***
Эфир длился уже час. Макс в растянутой футболке и с наушником на одном ухе сосредоточенно рушил виртуальные апексы, перемежая это с монологом о правильном выборе шин. 10 евро от MarcMarcLover: Макс, какая у тебя ориентация? Голландец ставит игру на паузу и, никуда не торопясь, делает глоток воды. Он прошелся взглядом по безумствующему чату, где уже неслись догадки про все буквы алфавита, кроме правильной. — Ориентация? — переспросил он, словно выбирал сорт кофе. — По треку? Сейчас у нас положительный крен в два градуса, но на выходе из поворота… 15 евро от LewisComeBack44: НЕ ПРО ТРАССУ, ПРО ЛЮДЕЙ!!!! — А, — Макс кивнул с видом человека, наконец вникнувшего в суть технической неполадки. — Ну, я вроде как говорил. Би. Он произнёс это слово с той же небрежностью, с какой объявил бы о смене резины на софт. — Всё ещё есть вопросы по настройкам антикрыльев? Вопросы были, но, к сожалению, не по настройкам. Тишина в комнате была оглушительной. Если бы не бешено мелькающий чат, Макс мог бы подумать, что у него сломался интернет. Но нет, интернет был в порядке. Просто несколько тысяч человек одновременно переживали цифровое чистилище, пытаясь осознать, что их идол, Макс Ферстаппен, только что каминг-аутнулся как би… в пассивно-агрессивном тоне между проездом пит-лейна и комментарием о качестве трека. Джордж, сидя на уже привычном зрителям диване, замер, уставившись на Макса широко раскрытыми глазами, будто тот только что признался, что гоняет за «Мерседес» в следующем сезоне. Макс же, напротив, был воплощением спокойствия. Он ровно дышал, его руки уверенно лежали на руле, а на губе играла едва заметная улыбка победителя. Он сделал это. Бросил бомбу и сделал вид, что это было просто конфетти. Whamlover: ВСЕМ ВСТАТЬ, КОРОЛЬ СДЕЛАЛ ЗАЯВЛЕНИЕ! SinbublikIsReal: И Ферстаппен делает каминг-аут! Это потрясающе! Даже Бекхэм так не закручивал! TurnMySwaagOn: ОМГ ОМГ Я ЖИВА ДЛЯ ЭТОГО МОМЕНТА marcobezzzzzsleep: Мы знали! Мы чёрт возьми знали!!! ShipperHeart23: МОЙ КОРАБЛЬ… ОН НЕ ТОНЕТ… ОН ВЫХОДИТ НА ПРОСТОРЫ ОКЕАНА! Holymolyy: Вода влажная, небо голубое, Макс би… Дальше. Yourmomisbeautiful: Ну и что? Би – не значит, что он встречается с Джорджем! Вы все больные! OrangeArmySkeptic: Он просто сделал каминг-аут! Уважаем его приватность и не строим догадок! God forbid a bi man have a male friend! DramaLlama99: ДРУГА КОТОРЫЙ ЖИВЕТ В ЕГО ДОМЕ, СПИТ В ЕГО ШКАФУ И ПРИНОСИТ ЕМУ ТОСТЫ В ПОСТЕЛЬ, ДА? Макс чисто прошел поворот и наконец нарушил молчание. — Что? — произнес он с неподдельным, почти детским любопытством. — Я что-то странное сказал? Джордж резко закашлялся, будто подавился воздухом. Макс бросил на него быстрый, искрящийся взгляд — смесь предупреждения и веселья. — Так вот, — громко сказал Макс, перекрывая хаос в наушниках. — Этот поворот просто ужасен. Кто его проектировал? Это было уже слишком. Джордж сорвался с дивана. — Ладно, мне… надо… позвонить. По делу. Важному. — Его голос звучал на октаву выше обычного. Он метнулся к выходу из комнаты, но по пути, как показалось зрителям, его рука потянулась к затылку Макса, будто чтобы шлепнуть его, но в последний момент он передумал и просто исчез за дверью. Дверь закрылась с тихим, но выразительным щелчком. Макс фыркнул. — Нервы, — многозначительно прокомментировал он, обращаясь к чату. — У некоторых с ними проблемы. Он продолжил гонку еще минут сорок, демонстрируя сверхчеловеческую концентрацию. Отвечал на вопросы о настройках машины, о тактике, о прошедшем Гран-при — на все, кроме одного. На любые попытки чата вернуться к «би-заявлению» он либо отмахивался («Я уже ответил»), либо переводил тему, либо поднимал бровь с таким видом, будто люди спрашивают его о любимом оттенке бежевого. Он играл. Донаты с вопросами о каминг-ауте игнорировались с профессиональной деловитостью. Он комментировал только геймплей. Стрим благополучно завершился через полчаса, оставив после себя поле битвы из тысяч твитов, тиктоков и реддит-постов. Теории цвели пышным цветом. Шипперы копали глубже, пытаясь найти намёки в старых фотографиях. Их оппоненты стояли насмерть: «Дружба! Броманс! Вы всё выдумали!»***
