Фотоальбом тумана

      Стойкий аромат горящей свечи доносился до носа, возвращая сознание в те времена, когда все было так просто. Комнату освещала эта свеча, расположившись на дощатой полке над столом, и тусклая луна, светившая в открытое окно. Легкий ночной ветерок задувал в помещение, цепляясь за бежевые страницы открытой книги.       Шуршащий звук недолго проносился по комнате, с хлопком книга закрылась, а ладони ее владельца осторожно, словно это был самый настоящий артефакт, взялись за шершавую обложку, ощупывая кожаную текстуру. Вскоре книга оказалась на деревянной опоре, величественно встав рядом со свечой в позолоченном подсвечнике: кожаный переплёт с инициалами владельца на нем, шелестящие бежевые страницы, золотые уголки обложки.       Владелец прошелся своими проницательными глазами по предметам интерьера, оценивая то, насколько хорошо это смотрится вместе. Одна деталь зацепила его острый взгляд — серая пыль на коричневой обложке — что-то она ему напомнила. Вдох и тяжелый выдох. Шаги раздались по дощатому полу, приблизившись к шкафу в самом углу комнаты. Шкаф выглядел так, будто его не трогали много столетий. Встав на носочки, парень достал с самого верха другую книгу — всю в пыли. Нет, не пыли, это не было похоже на пыль. Серый дымок, он будто исходил от самой книги, а не находился на ее обложке.       Стул из темного дерева, украшенный различного вида узорами, скрипнул, вновь ощущая вес человека. Книга, а вернее фотоальбом, шлепнулась на стол. Туман от альбома поднялся в воздух. Лололошка этому совершенно не удивился, безмятежное выражение лица не выдавало ностальгии, но она была с ним в тот момент. Его руки инстинктивно потянулись к страницам, открывая на самой первой.

***

      Три свечки, освещающие теплым, домашним светом комнату, стояли на столе. В воздухе завис запах лесного чая, теплый пар доносился из кружки, о которую Лололошка грел руки. В воздухе витал нечеткий запах свежей еды, но этот аромат будто был не отсюда. Старик подле него не спеша пил чай, то и дело поглядывая на двух других присутствующих.       "Лололошка, а ты чего это не пьешь? " — наконец, обратив свое внимание на одного из присутствующих, вопросил Бастиан. Глаза сощурились, ища причину на лице парнишки. — "Слишком горячо или не хочется? "       Другой, минутой ранее отказавшийся от чая, не удержавшись, влез в диалог: "Да, Лололошка, силой мысли ты этот чай не выпьешь, можешь даже не пытаться."       "Я и не пытался, Люциус. Просто задумался," — произнес Лололошка с насмешливой улыбкой, прикрыв сонные глаза, он поднес чашку к губам и выпил теплый, освежающий отвар.       Тепло в груди перешло к спине, спину грело солнце. Он все ещё держал руки в прежнем положении, хотя вес кружки пропал. Открыв глаза, взгляд Лололошки упал на клетчатое покрывало под ним, расстилающееся по салатовой траве. Бугор распологался недалеко от поселения и был идеален для посиделок. В воздухе теперь витал пряный аромат дуба, который, раскинув свои могучие ветви, неподвижно стоял в одиночестве. А запах еды, ощущаемый раньше, стал отчетлив.       "Ты чего завис, Дейви? Комиссару философские размышления на ум пришли? " — Радан положил жилистую руку на плечо Лололошки, встряхивая того ото сна.       "Лололошка, ты не устал? Кажется, ты будто вот-вот да уснешь..." — с легким беспокойством сказала Кейт, но в следующую секунду на лице расплылась добродушная улыбка, — "а то гляди, уснешь, а мы тут всю еду и съедим."       "И даже мне ничего не оставите? Жестоко."

***

      Мозолистая рука прошлась по двум фотографиям, казалось, что он снова оказался там, с дорогими для него людьми, но эта надежда рушилась как только он чувствовал холод ветра из распахнутых створок окон. Пора бы закрыть их, а заодно и фотоальбом обратно на шкаф вернуть.