ʙᴏʏs ᴅ̶ᴏ̶ɴ̶ᴛ̶ ᴄʀʏ

Прямо сейчас Майк Уиллер сидит в больнице вместе с своей сестрой Нэнси и другом Лукасом. На его родителей напал демогоргон, а младшую сестру украли прямо из-под носа. Он просто в паршивом состоянии, одно неправильное действие, и Майка можно будет сравнить с плаксой. Прямо сейчас Уиллер находится на грани между истерикой и желанием быть сильным. Быть сильным для сестры, друзей, бывшей девушки с которой он расстался сразу же по приезде в Хоукинс. Быть сильным для Уилла. Поэтому он сидит молча. Даже тогда, когда на него срывается Нэнси. Майк сидит с максимально спокойным лицом, хотя это кажется так только для других. В его душе буря эмоций, которая все накапливается и накапливается, угрожая взорваться с каждой секундой. Но он молчит. — Это все наша вина. — начинает старшая Уиллер. — «Мы чуть-чуть не успели» приносится в голове Майка как ответ на это заявление, но он решает помолчать. — И я говорю не про сегодня, нам стоило думать об этом день назад! Неделю, месяц! Либо нам стоило просто рассказать им об этом! — С каждым словом Нэнси повышает свой тон, уже даже не задумываясь над тем, что она кричит. — Мы не знали что это может случиться. — «Даже не знаю, хочу я успокоить её, или же себя». — Кто знал, что после стольких лет он прийдёт за Холли?! — с нервным смешком говорит Майкл. — Мы знали Майк, Генри показал это мне. Маму, Папу, Холли! А мы просто решили в это не верить. И вот что случилось! Майк решает ничего не говорить, он просто смотрит на неё, пока в его взгляде читается неимоверная боль и отчаяние. Как хорошо что Нэнси сейчас не в том духе, чтобы увидеть хоть что-нибудь в его глазах. В разговор вмешивается Лукас, и Уиллер даёт ему сделать так, что бы на себе заострялось наименьшее внимание. Его глаза уже на мокром месте, если бы разговор с Нэнси продолжился, можно было бы смело прощаться со своей напускной маской смелого и никогда не плачущего лидера. Нить разговора больше переходит в план, что делать им дальше, и все остальные события происходят будто в тумане. Для Майка уж точно. Слишком уж много сил он тратит на то, чтобы на его лице не дрогнуло никакой негативной эмоции кроме гнева на Генри и на все происходящие. Так и было, до того момента как Уилл не использует свои силы, спасая Майка и других членов команды от демогоргонов, при этом сразу теряя сознание. К его лежащей фигуре сразу же подбегает Уиллер, не переживая за себя или других. Если что-то случится с Уиллом, он себя точно не простит. Но когда он ощущает медленное, размеренное дыхание и успокаивающийся пульс, уровень тревоги спадает, и на место нее приходит облегчение. Совместными усилиями Миссис Байерс и Майкла, они добираются до радиостанции, где уже позже приезжают и все остальные ребята. Уильям до сих пор находится в отключке, и Джойс очень уверенно говорит, что будет сидеть с сыном пока тот не проснется, только Майк очень старается уложить ее спать, обещая, что останется присмотреть и если тот проснется, то сразу же обязательно даст знать. И когда это все же удается, он садится спиной к дивану, на которым лежит Уилл, опираясь спиной на этот же диван. И в этот момент все маски спадают с его лица. Слезы накапливаются в уголках глаз, делая обзор мыльным. Тихие всхлипы разносятся эхом по пустой комнате, переростая в полный вой отчаяния и боли, который он боится показать кому либо другому. Только пустоте. На него давит ответственность и вина, которую он сам себе навязал, совсем забывая, что он всего лишь бедный подросток, которому не повезло оказаться в эпицентре всего ужаса. Он разворачивает голову так, чтобы заглушить свои рыдания в одеяле, которым накрыт Байерс. За пеленой всех этих чувств он даже не замечает, как глаза Уилла медленно открываются, а его ладонь, до сих пор немного грязная от битвы, начинает нежно поглаживать голову, перебирая между пальцами кудри. — Майк. — произноситься очень тихо, севшим голосом. Уиллер сразу же затихает, боясь сделать лишнее движение. Только теперь он ощущает всю тяжесть руки в его волосах. Интересно, сколько времени она уже там путешествует? Он поднимает взгляд, а в душе нарастает паника. Неужели он настолько глупо мог показать слабым, тем более Уиллу? Тому, кто ни за что не должен был думать, что Майк может быть настолько беззащитным? «Именно это ты и сделал, Майкл Уиллер. Теперь разгребай». — Уилл, я. Эм, извини, кошмар наверное приснился, страшные сейчас кошмары знаешь. — Майк усмехается и