MINE

Шейн Холландер был поразительно красив, и Илья Розанов отчетливо это понимал. Это же просто очевидно. Тёмные волосы. Пронзительный взгляд. Гибкое и мускулистое тело. Его веснушки. (О них Илья мог слагать поэмы). Но его красота не ограничивалась внешностью. Она была в том, как его открытая улыбка, стоило ему отпустить все тревоги, озаряла комнату. В том, как он отдавался работе, полностью сосредотачиваясь на процессе. В том, как легко и изящно двигался, не замечая, что люди смотрят на него. И хотят его. Но Илья знал. И прямо сейчас какой-то мудак-репортер смотрел на Шейна так, будто хотел содрать с него одежду и сожрать его, не прожевав. Илья в это время сидел на другой стороне зала, облокотившись на барную стойку отеля и потягивая пиво. Журналист (как там его звали? Дэниэл? Эм, нет, Дэвид) уже несколько недель крутился вокруг Шейна, сразу как начался сезон. То, что у него был краш на Шейна, было очевидно всем. Кроме, конечно же, самого Шейна. Даже Трой на одной из пресс-конференций бросил на Илью вопросительный взгляд, после того как Дэвид задал Шейну особенно приторный вопрос. И вот сейчас Дэвид наклонился через стол так, будто на пальце Шейна не было обручального кольца. Как будто он не был, черт возьми, мужем Ильи Розанова.  Шейн, разумеется, ничего не замечал. Он кивал всему, что говорил Дэвид, с открытым и дружелюбным выражением лица, совершенно не осознавая, что взгляд мужчины скользил по нему снова и снова. Илья еще крепче сжал бокал. Шейн был слишком доверчивым, слишком хорошим, чтобы предположить, что кто-то может вести себя настолько неуважительно. Но Илья знал, что даже кольцо на пальце Шейна не остановит всех, кто решит испытать свое счастье. Тем более, что сегодня Шейн был еще красивее обычного. Его длинные волосы были убраны назад, открывая лицо и подчеркивая без того выразительные скулы. На нем была шелковая рубашка, облегающая его плечи и узкую талию. Илья видел, как взгляд Дэвида скользнул по розовым губам Шейна, вниз по шее, к расстегнутому вороту, где, как Илья знал, открывалась четкая линия ключицы и едва заметный намек на подтянутую грудь. Это был уже не просто флирт, а что-то откровенно двусмысленное. Почти порнографичное. Илья не мог поверить, что Шейн надел эту рубашку на встречу с журналистом. (Хотя все было не так. Шейн взял эту рубашку утром без какой-либо задней мысли, совершенно не предполагая, что тем самым будет дразнить и искушать каждого встречного). Дэвид что-то сказал, сопровождая речь поворотом запястья и приподнятой бровью, заставляя Шейна мягко рассмеяться. Илья отпустил бокал. Хватит. С него достаточно. Оттолкнувшись от барной стойки, он пересек зал большими шагами. — Моя любовь, — пробормотал он на русском, скользнув на сиденье рядом с Шейном так, чтобы их бедра соприкоснулись. Он с намеренным стуком положил телефон Шейна на стол, отчего тот раздраженно нахмурился. Илья задержал руку на столе чуть дольше, чем требовалось, проследив, чтобы черное обручальное кольцо попало на свет. — Ты оставил его. Шейн рассеянно похлопал себя по карманам. — Ой, черт. Спасибо. Дэвид улыбнулся ему, но улыбка не дошла до глаз Ильи. — Розанов. Мне нужно еще несколько минут твоего терпения. Мы почти заканчиваем. Илья перекинул руку через спинку стула, на котором сидел Шейн, запустив пальцы в волосы на затылке мужа. — Нет. Вы закончили, — он повернулся к Шейну. — Мы опаздываем. Шейн бросил на него взгляд. — Куда?  — У нас забронирован ресторан. В голосе Ильи скользнула такая жесткая нотка, что все внимание Шейна переключилось на него. Его взгляд скользнул по лицу Ильи. Затем он вздохнул, провел руками по груди, прежде чем встать.  — Ладно. Эм. Окей. На этом все. Дэвид, напишите мне, если понадобится что-то еще. Дэвид скованно кивнул. Илья не упустил из виду, как взгляд мужчины в очередной раз прошелся по телу Шейна, когда тот встал и потянулся. Он видел этот голод и разочарование. Он вывел Шейна из ресторана, не убирая руки с его поясницы, провел через лобби отеля и затащил в ближайший лестничный пролет, прижимая к стене. — Ты, — прорычал Илья, — пытаешься меня убить. Дыхание Шейна сбилось. — Я просто… — Он раздевал тебя глазами. — Он делал свою работу. Илья фыркнул, сжимая пальцы на бедрах Шейна. — Ты не видишь того, что у тебя прямо перед носом. Шейн закатил глаза, и уголки его губ дернулись в попытке сдержать улыбку. — Ты преувеличиваешь. — Да? — Илья наклонился к нему, выдыхая прямо в ухо. — Он чуть ли не слюни пускал на тебя за столом. Шейн наклонил шею, давая Илье больше доступа к коже. — Может, немного, — признал он. Илья отклонился ровно настолько, чтобы поймать его взгляд. — Ты мой. Шейн сглотнул. — Да, — прошептал он. — Твой. Илья поцеловал его жестко и собственнически. Шейн сразу же поддался, расслабляясь в его объятиях. Илья уже чувствовал, как нарастающая эрекция Шейна начинает упираться в его бедра, когда дверь на лестничной клетке открылась. Шейн ахнул, пряча лицо в шее Ильи, когда тот поднял взгляд. В проеме замер Дэвид. Илья усмехнулся. Отлично. Пусть видит. Он провел рукой по спине Шейна ниже и сжал его задницу, притягивая еще ближе к себе. Ухмылка растянулась в широкую улыбку, когда дверь захлопнулась, закрывая Дэвиду обзор. О, этот ублюдочный журналист еще долго не забудет, кому принадлежит Шейн. Поддев подбородок Шейна пальцем, Илья приподнял его лицо, чтобы видеть своего смущенного и запыхавшегося мужа.  — Ну что, — сказал он, — на чем мы остановились?