Урод

Истерично визжала скрипка, передавая нервное настроение хозяина дома. Он чувствовал, его час вот-вот придёт. Их час придёт. Сама судьба задавит, пережуёт и выплюнет Тёмного лорда и его приспешников. Бокал бесшумно наполнился прекрасным вином, но мужчина даже не заметил этого, застыв в неудобной позе в жёстком кресле. Завтра последняя битва, завтра они падут. Всё канет в лету, вся его жизнь исчезнет, сотрётся. Но чего ещё ждать? Для рода вредно будет помнить о нём после победы «добра». По левой руке от запястья прошлось жжение. Метка зовёт. Пора. С трудом поднимаясь, разом постаревший на десятилетия, Лорд Эйвери магией призвал маску и глухую чёрную мантию без изысков. Хлопок аппарации. Скрипка упала, более не поддерживаемая заклинанием. Невидимые глазу домовики принялись за уборку. Хозяин вернётся и, если увидит беспорядок, будет страшно злиться. *** Пасмурное небо, очень похожее на то, что было в каждый день важных для него знакомств. Знакомства с Лестрейнджем, с Тёмным Лордом и камерой в Нурменгарде. Лестрейндж был…Да, именно был. Давно уже прахом разлетелось его тело. Но также разлетелись тела тех, кто это сотворил. Тогда уже Лорд Эйвери, отомстил за друга, отомстил жестоко. Вместе с Лестрейнджем они принимали метку от их общего друга и милорда. Вместе убивали и пытали. В своё время лучшие боевики, лучшие дознаватели. Их боялись даже свои, кроме ближнего круга, пожалуй. После падения Тёмного лорда, они пытались скрыться, но были пойманы в конспиративном домике из-за болтуна Каркарова. На скором, насквозь формальном суде, довольно скалились, когда присяжные и зрители бледнели и вздрагивали от зачитываемого списка преступлений. О, там было чем гордится! А потом был Нурменгард. Их посчитали недостойными легкой участи поцелуя дементора, отправив в самую надёжную тюрьму. И совершили глупость, посадив в соседние одиночки в подвалах крепости. Всего пять лет понадобилось для разработки плана побега и его осуществления. Это было дерзко, неожиданно и, на самом деле, сильно зависело от удачи. А они смогли! Зубами выгрызли путь на поверхность! Удача отвернулась даже не в последний момент, а после него. Шальное заклятье, летящее явно наугад издалека. Лестрейндж упал, сражённый в спину. Тело сломанной куклой валялось в снегу и Эйвери застыл над ним, не в силах ничего сделать. Авада не лечится. - Прощай. – выдохнул он сквозь зубы. - И знай, ты будешь отмщён. – обещать отомстить – единственное, что мог дать беглец с погоней, наступающей на пятки. Добравшись до родового поместья, Лорд Эйвери на долгие годы поселился в тайных комнатах, пока мракоборцы наведывались в дом без предупреждения с очередным обыском. Но всё когда-нибудь кончается. Ещё более безумный, одним утром он выбрался под свет летнего Солнца. В тот тёплый, ясный день, дома работников Нурменгарда обагрились кровью и огнём. Как были прекрасны их крики, кто бы знал! Не хватало лишь так любимой Эйвери скрипки, чтобы сделать симфонию воплей и боли совершенной. Не хватало сухих вьющихся волос в растрёпанной небрежной причёске на периферии зрения и дурацких шуточек её обладателя…Бешенство поднималось новой волной, застилая глаза кровавой пеленой. - Мордредовы отродья! – костяшки пальцев разбиваются о деревянную стену. – Смерть покажется вам избавлением. Сами работники тоже не ушли от расправы. Один за одним, запытаны, сожжены заживо и развеяны прахом под сиплый хохот и горькие слёзы скорби. Этой акции хватило, чтобы старые товарищи из вновь возрождённых Пожирателей смерти начали сторонится и говорить с опаской. Ну и пусть. Ему плевать на их мнение, его веселит их страх, он наслаждается каждым вздрагиванием от звука сиплого, навсегда простуженного горла. *** Идя по зову метки, Лорд Эйвери приближался к небольшому холму. - Повелитель, я прибыл по вашему приказу – почтительный поклон, но не в ноги. Он ни в чём не провинился. - Рад видеть, старый друг. Волдеморт не лгал – врать он считал ниже своего достоинства. Эйвери со школы ему друг. Единственный, оставшийся в живых. Совсем не изменившийся, только седины в висках прибавил. И Тёмный лорд не изменился. Какие бы иллюзии не питало нынешнее поколение Пожирателей, равных в жестокости Волдеморту не было никогда. И в его арсенале присутствовали отнюдь не только Авада и Круциатус. Ох, он бы им показал ещё…! Но…эта проклятая судьба, проклятое пророчество, и проклятый Снейп, донёсший лишь кусок этого бреда, без веры не имеющего никакого влияния на мир! Да что теперь сделаешь, поздно. Потянулись часы мучительного ожидания. Встала и закатилась Луна, Солнце мёртвых. Глядела своим белёсым слепым глазом сквозь тучи, невероятным образом просвечивая через тьму. Рассвело. Пасмурно. И предчувствие – скоро. Уже скоро последняя важная встреча: со Смертью. Тёмный Лорд рушит барьер вокруг Хогвартса. Идут в атаку рядовые пешки, набранные по канавам и грязным переулкам Лютного. Ревут оборотни, мерзкие шавки Сивого. Визжат гигантские пауки, вечно голодные твари, кровожадно скалятся великаны. - Ха-ха…- не в силах сдержатся, вырывается собственное безумие. – Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Эйвери уже бежит среди оборотней. Заклинания сверкают, но не успевают по скорости за кипящим адреналином волшебником. Он клином врезается во врагов, оставляя за спиной горящие трупы. Он одним из первых влетает в замок, с огромным наслаждением бросаясь на грязнокровных наивных детишек, оставшихся защищать Хогвартс. Вдруг, оглушила тишина. Ах, вот оно. Затылок обдало холодком дыхание Предвечной. С треском попадали на пол белые осколки. Разбитая маска Пожирателя открыла вид на уродливое лицо: вытянутое, худое, словно череп, обтянутый кожей. Глаза непонятного цвета, пугающее зеркало души чудовища. Редкие чёрные волосы, побитые проседью, неровно остриженные до кривоватых ушей. Волшебник оскалился и между тонких практически невидимых губ показались ровные белые зубы, поразительно идеальные. Оскал перешёл в сиплый пробирающий морозом смех. Цепной пёс и единственный друг Волдеморта дошёл до Большого зала. Едва не опоздал на битву своего Милорда с приевшимся, набившим оскомину Гарри Поттером. Где бы встать поудобнее? Но Эйвери не успел даже додумать эту мысль. Повернулись жернова проклятой судьбы, с хрустом костей перемалывая жизни. Обостренная интуиция просигналила за мгновение до смерти, позволив опытному боевику резко развернутся на 180 и кинуть последнее в жизни заклинание. - Авада Кедавра! – прогремели одновременно мужской и юношеский голос. Тело Пожирателя с перекошенным лицом падает в пыль. Уже невидящие глаза с насмешкой наблюдают, как на подкошенных ногах туда же рухнула лохматая грязнокровка. Золотое трио превратилось в дуэт - прощальный подарок безумца. Разъярённый смертью Эйвери, Тёмный Лорд бросается в атаку с жутким криком боли, криком бешенства. Толпа приходит в движение, снова летают заклинания. До исполнения пророчества осталось 2 часа.