Прошёл месяц. Пыль после каминг-аута потихоньку улеглась. Фандом, как и предсказывал Джордж, раскололся на три лагеря. Первые ликовали: «Мы же говорили!» Вторые стояли насмерть: «Он сказал только одно слово!» Третьи, самые загадочные, вели яростные дебаты на тему: «А не является ли это всё хитрым пиар-ходом?» Редкие стримы постепенно возвращались к своему обычному формату: гонки, ворчание, донаты с вопросами о настройках. Джордж появлялся на заднем плане с завидной регулярностью, но вёл себя прилично — приносил чай, ворчал на погоду, один раз даже поиграл с Максом, что чат, впрочем, уже воспринял как нечто само собой разумеющееся. Стрим был таким же тривиальным, как и сотни других до него. Макс играл в какую-то новую инди-игру, ворча на неудобное управление и периодически споря с чатом по поводу физики прыжков. Всё было как всегда. С дивана доносилось тихое потрескивание страниц — Джордж читал книгу, изображая образцового тихого соседа. Макс нажал паузу, откинулся на спинку кресла и со страдальческим видом провел рукой по животу. — Кстати, — сказал он, морщась. — Серьёзный вам совет. Никогда не экономьте на кейтеринге. Особенно на важном мероприятии. Чувствую себя отвратительно. Наверное, никогда больше не буду есть креветки. Чат немедленно отозвался сочувственными смайликами и советами выпить активированного угля. Макс, всё ещё морщась, продолжил, глядя в пространство перед собой, будто просто думал вслух. — Нет, я серьёзно. Чувствую себя, будто я тот парень из «Чужого», только вместо ксеноморфа там проклятые креветки… Повар на нашей свадьбе, видимо, решил, что они должны быть именно такой степени свежести, чтобы гости получили незабываемые впечатления… Камера зафиксировала, как Макс на секунду замолк, его глаза пробежались по безумному чату, в которых медленно проступило осознание. Осознание того, что он только что сказал. И кому. На лице, как ни странно, появилась не паника, не ужас, а скорее тихое смиренное «Ops I did it again». Голландец замолчал, уставившись в монитор игры. С дивана послышся резкий, почти подавленный кашель. Звук, который однозначно означал: «Ты чего, блин, только что сделал?» А в чате наступил цифровой ледниковый период. Ни одного сообщения. Ни одного доната. Полная тишина в течение трех, четырех, пяти секунд. Казалось, весь интернет затаил дыхание. Но потом его сорвало с петель. User_RedBull4Life: ??????? ShipperHeart23: НАШЕЙ ЧЕГО?!?!?!?!?!?!? DramaLlama99: КРЕВЕТКИ НА СВАДЬБЕ??? МЫ ПРОПУСТИЛИ СВАДЬБУ??? GeorgeRussellFan01: Я ПЕРЕВОЖУ С АНГЛИЙСКОГО НА АНГЛИЙСКИЙ И ВСЕ РАВНО НЕ ПОНИМАЮ LogicIsMyWeapon: ...возможно, он имел в виду свадьбу друга. На которой он был. Как гость. Curiosityforsale: АХАХАХ ТВОЯ МЕНТАЛЬНАЯ ГИМНАСТИКА ДОСТОЙНА ОЛИМПИЙСКОГО ЗОЛОТА!! Bsmulover: СИТУАЦИЯ УРОВНЯ ОБЪЯСНИТЬ КОНЕЦ «ИНТЕРСТЕЛЛАРА»! OrangeArmySkeptic: ДА! ВЕРНО! Он был шафером у кого-то! И там были креветки! DramaLlama99: тихо сходит с ума, но уже в центре комнаты Макс медленно, очень медленно повернул голову к камере. Он понял, что назад дороги нет — отступать было некуда. Он мог либо начать отпираться, и это выглядело бы в тысячу раз хуже, либо... продолжить. Макс сделал глоток воды из кружки с надписью «World Champion». — Да... — сказал он, и его голос на секунду дрогнул. — Так вот. Креветки. На нашей... свадьбе. В прошлые выходные. С дивана донёсся оглушительный грохот. Судя по звуку, Джордж уронил книгу. И, возможно, сам упал с дивана. После фразы про свадьбу чат взвыл так, как будто тысяча Хорнеров одновременно увидела, как «Мерседес» обходит