Пропавшие Воспоминания

      Фогги думал, что сходит с ума. Он был уверен, что на сегодня назначена встреча, причём важная, но сколько раз он ни проверял свой календарь, не мог найти и следа предполагаемой встречи. Единственное, что он нашёл, — пустой стикер, прилепленный к странице, словно он забыл записать то, что считал достаточно важным, чтобы добавить в расписание. Это продолжало мучить его, пока он собирался на работу, и он возился с галстуком дольше, чем следовало бы.       Их офис почти не изменился, даже после Скачка. Хотя здание пустовало все пять лет, внутри всё осталось прежним. Фогги это нравилось — искать новое помещение для их дела было бы сущим кошмаром. Единственным положительным последствием Скачка стал наплыв новых клиентов. Катастрофические события имеют обыкновение порождать юридические проблемы, а у Нельсон и Мёрдок была репутация фирмы, способной разобраться с самыми запутанными делами.       Наплыв клиентов сделал их график более забитым, чем когда-либо, поэтому Фогги так беспокоился о том, что он не может вспомнить, с кем была запланирована встреча. Перенести её было бы проблематично, даже если он не помнил, с кем именно она была. Может, Карен где-то записала? Она должна была вести их расписание, но, если честно, она иногда была такой же рассеянной, как и он сам, поэтому не помешало и самому следить за своим графиком — на всякий случай.       Он с улыбкой поздоровался с Карен и направился прямиком к кофемашине. Хотя он любил Карен всем сердцем и готов был за неё умереть, кофе, который она варила, был непригоден для питья. Она любила с утра приготовить целую банку кофе и оставить её для него и Мэтта. Каждое утро Фогги выливал этот кофе и готовил новую порцию. Если бы она узнала, она, наверное, убила бы его, но оно того стоило. Он предпочёл бы умереть от её руки, чем от пищевого отравления той чёрной жижей, что она называла кофе.       «Ты не знаешь, у меня клиент назначен на это утро? Я готов поклясться, что должен был с кем-то встретиться, но, кажется, забыл записать». Фогги прислонился к столу Карен, и дерево впилось ему в спину. Она бросила на него взгляд, говоривший, что она ожидала от него большего, прежде чем перевести внимание на компьютер. «Дай-ка я посмотрю… Хм, странно; тут сказано, что ты должен встретиться с кем-то, но имя оставлено пустым…?» — нахмурилась она, глядя на экран.       Это породило больше вопросов, чем дало ответов. «Думаю, это был один из клиентов Мэтта, по которому я должен был проследить, может, он неправильно заполнил форму? Ты же знаешь, какой у него древний компьютер». Фогги уже несколько месяцев пытался уговорить Мэтта его заменить. Шрифт Брайля на клавишах уже стёрся до такой степени, что Мэтт отправлял письма, полные опечаток, но тот и ухом не вёл. Упрямство Мердоков не знало себе равных. К этому моменту Фогги уже подумывал «случайно» пролить что-нибудь на этот паршивый ноутбук, чтобы просто заменить его Мэтту на что-то, что не звучало бы как взлетающий самолёт при отправке одного-единственного письма.       «Может быть. Его ещё нет, так что, думаю, придётся подождать и посмотреть, вспомнит ли он. Если нет, то, наверное, можешь провести утро, завершая те самые сводки, которые я прошу тебя доделать уже три недели». Карен лукаво ухмыльнулась, глядя на него снизу вверх, и он рассмеялся. Может, так и сделает. И всё же он чувствовал, что эта встреча должна была быть важной. Не по причине гонорара — большая часть их работы выполнялась бесплатно. Нет, дело было в чём-то другом, но он просто не мог вспомнить, в чём.       Это вертелось у него на языке, дразня, пока он ждал Мэтта. Тот, как обычно, опаздывал. Его дьявольские проделки имели обыкновение задерживать его до поздней ночи, так что почти вошло в привычку, что он приходит в офис с опозданием. Фогги хотел злиться из-за этого, но давно уже махнул на это рукой: Мэтта и Сорвиголову не разделить, даже если он этого и желал. Мэтт не собирался останавливаться в ближайшее время, так что не было смысла каждый раз злиться, когда тот опаздывал. Между ними всё ещё висело много недоговорённостей, но они делали осторожные шаги вперёд. Фогги не знал, станет ли когда-нибудь всё как прежде.       