Estate a Cremona

Май 2000 года. Италия, провинция Кремона. Втер шептал меж листьев, то и дело что колыхая начинающих спеть абрикосы. Старое поместье с холодными и длинными коридорами находилось в предвкушении и суете. К отцу едет искусствовед с Испании. С которым он познакомился в Оксфорде, когда преподавал там. Никто кроме самого Артура Норриса не знал его, никто не видел его. Предвкушение душило каждого, начиная с жены Артура заканчивая экономкой Марилой. Ландо не был исключением. Сейчас он лежал у себя в спальне на своей кровати, а на соседней, которую подготовили для Ландо, ведь в его спальне, как всегда, будет жить этот папин "коллега", а он будет тисниться все это время в маленькой соседней комнате. Лежал его друг Франко. – Как думаешь сколько ему лет? – повернул голову кудрявый на своего друга. Тот лишь хмыкнул. – На что ты надеешься, Норрис? – Ландо пустил глаза под лоб. – В прошлом году это был мерзкий старикашка – за старикашку он загнул, но то, что он был мерзким правда. – с каким то странным взглядом на мир для искусствоведа. Мы с мамой ели вытерпели его. – Франко залился смехом чуть запрокидывая голову. – Было бы классно если был он молодым, но это вряд ли. – с грустным вздохом сказал Ландо. – Мальчики! – послышался голос Марилы с первого этажа. – несите кровать в соседнюю комнату, гость будет через 20 минут! – юноши переглянулись, обречённо вздохнули и как солдаты не смели ослушаться. Кровать была ели доставлена. Ландо устало упал на неё. А Колопинто со смешком глянул на него. – Ну я пошёл, напиши СМС-ку потом, кто, что и как. – подмигивая он покинул его. И действительно примерно через 20 минут послышался мотор машины. Ландо высунулся с окна поглазеть на него. Красный понтиак с открытыми окнами был припаркован, а с него вышел высокий чуть смуглый мужчина. Густые как смоль волосы держались за счёт очков на голове. Ландо так и застыл, это не старикашка.. Это красивый молодой мужчина.. И очень даже красивый. – Карлос дорогой! Ты вырос с нашей последней встречи – Артур уже заключал его в объятия. – Когда это было, Артур? – смеялся он. – Знакомься дорогой, это моя жена Циска . – женщина широко улыбнулся, а этот испанец как самый джентльмен поцеловал ей руку. Женщина расцвела прямо на глазах. – Милая, где Ландо? – спохватился Артур. – Ландо! – а Норрис младший уже сбегал по лестнице вниз и был тут как тут. – Buongiorno signore! – со смущённой улыбкой поздоровался Ландо. В душе трепетало предвкушение от этого знакомства. Что-то внутри не давало покоя. Испанец в это время курил сигарету, а одна рука была в кармане. Он уверенно закусил сигарету губами и протянул ему руку. – Карлос Сайнс – тёмноволосый улыбнулся обворожительной и сверкающей улыбкой. – рад знакомству. – Ландо, возьми его вещи и проводи в его спальню. – Норрис кивнул и жестом приказал идти за собой. Спальня была на втором этаже. Дом пах историей в прямом смысле. В коридоре висели оригиналы картин. Красивые голубо-белые ковры и в горшке стилем викторианской эпохи рос небольшой лимон. Дверь со скрипом открылась, здесь смешалось все, старая узорчатая кровать и такая же прочая мебель, плакаты на стене с группами и фильмами. Холсты и мольберт. Карлос рассматривал спалню, было ощущение проникновение в что-то личное. Хотя так возможно и было. Но это не помешало Карлосу упасть лицом в чужую кровать.  – Я буду в соседней комнате, ванной мы будем пользоваться одной. – начал кудрявый. – а ещё, ставни зацепляются за виноград будь осторожен.. – в ответ он получил сопение в подушку. Обладатель карих глаз уснул и это не удивительно. Ландо улыбнулся от этого, это показалось юноше забавным. Обед Карлос тоже проспал и спустился только на ужин, перед этим приняв душ и переодевшись. Бордовое поло с синими джинсовыми шортами гармонично выглядели вместе. На улице за столом собрались уже все. В главе сидел Артур, рядом его жена, а с другой стороны экономка с мужем. Испанцу досталось место рядом с мальчишкой.