Искренние желания сбываются

      — Везде ты! Сколько же можно? Надоело! Надоело! Надоело! Чёртов Блэк, — Гермиона швырнула в самый дальний угол гостиной ёлочную игрушку в виде чёрной лохматой собачки, после чего опустилась на пол, прижимая колени к груди и кладя на них подбородок.        — Чем тебе снова не угодил дядюшка? — раздался весёлый смешок.        — Дора, привет, — улыбнулась Грейнджер, взглянув на подругу. — Почему я не слышала, как ты зашла?       — Этому есть много причин, — рассмеялась Тонкс, с размаху приземляясь в кресло. — Во-первых, я аврор, и меня учили бесшумно проникать в чужие жилища. Во-вторых, ты наконец-то убрала из коридора тот дурацкий фикус, о который я всё время спотыкалась. В-третьих, ты была слишком увлечена костерением моего любимого дядюшки. Ну и самое важное — дверь всё же стоит запирать, подруга.        — Эрик уходил, я надеялась, что он закроет дверь. Но, видимо, он решил, что если больше тут не живёт, то и дверь запирать не нужно, — устало махнула рукой Гермиона.        — Ты всё же решилась? — Тонкс внимательно посмотрела на подругу.        — Да, все эти приступы ревности меня доканали, — Грейнджер поднялась с пола и села в кресло напротив Тонкс. — Хочешь расскажу тебе причину последней истерики, которая окончательно меня добила?       — Конечно хочу.        — Мне даже говорить об этом неловко, — рассмеялась Гермиона. — Причина последней ссоры в рисунке, а если сказать точнее, то в портрете.        — Тебя приревновали к портрету? — Дора округлила глаза, а её волосы стали ярко-жёлтого цвета. — Что за бред?       Гермиона встала, прошла к своему рабочему месту около окна и взяла небольшой альбом, в котором были карандашные портреты её друзей и знакомых. Грейнджер протянула открытый альбом подруге.        — Теперь понятно, — усмехнулась Тонкс. — Бродяга здесь очарователен!       — А мне совершенно не понятно, — упрямо мотнула головой гриффиндорка. — В этом альбоме несколько десятков портретов, которые я рисовала. Почему Гарри, Рон, Невилл, Фред, Джордж, Билл, Римус и даже Снейп не вызвали никаких вопросов? Почему такая дикая реакция вышла от портрета Сириуса?!       — Может быть потому что в каждый портрет ты вкладываешь частичку своей души, даря нарисованным на них людям ту самую особенную черту характера, которая им присуща, — пожала плечами Тонкс. — Смотри, Гарри видно что смелый и упрямый, Рон находчивый и добрый, Невилл застенчивый, Фред и Джордж — весельчаки, Билл надёжный, Римус сомневающийся, Снейп — тут без комментариев.        — А Сириус? — недоумённо спросила Грейнджер.        — А в Сириуса, дорогая, ты вложила не частичку души, а частичку сердца, — снова смотря на портрет Бродяги, ответила Дора. — Тут не нужно быть провидцем, чтобы понять твоё отношение к человеку с портрета.         — Да, только его «не интересуют малолетки», — вздохнула Гермиона, забирая у подруги альбом и мельком взглянув на портрет Блэка. — Он чётко дал мне это понять за месяц до своей женитьбы!       — Он развёлся на прошлой неделе, — тихо сказала Дора.        — Мне это не интересно!        — На самом деле? — выгнула одну бровь Тонкс.        — Дора, не задавай вопросов, ответы на которые ты знаешь сама, — покачала головой Грейнджер. — Джинни уже проводила со мной спасительную беседу на тему: «Сириус Блэк — самая неудачная пара для гриффиндорской заучки». Я головой понимаю, что Блэк стал моей навязчивой идеей, и я даже пытаюсь выкинуть его из своих мыслей, но у меня отвратительно это получается.        — Может быть стоит попробовать поговорить с ним? — Дора подсела к подруге и обняла её за плечи.        — Я просто устала, Дора, только и всего. Рождество и Новый год, которые мы отмечали вчетвером в палатке в самой чаще леса Дин, были самыми счастливыми для меня. Ты знаешь, что всю новогоднюю ночь мы танцевали? Серьёзно! Сириус обучал нас троих классическим танцам. А когда Гарри и Рон стали молить о пощаде, Бродяга обучал меня танго. Мне почудилось, что тогда между нами словно проскочила искра, но оказалось, что показалось. Больше таких моментов не случалось, Сириус словно выстроил стену между нами, мы стали общаться исключительно как коллеги. После финальной битвы я не выдержала, подошла к Блэку и призналась в своих чувствах. Знаешь как обидно мне было слышать: «ты ещё слишком молода», «я не тот, кто тебе нужен», «ты просто ещё в эйфории от победы», «твои чувства — иллюзия», «я не такой идеальный, каким ты меня для себя придумала» и ещё много всего подобного. А потом он женился, а я на протяжении десяти лет на каждое Рождество и Новый год загадывала одно и то же желание. Я очень просила, чтобы Сириус одумался и заметил меня. А теперь я устала мечтать о том, чего не будет никогда. Знаешь, какое желание я загадаю в этом году?       — Забыть Сириуса? — грустно усмехнулась Тонкс.        — Нет! Слишком много чести, — искренне рассмеялась Гермиона. — В этом году я загадаю желание, которое уже наполовину осуществилось.        — Тогда может не стоит мне его рассказывать?        — Брось! Я про галерею, с которой ты сама же мне и помогала, — Грейнджер посмотрела на подругу. — Вы с Римусом и Джинни с Гарри очень здорово мне помогли с организацией моей галереи. А желание моё будет заключаться в том, чтобы открытие прошло удачно, и чтобы волшебной Британии оказалось интересно магловское искусство.        — Поверь мне, твои картины очень многим нравятся, — Дора сжала ладонь Гермионы. — Не зря всё же ты отказалась от должности в Министерстве, и поступила на художественный факультет в магловский университет.        — Ты же знаешь, что мне предлагали должности в ОМП и в аврорате, — покачала головой Грейнджер. — Но год поиска крестражей настолько вымотал меня, что я не хотела больше всех тех неоправданных рисков. Поэтому я нашла то, чем на самом деле хочу заниматься. А ещё сегодня я получила письмо с новостью, о которой ты узнаешь первой.        — Новость, я надеюсь, хорошая?       — Замечательная! Помнишь, я говорила тебе про испанского художника, мастера живых портретов?       — Конечно помню, — кивнула Тонкс. — Ты ещё хотела у него обучаться.        — Так вот, у меня всё получилось! В конце января я уезжаю в Барселону на обучение.        — Надолго? — спросила Дора.        — Нет, всего на год, — ответила гриффиндорка. — Но за этот год я научусь создавать те самые ворчливые портреты.        — Я правда очень рада за тебя, но мы будем скучать, — сказала Тонкс. — Может тогда отметим Рождество вместе?       — Нет, Дора, спасибо, но на эти праздники у меня уже есть планы, — тепло улыбнулась Гермиона, внутренне коря себя за враньё подруге.        — С родителями?       — Нет, — отрицательно покачала головой Грейнджер. — Папа так и не простил меня, а мама не решается с ним спорить. Меня пригласила однокурсница, с которой мы вместе учились в университете.        — Понятно, но если там всё же станет скучно, то мы будем рады тебя увидеть у нас в гостях, да и Тедди по тебе соскучился.        — Я ужасная крёстная, — удручённо вздохнула Гермиона. — Меня спасает только Гарри, отдувающийся за нас обоих.        Попрощавшись с Нимфадорой, Гермиона подняла ни в чём неповинную ёлочную игрушку-собачку, убрала её на дно коробки с новогодними украшениями и принялась за создание праздничной атмосферы в доме.        В это время Тонкс, вернувшаяся домой, услышала разговор Римуса и зашедшего в гости Сириуса.        — Тогда объясни мне, зачем были эти никому не нужные десять лет? — раздражённо спрашивал Люпин.        — Затем, Лунатик, что она была маленькой восторженной девочкой, которая романтизировала старого, потрёпанного жизнью бывшего заключённого, не способного справиться со своими жизненными невзгодами, — Блэк тяжело вздохнул, после чего продолжил. — Хотя и сейчас практически ничего не изменилось кроме того, что я стал ещё старее. Теперь я разведён, живу один в фамильном доме с вредным домовиком, который любит только моего крестника и по каким-то неведомым мне причинам уважает Гермиону. Я хочу нормального Рождества, такого, какие были раньше у Поттеров, помнишь? Но я даже этого осилить не могу, потому что мне не для кого украшать дом и готовить праздничный ужин, ведь все в этом году решили отмечать Рождество дома.        — Тебе не кажется, что ты сильно отклонился от изначальной темы? — Римус попытался вернуть разговор в первоначальное русло.        — Я не хочу об этом говорить, Римус, — упрямо ответил Сириус. — Могу сказать тебе только одно, восторженная девочка выросла и наконец-то поняла, что ей лучше встречаться со сверстниками, а ещё она прекратила смотреть на меня с обожанием, значит я своей цели добился.        — Ответь мне только на один вопрос, и мы закроем эту тему, — Люпин не оставлял попыток достучаться до друга. — Как ты сам к ней относишься?       — Это вообще не важно, — слишком поспешно ответил Блэк. — Она просто молодая женщина, лучшая подруга моего крестника и всё! Ладно, мне пора, меня позвали на ужин Тедд и Андромеда.               После характерного звука камина Тонкс услышала голос мужа:       — Милая, заходи, он ушёл.        — Я опять прокололась, да? — засмеялась Дора, заходя в гостиную, где её любимый мужчина, уютно разместившись в кресле, медленно потягивал глинтвейн.        — Если бы Бродяга не был так увлечён самокопанием, то сегодня тебя бы услышал даже он, — нежно улыбнулся Римус жене. — Ты споткнулась на входном коврике, потом уронила пальто, а после скрипнула половицей у двери.        — И почему с такими способностями ты не стал аврором? — притворно ворчливо спросила Дора.        — Потому что оборотней не берут на службу в аврорат, — пожав плечами, легко ответил Люпин. — Всё слышала?       — Да, и мне даже есть, что на это сказать, — вздохнув, сказала Тонкс. — Они — два невыносимо упрямых идиота, которые не хотят видеть реальность такой, какая она есть. Знаешь, за чем я застала Гермиону, когда сегодня зашла к ней в гости? Она швырнула ёлочную игрушку через всю комнату, закричав при этом про «чёртова Блэка».        — Дай угадаю, игрушкой, которую постигла такая незавидная участь, был чёрный пёс? — хитро прищурившись, спросил Римус.        — Угадал, — кивнула Дора. — А знаешь, меня посетила одна мысль.        — Мне уже бояться?        — Нет, но мне понадобится твоя помощь, — уверенно сказала Тонкс. — Тедди не взял с собой книгу, которую обещал дочитать до нового года. Сможешь сходить к моим, чтобы отнести книгу, а заодно попросить маму задержать Сириуса на максимальное время?       — Может легче просто оглушить его и положить где-нибудь за камином? — рассмеялся Люпин.        — Если понадобится, так и сделаешь, — гневно ответила Дора. — Но до того, как к тебе придёт мой патронус, Бродяга не должен покинуть дом родителей. Побудь тоже там, скажи, что меня срочно вызвали на службу, а тебе дома одному тоскливо.        — Не знаю, что ты задумала, но я сделаю всё, как ты просишь, — Римус притянул к себе жену и нежно поцеловал её.        Гермиона успела только нарядить ель, когда камин вспыхнул, и в гостиную ввалилась Тонкс, зацепившись ногой за каминное ограждение.        — Дора, ты что-то забыла? — спросила Грейнджер, помогая подруге подняться.        — У нас есть шанс сделать доброе дело тому, кто тебе не слишком интересен, — таинственно произнесла Дора.        — У Сириуса что-то случилось? — взволнованно произнесла Гермиона. — Проблемы?       — О, да! Капитальные! Мой дядюшка похож на великовозрастного ребёнка, — рассмеялась Тонкс. — Я случайно подслушала их разговор с Римусом, когда вернулась домой. Бродяга сказал, что очень хочет нормальное Рождество, но так как украшать дом и готовить что-то праздничное ему не для кого, он просто решил отказаться от этой затеи.        — А я то тут при чём? — округлила глаза Грейнджер. — Я не собираюсь звать его к себе!       — Я не об этом, — отмахнулась Дора. — Кричер относительно нормально воспринимает только вас с Гарри, поэтому с вами он впустит в дом кого угодно. Так вот у меня такое предложение, пока мама, папа и Римус заболтают Сириуса, мы с тобой, Гарри и Джинни подготовим особняк на Гриммо к празднику.        — Ты считаешь это уместным? — с сомнением спросила Гермиона.        — Почему бы и нет? — пожала плечами Тонкс. — Не считая некоторых упрямств Сириуса, он всегда старается всем помочь. Так давай и мы ему поможем.        — Хорошо, я не против, —  согласилась Гермиона, доставая из коробки ту самую многострадальную игрушку-собачку.        — Снова они здесь, — ворчал домовик, впуская гостей в особняк. — Полукровка и осквернительница всего магического мира, моя бедная хозяйка была бы в ужасе от того, кто посещает этот дом, а Кричер очень рад видеть Гарри Поттера и мисс Гермиону.        — Тебе не кажется, что у Кричера началось слабоумие? — шёпотом спросила Джинни у Гермионы.        — Нет, просто Кричера воспитали заядлые поборники идей о чистоте крови, — пояснила Грейнджер. — Вспомни, как он изначально нас ненавидел, а потом, когда мы с Гарри заставили Сириуса отдать Кричеру поддельный медальон Регулуса, он проникся к нам. По-своему, конечно, но он нас принял.        — Итак, с чего начнём? — нетерпеливо спросил Гарри.        — Кричер, скажи, твои хозяева раньше отмечали рождество? — присев перед домовиком на корточки, уточнила Гермиона.        — Нет, хозяйка Вальбурга не любила магловские праздники, — ответил старый эльф. — В день этого магловского праздника в доме был приём. Праздник стали отмечать, когда в доме стали появляться предатели крови.        — Кричер, я предупреждал, — строго произнёс Гарри, увидев неодобрительный взгляд в сторону жены. — Я надеюсь, что мне не нужно повторять мою просьбу?       — Кричер не должен называть рыжую предательницу крови предательницей крови, — согласно кивнул домовик, после чего демонстративно повернулся спиной к Джинни.        — Да уж, — хохотнула Тонкс. — Этот эльф неисправим! Значит давайте сделаем так, Гарри, ты идёшь за ёлкой, а мы с девочками поищем все украшения, которые остались тут с ваших школьных времён.        — Я кое-что захватила, — сказала Гермиона.        — И я, — вторила подруге Джинни.        — Отлично, тогда за дело, — хлопнула в ладоши Дора.        Спустя всего час особняк уже сложно было узнать. В гостиной красовалась двухметровая пушистая ель, на самой верхушке которой вместо звезды сидел тот самый чёрный пёс, принесённый Гермионой и немного увеличенный с помощью несложного заклинания. На камине висели традиционные вязаные носки. По всему первому этажу была расставлена купленная Грейнджер в магазине напротив пуансеттия.        — Пожалуй, я немного изменю цвет горшков этих растений, — загадочно произнесла Дора.        — Зачем? — удивилась Джинни.        — Ну, смотри, тут есть цвета всех факультетов, кроме одного, — рассмеялась Тонкс.        Друзья посмотрели на цветок и подхватили смех подруги, потому что поняли, что и в самом деле не хватает только синего цвета.        Когда особняк был украшен, друзья задумались над тем, что Сириус вероятно не захочет что-то готовить или просить об этом Кричера.        — Я предлагаю устроить Рождественский ужин как на нашем пятом курсе, — выдал неожиданную идею Гарри.        — Ты хочешь без ведома Сириуса собрать тут половину магического Лондона? — с сомнением произнесла Гермиона.        — Почему бы и нет? Если Дора сказала, что Сириус скучает по таким вечерам. Когда-то Римус и Сириус рассказывали мне, как отмечали праздники сначала в доме моих бабушки и дедушки, а потом в доме моих родителей. Они сказали, что тогда было весело, уютно и по-домашнему. А Сириус нормально не праздновал Рождество уже десять лет. Эта его Марлин таскала крёстного исключительно по благотворительным балам и скучным приёмам, — сказал Гарри. — А мы сможем собрать всех под одной крышей и сделать праздник в этом году особенным.        — Тогда нужно лично всех предупредить, чтобы никто не проговорился Сириусу заранее о том, что придут, — сказала Джинни.        Вечером Сириус стоял в своей гостиной, осматриваясь вокруг с весьма озадаченным видом. С тихим хлопком рядом с хозяином появился Кричер, вручая Блэку письмо.        «Заходил к тебе сегодня, но не застал дома. Должен тебе сказать, что даже с новым ремонтом в светлых тонах, без праздничного украшения дом выглядел весьма угрюмо. Я не мог оставить своего крёстного без Рождества, поэтому, заручившись поддержкой жены и друзей, я решил немного «оживить» интерьер. Мне очень нужно с тобой поговорить, но сегодня я уже тебя не дождался. Забегу завтра часам к пяти, дождись меня, пожалуйста.                                                                                                                    Гарри»       — Спасибо, крестник, — усмехнувшись, произнёс Сириус. — Снова Поттеры спасают моё Рождество.        На следующий день особняк внезапно начал оживать. Сначала пришли Поттеры с тремя детьми и невероятным количеством еды. За Поттерами стали прибывать Уизли так же с семьями и детьми. Молли принесла в зачарованной корзине столько еды, что Сириус забеспокоился, что все гости решили остаться жить в особняке минимум на неделю. Когда пришли Люпины и Тонксы, Сириус схватил Римуса за локоть и потащил в кабинет.        — Скажи, Лунатик, это всё твоих рук дело? — Блэк пытался казаться грозным.        — Не совсем моих, вернее сказать, совсем не моих, — усмехнувшись, ответил Люпин. — Ты говорил про Рождество, я про это сказал Доре, а дальше… неуёмную энергию своей племянницы ты знаешь.        — Да уж, знаю, — кивнул Сириус.        — Перебор, да? — осторожно спросил Римус. — Мы надеялись немного тебя поддержать. Да и, если честно, многим хотелось шумного домашнего праздника.        — Спасибо тебе, друг, — Блэк неожиданно притянул к себе Люпина, хлопая друга по спине. — Когда я жил с Марлин, я и мечтать не мог о таком празднике.        — Рад, что мы не разочаровали тебя, — улыбнулся Люпин.        — Даже повеселили, — Сириус залился своим неподражаемым лающим смехом. — Кто придумал такую макушку на ёлку прицепить?       Римус вспомнил об увиденной необычной ели и лукаво прищурил глаза:       — А сам не догадываешься?       — Она тоже участвовала в этом? — удивлённо спросил Блэк.        — Дом тебе украшали Гарри, Джинни, Дора и Гермиона, — сознался Люпин.        — Тогда почему её тут нет? — снова спросил Сириус.        — Потому что она просто хотела, чтобы у тебя был праздник, но не собиралась становиться его частью, — вздохнув, ответил Римус.        — Упрямая девчонка, — тихо произнёс Блэк.        — Девчонка? Бродяга, Гермионе скоро тридцать, и девчонкой её можно назвать с очень большой натяжкой, — усмехнулся Римус. — Может всё-таки расскажешь?       — Что расскажу?       — Что между вами, — пояснил для якобы ничего не понимающего друга Люпин.        — Между нами год скитаний по волшебной Британии, танго, искры и двадцать лет разницы в возрасте, — махнув рукой, сказал Сириус.        — Понятней не стало, — упрямо настаивал Римус.        — Хорошо! Твоя взяла! — Блэк устало опустился в кресло. — Она значит для меня гораздо больше, чем когда-либо значила Марлин.        — Тогда почему ты с таким упорством отталкиваешь её?       — Рим, давай закроем эту тему?! Считай, что я просто трус, — сказал Сириус, встал с кресла и быстро покинул кабинет.        — Надо с этим что-то делать, — со вздохом произнёс Римус и пошёл к шумной компании.        — Что это вы снова задумали? — грозно спросила Джинни у близнецов.        — Ничего такого… — начал Фред.        — … что бы могло испортить праздник! — закончил фразу за брата Джордж.        — Мы хотим добавить в сегодняшний день немного любви, — с широкими улыбками в один голос произнесли оба брата.        — Рассказывайте, — Джинни всегда искренне восхищалась выдумками старших братьев, но им своего восхищения старалась не показывать. — Я надеюсь, без взрывов и поджогов? Джейми и Ал на прошлой неделе запустили в доме вашу бенгальскую черепашку! В итоге два прожжённых ковра и сотня моих испорченных нервных клеток.        — Извини, малышка, — виновато произнёс Джордж. — Мы предупреждали, что черепашку можно запускать только на улице и только с вами.        — Но сегодня всё будет вполне безобидно, — Фред просто искрился самодовольством. — Мы придумали ловушку, которая называется «Омела для влюблённых».        — В чём суть? — спросила миссис Поттер.        — По всему дому в самых неожиданных местах развешаны омелы, — начал объяснять Джордж. — Когда под одной из таких омел остановятся влюблённые, их сразу же захлопнет в омеловой ловушке. Туда и оттуда не проникает звук, внутри не работает магия. Для того, чтобы выйти из ловушки, нужно признаться друг другу в чувствах и поцеловаться.        — А как выглядит эта ловушка? — Джинни начинала переживать.        — Как большая вертикальная труба из лиан, около пяти футов в диаметре, — ответил Фред.        — Хорошо, но если в эту ловушку попадутся те, кто не влюблён или вообще люди из разных семей? — миссис Поттер не собиралась сдаваться.        — Не переживай, всё отработано, — улыбнулся Джордж. — Смотри, мы с Фредди стоим прямо под омелой, и ничего не происходит. А теперь подойди ты. Видишь? Снова ничего.        — А теперь смотри на фокус, — сверкнул глазами Фред, поймал за руку свою жену, которая в этот момент проходила мимо, и потянул под омелу.        В ту же секунду, когда Фред и Анджелина оказались под зачарованным растением, вокруг пары выросла зелёная труба. Ещё через несколько секунд труба растворилась, являя целующихся супругов.        — Джин, не переживай, — примирительно сказала Анджелина, отрываясь от мужа. — Этот розыгрыш готовился под моим чутким присмотром. И, предвосхищая твой возможный вопрос, скажу сразу, ловушка только для совершеннолетних.        — Ну, тогда я спокойна, — улыбнулась Джинни. — Может и Гарри под такую штучку затащу…       — Главное помни, — рассмеялся Джордж. — Чтобы пробыть в ловушке дольше, нужно или не признаваться в любви, или не целоваться. Ключ для выхода — поцелуй и признание, только так. Ну или просто просидеть там пару-тройку часов, пока ловушка не раскроется.        После общения с братьями у Джинни в голове возник коварный план, который мог помочь двум упрямым людям наконец-то открыться друг другу. Миссис Поттер подошла к камину в библиотеке и вызвала Гермиону.        — Привет, подруга, ты ещё дома? — спросила Джинни, говоря как можно громче, в надежде, что Грейнджер не успела отправиться на магловский праздник.        — Привет, Джин, — Гермиона появилась перед камином. — Я дома, и похоже на то, что я сегодня никуда не иду.        — Что-то случилось?       — Да, звонила моя однокурсница, сказала, что её парень заболел, и их вечеринка отменяется, — со вздохом поведала Гермиона.        — Тогда почему ты ещё дома, а не на Гриммо? — удивилась миссис Поттер.        — Потому что меня, вообще-то, никто не приглашал, — упрямо ответила Грейнджер.        — Вообще-то, сюда никого не приглашали, — с таким же упрямством ответила Джинни. — Но все будут рады тебя видеть, особенно если ты возьмёшь с собой своё фирменное печенье.        — Ты считаешь мой приход уместным? — с сомнением спросила Гермиона.        — Вполне! Считай, что тебя пригласили организаторы праздника, — улыбнулась Джинни. — Собирайся, жду тебя через десять минут.        — Двадцать, — рассмеялась Гермиона.        — Хорошо, — сжалилась подруга. — Но ни секундой больше.        — Фред, — Джинни подбежала к брату, который с аппетитом уминал запечённые каштаны. — Скажи мне, где вы развесили омелу?       — Уже решила уединиться с Гарри? — рассмеялся Фред.        — Нет, мне нужно знать, — покачала головой Джинни.        — Давай так: ты мне говоришь, зачем тебе эти знания, а я раскрываю все тайные места, — стал торговаться Фред.        — Мне нужно заставить двух упрямцев поговорить друг с другом без возможности сбежать или проклясть собеседника, — призналась Джинни.        — Мне кажется, что я даже знаю, о ком речь, — присвистнул Фред. — Но одного из «собеседников» тут нет. Или она взяла у Гарри мантию-невидимку?       — Она придёт через пятнадцать минут, — с улыбкой ответила Джинни.        — Тогда я думаю, что лучшим местом будет библиотека, — кивнул Фред. — Омела висит перед стеллажом с исторической литературой. Готов помочь тебе в осуществлении плана.        — Как ты собираешься затащить Бродягу в библиотеку? — с сомнением спросила Джинни.        — Проще простого! Мы достаточно часто советуемся с Сириусом, когда разрабатываем новые розыгрыши, — пожал плечами Фред. — Скажу, что у меня появилась новая идея, и предложу обсудить в тихом месте. Тем более, что у меня и в самом деле есть некоторые мысли. Пока мы будем беседовать, ты приведёшь Гермиону.        — Спасибо, Фред, — Джинни крепко обняла брата.        Поздоровавшись со всеми, кто пришёл на праздник, Гермиона отметила, что Сириуса нигде не видно.        — Хозяин дома не оценил наш праздничный сюрприз? — спросила Грейнджер у подошедшей подруги.        — Почему? Сириусу всё понравилось, — улыбнулась миссис Поттер. — Они с Фредом что-то обсуждают в кабинете. Мне, кстати, тоже надо с тобой поговорить, только наедине. Пойдём в библиотеку, там наверняка никого нет.        — Что-то случилось? — обеспокоенность уточнила Гермиона.        — И да, и нет, — дала туманный ответ рыжая интриганка.        Первым, кого увидела Гермиона, зайдя в библиотеку, был Блэк. Девушка удивлённо выгнула бровь, после чего посмотрела на подругу.        — Здравствуй, Сириус, — произнесла Гермиона со всей отстранённостью, на которую только была способна. — Привет, Фред! Мы не хотели вам мешать, Джинни сказала, что в библиотеке никого.        — Мы обсуждали новые идеи для магазина, — улыбнулся Фред, после чего раскинул руки в стороны и весело взглянул на девушку, которую уже давным-давно считал своей второй младшей сестрой. — Привет, Гермиона! Не желаешь обнять старого друга?       Гермиона решительно шагнула вперёд и крепко обняла Уизли.        — Я помню, что обещала зайти на прошлой неделе, — виновато прошептала Грейнджер. — Но у меня были некоторые проблемы. Извини.        — Знаю я про твои проблемы, — тихо ответил Фред. — Мы с Джорджем совершенно не обижаемся. А вот мне действительно нужно заранее попросить у тебя прощения.        — За что? — Гермиона удивлённо посмотрела на друга.        — За это, — сказал Фред, после чего несильно толкнул девушку на стоящего сзади неё Сириуса, а сам моментально отпрыгнул вбок.        — Что происходит? — только и успела спросить Гермиона, ощущая на плечах крепкую хватку мужских рук.               Вокруг Сириуса и Гермионы образовался кокон из лиан омелы.        — Что всё это значит? — требовательным тоном произнесла Гермиона, поворачиваясь лицом к Блэку. — Ваш новый совместный розыгрыш? Тогда мне ни капли не смешно, и я хочу выйти отсюда.        — Я бы тоже хотел знать, как отсюда выбраться, но меня не посвятили в эту тайну, — устало ответил Сириус, который начинал догадываться, для чего нужна была эта выходка. — Если взять за основу, что мы внутри сильно разросшейся омелы, то я знаю один способ выбраться отсюда.        — Я тоже знаю, — воинственно произнесла Грейнджер, доставая волшебную палочку из-под рукава платья.        — Ты даже перед вечеринкой не снимаешь кобуру? — усмехнулся Сириус, вспоминая маниакальную привязанность девушки к магическому древку. — Гермиона, война давно закончилась.        — Да, но рефлексы отпечатались навсегда, — покачала головой Грейнджер. — Подойди ближе, не хочу тебя поранить.        — Ты предполагаешь, что я буду прятаться за женской спиной? — возмутился Блэк.        — Можешь не прятаться, но не говори потом, что я тебя не предупреждала, — ответила Гермиона, взмахивая палочкой и пытаясь сотворить невербальное заклинание. — Мерлин! Это ещё что такое?       После нескольких минут безуспешных попыток призвать волшебство девушка сдалась и убрала волшебную палочку в кобуру, которая была прикреплена на руке чуть выше локтя.        — Ладно, когда-нибудь им надоест этот спектакль, и они нас выпустят, — устало вздохнула Гермиона, садясь прямо на пол и прислонившись спиной к стене из зелени.        — Ты хочешь сказать, что знаменитая Гермиона Грейнджер, героиня войны просто так сдалась? — выгнул бровь Сириус.        — Да, вот именно так и произошло, — кивнула девушка. — Нет больше героини, есть уставшая от жизни и самой себя особа, которая просто не хочет ни с кем и ни с чем бороться.        Сириус удивлённо моргнул, а потом опустился на пол рядом с Гермионой, прислонившись к её плечу своим.        — Спасибо тебе, — неожиданно после нескольких минут молчания произнёс Блэк.        — За что?       — За то, что помогала создать праздник, — Сириус повернул голову, посмотрел на девушку, потом хитро улыбнулся и подмигнул. — А за макушку для ёлки отдельное спасибо.        — Пожалуйста! Я рада, что тебе всё понравилось, — Гермиона улыбнулась в ответ. — Про моё участие Римус проговорился?       — Почему ты сразу подумала на Лунатика?       — Потому что только он мог тебе обо всём рассказать. Дора, Гарри и Джинни честно поклялись молчать, — ответила девушка.        — Почему ты не хотела, чтобы я знал? — поинтересовался Блэк.        — Потому что не собиралась навязывать тебе свои услуги, равно как и своё общество…       — Почему? — снова спросил мужчина.        — Мерлин! Сириус, прекрати постоянно повторять этот вопрос, — воскликнула девушка. — Неужели ты сам не знаешь ответа на вопрос?       — Хочу удостовериться в правильности своего понимания, — сказал Блэк.        Гермиона ненадолго замолчала, взвешивая все «за» и «против», а потом решила, что раз она после нового года всё равно уезжает на целый год, то может наконец и высказаться.        — Почему я не хотела тебе навязываться? Ты это хотел знать? Потому что однажды я уже это сделала, рассказала о своих чувствах к тебе. Помнишь, что ты мне тогда ответил? Что тебя не интересуют малолетки!       — Я не говорил такого!       — Если хочешь знать правду, то не перебивай, — возмутилась Грейнджер. — И да, ты сказал именно это, только другими словами! «Ты ещё слишком молода», «годишься мне в дочери», «не сможем никогда быть вместе»… продолжать? Я помню каждую фразу, сказанную тобой тогда. А через неделю после этого разговора ты просто женился! Женился, раздери тебя пикси! Неужели ты просто не мог сказать мне, что у тебя есть любимая, и вот это вот всё тебе просто не нужно? Мне было бы больно, но я бы поняла. А так всё выглядело подобно тому, что ты просто посмеялся надо мной, зная о своей предстоящей свадьбе. Каждое Рождество на протяжение всех этих лет я загадывала одно и то же желание, хотела, чтобы ты всё-таки меня полюбил, а потом я поняла, что моего желания для этого недостаточно. Десять лет подряд я выбирала парней, которые были похожи на тебя, и все вокруг это видели, но никто ничего не говорил. Но после того, как из-за тебя меня бросил мой последний парень, я поняла, что надо что-то менять в своей жизни, иначе я так и буду гнаться за тенью Сириуса Блэка.        — Твой парень бросил тебя из-за меня? Как такое может быть? — удивлённо спросил Сириус после непродолжительного молчания.        — Из всей моей речи ты услышал только это? Прискорбно, — хмыкнула Гермиона.       — Ответь на вопрос, — напряжённо произнёс Блэк.        — Не из-за тебя, — покачала головой девушка. — Из-за твоего портрета, который я нарисовала. Эрик посмотрел мой альбом, в котором нарисованы портреты семьи и друзей, и сказал, что даже на бумаге видно то, как я отношусь к тебе.        Снова повисла тишина. Гермиона подтянула колени к груди, облокотившись на них скрещенными руками, и уткнулась лбом в предплечье. Блэк всё это время неотрывно смотрел в одну точку напротив себя. Прошло какое-то время, когда послышался хриплый мужской голос:       — Позволишь теперь мне рассказать?       Гермиона подняла голову, удивлённо посмотрела на мужчину и молча кивнула.        — Для начала, я слышал каждое твоё слово, а не только последнюю фразу, — начал тихо говорить Блэк. — Первый раз я увидел перед собой красивую, молодую девушку, когда Добби вызволил вас из плена и привёл в «Ракушку». Ты была истерзана моей безумной кузиной, но не сломлена, в твоих глазах горела жизнь! Я почувствовал себя мерлиновым извращенцем, когда понял, что ты мне очень нравишься. Но понял это не только я… Минерва была на собрании ордена, а после собрания подошла ко мне и сказала, что если я попытаюсь даже дыхнуть в твою сторону, она превратит меня в табуретку и отправит к эльфам на кухню. Ты можешь посчитать, что я испугался старой кошки, но нет, дело не в этом. Макгонагал озвучила вслух то, что крутилось у меня в голове: возраст, характер, история, заключение с долгой изоляцией, неподходящая пара. Я какое-то время пытался убедить себя в том, что это не так уж и важно, но когда кто-то вслух проговаривает все твои страхи, всё становится на свои места. Когда после финальной битвы ты подошла ко мне с тем признанием, я думал, что меня просто расщепит от того, что я собирался сделать. Я должен был обидеть тебя, быть резким и холодным. Когда после моих слов ты заплакала, я чуть не сдался, но в тот момент я увидел Марлин, и в моей голове словно пазл сложился. Я понял, что если буду не один, то ты сможешь отказаться от меня.        — И ты использовал ни в чём неповинную женщину? — ахнула Гермиона.        — Скорее, использовала меня она, — отрицательно покачал головой Сириус. — В школьные годы Марлин была влюблена в меня, а её тщеславие и себялюбие диктовали ей, что нужно обязательно породниться с древней чистокровной семьёй. Получилось своеобразное два в одном. Она знала, что я её не любил, но ей нужен был статус.        — Мне казалось, что вы были счастливы, — с сомнением произнесла Гермиона.        — О, не только ты умеешь играть на публику, девочка, — рассмеялся своим лающим смехом Блэк. — В прошлый день рождения Джейми ты весьма тепло зажималась со своим воздыхателем в самых неожиданных местах поместья Поттеров.        — Ты — идиот! Впрочем, я сама не лучше, — грустно констатировала гриффиндорская отличница. — Ты понимаешь, сколько времени мы потеряли?! Да, всё могло случиться, и мы могли просто элементарно развестись, но мы хотя бы попробовали! Ты можешь себе представить, что если бы ты тогда не играл в своё мнимое благородство, то в следующем году или через год я могла бы уже отправлять своего сына в Хогвартс?! Но ты всё решил за нас двоих! Ты не дал нам шанса!       — Если бы существовал такой мощный маховик, чтобы мог вернуть на такое длительное время назад… — начал Блэк, но не договорил.        — Но его не существует! И прошлое менять нельзя! — почти закричала Грейнджер.        — Сказала та, которая в свои четырнадцать лет спасла от смерти беглого узника, — ответил Сириус. — Скажи, а если бы я сейчас попросил тебя дать мне второй шанс, что бы ты ответила?       — Что это не имеет никакого смысла, — покачала головой Гермиона. — Сразу после нового года я уезжаю из Британии.        — Куда? — воскликнул Сириус, после чего шёпотом добавил. — Насовсем?       — Нет, Сириус, — мягко улыбнулась Гермиона. — Я уезжаю на год в Барселону на обучение. И даже если бы ты спросил про второй шанс, а я согласилась, то я не смогла бы заставить тебя столько ждать.        — Я не стану ждать, я просто отправлюсь с тобой, — тряхнул головой Блэк.        — Зачем, Сириус? Для чего? — спросила Гермиона, затаив дыхание.        — Чтобы доказать тебе и себе, что десять лет назад я совершил самую ужаснейшую ошибку в своей жизни, — хрипло ответил Сириус. — Чтобы снова добиться твоей любви. Потому что сам я люблю тебя, Гермиона Грейнджер.        Услышав слова мужчины, Гермиона резко развернулась, оказавшись лицом к лицу с самым дорогим для неё человеком.        — Не нужно ничего добиваться и доказывать, — девушка обхватила ладонями лицо Блэка. — Я до сих пор всё так же сильно люблю тебя, Сириус Блэк!       