killing Butterfly

Бабочки полёт

Будит тихую поляну В солнечных лучах.

Мацуо Басё

1940 год Нацистская Германия приглашает в их союз с Италией Японскую Империю и вследствие с этим образуются страны Оси. Юкити с разрешения Третьего Рейха входит в кабинет, для собраний их будущего союза заходя он заводит руки за спину вставая рядом с нацисткой Германией и крутит головой осматриваясь, кабинет был маленький, тёмный и выполнен в минимализме, который и нравился японцу, окон в кабинете не было лишь карты висящие на стенах, люстра и огромный стол, японской империи нравилось то какая комната была компактная, его это успокаивало в этом помещении он впервые видит (ну как впервые, скорее всего он его и видел в 1 мировой, но не считал значимым это запоминать) ещё одно государство которое находится в их союзе — Королевство Италию, который услышав шаги поднял взгляд и уставился на новоприбывшее лицо. Юкити был среднего роста, подтянутого телосложения соответствующего воину, у него был длинный конский хвост достающий до талии, все это казалось Италии интересным, ему нравилось рассматривать людей. Уставив свой взор на лицо Японской империи, он увидел красивые карие глаза, которые виднелись под стёклами маленьких круглых очков, Италия настолько сильно был заваражён внешностью Японии что и не заметил как Рейх прокашлявшись сказал — Лоренцо как я и говорил в нашем союзе появится новый участник вот он Японская империя — Юкити Такамори. Япония, стоявший в стороне, вежливо поклонился в знак приветствия. Рейха же продолжал свой диалог с итальянцем: «надеюсь споётесь, ну если нет то я решу вышвырнуть тебя из союза так будет более выгодно» — Губы немца изогнулись в ухмылке. — «Ну Виииль» — протяжно сказал Лоренцо, состроив грустную гримасу. — Муссолини опять ты за своё, я же говорил звать меня фюрер! Японская Империя, явно не желавши лицезреть этот бессмысленный и раздражающий спор, но поняв что по своей прихоти ему никто уйти не даст, старался как можно увереннее держаться и не создавать лишнего шума, так скажем «слиться с пространством», из этой недопопытки «испарится», его вырвал Лоренцо, которого держал за воротник военного одеяния Вильгельм. — У нас будет идеальный союз надеюсь мы подружимся! — протороторил итальянец так громко, будто хотел лопнуть барабанные перепонки Японца. Юкити сроду не видел таких шумных людей, ведь прожил свою жизнь в изоляции, под натиском своего отца — Сёгуната Токугавы, которого он сам же и убил. От этих раздумий японец усмехнулся, поняв что этот союз ему по душе, да и этот итальянец весьма неплох, ну он по крайней мере так думал. Резкий звук падающего тела вывел его из транса, он наблюдал несуразную на его вид картину, Лоренцо лежащий на спине подняв руки в жесте будто сдаётся, а немец сидит на нём сверху и душит. Созерцав это Такамори на миг всё же передумал что этот союз ему нужен, он и один справлялся хорошо, у него складывалось ощущение что он один здесь здравомыслящий. К его облегчению Вильгельм всё же слез с Италии, отряхнул своё обмундирование и сел за стол, который стоял в центре кабинета, занимая большую часть пространства. Муссолини поняв что на нём больше не сидят и не душат сначала сел на свой зад ровно, чтобы немного восстановиться от твёрдого пола к которому его пригвоздили. Не то чтобы он забывал звать своего капитана «фюрером» , просто не стало быть стране, которая знала ещё его отца вот так вот пред ним распинаться. Италия всё же соизволил подняться с пола и сесть за стол рядом с третьим рейхом и тогда Японии не оставалось выбора и он уселся рядом с ними, тройственный пакт о союзе стран оси был наконец-то сформирован. И пока Вильгельм бубнил о том что они вообще будут обсуждать, и как взаимодействовать, Юкити следил за итальянцем, ему не было дело до бубнежа его новоиспечённого товарища, так как он ему это уже по пути рассказал. Япония приметил что у итальянца была довольно гладкая смуглая кожа что для стран довольно редко, допустим у Рейха кожа пусть и была светлая и достаточно красивая но на левой части лица от лба до губ был огромный шрам у стран обычно шрамы появлялись от того что они не могли забыть то или иное событие, но насколько японец помнил у Вильгейма не было таких событий или это он просто не особо осведомлён, но ведь сама Нацисткая Германия относительно недавно появилась, да и Рейх не любит особо распинаться о себе. Но у Италии не было таковых шрамов на лице, возможно они находились на его теле, а может и мешали нормально жить, но эта лучезарная улыбка отгоняла все мысли, которые приходили на ум. Японец вглядывался в смуглую кожу Италии, она хорошо сочеталась с его светлой каштановыми, кудрявыми волосами и зелёными глазами это создавало невинный образ коим сам Лоренцо не являлся. Пусть Японская империя находится вдали от Европы, он хорошо знал то что фашизм зародился именно в Италии. Японец опустивши голову на свою руку уже чуть ли не засыпал, он любил проводить время в раздумиях, но после всего потока информации всегда хотел прилечь и погрузиться в царство Морфея. Уснуть ему так и не дали, Нацисткая Германия наконец закончив свою воодушевляющию речь о том зачем им нужен был союз, поднялся заключив свой монолог тем их союз будет процветать и они останутся в памяти навечно. — Ну-с, я пойду меня дети ожидают дома — говоря это будто с тоской Вильгельм поправил свою фуражку — этих шкодников нельзя оставлять надолго Эммой глядишь её с ума сведут, хотя не то чтобы я был против. В голосе Гитлера чувствовалась лёгкая усмешка. Фашист явно был возмущён тем что немец так их покидает — Эй, у нас вообще-то тоже дети есть! — Мне всё равнооо: Сказал немец и покинул кабинет.