За столом стояли непринуждённые беседы, все расспрашивали гостя. Ландо без интереса слушал краем уха. Но чуть вздрогнул, когда чужая теплая рука опустилась ему на плечо. – А ты? Чем ты занимаешься? – раздался хрипловатый голос Карлоса над ухом. От этого мальчишка вздрогнул, а по ушам прошёлся лёгкий румянец. – Я? Рисую, читаю книги, бездельничаю. Всё что положено моему возрасту. – под смех отца и со своей улыбкой ответил Ландо. Карлос хмыкнул. – Сколько это тебе лет выходит? – Ландо тряхнул кудрями и повернулся на мужчину. Тот глядел прямиком на него, рассматривая. От этого дыхание чуть спёрло. – Мне 18 исполнилось в мае. – тихо отвечает он. – 18? Я думал тебе лет 16, ты такой мелкий. – Смеётся испанец. Норрис на это закатывает глаза. А все за столом смеются. – Кем ты хочешь стать если не секрет и тебе это самому уже известно? – Донимал он его всё так же вопросами. – Дизайнером, это моя мечта. – Ландо смущался этого, когда все в его окружении были докторами, адвокатами и банкирами. Он стремится к искусству, не как его отец, но приблизительно. Этим желанием он загорелся ещё в 9 лет, когда читал с мамой вместе модные журналы. Восхищаясь тем, какую красоту придумывают люди. Карлос в удивление поднял брови, но мягкая улыбка осела у него на губах. – Я выгляжу стильно, господин дизайнер? – он продолжал улыбаться ему. Ландо забавляло это, он засмеялся своим громким и не особо манерным смехом. Передавая веселье и самому испанцу. Это был первый раз когда лицо Карлоса Сайнса появилось в скетчбуке Ландо с тремя короткими фразами на итальянском: "Он тронул меня за плечо", "Он смотрел мне в глаза." и "Я смущаюсь от этого". Он сам и не осознал что нарисовал его, поддался порыву чувств и собственных эмоций. Спать он лёг полностью уставшим и измотанным от этого дня, но с приятной тягостью в груди. Солнце пекло нещадно, почти вся молодёжь была у реки, кто-то купался, а кто-то играл в волейбол. В этом числе был и Ландо и как ни странно Карлос. Тот играл сейчас в волейбол, его подкаченное и рельефное тело напрягалось от физической нагрузки. То и дело что заставляя Норриса украдкой смотреть, а потом неловко отвадить глаза. Ландо сидел на писке и тянул холодную кока-колу. А сзади шептались девчонки и разговоры были. О боже, о Карлосе Сайнсе. Ландо морщился от них. Франко насмешливо смотрел на своего хмурого друга. – Эй Норрис скажи, этот Апполон, Карлос верно? – Интересовалась Реббека. – Да. – кратко буркнул он. – Амм.. Скажи, а сколько ему лет? – Уже раздался голос Карлы. Франко не сдержался и рассмеялся. – Девочки, полумирону не быть, он испанец. – Ландо от этого тоже пустил тихий смешок и так нечего не ответил, хмуро ушёл за ещё одной газировкой. Он сам не понимал от чего так психует, то ли от самих девушек, то ли от такого внимания к персоне Сайнса.. Он стоял с маленькой бутылкой, кудри влажные от купания в реке, глаза направлены в гущу зарослей. На нём были купательные шорты в розовую полосочку и бусы, которые плотно сидели чёкером на его шее. Вся его поза, а в особенности плечи были в полном напряжении. В голове купа мыслей, как клубок пряжи Марлы. Центром этих мыслей была эта странная реакция на расспросы, а может и на самого искусствоведа в принцепе. Вдруг кто-то с силой сжал его плечо. От этого действия Ландо отскочил. Взглянул на того кто нарушил его покой, и уставился в недоумении на кареглазого. – У тебя так напряжены плечи. – спокойно сказал Карлос и опять принялся его мять. Но Норрис опять отскочил. – Хватит. – отмахивался он от него, но тот продолжал. – да правда, хватит. Мне больно. – губы поджаты в полоску, а глаза мечутся по лицу испанца. В голове как большой красной кнопкой "сбеги", он это и делает. Оставляя Сайнса смотреть ему в спину и изогнутой не понимающей улыбкой. Это был опять день когда в его скетчбуке появился он. Его точёный профиль и рельеф тела. Фраз стало больше. "Он опять мял мне плечи", "Я не понимаю что со мной", "Куда девается моя самоуверенность рядом с ним", "Тупые Карла и Реббека." А потом начались дни когда спонтанные касания стали нормой. Переглядки, если