В зелёном отражении

      Демон-слуга вошёл в свою комнату и, хлопнув дверью в ярости от вновь нахлынувших воспоминаний, взялся за голову, пытаясь себя успокоить.       Много лет его не покидают навязчивые мысли о сражении, ставшим для него тогда роковым…              На пятом кругу Ада давно существует один обычай: всякий житель Ада, не занимающий равную или более значимую должность, может бросить вызов князю круга и попытаться одолеть его в бою, чтобы занять его место. Звучит довольно просто. Но то, что князь круга не менялся с самого момента его первоначального назначения на эту должность, что было более сорока тысяч лет назад, уже намекает на то, что это практически невозможно.       Так и повелось, что схватки с князем пятого круга демоны устраивают обычно либо ради забавы, либо в учебных целях. Здесь выигрывают все: и князь не теряет форму, и адский народец выпускает пар, и другим демонам зрелище и учебный материал.       Изначально князь ввёл такой обычай просто потому, что ему было скучно, но как только он понял, какое влияние это оказывает на остальных демонов, он решил превратить это в развлечение не только для себя, но и для остальных, и постепенно все забывали о том, что князь действительно предложил занять свою должность тому, кто сможет его одолеть. Тех, кто приходил к нему с серьёзным намерением отнять у него титул, было крайне мало.       Но всё-таки они были.              Княжеская арена полнилась зрителями, жаждущих очередного боя. Сам князь уже ожидал своего оппонента в лёгком боевом одеянии. Если бы не крупные завитые рога и статус, то можно было бы даже и не понять, что это именно князь пятого круга. Он выглядел просто, но крепко и изящно; длинная кудрявая шевелюра шатена прикрывала четыре прорези на рубашке, предназначенные для его крыльев, которые он убирает перед сражениями, а ярко-красные глаза сдержанно блестели.       На арену горделивой походкой взошёл высокий бледный демон, облачённый в доспех. Его смольно-чёрные волосы обтекали пять рогов цвета свинцового неба, образующих подобие короны, а за спиной красовалась пара мощных чёрных пернатых крыльев. Зелёные глаза с жадностью осматривали всё вокруг, и особенно стоящего в поле зрения князя.       Красноглазый, в свою очередь, молча произвёл анализ пришедшего, уже предсказывая его поведение. Жаден, горд, серьёзен… Давно уже такие демоны не приходили. Он уже знал, к чему стоит готовиться, но, как подобает, всё же спросил:       — С какой целью ты пришёл сразиться со мной?       Спокойствие и проницательность его голоса как будто задело самолюбие гостя.       — Я пришёл сразить тебя и занять твоё место, — нахальным тоном ответил чернокрылый.       Спустя несколько секунд вся арена залилась смехом. Абсолютно каждый зритель знал, насколько это невозможная задача. Не смеялся только сам князь; его лицо абсолютно спокойно, как обычно.       — Хм… Давненько ко мне с такой целью не приходили, — вспомнил князь. — Тебе только это нужно? Мой титул?       Гость ухмыльнулся.       — Кроме этого, мне была бы очень кстати прислуга, — зеленоглазый всмотрелся в спокойное лицо оппонента, стараясь уловить в нём хоть какую-то эмоцию. — Ты б прекрасно подошёл на эту роль.       — Не отрицаю, — спокойно ответил князь. — Однако, ставя на кон мою свободу, по правилам поединка ты обязан поставить и собственную. Готов ли ты пойти на это?       — Тц, трусливое условие… — тихо сказал про себя чернокрылый, скорчив гримасу. — Хорошо, пускай будет так. Я в своей победе уверен.       Князь лишь покачал головой, прекрасно услышав и первую часть сказанного. В своей голове он уже представил модель поведения нахала, понимая, как, скорее всего, он станет сражаться. Но всё же и дальнейшая судьба демона явно сложится не в его пользу, что было немного печально.       — Итак… — размышляет князь. — Могу ли тогда я в случае твоего поражения составить абсолютно любой контракт служения?       Гость вновь ухмыльнулся и достал свой меч, направив его на оппонента.       — Да пожалуйста. Только составлять его буду я, для тебя. Ибо я, Аарон, разнесу тебя в пух и прах!       Под хихиканье зрителей князь спокойно материализовал у себя в руках его верный полуторный меч, который выглядел мелковато на фоне широкого клеймора соперника, и, наконец, оба демона начали движение.              Пока они оба проходили полукруг, держась друг от друга на расстоянии, зрители уже гадали, как быстро проиграет этот Аарон.       — А что, если он и вправду выиграет? — спросила молодая демоница на задних рядах.       Её более старшая подруга, по виду воительница, ответила:       — А, не переживай, такие нахалы отлетают быстро. К тому же, мне бы не хотелось, чтобы нашего князя кто-то заменил. Уж тем более какой-то самовлюблённый выскочка.       Молодая демоница улыбнулась.       — Ах, да, князь Сентинел очень хорош. Он ещё такой очаровашка… — произнесла та мечтательно, болтая ногами.       — Даже не надейся, подруга, — с усмешкой произнесла воительница, похлопывая младшую по плечу. — Тут даже твоё суккубское соблазнение не поможет.       — Жаль, жаль… — вздыхает младшая.              Наконец, князь и гордец сцепились в схватке. Пускай гость и излишне самонадеян, с мечом он обращается действительно очень хорошо, чему были удивлены и зрители, и сам князь, ожидавший иного уровня владения мечом. Впрочем, несмотря на несбывшееся ожидание, он был готов к такому исходу.       Правило номер один: никогда не недооценивай своего соперника.       Сентинел всегда следовал этому правилу, и даже если он ожидает меньшего, он всегда также ожидает и того, что ему покажут большее. Ожидания примерно в равном соотношении, но одна сторона всегда перевешивает как более вероятная.       Меч князя с подозрительно непривычным звоном скользил по броне Аарона, что забавляло того, так как никакого урона она как будто и не получала. Это слегка озадачило красноглазого. Продолжая сражаться, он спросил:       — Если не секрет, из чего твоя броня?       — Ха, закалённая демоническая сталь! Эксклюзивный заказ.       «Закалённая?» — подумал Сентинел, прикидывая толщину воистину массивной брони противника. — «Большая ошибка.»       Он понял, почему его меч так скользил по броне, и решил сменить тактику. Князь «позволил» выбить меч из своих рук, и когда Аарон, ослеплённый возможностью, приготовился нанести удар, Сентинел превратил свою руку в крепкую драконью лапу и с неожиданно огромной силой нанёс удар кулаком по одной руке Аарона. Броня на ней разлетелась на куски, словно стекло. Меч вдруг вновь оказался в руке князя, и он, воспользовавшись моментом, легко отсёк руку противника.       Чернокрылый, отшатнувшись, в шоке рассматривал осколки части своей брони и отсечённую руку.       — Что?.. Как?       Князь решил проинформировать:       — Закалённая сталь хрупка. Уверен, мастер, у которого ты заказал свою броню, изготовлял её с большой неохотой.       — А ты откуда знаешь?! — с испугом рявкнул Аарон.       — О, угадал. Броня такой толщины не закаляется настолько тщательно. Видимо, ты крепко надавил на того, кто делал тебе эту броню. Прекрасная работа, правда… Но тебе стоило довериться слову мастера, а не напирать на своём.       Отрегенерировав свою руку, питаемый яростью черновласый начал атаковать более отчаянно и агрессивно, а князь, казалось, был в таком же состоянии, что и до начала битвы. Поочерёдно превращая свой «львиный» хвост и руки в драконьи, Сентинел наносил ими мощные локализованные удары по слабым местам брони, которые он был способен довольно быстро выискивать. Уничтожая броню Аарона, князь продолжал вести урок:       — Такая глубокая закалка придаёт большую твёрдость, но за счёт прочности. Об этих двух величинах стоит думать как о противоположных. Тот же алмаз безумно твёрд, но так же хрупок, если приложить силу куда нужно…       Князь превратил свой меч в боевой молот и, завершив свой монолог, нанёс точный удар им прямо в грудь Аарона, ломая последний значимый элемент брони. Затем, вновь используя меч, он начал обездвиживать измождённого соперника, быстро лишая его конечностей и рубя его крылья. В конце концов тот скоро оказался беспомощно лежащим на земле, а над ним нависал князь, целый и невредимый, весь в пятнах от крови проигравшего.       — Я… ещё могу… — прохрипел Аарон.       Князь в ответ прижал конец лезвия своего меча к его шее.       — Нет. Не можешь, — холодно ответил он. — Этот бой окончен. Помнишь условия, оговоренные нами перед сражением?       Сентинел убрал меч и присел спиной к зрителям, не отводя глаз от поверженного, а на лице Аарона отобразился ужас.       — О, видимо, помнишь, — произнёс князь тихо, злорадствуя. — На кону ведь была свобода твоя и моя, и свою ты проиграл.       — Нет…       — За всё время своей жизни я проиграл лишь единожды. И то это была моя… в какой-то степени родственница, сама адская принцесса. Ты не был даже близок к тому, чтобы заставить меня принять другую форму, что удалось только пяти моим оппонентам… Впрочем, сражаться с тобой было даже весело. Давно я столько приёмов на одном противнике не использовал. Так, что же для тебя придумать…       Князь призадумался, так как ранее он предпочёл отложить придумывание условий контракта на момент окончания боя, но уже скоро он составил у себя в голове подробный список. Аарону даже показалось, что он злобно ухмыльнулся.       Сентинел приложил четыре пальца руки ко лбу поверженного и принялся привязывать его к себе договором служения:       — Отныне ты будешь служить мне, и каждый мой приказ, обращённый к тебе и который возможно исполнить твоими силами, ты будешь исполнять. Твоё непослушание и намеренное уклонение от обязанностей повлечёт за собой наказание — жуткую, мучительную боль, до тех пор, пока ты не повинуешься. И даже если я каким-либо образом лишусь своего титула, ты продолжишь служить лично мне.       