Пока не стих последний аккорд

Нью-Йорк ночью был особенным. Огни, отражающиеся в мокрой от недавнего дождя брусчатке, шум машин, редкие прохожие — всё это создавалось как фон к мыслям Питера. Летая по темному городу, он пытался найти себе какое-то занятие, чтобы отвлечься от внутреннего хаоса. Но мысли упрямо возвращались к одному человеку: к Дедпулу. Он не мог понять, что между ними происходит. Вроде как Уэйд постоянно подкатывал,шутил про его зад, делал остроумные замечания о внешности и манерах, иногда переходя границу, но при этом каким-то образом это было забавно. Можно ли это считать за флирт? Или Уэйд так шутил со всеми? И всё же Питеру было приятно. Никто никогда не делал ему столько комплиментов. Особенно когда Дедпул увидел впервые его лицо — Уэйд на словах готов был делать 100 сальто назад подряд просто от вида Питера. А потом, в один из таких моментов, Уэйд признался, что дрочил на него в ту ночь,когда тот раскрыл свою личность. Питер уже хотел наконец-то разобраться с этими «недоотношениями». Чувства были, и их нужно было признать. Сев на крышу одного из жилых домов, он достал телефон из скрытого кармана и открыл переписку с Уилсоном: — Не хочешь сегодня зайти ко мне и поесть пиццу под фильм? Ответ пришёл почти мгновенно: — Питти-бой, ты ещё и спрашиваешь???? Конечно хочу!!! ^^^ — Оке, тогда жду тебя через час. Уэйд прислал ещё один смайлик — какой-то пошлый, и с чьим то членом. Питер лишь мельком на него взглянул и быстро отвёл взгляд выключив телефон,ощущая,как жар поднимается по шее,из за представления,куда поведет сегодняшний разговор.  Может это будет взаимно,и они начнут целоваться?  А может Уэйд отвергнет его,и скажет,что им не суждено быть вместе, потом перестанет отвечать на его сообщения,а вскоре совсем перестанет появляться на крыше,где они встречаются перед патрулированием.  Когда мысли наконец улеглись, он полетел домой. В комнате он сразу же открыл окно, пропустив прохладный городской ветер, и одновременно связался с доставкой пиццы, заказывая четыре разные пиццы,зная ненасытный аппетит Уэйда и свой собственный, он понимал, что меньше будет поводом для голодного спора. Для себя он выбрал «Четыре сыра» и «Маргариту», для Уэйда — с грибами и ананасами. Питер знал,эти мелочи, вроде выбора пиццы, были своего рода ритуалом, и он любил этот порядок в их странных взаимодействиях.  Быстро приняв душ, он натянул домашнюю футболку с каким-то забавным инопланетянином и клетчатые штаны. Усевшись на диван, он на секунду задумался о фильме, но решил оставить выбор за Уэйдом — это был бы их первый совместный, настоящий вечер. В дверь позвонили. На часах было 22:37 — курьер. — Привет! — сказал Питер. — Прив, твоя пицца — ответил тот без особого энтузиазма.  Питер расплатился, поблагодарил и попытался закрыть дверь, но заметил, что нога доставщика упрямо стоит в проёме. — Что-то не так? — спросил он, держа коробки в одной руке. — А чаевые? — спросил курьер с откровенной наглостью.  Питер приподнял бровь, слегка удивившись, но всё же дал пять долларов.  — Ну все давай - дверь опять не получилось закрыть,тот так и не убрал ногу. — Чувак,что ты творишь,тебе мало что ли? - злость уже нарастала,может тот шутит просто? ну не бывают в жизни такие наглые люди.  — Слушай,ты живешь в какой то пизде города,как будто прячешься от кого то,я ездил сюда около 40 минут на велосипеде,и ты мне из чаевых дал только пять долларов? Я уверен,у тебя есть какой то мужик или баба,который обеспечивает тебя,как своего подопечного. Вот эта фраза его задела. Момент с «обеспечивает» отозвалась обидой, потому что Питер сам зарабатывал на всё. До недавнего времени он еле выживал, совмещая работу, учебу и супергеройство, часто обходясь пару дней без сна. Сейчас стало намного легче: учеба закончена, и он работает в Башне Старка, где его зарплата явно выше, чем в какой-нибудь подворотной кафешке. Да, конечно, Дедпул часто дарил ему подарки, и они были недешёвыми. Питер просил его прекратить, говорил, что не нуждается в них, и Уэйд, к его удивлению, правда слушал. Но стоило Питеру случайно бросить фразу: «Черт, надо покупать новую стиральную машинку, этой уже лет сто точно», как на следующий день старая машинка исчезла, а на её месте стояла совершенно новая.  