их в последнем повороте. Сообщения неслись с такой скоростью, что сливались в сплошной белый поток. Донаты сыпались десятками, все с одними и теми же вопросительными знаками. Just_a_fan_88: Мне нужен психолог. MaxsMicrophone: ЗНАЧИТ ДЖОРДЖ ЭТОТ ПОВАР??? ОН ГОТОВИЛ НА ВАШЕЙ СВАДЬБЕ??? VerstappenToRussell: ВЫ ВСТУПИЛИ В БРАК И НИЧЕГО НЕ СКАЗАЛИ??? Макс, видимо, понял, что лучшая защита — это нападение. Он нахмурился, сделав вид, что не понимает ажиотажа. — В чём проблема? — спросил он, разводя руками. — Люди женятся. Это нормально. Такое случается. Сообщение в чате мелькали уже с первой космической скоростью. Их невозможно было прочесть. — Ну, что? — сказал он. — Поздравления принимаются в виде донатов. — МАКС! — донёсся из-за кадра приглушенный, но полный ужаса и невероятного возмущения голос Джорджа. Макс намеренно не посмотрел в ту сторону. Он поднял глаза к камере, и в них появился тот самый знакомый вызывающе-наглый огонёк: «Формулу-1 знаете? Это я сформулировал». Он посмотрел прямо в камеру на тысячи обалдевших зрителей. И одним движением руки выключил стрим. Чат отключился. На следующие несколько минут сеть перестала существовать в том виде, в котором её знали. Интернет, как и следовало ожидать, пережил коллапс, сравнимый по масштабам только с выходом нового сезона «Бриджертонов» и концовкой Гран-при Абу-Даби 2021. Он просто взорвался, схлопнулся в сингулярность и родился заново, состоящий целиком из одного тренда: #RUSSTAPPENWEDDING. @VerstappenHoneyBadger: ТАКИМ ОБРАЗОМ, КОГДА ОН ГОВОРИЛ "ОН ПРОСТО ЧУВАК КОТОРЫЙ ПЛАТИТ АРЕНДУ", ЭТО БЫЛ НА САМОМ ДЕЛЕ ПРЕДАТЕЛЬСКИЙ МУЖ, КОТОРЫЙ КРАЛ ЕГО НОСКИ??? @F1StatsGuru: Проанализировав 27 стримов, можно с 99.7% уверенностью утверждать, что частота появления Джорджа Расселла в кадре коррелирует с повышением уровня эндорфинов у Макса Ферстаппена на 18%. Данные теперь обретают новый контекст. Поздравляю чемпиона. @JustAF1Bro: Ребята, успокойтесь. God forbid men get married. Это просто очень, ОЧЕНЬ близкие друзья, которые обменялись кольцами. Вы никогда не женились на своём лучшем друге, чтобы сэкономить на налогах? Нет? Только я? ТикТок заполонили видео-монтажи: на фоне лиричной музыки кадры, где Макс бросает короткие взгляды на Джорджа во время пресс-конференций, их случайные касания в паддоке, и всё это заканчивалось застывшим кадром с последнего стрима с подписью: «Он платил аренду его сердцу». А в особняке, где всего минуту назад царил цифровой хаос, стояла оглушительная тишина. Макс медленно снял наушники и положил их на стол. Звук был неестественно громким. Джордж первым нарушил молчание, его голос дрожал от сдерживаемого смеха. — Ну... поздравляю. Самый неудачный каминг-аут в истории человечества. Через отравление креветками. Макс закрыл лицо руками и издал долгий, протяжный стон. — Я... блин... Джордж... Я просто хотел сказать, что повар был криворукий. — И ты сказал. Сказал, что он готовил на нашей свадьбе. В минувшие выходные. Джордж не мог больше сдерживаться и захохотал, облокачиваясь на спинку кресла Макса. — Всё. Конец. Нас сейчас разорвут на сувениры. Нам придётся бежать. В Гренландию. Может, в Антарктиду. — Не драматизируй, — флегматично ответил Макс. — Они и так всё знали. Половина из них, во всяком случае. — Знать — это одно! — закричал Джордж, но его крик тонул в смехе. — А услышать от тебя, что ты «в одно чёртово воскресенье, на своей чертовой свадьбе» — это совсем другое. Тишина в доме длилась ровно тридцать секунд. Её разорвал вибрирующий телефон Джорджа. Он посмотрел на экран, и его лицо вытянулось. — Боже, это мой менеджер, — прошептал он с ужасом в голосе. — Он звонит в третий раз за последние пять минут. Затем зазвонил телефон Макса. Он лениво взглянул на него. — Мекис, — констатировал он и отправил вызов на голосовую почту. — Он переживёт. — Макс, шутки в