Между демонами возникла магическая печать кроваво-красного цвета, которая вскоре исчезла, символизируя то, что договор успешно заключён. Князь передал немного своей жизненной силы Аарону, чтобы тот смог отрегенерировать, а затем поднялся и окинул взглядом любопытную публику. Он слегка поклонился им, благодаря их за внимание, а затем обратился к поверженному, который уже восстановил свои утраченные конечности:       — Давай, вставай. И иди за мной.       Аарон, пытаясь собрать в себе силы, стал подниматься, хрипя:       — Нгх… Никуда я-…       В ту же секунду всё его тело охватила сжимающая, раздавливающая боль, которая на мгновение даже парализовала его, застывшего в крике. Князь же терпеливо ждал, пока тот подчинится. Аарон, впрочем, умудрялся сопротивляться на протяжении ещё двух минут, пока всё же не сдался и не послушался. Вместе с князем он смиренно уходил с арены.       — А, кстати… — начал Сентинел; тон его голоса и лицо в момент стали довольно зловещими. — Я ненавижу, когда со мной разговаривают без какого-либо уважения. Так что буду тебя перевоспитывать.       В этот раз Аарон ничего не сказал, лишь сглотнув: он был раздавлен, беспомощен и парализован страхом. Он уже начал глубоко жалеть о том, что согласился поставить на кон свою свободу.       И так он находился на служении у князя пятого круга уже много лет. Много лет он проклинал себя и его за случившееся. Сентинел очень постарался изменить характер Аарона: тот действительно стал гораздо более послушным и вежливым, пусть и под принуждением и страхом боли…              В очередной раз прокрутив у себя в голове до сих пор ужасно чёткую картину, демон внезапно ослаб, подперев своей спиной дверь в его комнату. Такая пустая ярость очень истощает. Эта ненависть и придаёт силы, и отнимает их. Забавно…       Но много лет в его душе росло отчаяние. Он не хотел быть здесь в качестве раба, он не хотел служить князю, он не хотел быть на дне… Он хотел хотя бы ненадолго сбежать из всего этого, но его бы очень скоро нашли и вернули обратно… Такое уже было раньше. Однако, странно, что князь не запрещал ему покидать свои владения. Впрочем, Аарон об этом его не расспрашивал. Он успел проникнуться страхом к нему и не желал разговаривать с ним.       «Хм, сбежать…»       Взгляд демона обратился в сторону одного уголка его комнаты, где он хранил одну вещицу, которую ему продала какая-то демоница с восьмого круга. Аарон приобрёл её уже давно, но всё никак не решался воспользоваться ею… Из тайного отделения в тумбе он аккуратно достал маленькую чёрную коробочку, а затем присел на кровать и, немного помешкав, будто нехотя открыл её.       Внутри сиял зелёный камушек, прозванный демонами зюлитом, «камнем зависти». Этот камень погружал долго смотрящего на него в искусственную реальность, в которой исполняется его заветное желание или желание, питаемое сильной завистью. Выбраться из этой реальности тяжело, а душе бессмертного существа, в числе которых демоны, камень может сильно навредить.       Вот только кто ему поможет в случае чего? Все только и рады будут, если он исчезнет, верно?.. Он никого ни во что не ставил, со всеми обращался как с низшим сортом, даже несмотря на попытки князя его перевоспитать. Но он просто хотел уйти, уйти из всей этой ситуации и возвыситься над всеми ними. Над осмеявшими его, над отвернувшимися от него, над самим князем… На место Владыки Ада Аарон не целился, но вот пост князя… Сюда ведь он именно из-за этого желания и пришёл. И из-за него же застрял…       Демон спрятал свои крылья и устало лёг на кровать, всматриваясь в переливчатый, слегка светящийся камень. Он прекрасно осознавал его опасность, но душа так ныла от отчаяния, что он чуть сам не выл от неё же. Пока это единственный для него способ сбежать от реальности, от «низшей» жизни…       Скоро он погрузился в глубокий сон, навеянный зелёным камнем…              Очнулся он в комнате князя, но обставлена она была иначе, чем он помнил. Под его вкус. Она темнее и холоднее, а в воздухе застыл лёгкий металлический запах. Он помнит, что раньше здесь преобладали мягкие ароматы, преимущественно ароматы различных сортов роз. Аарон аж скривился в отвращении, вспоминая чрезвычайно дружелюбную атмосферу в духе князя.       Постой-ка… А ведь это он теперь князь?       Встав с кровати, которая по мягкости практически не отличалась от той, на которой он уснул, демон прошёлся, по привычке вновь выпуская свои чёрные крылья. Однако, ощущение было непривычным. Их как будто было больше, а сам Аарон ощущал какой-то прилив сил. Найдя в комнате зеркало, он посмотрел в него и был ошеломлён: у него было две пары крыльев вместо одной, а на голове была ещё одна пара рогов, расположившаяся чуть дальше от ранее крайних и увеличивающая его «корону» ещё больше. Такой образ был очень непривычен, но ему понравилась эта смена имиджа.       