нельзя коснуться. И это переполняло Ландо, ему казалось что он нравится тоже и ему. Пока не случилось это. С колонок раздаётся медляк, Франко с самодовольной рожей танцует с этой миниатюрной блондинкой. Ландо про себя хмыкает, пока не переводит взгляд на знакомую голубую рубашку и цветочный топ с рюшами. Так стоп... Это Реббека и Карлос? – Сучка Реббека. – Это голос Карлы? Точно, Ландо не показалось. Они как то слишком страстно выплясывают под медляк, лямки топа все ниже и ниже, как и руки испанца в целом. Норрис сжимает с силой бутылку с колой. Сволочь, зачем он играет с ним? Ландо тошно, будь он в помищениие он бы вышел на улицу, но так как все мероприятие происходит на улице  он лишь переводит взгляд на Колопинто и блондинку. Не помогает. Опять взгляд в упор на Карлоса и Реббеку и о боги они целуются. Рука швыряет почти полную колу. – Больной? – чей то голос, а Норрис и не знает чей, в руках осталась лишь крышка от бедной бутылки. И тут он делает то, чего вообще не ожидал, швыряет её в эту сладкую парочку. И тут же меняется репертуар песни, а сладкая парочка стоит в недоумении и походу лишь Карлос догадался в чем дело. Ландо усмехается самому себе и со всей своей грацией идёт выплясывать под Риану Don't stop the Music. Качая головой и подпевая не попадая в ноты. Он танцует как не в себя. Пока не встречается с чьей то спиной. Он медленно поворачивает голову. А там знакомые ореховые глаза и россыпь веснушек и родинок на лице. Взгляд усмехающийся, но от чего-то довольный. – Оскар? – он продолжает танцевать, а знакомые глаза улыбаются ему. – Ландо. – бархатный голос, такой знакомый отдаётся эхом в ушах. – Ты приехал.. – Ландо как то облегчённо говорит это. – Я и не мог по другому. – хмыкает тот и место между ними становится ещё меньше. На лице Ландо играет счастливая улыбка. Этот человек подарил ему столько эмоций, но столько же и отнял. Видеть его здесь прямо сейчас чувствуется очень остро. – Ты вырос. – Норрису приходится поднимать голову, чтобы заглянуть в эти теплые глаза. А те как то сильно блестят. – А ты – нет. – он смеётся с этого, они продолжают танцевать, оба отдаются моменту. Они пьют уже не колу, а хорошее пиво, что знатно отдаёт в голову. К ним присоединился Франко с бледным следом блеска на щеке. Оскар держится ближе к Ландо, иногда может взять за плечо и притянуть к себе. Это слишком правильно. Британец расслаблен и не ожидает подвоха. Пока знакомая шершавая рука не тянет его за локоть. – Домой, Ландо. – как лезвие ножа, слова острые и холодные. Норрис отдёргивает локоть с его рук. Франко поджимает губы в тонкую полоску и отводит взгляд. Он видел как тот обжимался с Реббекой, он знает как Ландо плохо. Оскар в это время не понимающе глядит то на Ландо, то на этого чёрного. Иронично играет опять та же Риана, но только Breakin' Dishes. И Пиастри делает то, чего не ожидал никто. Он заводит Ландо за себя, он гораздо выше их всех, в том числе и Карлоса. Глаза упёрлись на непонимающее лицо испанца. – Ты чё, дядя. – Голос полон иронии, ему не нравится то, как разговаривают с Ландо. – Ландо, прошу пойдём домой, что я скажу твоим родителям? – продолжал испанец. – Ты его знаешь? – Шепчет Пиастри ему на ухо. На это британец как то нервно кивает и чётко говорит "да". Франко наблюдает за этим и начинает понимать что может быть. Карлос все таки забирает его, домой они идут в полной тишине. Ландо бежит впереди и не хотел даже смотреть в его сторону. Дома тихо и даже свет не горит, все спят. Карлос его останавливает у большого открытого настежь окна. – Посмотри на меня, Ландиньо.. – эта испанская версия его имени... Ландо жуёт щёку, глаза метаются по лицу старшего. Изобилие мыслей и догадок, что сейчас  оседают в его кудрявой голове. – Что ты хочешь услышать от меня, Сайнс. – резко, как будто выплёвует всё ему в лицо, отвечает он. Карлос скривился от этих слов, ему не нравится что Ландо начал выпускать когти. Он сначала сжимает руку в кулак, а после подносит её к щеке британца, легко и мягко поглаживая её. – Хватит играть