сторону! — Джордж схватился за волосы. — Это всё, конечно, очень смешно, но ты понимаешь, что сейчас устроил? Это не просто стрим для фанатов! Это уже на всех спорт-порталах! Это новость! «Макс Ферстаппен заявил о бисексуальности и намекнул на брак с Джорджем Расселлом!» Макс подошёл к бару на кухне, словно в мире ничего не произошло. — Я ничего не «намекнул». Я констатировал факт отравления некачественными креветками на свадьбе. Чай будешь? — Нет, мне не нужен чай! — Джордж забегал по кухне. — Мне нужен план! План действий! Что мы делаем? Выпускаем заявление? Отрицаем всё? Говорим, что твой аккаунт взломали? Или что ты был пьян? Макс налил себе напиток, неспешно помешал его и повернулся к Джорджу, облокотившись на столешницу. — План? — он сделал небольшой глоток. — У нас уже есть план. Тот же, что и последние пять лет. — Какой?! — выдохнул Джордж, останавливаясь напротив него. — План «Похуй плюс похуй», — невозмутимо заявил Макс. — Мы ничего не подтверждаем и не отрицаем. Мы просто… живём. Пусть они сами всё додумывают. — И это по-твоему нормально? — голос Джорджа снова сорвался на фальцет. — Макс, для меня это не игра! У меня контракты, переговоры, образ… — он замолчал, увидев, как взгляд Макса стал серьёзнее. — У тебя есть я, — тихо сказал Макс. — И у меня есть ты. Всё остальное — шум. Джордж замер. Паника в его глазах понемногу начала сменяться на что-то более спокойное, почти смиренное. Он глубоко вздохнул. — Ты невозможен. Ты самый невозможный человек на планете. — Знаю, — Макс поставил чашку. — Но ты же за мной замужем. Поздно уже передумывать. В этот момент в доме прозвучал настойчивый звонок в дверь. Они переглянулись. — Пресса? — угасшим голосом спросил Джордж. Макс подошёл к панели управления домом, посмотрел на камеру у ворот и фыркнул. — Хуже. Ландо. Дверь открылась, на пороге стоял Ландо Норрис. Его лицо было красным от смеха и бега. В руке он сжимал телефон. — Вы, блять, серьёзно? — выпалил Ландо, не переступая порог. — Вы, блять, поженились? И я об этом узнаю из стрима, где Макс винит во всём креветки? И я даже не шафер, черт возьми! Джордж закрыл лицо ладонями. — Привет, Ландо. — Не «Привет, Ландо»! — он ворвался в дом, размахивая телефоном. — У меня здесь двадцать непрочитанных сообщений от твоего пресс-секретаря, который спрашивает, правда ли это! А что я ему должен сказать? «Извините, сэр, но я как раз хотел спросить у вас»? Макс скрестил руки на груди. — Можешь сказать, что креветки были так себе, но шампанское было отличное. Ландо уставился на него, открыв рот. — Ты… ты… — он не нашёл слов и просто ткнул в него пальцем. — Я требую официальных извинений! И пересмотра всей свадьбы! С моим участием! — Мы тебя звали, — напомнил Джордж из-за своих ладоней. — Ты был в отъезде на каком-то дурацком стриме с пранками. — Значит, нужно было переносить! — завопил Ландо. — Свадьба важнее пранков! Я бы вам такой диджей-сет намутил, неблагодарные вы, сволочи! Пока Ландо устраивал истерику на их кухне, телефон Джорджа снова завибрировал. На этот раз он посмотрел на экран и замер. — О, боже… — прошептал он. — Что? Опять менеджер? — спросил Макс. — Нет… — Джордж медленно поднял на него взгляд. — Мой отец. Лицо Макса впервые за весь вечер выразило нечто, отдалённо напоминающее неуверенность. — А. Ну. Это… да. Ландо, мгновенно забыв о своей обиде, с интересом придвинулся. — О, это уже серьёзно. Что ты ему скажешь? Джордж посмотрел на Макса, потом на свой телефон, потом снова на Макса. И вдруг странное спокойствие нашло на него. Уголки его губ дрогнули. — Я скажу ему, — произнёс Джордж с лёгкой улыбкой, — что мой муж отравил меня креветками на нашей тайной свадьбе, и теперь мне нужна его моральная поддержка. Макс рассмеялся. Громко, искренне, по-настоящему. Ландо присвистнул. — Иди ответь, — кивнул Макс, и в его глазах читалась полная