Паркер решил не обращать внимания — старая и правда могла сломаться в любой момент, а сбережений не осталось из-за оплаты долгов колледжа. Он не собирался поддакивать этому наглому доставщику. Но тут Питер напрягся,сработала чутье. Неужели доставщик привел кого-то еще, чтобы "решить проблему" и забрать его деньги? Но сильной опасности не чувствовалось,кто то стоял за спиной Питера.  Лицо доставщика резко округлилось. Он смотрел не на Питера, а на того, кто был сзади. Послышался сухой, чёткий звук заряжающегося пистолета, но чуйка всё равно молчала. Питер быстро кинул взгляд на часы над дверью. 22:39. Опасности явно нет. Питер выдохнул. Посмотрев грохочущим, ледяным взглядом на доставщика, он коротко, но властно сказал: — Валил бы ты отсюда. Доставщик чуть ли не обделался со страху. Он подхватил свою сумку с пола и бросился вниз по лестнице. Питер захлопнул входную дверь. В то же мгновение его обняли со спины. — Пришел бы ты раньше, я бы не отдавал ему свои пять долларов, — Питер усмехнулся, выводя руку назад, где нащупал ладонью голову Уэйда в маске. — Хочешь, я его догоню, пристрелю, и верну тебе хоть весь его кошелек? Я уверен, там не только твои чаевые, — Уэйд уткнулся подбородком в его плечо. Паркер тихо рассмеялся. — Не нужно. Пойдем лучше пиццу есть. — Он отстранился и повернулся к Уэйду лицом. Уэйд выглядел потрепанным. На костюме виднелись дыры от пуль, а ткань местами была прожжена. — Я бы сначала в душ сходил, а потом хоть всю оставшуюся жизнь ел пиццу с тобой и смотрел фильмы. Питер улыбнулся, ощущая, как румянец заливает щеки. — Я тогда пока положу всё на тарелки и налью колу, — сказал он, чтобы заняться каким то делом,и ни о чем не думать.  — Оке, я быриком! — дверь в ванную хлопнула  Собрав пиццу и напитки, Питер устроился на диване. Вскоре из ванной выглянул Уэйд без маски, с полотенцем, обёрнутым вокруг бёдер. — Питти-бой, у тебя не найдётся футболки для меня? — — А штаны тебе не нужны? — Улыбка Питера стала шире, когда он бросил быстрый взгляд на полотенце, а затем поднял глаза на лицо Уэйда. — Я мог бы и голым ходить, но думаю, тебе это не понравится, — сказал Уэйд, склонив голову набок, и в его глазах читался откровенный вызов. — Вторая полка в шкафу, выбери, что тебе нравится, — голос Питера слегка дрогнул,он отвернулся лицом обратно к телевизору. Выбрав одежду, Уэйд вернулся в комнату. Питер включил Netflix, не отрываясь от экрана. — Ты платишь за эту хуетень? — спросил Уэйд, снова становясь привычно развязным. — Согласен, Прайм-видео лучше, тут нечего смотреть, но я просто жду, пока подписка закончится, — пробурчал Питер. — Ну, так что смотреть будем? Ужасы или комедию? — — Смотрел фильм «Братья»? — — Неа, о чём фильм? — — Не буду рассказывать, но он достаточно напряжённый. Думаешь, подойдёт под нашу сегодняшнюю атмосферу? — — А какая у нас атмосфера? — Уэйд бесцеремонно плюхнулся рядом, закинув ноги на столик. Питер на секунду взглянул на Уэйда и промолчав ,он повернулся  обратно,выбрав фильм.  