говорит мне он, — если бы у меня был выбор между приключениями и тобой, я бы выбрал… — он замялся. Я подняла голову и посмотрела на него. — Я бы выбрал приключения с тобой, — еле заметно улыбнулся он. И я поняла, что это и есть его признание в любви, не обычное, но разве в этом мире может быть что-то обычное? Особенно если это союз двух выживших, пытающихся начать жизнь вместе. Трой порой бывает невыносим и невозможен, но он мой невыносимый и невозможный. Мой Трой, и другого мне не надо. Он почти скуп на сантименты, но он приносит мне редкие цветы, какие-то кристаллы, которыми забит весь дом, и помогает мне чинить старую машину. Его признания не в словах, а в деле. Этот сирен учится быть человеком, учится доверять, а не опасаться быть преданным.

***

      Это сейчас я могу саркастично ухмыльнуться, оглядываясь на прошлую жизнь, а тогда я училась выживать и не бояться странных животных на Элписе. Спустя несколько тренировок меня допустили к работе за периметром. Нужно было расчистить небольшую зону между шахтами, где работают бандиты, и зоной с краггонами. С тех пор, когда ушли солдаты из корпорации, а некоторые из них присоединились к преступникам, зачищать и защищать стало некому. Поэтому те граждане Элписа, которые умеют держать в руках оружие, и подряжаются на такие работы.       Меня, как и всех, снабдили специальным скафандром и специальной машиной. Бриттания сказала, что мы поедем на другую сторону разлома.       Элпис, конечно, по-своему красивая планета, ничего не скажешь, но уж больно тесная. Корпорация «Даль» так и не позаботилась расширить кислородную зону и отстроить город как надо. Вообще кажется, что Конкордия — это старая военная база, уж больно грозный для города вид.       В машине мы легко добрались до зоны Разлома. В составе бригады зачистки была не только я и Бриттания, но ещё и пара бывших работников «Даль». Когда прибыли, все вылезли из машины и направились к группе краггонов. Животных оказалось много, убивали одних, а из нор вылезали другие. Я только успевала отстреливаться и иногда отступала. Один работник отвлёкся, и краггон смог плюнуть в него лавой. Он повредил свой костюм, и кислород стремительно начал падать. — Род, быстро в машину, а вы тут продолжайте, — крикнула Бриттания. — А что бандитов нельзя на это подрядить? — спросила я, зная, что ляпнула глупость. Как только они получат оружие, они поднимут бунт, и придётся подавлять и его. — Вижу, что поняла свою глупость, — хмыкнула Бриттания. — Простите, просто… — Ничего, справимся.       Спустя какое-то время мы всё же зачистили зону. Сдали задание, и, получив немного денег, вернулись обратно домой.       Такое продолжалось на протяжении нескольких недель жизни в бараке с Бриттанией. Получали крохи, даже Бриттания понимала, что таких денег хватит на немногое, но держалась. Правда, иногда она ночью уходила на какие-то дежурства, но тоже получала копейки.       Спустя ещё одну неделю я не выдержала такой пытки безденежьем и решилась лететь на Пандору вместе с группой искателей Хранилища. К этому времени я научилась владеть оружием и могла себя зарекомендовать как отличного стрелка. Об искателях я узнала из местного бара, где работала странноватая барменша Мокси, и обратилась к ней с просьбой доставить меня на Пандору. — Хочешь найти хранилище, дорогуша? — спросила она. — Нет, хочу улететь с Элписа, — бросила я. — Это смело, что ж, я тоже хочу покинуть планету, — улыбнулась Мокси и спросила: — Умеешь стрелять? — Да. Я научилась у Бриттании и несколько раз выходила в рейд за периметр, — ответила я. — Тут все матёрые, боюсь, Лилит тебя не возьмёт, но я похлопочу за тебя, — улыбнулась Мокси. — Спасибо, сколько это стоит? — Стоит? Нисколько, ты же просто хочешь покинуть планету, — сказала Мокси.       Так я и покинула Элпис вместе с Мокси и искателями Хранилища, среди которых была… сирена. Тогда я первый раз увидела сирену, о которой мне говорил отец. Правда, звёзд в её жёлтых глазах не видела. Она редко выходила к остальным искателям, в составе которых был один оперативник по имени Зейн Флинт, робот со странным именем 3АЛп, индийка Амара и девушка Моуз с русско-арабской фамилией. На меня они внимания не обращали, что играло мне на руку. Я только лечу на Пандору, вот и всё, а дальше каждый за себя. Мы прибыли на одном большом корабле, ранее принадлежавшим корпорации «Даль». Отец бы не одобрил такую экспатриацию.       Именно тогда я и встретила Троя Калипсо, когда отстыковалась от основной группы искателей и поселилась в заброшенной бытовке, оставленной, судя по всему, кем-то из военных. Тут повсюду были печати и штампы корпорации «Даль». Похоже, они тоже сражались за эту планету, но их кто-то потеснил, и они отступили. «Ну вот и моё новое жилище», — свободно вдохнула я воздух Пандоры.       Тут можно дышать сколько захочешь, а то, что тут дикие животные, очень голодные и злые бандиты, как говорили на корабле, для меня это пустяк, ибо кто не жил на Элписе, тот ушами не водит.       Первым делом я стала искать подработку на планете и решила временно оставить охоту на живность, устроившись помощницей бармена в бар у Барри. Правда, бар был далеко от моего дома, но Барри обещал, что на своей машине он довезёт всех своих работников до дома, а то прошлых сожрали скаги. Я согласилась, и тут же по ЭХО со мной связался сам Барри и сказал, что заедет. Но речь не об этом.       Троя я встретила практически в первый день моей работы у Барри, он завалился туда со своей сестрой, тогда я ещё не знала, как их зовут. Они были больше остальных посетителей, и как только вошли в бар, все посетители сразу затихли. Трой — высокий мужчина с чёрными волосами, чёлка лезет на глаза, у него вместо правой руки был протез. Его сестра чуть поменьше его ростом, с короткой стрижкой и осветлёнными волосами. — Конрад, что уставилась, быстро дай нашим гостям, что они требуют, — бросил мне Барри. — А, простите, чего они хотят? — спросила я. — Энергетические коктейли для короля-бога Троя и воду для его сестры, — ответил Барри.       Я послушалась и быстро приготовила для близнецов Калипсо коктейли и воду.       В баре все дрожали перед этими двумя, но не я. По сияющей синей татуировке на руке девушки я поняла, что она тоже сирена. Взгляд очень ясный, но какой-то зловещий. А вот Трой… он вроде бы сирена тоже. Но они же женщинами должны быть. Тату сирен у него тоже есть, но они красные. Глаза у него тоже голубые, как и у его сестры, и хоть он пытается выглядеть грозно, взгляд очень печальный. Если бы Барри меня не окликнул, я бы так и продолжала смотреть на Троя.       Когда близнецы Калипсо ушли, в баре все расслабились, а я так и осталась стоять как вкопанная. — Ух, пронесло, а иначе они бы такое устроили, — выдохнул бармен. — Кто? Близнецы? — Ну да, а ты держись от них подальше, девочка, насчёт него не знаю, но вот его сестра питается жизненными силами людей, и если ты ей не понравишься, она выпьет из тебя всю жизнь, — сказал Барри.       Я только кивнула, пытаясь выгнать из головы мысли о Трое. Мне показалось, он смотрел в мою сторону, ища поддержки в моём лице, а я так и не сделала ничего. Если он сирена, то ему, наверное, тяжело среди женщин-сирен. Вид у него был болезненный. Интересно, он всегда такой бледный, ведь тут на планете жаркое солнце?