Покричи для меня

ТАЙЛЕР

Хэллоуин в Рэллоу-Хилс всегда проходил с размахом. Тематические ярмарки, кукурузный лабиринт, вырезанные тыквы и колядующие дети – все это было не просто частью праздника, а традицией, которую здесь почитали. К слову о традициях, я отсыпал в миску еще немного кукурузных зерен и оглядел кухню. С украшениями в этому году я явно перестарался. Вот к чему приводят большое количество свободного времени и попытки чем-то занять руки, чтобы отвлечься от мыслей о несостоявшихся отношениях. Дом выглядел жутковато, но атмосферно. По углам была развешана черная паутина, которую мне удалось самому сплести из черной пряжи благодаря видео-урокам в интернете; на каждой свободной поверхности покоился фонарь Джек, а все белая посуда была заменена на черную. Оставалось лишь приготовить попкорн и выбрать фильм на вечер. Мне бы хотелось сказать, что я не пошел на вечеринку из-за того, что по городу разгуливают четверо серийных убийц, но правда в том, что я всегда предпочитал праздновать Хэллоуин дома за просмотром какого-нибудь слэшера восьмидесятых годов. Нет, нет, вы не ослышались, у нас в городе и правда завелось четверо маньяков. Четыре психа. Четыре маски. «Крик», «Джейсон Вудхес», «Банни» и «Монашка». Если тут и есть истинные фанаты Хэллоуина, то это они. Вот уже три года эти четверо убивают только ночью тридцать первого октября. А в остальное время у нас довольно спокойно. В городе с населением пять тысяч человек по-другому быть просто не могло. Последний раз, когда у нас происходило что-то столь же эпичное, был пять месяцев назад в забегаловке «У Эрни». Миссис Филипс, – должен сказать, не самая приятная женщина на свете, – устроила настоящий скандал из-за того, что в ее тарелку кто-то положил шпинат, а у нее, видите ли, на него аллергия. Все бы ничего, но мне пришлось целый час пялиться в окно в ожидании, когда же миссис Филипс и Эрни закончат спорить, чтобы Эрни мог вернуться к своим обязанностям и рассчитать меня. Приятного было мало. Поставив миску с зернами в микроволновку, я вернулся к гостиную. По телевизору уже в которой раз крутили запись пресс-конференции, которую устроил мэр города в попытке призвать граждан не покидать свои дома сегодняшней ночью. И, судя по шуму за окном, никто его не послушал. Дело в том, что как бы сильно жители Рэллоу-Хилс не боялись стать жертвами серийных убийц, пропустить самую веселую ночь в году они боялись еще больше. В городке, где все друг друга знают в лицо, вечеринка на Хэллоуин все равно что церковь в воскресенье. Иными словами – твое присутствие обязательно. И пока мэр продолжал заверять журналистов, что у полиции округа все под контролем, позади него молча стояли трое его сыновей. Братья Бейтс. Красивые, богатые, недоступные. Мужчины, от которых, такому простодушному человеку как я, стоит держаться подальше. Особенно от старшего. Мейсона. Когда-то мы с ним вместе учились. В то время я только перешел в старшую школу, он же был уже выпускником. Вряд ли он вообще догадывался о моем существовании, – милые ботаники никогда не пользовались популярностью, а вот о нем я знал практически все. Считайте меня жутким преследователем, если хотите, но когда ты полное ничтожество, тебе хочется прикоснуться к чему-то божественному, пускай даже если это ни к чему тебя не приведет. Я знал обо всех его новых татуировках, драках, подружках. Последних записывать пришлось не мало, поверьте. Он был самым популярным парнем в школе. В каком-то смысле именно благодаря ему я понял, что гей. Да, так бывает, когда смотришь на почти двухметрового парня и у тебя встает. Вот так просто. А потом твоя подростковая влюбленность – двухметровое би-пробуждение, – заканчивает школу и уезжает учиться в другой штат, а ты остаешься… ни с чем. Не то чтобы мы вообще хоть раз разговаривали до его отъезда, но куда проще страдать по человеку, когда у тебя есть возможность собирать новые воспоминания для дрочки. Можете подать на меня в суд. Полгода назад Мейсон вернулся в город и все мои попытки смириться с неизбежным и двигаться дальше с треском провалились. Теперь, спустя столько лет, с экрана телевизора на меня смотрел уже не тот буйный подросток, каким он был когда-то, нет, теперь он был мужчиной, который точно знает чего хочет. Дикость и животная ярость были прочно заперты под человеческой оболочкой. Возраст был ему к лицу. Некогда растрепанные черные волосы теперь были аккуратно зачесаны назад, волевой подбородок и точенные скулы выделялись еще сильнее на фоне темно-зеленых глаз, которые затягивали тебя в свою пучину не хуже любого самого топкого болота в округе. Высокий рост и тело, покрытое сплошными мышцами и татуировками, превращали его в моих глазах в нечто вроде бога в человеческом обличье. Бога, который даже не знал о моем существовании, но имел надо мной абсолютную власть. Да, да, если уж кого и винить в неудавшихся отношениях, то его. Не то чтобы мой бывший, Мэтт, был хорошим человеком. Скорее, наоборот. Наши отношения не заладились еще в самом начале, но я упорно делал вид, что все в порядке. Мне хотелось остепениться. Найти человека, с котором можно будет провести остаток жизни так, что она покажется мимолетным мгновением. Человека, который посмотрит на меня, увидит мою тьму и не отвернется. Потому что, пока по телевизору мэр продолжать настаивать на поимке серийных убийц, какая-то часть меня в тайне надеялась, что их никогда не поймают. Потому что нет ничего страшнее зверя, запертого в клетке. А мой томился в ней слишком долго.