I Just Wanna Be Yours.

Холодный осенний вечер окутывал улицу города, фонари слабо пытались освещать темные улицы. Хоть небо и было черным, но собирающиеся тучи невозможно проглядеть. Мирослав стоял возле крыльца своего университета, в который недавно поступил на экономиста. Это, наверное, самая базовая специальность, которую он знает. Жизнь немного подвела: все твердили, мол, поступив в десятый класс, у него еще будет время обдумать будущую специальность, однако даже в одиннадцатом классе парень до сих пор не мог определиться. Вот и пришлось пойти уже хоть на какую-нибудь профессию. Он знал, что рано или поздно, скорее всего, отчислится, ибо проучиться четыре года там, где тебе не нравится — прогноз потерянных денег и времени. Но куда идти-то? Был самый адекватный вариант — перевестись на другую специальность, на какую — понятия не имел. От своих же мыслей Мирослав выглядел хмурым, с натянутым капюшоном, защищаясь от еле заметных каплей начинающегося дождя. Вдалеке, среди тусклого света фонарей, показалась знакомая фигура невысокого роста, идущая быстрым шагом и перепрыгивающая лужи раннее прошедшего дождя. Даже не нужно было гадать, что эта фигура — Данил, сожитель Плахоти, поступивший на дизайнера. Мирослав приехал поступать в университет из соседнего города, в честь чего ему выделили комнату в общежитии. И, к его несчастью, он должен был делить эту комнату с Данилом. Он прекрасно понимал, что ему вряд-ли повезет на одиночное проживание, поэтому с момента подачи документов морально настраивал себя на отсутствие личного пространства в 80% времени пребывания в комнате. Но он не был готов к Дане. В душе все еще таилась надежда, что будущий сосед окажется адекватным, тихим, спокойным, но все эти 3 качества большую часть времени были не про Крышковца. Он был шумным: любил включать музыку на телефоне или ноутбуке, частенько подпевая, когда Мирослав хотел хоть немного отдохнуть путем сна после бессонной ночи, любил шуметь или чем-то вечно шуршать, будь то упаковка печенья или собственное одеяло, любил поговорить, по крайней мере пытался. Даня в целом был очень разговорчивым, каким-то гиперактивным. Мог попытаться разговорить Плахотю, спросить о чем-то, даже если встречался со взглядом, в котором читалось "отстань от меня". В какой-то момент Даня понял, что его старания бесполезны, так что он шел на контакт сам. Иногда мог просто лечь на кровать, подложить руки под голову, закинуть ногу на ногу и начать рассказывать о своем дне: о тех, кто его бесит, о преподавателях, о каких-то ежедневных происшествиях, о том, как он впервые попробовал компот из сухофруктов в их общей столовке, как его чуть не потянуло блевать от него. А Мирослав привык и просто слушал. Какую-то информацию пропускал мимо ушей, в какую-то часть рассказа вслушивался, не замечая, как уголок губ непроизвольно поднимается. Постепенно жизнь с Даней в одной комнате стала привычной, повседневной, перестала приносить сильный дискомфорт. Но непривычным по сей момент для Мирослава являлась одна деталь — Данил может "выключиться". Это было ненадолго, но ощутимо. Крышковец мог молча лежать на кровати, отвернувшись от Мира, мог долго смотреть в одну точку или вообще спать, что ему вообще несвойственно. Плахотя никогда об этом не спрашивал, ему, вообще-то, должно быть все равно, он же больше и отдыхает в такие моменты, однако в сердце все равно что-то щемило. Данил все быстрее приближался к крыльцу университета, где его ждал Мирослав. У них была договоренность встретиться в этом месте, ибо Крышковец вновь забыл свой ключ от комнаты. Угнал куда-то раньше старшего, оставил ключ на столе, а потом уже ушел и сам Мирослав. Обоим повезло, что вернуться обратно в общежитие они