Однако, голову наводнили мысли о том, что же теперь делать. И так как с этой реальностью стоило ознакомиться, Аарон подумал, что стоит хотя бы пройтись по владениям, которые теперь, видимо, его.       И вот что любопытно: коридоры были абсолютно пустыми. Всякий раз, когда кто-то из слуг маячил на горизонте, они замечали приближение князя и прятались, не желая вступать с ним в контакт. Странно, но не очень удивительно. Стремясь найти хоть кого-то, чернокрылый продолжал бродить по коридорам, начиная понемногу нервничать, и вот, наконец, он увидел парочку демонов, в одном из которых он узнал княжеского учёного, блондинистого мужчину с крупными красными рогами и глазами цвета закатного солнца. А второго демона он не узнал: среди слуг не было краснокрылых шатенов с завитыми рогами. Волосы второго демона были заплетены в длинную косу, которая прикрывала основание его хвоста с кисточкой на конце. Оба демона дружески разговаривали друг с другом, шутя и смеясь над чем-то.       Завидев приближение Аарона, учёный, спешно попрощавшись с другом, скрылся в направлении своей лаборатории, а второй демон спокойно повернулся к пришедшему. Князь был удивлён увидеть в нём Сентинела, который теперь выглядел как обычный демон. У него больше не было пары прямых рогов, располагавшихся между завитыми, не было второй пары крыльев, да и в целом вид у него стал попроще. Тот начал говорить, ухмыляясь:       — А, новоиспечённый князюшка. Чего хотел?       Аарон тут же задался двумя вопросами: какого чёрта его нынешний, видимо, слуга позволяет себе такой тон общения и почему он внезапно стал так проявлять эмоции. Первый вопрос он возмущённо озвучил, обратившись к демону всё-таки достаточно вежливо. Продолжая ухмыляться и скрестив руки у себя на груди, он ответил:       — Спрашивал ведь уже. Как хочу, так и буду с тобой разговаривать. Ты не сможешь заставить меня говорить иначе.       — Ах вы-… — Аарон начал замахиваться.       — А ну не сметь поднимать на меня руку! — отдал приказ Сентинел.       Тут же Аарона охватила жуткая боль, та самая, которой этот демон мучил его, пока тот был прислугой. От боли он аж сжался, пока красноглазый наблюдал за его страданиями.       — Ух, вижу, крепко ты меня стукнуть хотел… — с любопытством отметил бывший князь.       Аарон простонал, всё ещё сгибаясь от боли:       — Какого… хрена?! Почему я продолжаю исполнять т-… ваши приказы?! И почему… продолжаю обращаться на «вы»?..       — Э-э-эй, ну я ведь тебе уже напоминал, — начал объяснять Сентинел чётко и с расстановкой, — Что согласно договору служения, который я с тобой заключил, когда впервые одолел тебя в бою, ты будешь служить мне всегда, даже если я вдруг умудрюсь лишиться своего титула. Что за внезапная амнезия? Ты там в порядке вообще?       Через насмешливо-поучающий тон Сентинела действительно проскочила нота волнения. Аарон кое-как выпрямился, оправившись от боли.       — Я… не знаю… Угх…       Лицо красноглазого демона посерьёзнело. Он задумался кое о чём, и спокойно сказал, вздохнув в конце:       — Ладно, думаю, мне стоит тебя сегодня сопровождать. Со своими новыми обязанностями ты до конца ещё нескоро разберёшься, как бы я ни старался составлять для тебя инструкции…       «А, точно, обязанности…» — растерянно вспомнил Аарон.       Он совсем забыл об этой части. Оба демона в какой-то момент начали неспешно идти по направлению к княжескому офису.       — Вы… какой-то эмоциональный сегодня, — заметил князь.       — Был таким с самого начала после потери должности. Я уже объяснял, что я очень тщательно скрывал свои эмоции при посторонних, будучи князем. Всё ради образа… Хоть один плюс в потере должности. Такой свободы я давно не ощущал.       — Так… — Аарон задумался. — А что вы тогда делать здесь теперь собираетесь?       — Ну… — краснокрылый демон слегка растерялся, всё ещё не понимая, почему нынешний князь внезапно забыл всё, что он рассказывал ему в течение целой недели. — Это ведь всё ещё мой дом. Да, фактически владения теперь принадлежат тебе, но, видимо, только в моих силах держать всё под контролем. Собственно, этим я теперь и занимаюсь большую часть своего времени, выступая в роли твоего «советника»…       Князь продолжил слушать речь Сентинела, которая становилась всё более эмоциональной.       — Я сорок тысяч лет устанавливал и держал на своём кругу порядок, по кирпичикам всё собирал! А ты всего за неделю столько разрушить успел…       Демон расстроенно вздохнул, а Аарон напрягся. Неужели всё настолько плохо? Неужели так сложно управлять кругом? Князь даже почувствовал какое-то странное щемление в груди и горле. Ему было стыдно.       — А… А что народ? Как они там? — спросил князь с какой-то неуверенностью.       Сентинел остановился и обратил полный грусти и сожаления взгляд в окно.       — Уже начинаются беспорядки… Такое огромное количество воинов тяжело держать в узде. Я и сам воин, поэтому понимаю, что им было нужно. За прошедшие три дня кратно увеличились случаи вандализма и побоев…       Демон прикрыл лицо рукой, опустив голову. Он был очень расстроен.       — Они ведь все для меня как дети, знаешь… Я всё то время заботился о них, старался как лучше. Ты, наверное, мог заметить, что мои правила были довольно мягкими, но они прекрасно работали.       Аарон задумался. На пятом кругу под предводительством Сентинела был действительно довольно мягкий свод правил относительно остальных кругов, но наказание за их нарушение всегда серьёзно и неминуемо. Хотя, казалось бы, это ведь пятый круг, круг воителей и гордецов, самый агрессивный и трудноконтролируемый народ Ада. Но он отлично справлялся. В отличие, видимо, от него, нынешнего князя.       — Ладно, пошли, — позвал Сентинел. — Нужно хотя бы разобраться со списком дел на сегодня.       Князь уже было начал отпираться и пытаться уйти от обязанностей, но Сентинел тут же подошёл почти вплотную, очень злой. Он уже начал повышать голос и кричать, тыча пальцем Аарону в грудь:       — Нет, ты будешь работать! Мне плевать, если мне придётся тебя заставлять, я не позволю тебе привести всё в упадок!       Руки Сентинела сами начали покрываться тёмно-красной драконьей чешуёй, что было достаточно тревожным знаком. Аарон не знал, что это, поэтому лишь смотрел с недоумением, пока красноглазый прикрывал сложенными в замок руками рот и делал глубокие вдохи, пытаясь себя успокоить. Спустя некоторое время чешуя исчезла.       — Пошли, — раздражённо вздохнул демон, беря князя за ворот и ведя его за собой.       — Эй, я и сам идти могу! — возмутился Аарон.       Смерив князя абсолютно убийственным взглядом, Сентинел грубо отпустил его и пошёл в сторону офиса, следя, чтобы черноволосый никуда не улизнул.       Однако, спустя некоторое время, что они добирались до нужного места, Аарон заметил, что Сентинел теперь посматривает на него с каким-то подозрением. Дойдя до двери офиса, демон осмотрелся и зашёл, зовя князя за собой, и когда они вошли, красноглазый опёрся спиной об дверь и начал задавать вопрос:       — Слушай… Сейчас от меня, наверное, просто максимально идиотский вопрос последует… — Сентинел вздохнул, собираясь с мыслями. — Ты ведь точно Аарон?       Такой вопрос ввёл князя в ступор.       — Ну… Да? — ответил он в непонятках. — Что вас заставило такой вопрос задать?       — Да просто ты каким-то вдруг другим стал… Не таким ублюдком, что ли…       Аарон ничего не ответил, не зная, что вообще можно сказать. Сентинела такая реакция ввела в ещё большие подозрения, так как он ожидал, что черноволосый сейчас начнёт отпираться и посыпать экс-князя оскорблениями.       Сентинел пока решил отложить более подробный анализ и разговоры из-за нехватки данных, и поэтому сейчас он предложил (считай, заставил) князю поработать.       Осмотревшись, Аарон присел за стол, где он заметил аккуратно сложенную папочку с инструкциями Сентинела, и он решил её изучить, хоть ему и было несколько некомфортно под пристальным взглядом автора. Он чувствовал, как тот анализирует каждое его мельчайшее движение, взгляд и, казалось, даже энергетику. В какой-то момент он просто не выдержал и, оторвавшись от изучения инструкций, взглянул на красноглазого. Тот лишь вскинул бровь.       — Эм… — начал князь. — Мне неудобно, когда вы на меня так пристально смотрите… Тем более, так долго.       — Да? А сколько времени прошло? — Сентинел, казалось, просто на то время впал в транс и только сейчас начал приходить в себя.       — Почти час, — ответил Аарон, смотря на часы.       — Ой… И вправду… Прошу прощения, просто… Странно как-то всё.       Аарон покивал с пониманием и продолжил читать. За чтением инструкций и выполнением обязанностей в офисе прошёл весь день. Сентинел продолжал контролировать деятельность князя, но уже чуть менее навязчиво.       Он всё думал: каким образом Аарон так сильно изменился только за одну ночь? Несомненно, произошло нечто очень странное. Но он не мог даже начать догадываться, что именно могло произойти.              За работой проходили дни, а за ними недели, и ситуация на кругу постепенно начала улучшаться. Аарон на удивление ответственно подходил к работе, и даже слуги потихоньку переставали его бояться. Он не знал, почему продолжал делать всё это, даже зная, что всё это — зюлитовая симуляция. Хм, зюлит…       В конце одного из дней князь вызвал Сентинела к себе с просьбой поговорить.       — Слушайте, думаю, мы оба замечали некоторые… странности, — начал Аарон. — Начиная несколькими неделями ранее. Я бы хотел это обсудить.       — Если у тебя есть вопросы, то я слушаю, — спокойно ответил Сентинел.       — Я ведь правильно понимаю, что единственным способом отнять у вас титул князя было победить вас в бою?       — Да, а что?       — Как я это сделал?       — Что?..       — Как я умудрился вас одолеть?       Сентинел, задумавшись, попытался вспомнить момент перехода его титула к Аарону, но…       — О как… А я не помню… — растерянно сказал он.       Это действительно было очень странно, так как у Сентинела практически совершенная память, да и такое событие он бы точно запомнил во всех подробностях. Это знал и Аарон.       — Вот оно что… — вздохнул князь. — Так я и думал…       Сентинел продолжал пытаться вспомнить, но в какой-то момент его как будто ударило током. От неожиданной боли он согнулся, держась за голову. Князь тут же оказался рядом, поддерживая демона.       — Эй, вы в порядке? Постарайтесь пока расслабиться, ладно?       Волнуясь, он усадил того в кресло, пока он не пришёл в себя.       — Уф, это… странно… — сказал Сентинел.       — Да, согласен…       — Ладно, колись, что ты сделал? Ты ведь точно что-то знаешь.       Аарон замолчал, пытаясь как-то сформулировать свои мысли. Он знал, что правда будет звучать чрезвычайно странно, но всё-таки решил озвучить свою историю. О том, как он отчаялся, о том, как купил камень зюлита и использовал его.       — Зюлит? Противная штука… — прокомментировал красноглазый.       Князь только кивнул в ответ. Сентинел крепко задумался.       — То есть… Это всё не по-настоящему… Знаешь, довольно странно это осознавать…       — Мне тоже. Но, насколько я знаю, зюлит создаёт очень правдоподобную картину возможного происходящего.       — Я что-то не видел, чтобы тебе в этой реальности сильно нравилось. Почему ты ещё здесь? Обычно ведь здесь застревают, ослеплённые счастьем…       — Я знаю. Наверное… Наверное, мне просто хотелось увидеть более полную картину… С вашей стороны, так сказать. И мне это удалось… Мне бы хотелось задать ещё один вопрос.       — Спрашивай.       — Как по-вашему, сколько я служил у вас? До передачи титула.       Сентинел вздохнул, вспоминая:       — Три года.       — Три года?..       Аарон удивился. Он ответил тише и медленнее:       — Я прослужил у вас тридцать лет…       Глаза экс-князя немного округлились от услышанного, но вскоре он всё понял.       — Вот оно что… Поэтому твоё поведение так сильно отличалось… Видимо, в твоём мире мне правда удалось тебя изменить…       — У вас получилось. По правде говоря, раньше я это ненавидел… Ситуацию, в которую я попал, это место и вас… Но сейчас думаю… Может, это к лучшему?       Сентинел улыбнулся.       — Да, ты теперь совсем другой… Но всё-таки любопытно, что зюлит исполнил желание именно «старого» тебя. Наверное, поэтому такая разница и возникла.       — Думаю, да. Когда я использовал камень, я… наверное, просто хватался за то старое желание. Просто хотел, чтобы что-то изменилось… Но когда я оказался здесь, то понял, что это не так сильно отличается от того, как я жил… Теперь я совсем не знаю, что мне делать…       — Я полагаю, ты близок к принятию, — мягким тоном предположил Сентинел. — Иного я не вижу. Такие контракты, как наш с тобой, нерасторжимы, и поэтому ты больше никогда не будешь полностью свободным.       — Знаю… — с грустью ответил Аарон. — Это последствия только моих действий. Сам полез, сам поставил на кон свою свободу… Но если бы этого не произошло, я бы так никогда и не изменился. Вернее, вы бы меня никогда не изменили.       — В своём мире ты мне это в лицо вряд ли сказать бы смог, — с небольшой усмешкой отметил красноглазый.       — Да, вряд ли… — ответил Аарон с улыбкой. — И всё-таки спасибо вам за всё. Думаю… Думаю, мне уже пора.       — Хорошо. Удачи тебе вернуться. И знаешь, я-то вряд ли за те тридцать лет как-то изменился. Если тебя будет что-то беспокоить или тревожить, ты можешь мне высказаться. Я всех слушаю и отношусь с пониманием.       — Учту. Спасибо.       Теперь он был готов уйти из этого мира в свой собственный, настоящий. Мир вокруг начал обращаться в прах, пустота подбиралась к двум демонам. И оба приняли её, оказавшись поглощёнными ею…              Аарон с трудом разомкнул глаза в своей постели. Он чувствовал себя ужасно. Немудрено — зюлит сильно истощил его жизненную силу. Но всё-таки ему срочно нужно было встать и кое-что сделать… Увидев в своей руке светящийся зелёный камень, демон тут же зажмурился и наощупь закинул его в чёрную коробочку, в которой он хранился, и проверив, всё ли он сделал верно, спешно вышел из комнаты, с трудом стоя на ногах и в спешке и от бессилия даже не вернув себе крылья.       Он направился к обзорной комнате князя, где он обычно находился в это время суток, и облегчённо выдохнул, увидев его в привычном для себя облике: с двумя парами рогов, двумя парами крыльев и распущенными кудрявыми волосами. Тот обернулся, чтобы посмотреть, кто пришёл, и он сразу же заволновался, увидя Аарона.       — Аарон? Ты очень бледный… — заметил князь, подходя к тому и готовясь его придержать. — Ты в порядке?       