Через полчаса Питер слегка сменил позу: присел чуть повыше, чтобы его голова уютно легла на плечо Уэйда. Тот мгновенно обнял его за плечо, притянув ближе. В последние пять минут Питер заметил, что Уэйд начал нервно трясти ногой, а когда останавливался — дрожали руки. — У тебя всё в порядке? — спросил Питер, слегка отстраняясь, чтобы посмотреть на него. — Неа, — ответил Уэйд, его голос был необычно тихим. — Что-то случилось? — Щас соберусь… я ещё такого не делал, — сказал Уэйд и, встав, быстро побежал в комнату Питера, вернувшись через секунду с гитарой. — Я написал песню для тебя, — сказал он, все также стоя у входа из комнаты в зал. Сердце Питера забилось, как птица в клетке. Он не мог поверить, что песня написана именно для него. — Что… — Питер чуть чуть подвис — что ты сказал? — Песню… написал я. Молчаливая пауза длилась около 15 секунд,пока Питер не задал вопрос — откуда у тебя гитара? — — Плюс 15 баллов Питти,вопрос прям в тему разговора. Я пришел вместе с ней,просто ты не заметил из за очень важной ссоры с курьером  Шутки шутками,но Питер не как не ожидал услышать такое от Уэйда.  — И о чем же песня? —  — О моей огромной любви к тебе — Уэйда быстро подбежал к дивану,и сев на него,начал петь,чтобы Питер не успел вставить свои слова после такого откровенного признания… ***  Это не твой праздник И ты на нём безупречней всех Твоя походка меня дразнит Один взгляд помешался на тебе Играет музыка и танцы А я стесняюсь подойти Преодолеть эту дистанцию Нужно, иначе такого мне не найти Нашептала ночь Ты изменишь мою жизнь Что ты можешь мне помочь Не упусти, поторопись И почему так сложно? Боюсь, что получу отказ А вдруг ты думаешь о том же? И вот ночь хочет сблизить нас Делаю к тебе шаг, губы дрожат Обрывки слов, неровно дыша Вблизи я понимаю, ты больше, чем хорош Моя душа просит ночь, чтобы ты отсюда никуда не ушел Малыш, я хочу, чтобы ты был только со мной Будто самый лучший сон мой Знаю, что оба к любви стремимся мы Ты мой один, я твой единственный Нашептала ночь Ты изменишь мою жизнь Что ты можешь мне помочь Не упусти, поторопись.. *** Когда песня закончилась, Уэйд медленно поднял взгляд на Питера. В глазах у парня навернулись небольшие слезы. Чтобы Уэйда особо не заострял на этом внимание,он прикрыл лицо руками,и начал вытирать слезы.  Питер медлил, его взгляд был затуманен сильным чувством. Уэйд медленно приблизился, его рука нежно легла на влажную щёку Питера. Их глаза встретились: в глазах Уэйда читалась уязвимость, которую Питер никогда раньше не видел. — Эй… — тихо. Питер убрал руки. Их взгляды встретились. В глазах Уэйда не было привычной бравады — только обнажённая, почти пугающая честность. Их губы соприкоснулись в долгом и мягком поцелуе. Сердца бились в унисон, заглушая шум ночного Нью-Йорка. Поцелуй вышел медленным. Неуверенным. Таким, в котором больше вопроса, чем ответа. Но Питер не отстранился. Он сделал шаг ближе сам — и что-то внутри щёлкнуло. Поцелуй стал глубже. Дыхание сбилось, ладони нашли друг друга, и осторожность начала таять, сменяясь жадностью, от которой подгибались колени. — Уэйд, подожди… — Питер выдохнул это прямо в губы, когда воздуха стало катастрофически мало. Тот замер. — Что? Питер смотрел прямо. Без масок. Без недомолвок. — Что мы делаем? — голос дрогнул. — Это не очередной момент, после которого ты исчезнешь? Он говорил быстро, будто если остановится — не решится. — Ты всегда спрашиваешь, как я. Всегда обо мне. А ты? Ты прячешься за шутками, Уэйд. Я хочу знать, что ты чувствуешь. Тишина растянулась. Потом Уэйд выдохнул — тяжело, будто сдаваясь. — Я боюсь, — честно. — Но я люблю тебя. И… я не хочу бежать. Не сегодня. Не от тебя. Этого оказалось достаточно. Питер притянул его к себе резко, почти отчаянно, и поцелуй вспыхнул заново — уже без тормозов. Они рухнули на диван, задыхаясь, путаясь в руках и мыслях. Уэйд обнял его за талию, удерживая ближе, чем позволяла любая осторожность. А потом поднялся вместе с ним, будто это было самым естественным решением на свете, и повёл в спальню. Кровать приняла их мягко. Они остановились на секунду — лбы соприкоснулись, дыхание смешалось. — И что теперь? — хрипло спросил Уэйд, улыбаясь. Питер ответил так же тихо, но без тени сомнений: — Теперь… мы не врём себе. Он наклонился первым. Нью-Йорк за окном продолжал шуметь, но здесь, в этой комнате, мир сузился до тепла, дыхания и ощущения, что наконец можно быть — не героем, не шутом, не одиночкой. Просто рядом. Вместе.