должны примерно в одно время. Общага находилась недалеко от учебного здания, примерно в 200 метрах. На улице потихоньку начинает лить дождь, одна капля которого была размером с ластик, успешно потерянным Мирославом на парах сегодня. Даня подбежал к парню, весь сияющий и улыбчивый, как обычно. Значит все в порядке, можно настраивать себя на какое-нибудь предстоящее караоке, в которое Плахотя будет успешно и безоговорочно втянут. — Даров! Давно тут стоишь?, — со своей привычной улыбкой поинтересовался младший. — Нет, сам только подошел, — вполголоса отзывается Мирослав. — Пойдем. Парни развернулись в сторону общежития и быстрым шагом ушли вглубь темноты. Даня в очередной раз болтал какую-то историю про сегодняшнюю лекцию, про очередную отраву в столовке, что их, таких золотых, должны ценить и оберегать, потому что чуть ли не каждый студент платит за обучение большие деньги. Плахотя, равняясь на быстрый шаг собеседника, чуть улыбался. Ему нравилось с какой увлеченностью об этом говорил младший. А Данилу нравилось чувствовать, что его слушают. До общаги парни дошли быстро, до своей комнаты еще быстрее. Пусть путь от универа до общаги был недалеким — промокнуть все равно успели. Пока Мирослав разбирался со своими вещами, Данил повесил свою серую толстовку на стул, решив, что этого достаточно и полез в телефон. Из телефона резко начала доноситься до боли знакомая музыка, громкость которой увеличивалась с каждой секундой. Практически на полную громкоть на всю комнату заиграла песня "I Wanna Be Yours" — Arctic Monkeys. Плахотя, честно, удивился. Услышать от человека, слушающего темного принца, Vipers, CUPSIZE, его любимую группу, да еще и одну из самых любимых песен... — Ты разве слушаешь такую музыку? — Ну да, мне нравится эта песня. Не слушать же фриков 24/7. — Это.. моя любимая группа, — еле слышно отозвался старший, не поднимая взгляд. Мирослав оцепенел. Он не понял почему он это сказал. Он бы никогда не признался в этом кому-то, но Дане захотелось. — Серьезно? Под эту песню оч хорошо идет медленный танец. Мож попробуем?, — Даня хохотнул, но выглядел серьезно. Старший выпрямился, поднял на младшего недоверчивый взгляд, поглядывая то на него, то на его телефон. Тихо вздохнув, Мирослав бросил свои вещи и подошел к выключателю, дожидаясь реакции Крышковца. Даня реагирует моментально: берет телефон в руки, включает фонарик и кладет его экраном вниз, вследствие чего свет в комнате гаснет. Оба немного мнутся, не знают как подступить друг к другу, но бревном не стоят. Плахотя подходит к Дане, аккуратно, как будто прикасается к самой дорогой и хрупкой вазе, обвивает руками его талию, пока младший уверенно тянется к шее Мирослава, прижимаясь всем телом к чужому. Их лица были в нескольких сантиметрах друг от друга. Данил, немного смущаясь, улавливает стойкий взгляд глаз напротив, после чего кладет голову на чужое плечо и закрывает глаза. Парни спокойно, медленно начинают двигаться по комнате, улавливая весь момент. Пока за окном идет проливной дождь, они, погружаясь в объятия друг друга, танцуют под чувственную песню. По комнате разносятся строчки песни: I wanna be your vacuum cleaner Breathing in your dust I wanna be your Ford Cortina I will never rust Первое "I just wanna be yours" — Даня немного отстраняется, не убирает руки с чужой шеи. Второе "I just wanna be yours" — поднимает свой взгляд, встречаясь с карими глазами напротив, полными спокойствия. Третье "I just wanna be yours" — медленно тянется и касается своими губами чужих. Мирослав лишь сильнее сжимает талию Данила, неуклюже отвечает на этот поцелуй, пока за спиной доигрывает мелодия песни и в голове возникает ответ на какую специальность он переведется в ближайшее время.