Пятирогий покачал опущенной головой и с виноватым видом в дрожащей от слабости руке протянул князю ту чёрную коробочку.       — Прошу… заберите у меня это, — тихо попросил он.       Сентинел исполнил его просьбу и, получив загадочную коробочку, приоткрыл её, чтобы взглянуть на содержимое. Через долю секунды он тут же её захлопнул, увидев знакомое зелёное свечение, а лице отобразилась смесь эмоций: удивление, испуг, возмущение, озадаченность…       — Зюлит… — понял князь. — Противная штука.       — Да, вы говорили… — тихо проговорил Аарон.       — Разве?       Поняв, что всё это значит, Сентинел забеспокоился.       — Ты попал под его влияние…       Аарон кивнул, и после этого князь быстро провёл его глубже в комнату, чтобы тот присел.       — Так вот почему тебя три дня никто не видел…       — Всего три дня прошло? — поинтересовался Аарон.       — Да… А «там» ты сколько пробыл?       — Месяц.       Сентинел перевёл взгляд в сторону от демона, пытаясь у себя в голове осознать всю ситуацию. Аарон сейчас хоть и видел всё вокруг очень размыто из-за истощения, но он заметил, как сильно за него сейчас переживал князь. Хах, он зовёт его… Но глаза закрываются сами собой.       — Твою ж-! — выругался князь, ловя падающего вперёд демона.       Он аккуратно усадил бессознательное тело в кресло, чтобы оно не падало, а затем обратил внимание на коробку с зюлитом. Пока есть возможность, нужно эту штуку изолировать… Взяв коробочку в руки, князь сосредоточился, и вокруг неё «вырос» полупрозрачный красный куб, который скоро исчез. Тут же демон достал коммуникатор из кармана и с помощью быстрого набора связался с княжеским учёным.       — Я тебе тут выслал сейчас кое-что… Да, чёрная коробка. Пока я не приду, ни в коем случае не доставай её из куба и тем более не открывай её, ты меня понял? Сказал, не смей её трогать! Тьфу, доведёшь меня с такими шутками…       Цокнув, он убрал коммуникатор обратно и бросил взгляд на Аарона без сознания…              Через какое-то время он опять очнулся у себя на кровати…       «Да сколько можно уже…» — поругался Аарон у себя в мыслях и присел на кровать. Ему показалось, что это всё ему приснилось после воздействия зюлита, однако, сам камень демон нигде не обнаружил. Зато возле его кровати, на тумбе, лежал поднос с едой. Она была сегодня на ужин, судя по всему. Также там лежала записка от князя с просьбой подойти к нему, как только Аарон восстановит силы.       Так он и поступил. Сентинел ждал его в своём офисе, читая очередную книжку, когда Аарон постучал в дверь.       — Господин?.. — демон осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь, всё ещё побаиваясь своего князя.       — Заходи, заходи.       Князь отложил книгу и попросил гостя присесть в кресло, стоящее напротив того, в котором сидел он сам; он сейчас сидел не за рабочим столом.       — Ты как, оправился? — мягко спросил Сентинел.       Аарон кивнул. Он всё ещё выглядит немного виновато.       — Расскажешь мне, что случилось?       — С чего начать?       — С того, как к тебе попал этот зюлит и как ты оказался под его влиянием.       И он начал рассказывать с самого начала. Как и у кого он его приобрёл, зачем он это сделал и зачем в конце концов сам им воспользовался. А затем пошёл рассказ уже непосредственно о том, что же происходило в той искусственной реальности…       Сентинел слушал очень внимательно, молча анализируя его рассказ. Некоторые детали показались ему очень интересными: например, сильная разница во времени, намекающая на «исполнение» желания более ранней «версии» Аарона.       — Я просто понял, — продолжил демон уже после того, как он рассказал свою историю, — Что не смог бы справиться с обязанностями князя пятого круга так же хорошо, как вы. Думаю, мало кто смог бы… Я даже начал задумываться о том, как вы вообще держитесь с такой бешеной нагрузкой.       Князь улыбнулся в ответ на любопытство демона и начал объяснять:       — Да, это действительно очень тяжело. И я лично контролирую очень много всего… Однако, некоторые вещи я поручил тем немногим, кому я полностью доверяю, потому что контролировать абсолютно всё я просто не могу. В нашем мире доверие — ресурс редкий и очень ценный, а преданность и того дороже. Поэтому важно уметь очень тщательно выбирать…       Аарон серьёзно отметил:       — Удивлён, что вас ещё не скинули с поста с таким-то подходом.       — О, да, не будь у меня способности распознавать ложь, меня бы здесь уже, наверное, не было, — посмеялся Сентинел. — Ты не представляешь, скольких предателей я поймал…       Князь задумался, вспоминая то, как Аарон описывал его в мире, созданном зюлитом. Он задал вопрос:       — Тебе интересно, почему я стараюсь скрывать свои эмоции?       Черноволосый кивнул, действительно заинтересованный.       — Моей добротой часто пытались пользоваться. Чрезвычайно часто. Это ещё много тысяч лет назад было… Старались подбираться близко, выпрашивать мою милость… Они ещё не знали, что я вижу всех насквозь. И в какой-то момент я им показал, как сильно я могу злиться… Наказал всех. Разом. С особой жестокостью…       Глаза князя будто кровожадно сверкнули, отчего Аарону стало слегка не по себе.       — До некоторых только так и доходит… — вздохнул Сентинел. — С тех пор и пошло введение особо жестоких наказаний за такие… «провинности». Тогда же я решил сам внушать страх, чтобы «особо одарённые» даже не пытались шутить со мной… В разумных пределах, разумеется…       — Это… и впрямь интересно… А вам не страшно вот так мне всё рассказывать?       По какой-то причине князь испытал дежавю.       — Совсем немного, — ответил он честно. — Я знаю, что ты уже вряд ли предашь меня. Хотя…       Аарон напрягся и слегка сжался, понимая, что сейчас может быть. Князь мысленно извинился перед ним за то, что собирается сделать.       — Ладно, чисто чтобы перестраховаться… Никогда, ни под каким предлогом никому этих подробностей обо мне не рассказывай и не распространяй. Я не хочу, чтобы это знал кто-нибудь лишний.       Это был приказ. Новых приказов Аарон иногда боялся, как зверь огня, но в этот раз приказ оказался довольно безобидным и обоснованным. Демон, облегчённо выдохнув, кивнул князю с пониманием.       — Если тебе больше не о чем рассказать, то можешь идти, — предложил Сентинел.       Аарон встал с места и, поклонившись князю, направился к выходу из комнаты.       — Знаете… — решил он сказать напоследок, уже взявшись за ручку двери. — У вас отвратительно доброе сердце.       Сентинел усмехнулся и с улыбкой ответил:       — Я знаю.       Слегка улыбнувшись, демон вышел и направился к себе.       По пути ему пришлось проходить мимо входа в княжеские лаборатории, где он заметил двух демонов. Первый из них — это княжеский учёный, близкий друг Сентинела, а вторая — главная служанка, Мириам.       Аарон в этот же момент испытал дежавю, что заставило его ненадолго замедлиться и начать вслушиваться в разговор. Однако, видимо, разговор шёл о нём, так как княжеский учёный, только завидев демона, сразу же подозвал его к себе.       — Нужно что-то? — сразу же спросил Аарон, когда подошёл.       — Да. Нужна твоя помощь в исследованиях…       — Нет, извините, я не спец в этом… — попытался отмахнуться демон.       — Да ты меня дослушай! Князь рассказал мне, что с тобой приключилось, и поэтому мне бы хотелось тебя опросить по этому поводу, если ты, конечно, не сильно против.       Демон протяжно вздохнул. Ох уж это любопытство… Хотя, большинство исследований, проводимых этим учёным, действительно направлено на принесение пользы адскому сообществу, поэтому почему нет? Хм, у Мириам сегодня приятные духи… Почему она смотрит на него?       — Ладно, давайте, — ответил Аарон на предложение учёного.       — Отлично! Но Мириам пока хотела поговорить с тобой, так что когда закончите, проходи ко мне.       Учёный скрылся в глубинах лаборатории, и Аарон остался наедине с демоницей.       Мириам — девушка очень приятная, внешне сильно похожая на человека. Её выдаёт только аккуратный хвостик-стрелочка и заострённые недлинные ушки. Вообще, внешне она немного похожа на княжеского учёного, и кто-то даже считает, что она — его дочь, но всё это — просто слухи, не имеющие под собой никакой почвы.       К Аарону Мириам относилась очень даже хорошо, но всё же она, к его удивлению, оказалась способной постоять за себя, и саму себя девушка очень уважает, так что не зря именно она отвечает за всю прислугу, включая этого сломленного гордеца…       Аарон кинул на девушку вопрошающий взгляд.       — Просто небольшое послание, — начала она с улыбкой. — Я знаю, что случилось, но поверь, дальше нас троих, не считая тебя, эта информация не пойдёт, если ты не захочешь. Всё-таки это довольно серьёзно… Не хотелось бы, чтобы ты опять стал объектом слухов.       — Я понял. И к чему это?       — К тому, что мне тоже важно твоё состояние. Так что если хочешь выговориться кому-нибудь о чём-то, то можешь обратиться ко мне. Всё-таки не одному только нашему князю нас всех выслушивать.       Мириам добродушно хихикнула, и даже на лице Аарона от этого проступила лёгкая улыбка.       — Да, он довольно много на себя взвалил… Я запомню твоё предложение.       Девушка по-наставнически похлопала демона по плечу; её движения очень аккуратные.       — Хорошо. Ладно, иди уже к Ивлису. Уверена, ему не терпится тебя расспросить. Заодно и обследует тебя… А то мало ли.       Мириам начала уходить, и Аарон тихонько помахал ей рукой, провожая её. Улыбаясь, она ответила тем же, после чего скрылась. Демон только тогда понял, что впервые это сделал, и на душе у него стало как-то… приятно. Тепло.       После всего этого он всё же пошёл к княжескому учёному, который ещё очень долго опрашивал Аарона о своём опыте нахождения под воздействием зюлита…