по-семейному

      Марк пригласил Юлю и её родителей на семейное новогоднее застолье. В этот раз оба решили отметить праздник не на работе, а в кругу близких, и Паршута была искренне рада такому приглашению.       Помимо родителей за столом был брат Марка со своей женой и их сыном. Все старшие очень быстро нашли общий язык и, когда присутствующие разделились на «коалиции» по возрасту, Юля начала общаться с Давидом. Марк не слышал, о чём они говорили, так как был занят беседой с братом.       — Как у вас? — Миша не стал вдаваться в конкретику: знал, что брат поймёт его без лишних слов.       — Хорошо вроде, — он не отводил взгляда от бокала с шампанским. Уже полчаса как стукнуло двенадцать, но Марк до сих пор понемногу пил.       — «Вроде»?       — Ощущение, что какие-то недомолвки есть… Я жду, пока Юля первой начнёт говорить об этом, но не знаю, сколько нужно ждать.       — И как давно это у вас? — старший перевёл взгляд на девушку, которая разговаривала с его сыном с неподдельным интересом, хоть ему и было всего-то немногим больше четырнадцати лет. Всё-таки Юля могла найти общий язык с любым ребёнком.       — Дня три, наверное.       — Марк, успокойся, — брат с облегчением выдохнул и несильно хлопнул младшего по плечу. — Такое бывает, поверь мне, и в этом ничего страшного. Всё пройдёт, а ты будь рядом. Если она захочет поделиться, обязательно скажет. Я уверяю тебя, — Марк немного успокоился и допил шампанское из бокала.       Через пятнадцать или двадцать минут Марк с Юлей смогли остаться чуть дальше от остальных, и тогда он смог задать вопрос, который волновал его.       — Юль, что-то случилось?       — А? — она отвлеклась от концерта на одном из телеканалов и повернулась на него.       — Ты уже несколько дней о чём-то думаешь и иногда выпадаешь из разговоров. В каких облаках ты витаешь? — он прикоснулся пальцами к её плечу. Делал так часто, когда у него случались приступы нежности или переживания.       — Марк, всё хорошо, — он другого ответа, в общем-то, не ожидал.       Он убрал руку от её плеча, хоть и не хотел это делать, спиной упал на диван, немного развернул лицо в сторону Юли и наблюдал за ней. Она сжимала руками пульт, а глаза её как будто смотрели сквозь экран и не видели всё происходящее. Через пару минут он понял, что она никак не реагирует на него, и отвернулся, напраив взгляд в телевизор, но так же, как и она, не видел там ничего, погрузившись в мысли. Это состояние Паршуты немного волновало и пугало его. Ему хотелось быть рядом с ней во всех отношениях, но сейчас Юля эмоционально не подпускала его к себе, выстраивая какой-то барьер вокруг себя, который, как бы Марк ни пытался, невозможно было сломать. Видимо, его брат действительно был прав, и ему следует подождать какое-то время, пока она сама не захочет поделиться с ним тем, что её гложет, но это ожидание было невыносимым.       — Маркуш, — Юля уже несколько секунд смотрела на то, как он буравит глазами экран, и думает, вероятно, о том, что она что-то скрывает от него. Она взяла его руку в свою и погладила пальцы, чтобы немного успокоить рой мыслей в его голове, и тогда Тишман повернулся. — Всё, правда, хорошо, поверь мне, пожалуйста. Просто… Мне нужно собраться с мыслями перед важным делом, — Марка взволновали эти слова, но взгляд Юли был блестящим и счастливым, она и правда нисколько не лукавила и не пыталась обмануть его для того, чтобы просто успокоить. Это была чистейшая правда. — Прости, что я заставляю тебя волноваться, но как только придёт время, я всё расскажу тебе. Дождись, пожалуйста, Марк, — она оставила поцелуй на тыльной стороне его ладони, а потом подвинулась ближе и обняла его. Марк и правда почувствовал спокойствие, обнял её в ответ и оставил лёгкий поцелуй где-то в районе виска.       — Ты же знаешь, я всегда буду ждать, — а ведь действительно, он ждал её всегда. На «Фабрике», после каждого отчётного концерта он ждал её, чтобы обсудить всё; после её внезапного переезда в Америку он тоже ждал её возвращения; после того, как она познакомилась с Сашей и проводила с ним намного больше времени, чем с лучшим другом, он тоже всегда ждал её свободных минут, чтобы побыть вместе; Марк ждал её даже тогда, когда они в хлам разругались и не общались несколько месяцев. В какой-то момент он всё же дождался, и теперь они вместе. Юля до сих пор не знала, в какой из промежутков ожидания он полюбил её. Когда она пыталась спросить у него, Марк отмахивался и говорил, что не нужно ворошить прошлое, ведь сейчас они любят друг друга, а то, что было когда-то, совсем неважно.       — Знаю, — Юля выдохнула это ему в шею и закрыла глаза. С Марком всегда было спокойно. — Спасибо, — мужчина вновь поцеловал её, вдохнув запах волос, а Юля улыбнулась. Всё, что ей было нужно, это счастье их обоих.       — Юль, ты в…       — Чего это мы тут расселись, а? — из-за угла вышел Миша, и Марк прервался. — Пойдёмте за стол.       — Опять? — Тишман посмотрел на брата и вздохнул, а Юля рассмеялась.       — Мааарк, пошли, правда, — девушка привстала и взяла его за руку, и только тогда Марк всё же поддался. Они втроём с Мишей зашли в гостиную, где развернулся весь праздник, и увидели, что теперь почти все были на месте — только отец Юли разговаривал с отцом Марка на балконе.       — Наговорились?       — Мам, отстань от них, — Миша с улыбкой отмахнулся от своей мамы, а Марк просто молча улыбнулся, подошёл к ней и обнял. Он отодвинул стул для Юли и сел рядом с ней. Паршута наблюдала за этим с улыбкой на лице, но вскоре её отвлекла мама, которая наклонилась к ней ближе.       — У вас всё хорошо? — она прошептала это так, чтобы кроме Юли никто не услышал, и девушка вмиг стала серьёзной.       — Да, мам, всё в порядке. Что-то случилось?       — Мне показалось, что Марк выглядит грустным из-за чего-то, — она быстро посмотрела на Тишмана, который общался с мамой и братом, и Юля сделала то же самое. Марк и правда был слегка встревожен.       — Я просто…       — Ты ещё ему не рассказала?       — Нет, — Елена Владимировна вздохнула и сжала ладонь дочери.       — Успокойся, я уверена, что он станет самым счастливым. Он же мечтает о детях, и ты знаешь это как никто другой, — Юля посмотрела на женщину и улыбнулась.       — Да, мам. Спасибо, — она поцеловала её в щёку и обняла. В объятиях мамы она чувствовала себя маленькой девочкой, которая босиком бегала по пляжу в родном Адлере. Девочкой, у которой не было никаких забот кроме домашней работы из школы и музыкалки, походов в художку и в спортивные секции. У неё не было серьёзных поводов для волнения, потому что рядом всегда были любящие родители и тепло. Сейчас таким человеком для неё был Марк. Мужчина, с которым судьба спустя столько лет наконец-таки свела её. Он всегда дарил и продолжает дарить это тепло, свободу, лёгкость, уверенность во всём, сильную поддержку и безграничную любовь. Паршута старалась возвращать ему это всё в том же размере, что и получала, и, судя по их отношениям, у неё это получалось. А сейчас она мучает своего любимого мужчину молчанием, тем, что не говорит о таком важном и бегает от него и этого разговора, тем, что не может объясниться с ним.       Эти мысли уже и саму Юлю терзали. Как и сказала мама, Марк точно станет самым счастливым человеком, когда узнает о пополнении в семье. Паршута прекрасно осознавала это, но волнение всё равно разрасталось внутри неё, как только она принимала решение рассказать ему, поэтому этот разговор каждый раз откладывался. Она уже неделю сомневается, а в последние дни эти сомнения перевесили что-то внутри неё: она стала более задумчивой, а впридачу к этому ещё и невнимательной к словам и действиям Марка в её сторону. Она иногда замечала, как волнуется Тишман, но ничего не могла с собой поделать. Перебороть эту тревогу было сложно. Но сегодня, в этот прекрасный праздничный день, она может рассказать ему. Тем более, обстановка располагает.       Через какое-то время Марк встал из-за стола и вышел из комнаты, чтобы принять входящий звонок — наверное, кто-то из друзей решил поздравить. Юля последовала за ним и дождалась, пока он закончит, а потом вошла.       — Марк, — она подошла ближе к нему, и Тишман повернулся, убрав телефон в карман.       — Хорошо, что ты пришла, — на его лице растянулась слабая, но искренняя улыбка. — Я хотел с тобой поговорить.       — Я тоже, на самом деле, — ей было очень интересно, что он хотел сказать, но волнение внутри всё же было сильнее. — Но давай ты начнёшь.       — Юль, я… Я вообще не готовился, если честно. Сколько бы ни прокручивал это всё в своей голове, постоянно всё идёт по-разному, поэтому я решил просто спросить, — он взял обе её руки в свои и посмотрел в её глаза. В его голубых сейчас тоже плескалось волнение. — Ты выйдешь за меня?       Для Юли предложение почему-то не стало чем-то удивительным и неожиданным, но эти слова всё же выбили почву из-под ног и заставили на несколько секунд прервать дыхание. Третий раз в жизни ей делают предложение и третий раз в жизни она соглашается. Но в этот раз, Юля уверена, всё будет совсем по-другому. Марк рядом с ней вот уже семнадцать лет. Они выучили друг друга наизусть. Каждый знал привычки друг друга, все плюсы и минусы, достоинства и недостатки — они принимали друг друга такими, какие есть, но и были готовы меняться ради их отношений.       Марк после её тихого «да» хотел притянуть Юлю к себе и обнять, но она его остановила.       — Я тоже не готовилась. Вернее, всё же готовилась, но не знала, как и когда рассказать тебе, — она действительно прокручивала это в своей голове, но сейчас мысли будто испарились. Вполне ожидаемо. — Поэтому я тоже просто скажу. Марк, у нас будет ребёнок.       Наверное, выражение её лица, когда узнала об этом, невозможно было сравнить с его. Весь спектр положительных эмоций отразился в его глазах, а спустя пару секунд он подарил Юле такую нужную сейчас улыбку. Марк всё же притянул её к себе и крепко обнял.       Это было по-семейному. Так, как Юля всегда мечтала. Так, как Юля видела свою будущую жизнь рядом с любящим и любимым мужчиной. Так, как Юля себе семью и представляла.