У меня для тебя есть секретные метки

Мари свернула во двор, едва почувствовав пристальный взгляд на себе. Она всегда знала, когда кто-то хочет подойти, когда кто-то глядит. Она не против фото, видео и встреч с фанатами, но иногда это чертовски изматывает, особенно в натруженные дни. Ян ведь предлагал заказать такси, но ей хотелось пройти хотя бы немного пешком. Ей нравилось гулять, ощущать ласкающий ветерок на лице, впитывать дары солнца и подмечать маленькие детали окружения. На прошлой неделе они уже съездили на испытание для двенадцатого выпуска. И она впервые за долгое время захотела использовать бубен. Его звучание как ничто другое отлично помогало отвлечься от внешнего и войти в тонкий мир. Подмосковный город Электросталь встретил их солнечно, хотя история одной многоэтажки не была такой светлой. Но и само испытание было не таким сложным, скорее интересным и будоражащим. Мари нравилось изучать новые места, смотреть их историю и знакомиться с жильцами. Прошлыми жильцами. С мёртвыми. Она не знала, как герои отнеслись к её версии, поскольку казалось, что сказала больше, чем нужно было. Ей каждый раз не хотелось говорить слишком много, потому что большинство вещей люди и так знают. Она сосредотачивалась на конкретной цели, лишь добавляя мелкие доказуемые детали, просто потому что наблюдателям хотелось лучше удостовериться, что перед ними экстрасенс. Она давно поняла, что людям нравится слушать и говорить о себе, поэтому пользовалась этим. Завтра она узнает, кто войдёт в число финалистов. Девушка шла и не могла отделаться от ощущения, что этот двор кажется знакомым, но не помнила, была ли тут когда-то. На площадке кричали дети, кто-то из старшего поколения копошился в клумбе с жёлтыми цветами. Всё выглядело как в самом обычном дворе. Может, поэтому он показался знакомым. Может, он просто был похожим. Она взглянула на окружающие многоэтажки, глядящие на неё в ответ сверху вниз. И взгляд зацепился за лестницу, ведущую на крышу. Она остановилась, на секунду заколебавшись, стоит ли ей продолжить путь или же поддаться и свернуть. И, поддавшись первому короткому голоску, свернула к лестнице. Конструкция не казалась мега безопасной, поскольку шаталась и тихо скрипела, и даже в одном месте висела жёлтая ленточка, по всей видимости, намекающая об опасности. Но её это уже мало волновало. Вскарабкавшись наверх, в лицо ударил ветер, растрепав волосы и толкнув её, намекая вернуться вниз. Но Мари удержалась и когда твёрдо встала на ноги, оглядела город. И ветер, поняв, что его не слушают, легонько стих. Посмотрев некоторое время на движение и суматошность города, Мари приметила рядом картонку, прижатую какой-то тяжёлой штукой. Так и не поняв, что это, она пнулаеё и та с грохотом откатилась. Картонка оказалась относительно чистая. По всей видимости, кто-то недавно притащил её сюда, и она даже не успела намокнуть от редких дождей. Мари перетащила её ближе к краю и села лотосом. Прикрыла глаза и, наконец, оказалась одна. Шум машин, голоса и прочие звуки остались внизу. Войдя в медитативное состояние, вовсе приглушились и оказались где-то далеко. Неизвестно, сколько прошло времени, но солнце медленно окрашивалось закатом, рисуя ало-розовые картины в небе. Ноги привычно затекли, и Мари потребовалось время, чтобы «оживить» их. Она хотела встать и засобираться домой, потому что Ян наверняка начал переживать, но замерла, так и не поднявшись. Лестница внизу заскрипела, говоря, что кто-то определённо поднимается наверх. Если она сейчас зашевелится, то создаст шуршание картоном, предупредив надвигающегося. Девушка скользнула глазами по окружающим предметам, но не нашла ничего для самообороны. Поэтому положила руку на сумку через плечо, готовая в любой момент открыть её и достать перцовый баллончик. Люди на свете были разные, и ей не хотелось сталкиваться с ними в таких местах. К тому же, где есть обожающие тебя люди, там есть и ненавидящие. Поднявшись, мужчина не сразу приметил её, поскольку она сидела тихо и почти сливалась чернотой одежды и волос с тёмным бетоном здания. Рука Мари дёрнулась, а сердце замерло, когда тот взглянул на неё. Сам он почти перестал дышать, встав как вкопанный. Ему казалось, что если сейчас шевельнётся, то она спрыгнет, исчезнет. И она хотела спрыгнуть. Мысленно уже сделала это. Она медленно встала, потому что ей не нравилось смотреть на него снизу и, хотя он все же смотрел на неё сверху из-за роста, так ей стало легче. Он продолжал смотреть, почти не моргая. Так пристально, что холодело в жилах. Так молча, что захотелось заговорить первой. Но они так и продолжали стоять в пяти метрах друг от друга. Перед ним стояла незнакомая девушка.