поддержка. — А я пока разберусь с… э-э-э… последствиями. — Он указал большим пальцем на ноутбук, из которого до сих пор доносились приглушённые звуки оповещений о новых донатах и сообщениях. Джордж кивнул, взял телефон и вышел в сад, чтобы поговорить с отцом. Ландо тут же набросился на Макса. — Так вы правда поженились? По-настоящему? Кольца? Бумаги? Всё вот это? Макс посмотрел на дверь, в которую ушёл Джордж, потом на Ландо. Его ухмылка вернулась. — Он просто чувак… — начал он. — Да заткнись ты с этим! Я же не совсем дебил! — взмолился Ландо. — … с которым у меня общий налоговый вычет, — невозмутимо закончил Макс и пошёл наверх, оставляя Ландо одного на кухне с его возмущением и историей, которой не было равных во всём паддоке. Он подошёл к компьютеру. Чат его личного Discord-сервера взорвался. Он пролистал несколько сообщений, увидел мемы, где его и Джорджа изображали в свадебных нарядах на фоне тарелки с креветками, и скриншоты его же «шуточки» с подписью «Каминг-аут года». Макс Ферстаппен улыбнулся. Он обновил страницу. На главной спортивного новостного агрегатора красовался заголовок: «Ферстаппен сбросил бомбу: «Я би» и «Креветки на моей свадьбе были плохими». «Неплохо», — подумал Макс. Шоу только начиналось. Он открыл инстаграм и начал печатать. Пальцы его летали по клавиатуре с той же скоростью, с какой он гонял на треке. Max Verstappen / George Russell В свете вчерашних событий и последующих спекуляций мы хотели бы прояснить ситуацию. 1. Да, Макс является частью сообщества ЛГБТК+. 2. Нет, мы не будем комментировать характер наших личных отношений. Некоторые вещи должны оставаться личными. 3. Да, креветки на некоем частном мероприятии действительно были не самого высокого качества. Больше мы к этой теме возвращаться не будем. Благодарим за понимание и просим уважать нашу частную жизнь. Все дальнейшие вопросы просим направлять… повару того самого мероприятия. Спасибо. Он отправил пост, откинулся на спинку кресла и ухмыльнулся. — Вот и всё. Официально. Это было идеально. Они всё подтвердили, и в то же время ничего не подтвердили. Они отдали дань уважения каминг-ауту, но оставили за собой право на приватность. И они снова вернулись к креветкам, превратив их в неубиваемый мем. Фанаты сошли с ума окончательно. Лагерь А ликовал: «ОНИ НЕ СТАЛИ ЭТО ОПРОВЕРГАТЬ! ЭТО ПОДТВЕРЖДЕНИЕ!» Лагерь Б цеплялся за последнюю соломинку: «ОНИ СКАЗАЛИ «НЕ БУДЕМ КОММЕНТИРОВАТЬ»! ЗНАЧИТ, МЕЖДУ НИМИ НИЧЕГО НЕТ!» Это был ход гроссмейстеров. Они обезоружили всех, переведя стрелки на мифического повара. Вечером они сидели на террасе. Давление спало. Телефоны, наконец, умолкли. — Знаешь, — сказал Джордж, глядя на заходящее солнце. — А ведь ты был прав. Это было весело. — Я всегда прав, — напомнил Макс. — Не всегда. Ты был неправ насчёт тех креветок. Они были отличные. Пока не простояли три часа на солнце. — Детали, — отмахнулся Макс. Он посмотрел на Джорджа, на его профиль, освещенный закатом, на то, как он наконец расслабился. И понял, что несмотря на весь этот цирк, несмотря на панику менеджеров и гнев отца, он сделал всё абсолютно правильно. Потому что теперь они были не просто «соседями». Они были командой. Партнёрами. И, как бы это ни называли другие, они были вместе. В доме снова зазвонил телефон. Джордж вздохнул. — Если это опять Ландо с требованиями о пересвадьбе, я его заблокирую. Навсегда. Пусть ездит на картинге с Пьером. — Нет, — Макс скользнул взглядом по экрану. На его лице появилась та самая, знакомая по подиумам, хищная усмешка. — Это Тото. Наверное, хочет узнать, не прописаны ли в моём контракте «семейные обстоятельства» как форс-мажор. — Боже, дай ему сил, — Джордж откинул голову на спинку кресла и закрыл глаза, но губы его расплылись в улыбке. — Боже, упаси мужчинам иметь мужей, — сказал Макс и потянулся к Джорджу, чтобы его поцеловать.