Ни Гермиона, ни Сириус не заметили, что как только они слились в их первом долгожданном и таком страстном поцелуе, ловушка из омелы пропала. И только после деликатного покашливания влюблённые оторвались друг от друга, оглядываясь по сторонам. Гермиона первая заметила случайного наблюдателя. Тедди Люпин сидел на подоконнике с книгой «История Хогвартса» в руках, с красно-розовыми волосами и ярким румянцем на щеках.        — Тедди, — воскликнула Гермиона.        — Клянусь, я никому ничего не скажу, — мальчик поднял руки в знак капитуляции. — Если вы не станете выдавать моё укрытие!       — От кого ты прячешься, парень? — усмехнувшись, спросил Сириус, всё так же прижимая к себе Грейнджер.        — От Розы, — устало вздохнул Тедди. — Я уже много раз говорил, что мне нравится Мари-Виктуар, а Роза всё равно ко мне липнет.        — Какие страсти, — рассмеялся Сириус. — Ладно, мы не выдадим тебя. Но про нас тайну хранить не нужно!       — Слава Мерлину! — громко вздохнул Тедди, а брови Сириуса и Гермионы синхронно поползли наверх. — Я уж думал, что вы так и состаритесь, не поженившись!       — Эй! Вообще-то я даже моложе твоей мамы, — возмутилась Гермиона.        — Я знаю, но мама недавно сказала папе, что вы друг другу не признаетесь в любви до седых волос, — выпалил Тедди, после чего, увидев ошеломлённые лица взрослых, поспешно добавил. — Я не шпионил, честно! Я случайно услышал их разговор утром.        — Тедди, а ответь ещё на один вопрос, — прищурила глаза Гермиона. — Кто нас выпустил из этой ловушки? Кто сюда заходил из взрослых?       — Никто, — пожал плечами младший Люпин. — Когда я зашёл, эта зелёная труба уже была, а потом как-то сама пропала.        — Понятно, что совершенно ничего не понятно, — констатировал Сириус, переплетая пальцы Гермионы со своими. — Пойдём сдаваться на суд друзей?       — Может потомим их, в наказание за ловушку? — глаза Грейнджер озорно блеснули.        — Можно немного и потомить, — согласился Блэк. — Но потом обязательно нужно будет поблагодарить всех причастных.        — Согласна, — улыбнулась Гермиона, целуя любимого в щёку.        Перед входом в гостиную, откуда слышалось радостное многоголосье, Сириус и Гермиона нехотя расцепили руки, после чего уверенными шагами зашли в просторную комнату. После нескольких секунд молчания и обращённых на пару взглядов всех взрослых, находящихся в комнате, стали раздаваться несмелые хлопки, а уже спустя мгновение по гостиной понеслись радостные восклицания и поздравления.        — Я очень рада за вас, — хитро прищурив глаза, обняла сразу и Сириуса, и Гермиону Джинни. — Я столько лет ждала этого момента.        — Какого момента? — сделала вид, что не понимает, о чём речь, Гермиона. — О чём ты, Джин?       — Бросьте! Волшебные омелы опробовали уже все взрослые пары, которые сейчас находятся в доме, — рассмеялась Дора, подходя к друзьям. — Если бы между вами ничего не произошло, то вы до сих пор сидели бы в омеловой ловушке.        — Близнецы, ваших рук дело? — крикнул Сириус, находя глазами двух братьев-шутников, которые тут же кивнули, широко улыбаясь. — С меня причитается!       — Сириус, — воскликнула Гермиона, шутливо ударяя мужчину кулачком в плечо.        — Что такое, любимая? Если бы не наши друзья, то….       — Лучше не продолжай, — прервала Блэка девушка, с удовольствием устраиваясь в кольце рук любимого.        — Теперь всё будет так, как мы захотим, — сказал Сириус, целуя Гермиону в макушку. — И все наши сомнения и страхи мы будем решать только друг с другом.        Блэк увидел ещё одну омелу, висящую в углу гостиной, и затащил под неё Гермиону, счастливо объявив:       — Шалость удалась!       Следующее Рождество снова встречали в особняке на площади Гриммо, но на этот раз инициаторами празднества стала недавно вернувшаяся в Лондон из Испании чета Блэк. Гермиона светилась от счастья, находясь рядом со своим мужем, который время от времени нежно поглаживал заметно выпирающий животик супруги.        — О чём задумалась? — спросил Сириус, садясь на диван рядом с Гермионой, которая наблюдала за тем, как приехавшие из Хогвартса дети родных и друзей, рассказывали более младшим различные небылицы про магическую школу.        — Думаю о том, что Рождество всё же, на самом деле, магический праздник, — улыбнулась миссис Блэк, обнимая руками живот. — И желания, загаданные в Рождество, обязательно сбываются!       — Только иногда нужно, чтобы кто-нибудь помогал исполнению этих желаний, — рассмеялся Сириус, притягивая жену в свои объятия.        — А я сегодня утром была у магловского врача, — прошептала Гермиона.        — И? — в нетерпении Сириус слегка подпрыгнул на диване.        — Две девочки и один мальчик, — радостно ответила Гермиона.        — Спасибо тебе, родная! Я очень тебя люблю!       — Я тоже тебя люблю! — Гермиона ласково провела ладонью по щеке мужа. — Ты моё самое настоящее рождественское чудо и сбывшееся новогоднее желание!       Через несколько месяцев в день весеннего равноденствия на свет появились Лео, Лира и Линкс Блэк, дети, рождение которых стало следствием удачно разыгранной рождественской шутки.