старается сделать из этого всего лишь одно большое представление, переводя все это в шутку. Но когда в глазах напротив он не видит даже отголоски веры в эту жалкую ложь, улыбка пропадает с лица. Теперь он просто ждёт, что скажет ему Байерс. Майк знает, что смеяться над этим кто-кто, а Уилл точно не будет, но тревога допускает даже такие мысли. — Майк. — уже успев прочистить горло и говоря немного громче опять говорит Уилл. — Ты можешь рассказать мне все, что тебя волнует. И хочу опередить тебя: нет, Майк, из-за этого ты не станешь слабым или беспомощным. Даже сильным людям как ты, нужен перерыв. Из всех людей его заслужил как раз ты, поэтому если от рассказа от своих эмоций тебя останавливает только это, то расскажи мне. Всех твоих демонов я пойму и приму. — во время этого монолога рука на макушке Уиллера не останавливает своих движений, а сам Байерс садится ровно. Его слова искренние, идут прямиком от сердца. И в этот момент прочный слой льда, который обволакивал душу Майка, даёт трещину. Он рассказывает все. Все, о чем молчал эти годы, начиная с пропажи Уилла. Как душа болит, когда вспоминает этот проклятый день, как надоело это «желание быть сильным для людей», про то, как срывается на него Нэнси в больнице, как ненавидит, что другие видят в нем лишь могущественного Лидера, которому на все насрать. Слезы не перестают течь, а речь с каждым предложением становится все надломленней. Когда Уилл притягивает его к себе на диван, он даже не думает сопротивляться, а головой утыкается в теплую шею Уилла. И на протяжении всего рассказа, рука так и перебирает пряди кудрявых черных волос, пока вторая спокойно гладит Уиллера по спине, которая содрогается с каждым слышимым всхлипом. На ухо Майкла так и прилетает спокойный, до боли любимый шепот, который говорит, что все хорошо, что он его понимает. Через десять минут, которые ощущались часами, Майк поднимает голову и открывает опухшие глаза, глядя в глубокий взгляд напротив. И не по его воле начинает рассказывать самую сокровенную часть. — А наибольше я боялся и до сих пор боюсь потерять тебя, Уилл. Когда ты уехал в Калифорнию, я звонил тебе каждый божий день, но всегда, всегда было занято. А письма. Они получались настолько… искренне слащавыми, что я боялся отправлять их тебе. Я боялся, что спугну тебя своей тоской по тебе. Мне так тебя не хватало. И я так сожалею, что произошло тогда с моим приездом. Я так хотел тебя обнять, но опять же, мне было почему-то так стыдно. Прости меня, Уилл. Ты очень важен мне. И теперь я понимаю, что все время заблуждался. Никакая Од мне не нужна, мне нужен ты. Ты мой супергерой, я люблю тебя. Всегда любил. Он продолжает смотреть в глаза напротив, пока тот обдумывает весь смысл сказанного. И вдруг взгляд Уилла и до этого нежный, смягчается ещё минимум в сотню раз, а на лице расцветает искренняя улыбка. Руки Байерса ложатся на щеки Уиллера, стирая большими пальцами дорожки от слез и поглаживая нежную кожу. — Майк, я тоже люблю тебя. Еще с лет так двенадцати. Как странно, что я так и не спалился с того времени. — улыбается Уилл. Пускает даже небольшой смешок. — С двенадцати?.. Я ещё тем болваном был конечно. — Майк тоже не может сдержать улыбки, но все же немного жалеет, что не заметил этого раньше. — Могу ли я загладить свою вину, Байерс? — Уже даже не скрывая своего поднятого настроения говорит Майк. — Дай подумаю. — Уилл только делает вид, что думает, и на это Майк лишь поднимает одну бровь с усмешкой. — Поцелуй меня, Уиллер. И ему не приходится повторять дважды, потому что сразу после этих слов Майкл сразу же захватывает губы Байерса в плен. Целуя одновременно нежно, чтобы показать все скрытые чувства за все это время, и страстно, чтобы Уилл больше никогда не сомневался в намерениях своего, теперь уже, парня. Когда они отстраняются, тихий смех заливает пустое помещение радиостанции. Эта ночь раскроет абсолютно все потайные места сердец Уилла и Майка, потому что теперь они не боятся осуждения друг от друга. ༶•┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈•༶ На утро, самой первой просыпается Миссис Байерс, чтобы проверить как её сын сейчас. Но когда подходит ближе к дивану, замечает, что двое мальчишек спят в обнимку. Оба счастливые, ведь улыбка так и не сползла за ночь. Она умиляется этой картине, накрывает их поудобнее одеялом и нежно целует в лоб каждого из них. Она считает, что лучше им отдохнуть и выспаться как надо. Они заслужили это.