***

В помещении воцарилась тишина, но по итальянцу было видно как же он оскорблён этим аргументом, но это состояние быстро улетучилось — Муссолини решил времени зря не терять и побольше изучить японца. Первым делом стоило подойти к Японской империи и притом достаточно близко, Италия сам не знал почему, но ему нравилось стоять к людям чуть ли не в притык. Он стал быстро и уверенно сокращать расстояние между ними. Япония сразу понявши что к чему, достал катану из ножен, находящихся на поясе и представил остриё катаны пред итальянцем. Он не собирался никого ранить, а просто предупредить что ближе нельзя. Лоренцо успев быстро среагировать отскочил. — Понял сдаюсь, а ты у нас неприступный оказывается ,Юки — последний фразу Италия будто промурлыкал. Японию это повергло в шок и оскорбило, что он даже отступился и перешёл на свой язык:«Нани?» Итальянец удивлённо вскинул брови. Японец опомнившись всё же произнёс что хотел: ,Что? Повтори последнее. — А ну я сказал Юки что то не так? Тебя же вроде Юкити зовут? — Нет просто весьма странно слышать что моё имя сокращают, меня же вообще обычно на моей родине по фамилии зовут, да и никого старше моих городов в моём окружении нет чтобы звать меня таким образом — Заключил Япония. — Я старше тебя пусть и не на много значит, я могу называть тебя Юки, ведь так? — Нет, предпочитаю чтобы меня звали по фамилии Такамори. — Да мой фюрер — чётко без запинки, заученно ответил Италия и усмехнулся. Всё же Италия и вправду выглядел совершенно невинно и по детски, подумывалось Юкити. И всё же есть в нём что то особенное, он будто гусеница, которая знает что вскоре она станет бабочкой и поэтому позволяет себе всё. — Слушай Такамори у тебя ведь есть дети? Италия резко стал серьёзным и что ли заинтересованным. — Да, сын , Аки — А у меня дочь, Бьянка, весёлая и эмоциональная девочка — Италия хмыкнул и прикрыл глаза — в меня пошла, а твой сын какой. — Закрытый, часто засиживается дома очень трудно выудить его на улицу, зато умный. У Вильгейма ведь тоже дети есть, он про них говорил. — Да, двойняшки Берта и Герман, буйные до жути. Я один раз сидел с ними, так они меня связали представляешь?! Будто сам Сатана их прислал. Сразу видно кто их отец. Япония заметил что когда Лоренцо говорил он жестикулировал это показалось Юкити довольно интересной фишкой. Такамори поднялся с пола: — Думаю, мне пора идти, поди Аки меня заждался. — Да думаю и моя дочь меня ждёт, Тогда до встречи Так и прошло знакомство наших двух бабочек.