со мной. – Ландо говорит это шёпотом, глаза светятся ярко-зелёным при свете луны. От напряжения его скулы то и дело что напрягаются. А когда он почувствовал чужую тёплую руку, его как будто обдало кипятком, он как ошпаринный отходит назад. – Понимаешь.. По другому не поймут.. – Карлос глянул на него как на щенка, которого выбросили и к нему питается лишь жалость. Норрис прерывисто вздыхает. – Хватит. – Чётко, слишком громко для шёпота в тишине дома. Откуда у него такая смелость? Выпитый алкоголь? Да он, наверное он. Юноша разворачивается в сторону своей спальни со сжатыми кулаками и напряжённой спиной. Чувствуя на себе лишь взгляд. Сегодня он не откроет свой скетчбук, не нарисует, не напишет. Он будет долго ворочаться в постели, вздыхать. Думать, сжимать простыни. Но в голове останется ещё один образ. Оскар. Ландо проснулся позже всех и не успел на завтрак, а это значит не увидел Карлоса. К слову весь следующий день он его не видел, как и отца. Они уехали на объект, оно и к лучшему. Ландо смотрит телевизор, читает, ест мороженое и в целом бездельничает. Пока мама и Марила с Оливером не позвали собирать абрикосы. В саду стояла прохлада, время перевалило за 4 часа дня и было не так жарко. Пахло ещё не поспелыми гранатами, но от абрикосов стоял замечательный аромат. Кудрявый то и дело что воровал их. Здесь за шутками Оливера, причитаниями Марилы он забвается о том, что произошло ночью. – Соберём ещё этот ящик и всё, потом отнесёшь его на кухню. – Обращается к нему Оливер. Ландо кратко кивает и крепче держится за лестницу. Он идёт уже с сада, когда рёв мотоцикла режет уши. Он непонимающе идёт на звук и застаёт с улыбкой, знакомая широкая спина и длинные ноги. Оскар снимает шлем и сначала подмигивает ему и улыбается. Чёрный внушительный байк, оранжевый шлем. А сам Оскар одет в чёрную футболку которая красиво сидит у него по фигуре и прямые светлые джинсы. На ногах чёрные адики. – Я помешал? – в этот момент он поправляет копну своих светло-русых волос. Ландо шире ему улыбается и стреляет глазами. – Ну я уже закончил. – он стоит с кокетливой улыбкой, в руках ящик, на светлой футболке пятно от абрикосов. Апполон блять.. – Оскар! mama mia! – на Оскара налетает мама Ландо. – Милый! Мы уже думали ты в Милане с концами, боже! Марила, накрывай на ещё одного! – и убегает, махая, как бы "идите за мной". Пиастри спрыгивает с байка и идёт сначала к Ландо, забирая ящик с абрикосами. – И правда. Я тоже думал ты в Милане будешь только.. – как бы признаваясь говорит зеленоглазый. Оскар тихо смеётся. – Ну нет, с этими итальянцами я бы не вывез. – Ландо тоже смеётся с этого. Им неловко разговаривать, всё-таки год они не виделись и это ощущается как пропасть. Хотя не такая уж и большая. Они вместе заходят в спальню к британцу, тот изъявил желание переодеться, а Оскар поплёлся следом, ну и Ландо не стал его прогонять. Взял первую попавшуюся футболку и снял грязную. А австралиец вальяжно сел на кровать к нему, расставляя широко ноги, а руки назад. Спина Ландо манит взгляд, до неприличия тонкая талия для парня и россыпь веснушек по плечам. Ебаный в рот. Оскар как-то нервно облизывает свои губы.  Они спускаются когда стол был почти накрыт. Женщины кружили вокруг светловолосого, то и дело расспрашивали о всём на свете. Ландо не мог даже слово вставить. А потом раздался рокот понтиака. Норрис заметно напрягся, о боже только не Карлос. Сначала вышел отец, и когда увидел Оскара, широко улыбнулся и направился к нему с раскрытыми руками для объятий. Испанец подошёл позже, сначала здороваясь со всеми, а потом перевёл взгляд на Ландо и задержался на нём. Пиастри наблюдал за этим, поднимая брови вверх, а потом в наглую протянул ему руку. Карлос даже как то дёрнулся, поднимая на него глаза. – Оскар Пиастри. – уверенным голосом с такой же ухмылкой, прямиком глядя в глаза Карлосу, говорил он. Карлос прочищает горло и отвечает на рукопожатие. – Карлос, Карлос Сайнс. – Он скупо и дежурно ему улыбается. Он его запомнил ещё вчера. Тот защищал Ландо от него же.