Звук открывающейся двери вырвал его из раздумий. На удивление целый и невредимый Мэтт бросил ему и Карен слегка извиняющуюся улыбку. «Простите, пробки». Фогги хотелось фыркнуть, указать, что буквально все в комнате прекрасно знают, почему он опоздал, но он сдержался. Сегодня он не хотел ссориться. У него всё ещё была загадка, которую предстояло разгадать.       «Ты помнишь того клиента, по которому хотел, чтобы я на прошлой неделе проследил?» Фогги копался в памяти, пытаясь вспомнить, о чём именно его просил Мэтт. «Пацан Паркер!» — наконец щёлкнуло. Мэтт просил его навестить парнишку, что уже было удивительно, ведь Мэтт редко просил о подобной помощи. Что-то в этом деле держало Мэтта в напряжении всю неделю. Фогги, должно быть, в какой-то момент знал почему, но сейчас вспомнить не мог.       «Паркер? Я не помню клиента с такой фамилией, так что сомневаюсь, что просил тебя с ним связаться». Озадаченная гримаса Мэтта идеально отражала чувства Фогги. Он был уверен, что именно Мэтт рассказал ему о парне. Что-то насчёт подставного обвинения? Боже, в голове будто вата. Каждый раз, когда ему казалось, что он приближается к воспоминанию, оно ускользало.       Покачав головой, Фогги решил, что окончательно спятил. Настал его час сходить с ума, выдумывать разговоры, которых не было, и клиентов, которые не существовали. «Наверное, я всё перепутал, дружище. Виноват». Он улыбнулся Мэтту, прекрасно понимая, что тот этого не видит. Может, он слышит, как двигаются его мышцы, или что-то столь же жуткое. Он всё ещё привыкал к странному суперслуху Мэтта.       Теперь, когда его график на день освободился, Фогги устроился перед ноутбуком, намереваясь заняться теми файлами для Карен. Он ненавидел составлять такие отчёты, но больше откладывать было нельзя, иначе позже это могло бы ему дорого обойтись. Закончив с третьим делом, он решил, что заслужил короткий перерыв. Взяв телефон, он пролистал соцсети. Один заголовок привлёк его внимание.       «Человек-паук: Угроза снова наносит удар»       «Дейли Бьюгл» очень любила клише. Их ненависть к Человеку-пауку, в особенности ненависть Джей Джоны Джеймсона, не была тайной, но это казалось уже перебором — обвинять его в обрушении здания, которое буквально горело ещё до его прибытия. Фогги никогда не был особым поклонником «Дейли Бьюгл», но с тех пор, как он узнал, что Человек-паук — всего лишь ребёнок, у него во рту появлялся горький привкус при чтении их статей.       Он замер. Откуда он знал, что Человек-паук — ребёнок? Конечно, судя по фото, Человек-паук не выглядел особо высоким, но только по этому нельзя было назвать его ребёнком. И всё же в глубине души Фогги знал, что Человек-паук — ребёнок. Ребёнок, которого Мэтт описывал как «похожего на щенка». Ребёнок, на которого пытаются повесить убийство Мистерио. Ребёнок, с которым Фогги должен был сегодня встретиться. Питер Паркер.       Воспоминания хлынули на него, словно плотина в его сознании прорвалась. Мэтт видел (или слышал — как там у него) раскрытие личности парня по телевизору и лично вышел на него. Он рассказал об этом Карен и Фогги постфактум, заявив, что просто не может позволить другому виджиланте бороться в одиночку. При их забитом графике Мэтт попросил Фогги взять следующую назначенную встречу на себя, так как не хотел отменять её у парня. Фогги вспомнил, как записал время встречи на стикер и прилепил его к календарю.       Но как стикер оказался пустым этим утром? Почему Мэтт не помнил разговора с ним об этом деле? Почему ему самому потребовалось так много времени, чтобы всё вспомнить? Ничто не сходилось, и Фогги с трудом верил даже самому себе. Чернила не исчезают просто так. Мэтт тоже не стал бы его вводить в заблуждение, притворяясь, что не понимает, о чём он, верно?       Поиск имени «Питер Паркер» в гугле не дал реальных результатов, кроме относительно недавно созданного твиттер-аккаунта с таким именем и отметкой «Квинс» в качестве местоположения. Кроме этого, казалось, Питер Паркер никогда не существовал в Нью-Йорке. Покопавшись чуть глубже, Фогги обнаружил, что женщина, которая, как он был почти уверен, была тётей Питера, скончалась всего несколько дней назад. В статье о её безвременной кончине имя Питера нигде не упоминалось. У Фогги начала раскалываться голова. Как статья, рассказывающая обо всех жизненных достижениях Мэй Паркер, могла не упомянуть племянника, которого она взяла на воспитание и относилась к нему как к сыну?       Проведя руками по лицу, Фогги издал раздражённый стон. Конечно, ничего не могло быть просто. Он не мог просто забыть обычную встречу с обычным клиентом. Нет, это должно было быть связано с виджилантами. К этому моменту любая неприятность в его жизни могла быть отнесена на их счёт. Ему необходимо было выпить, желательно что-нибудь достаточно крепкое, чтобы притупить боль, пульсирующую в черепе. Но пить в рабочее время он не мог, поэтому вместо этого он допил остатки своего тёплого кофе и открыл ту самую страничку в твиттере.       Нужно было докопаться до сути, и, учитывая, что это была его единственная зацепка, он решил отбросить осторожность. Используя корпоративный твиттер-аккаунт фирмы (который они с Карен завели в одну пьяную ночь), он отправил этому аккаунту сообщение. Может, тот, кому он принадлежал, никогда не ответит, или он вообще не имеет к этому отношения, но он должен был хотя бы попытаться. Иначе любопытство съело бы его заживо. Закрыв вкладку, Фогги вернулся к работе, делая вид, что он обычный адвокат с обычными клиентами, а не адвокат, который, кажется, работает исключительно с виджилантами.       Ответ пришёл раньше, чем ожидалось. Честно говоря, Фогги не был уверен, чего он ждал. Молчание, вежливое «не знаю, о ком вы» или, чёрт возьми, даже «отвалите» было бы понятно. А что ответил бы он сам, окажись на месте парня? Наверное, проигнорировал бы, посмеялся бы над этим с Карен и Мэттом за парой кружек пива, а потом заблокировал отправителя. Но, с другой стороны, его никогда не обвиняли в том, что он Человек-паук, так что он не мог знать.       Перечитав своё сообщение, он не мог сдержать гримасу. Наверное, можно было сформулировать и получше, чем «Привет, меня зовут Фогги Нельсон, и я знаю, что ты Человек-паук. Я тебя помню, но никто больше, кажется, не помнит. Я могу тебе помочь», но в тот момент он не видел в этом ничего плохого. Это было немного прямолинейно, но ходить вокруг да около казалось неуместным. Если его память не подводила и если статья о Мэй тоже была правдой, то Питер Паркер — недавно осиротевший подросток, о котором, похоже, забыли все вокруг. Фогги считал, что с парнем нужно быть максимально честным, даже если он жалел, что не был чуть более… спокойным в своём послании.       Ответ был довольно сухим и прямым, так же как и первоначальное сообщение Фогги. «Вы из «Нельсон и Мёрдок», верно? Мистер Мёрдок говорил мне, что вам можно доверять. Встретимся здесь завтра в полдень», — далее шёл адрес, который Фогги пришлось погуглить. Он находился в Квинсе, что было неудивительно. Это была закусочная, выглядевшая снаружи не слишком впечатляюще. Он ответил простым смайликом с поднятым большим пальцем, отчего почувствовал себя лишь слегка староватым, убирая телефон в карман.       Он не был уверен, нервничает он или волнуется, подходя к закусочной на следующий день. Было без четверти полдень, достаточно рано, чтобы быть вовремя, но не слишком рано, чтобы было неловко. Осознание того, что он был прав насчёт реальности Питера и того, что тот был их клиентом, волновало, но последствия, которые это имело в более широком масштабе, заставляли его почти желать, чтобы его обманули, что всё это - больная шутка. Это было бы куда проще, даже если ему и нравилось быть правым.