Дьявол из Джерси

Ночное небо было усыпано миллиардами звезд. Словно ювелир рассыпал свои бриллианты на чёрный бархат. Холодный ветер обжигал лицо. На улице был стылый январь. Уже отшумели рождественские праздники, а город все ещё мерцал яркими огнями гирлянд. Билборды, витрины магазинов, деревья — всё казалось сказочным когда переливалось сотнями разноцветных лампочек. Под ногами хрустел снег. Проходя по улице рядом с пекарнями, на мгновение замедляя шаг, вдыхаешь аромат сдобной выпечки. И потом снова спешишь по своим делам. В такую холодную погоду хочется поскорее добраться домой. Укутаться тёплым пледом, взять какао с зефирками и не вылезать до весны, посматривая старые романтические комедии. В нашем современном и загруженном мире осталось совсем мало людей, которые верят в чудеса. Тех, кто может заметить прекрасное и необычное в серых буднях. Все поглощены зависимостью от гаджетов и социальными сетями. Сейчас даже не знакомятся на улице. Если понравилась девушка её профиль ищут в социальной сети, хотя она сидит в офисе за соседним столом. Живут по шаблонам, смотрят только вперед и в телефон. Словно боятся замедлить шаг, остановиться и оглянуться вокруг себя, увидеть что-то большее, что окружает каждого из нас. Только задумайтесь, сколько всего можно увидеть, если хоть на небольшое количество времени отойти от бытия и насладится окружающим миром и собой.

***

Однажды в такой необычно холодный день для Тринити, в Нью-Джерси, пятнадцатого января тысяча девяносто девятого года в семь вечера, сквозь крики, муки и боль, спустя одиннадцать часов, родилась я, Мартина Лое. Своего отца я никогда не видела и не знала, только слышала рассказы от мамы. Она мне говорила, что он был её мимолетным увлечением, тем кто вскружил голову, тот кто подарил ей это счастье — её прекрасную дочь. Она всегда меня любила и восхищалась мной не смотря на все мои непослушания. Мама родила меня в двадцать семь лет. У неё не получалось зачать детей, поэтому она развелась с мужем. Она тяжело переживала развод и то, что она не может быть матерью. После она повстречала мужчину, который подарил ей чудо. Моя мама скончалась от внезапного сердечного приступа в тридцать пять лет. Мне было всего восемь лет. Но я отчетливо помню на её похоронах мужчину. Он стоял вдалеке, так и не подойдя к процессии. Статный мужчина, высокий, лицо не разглядела. Я надеялась или просто мечтала, что это был мой отец. Сейчас мне двадцать девять лет. Я исполнила мамину просьбу и пошла по её стопам. Стала врачом. Только мама была терапевтом. А я пошла дальше. Я врач-эпидемиолог. К своим годам я стала одним из лучших специалистов и профессионалом своего дела. Я побывала в разных городах и странах мира. Моя методика завораживает не только окружающих, но даже и меня. После одного прикосновения я могу определить какое заболевание: вирус, грибок. Так же быстро нахожу пути лечения. Некоторые считают меня экстрасенсом. Я скептик и считаю, что это просто я просто так усердно училась, что моё подсознание срабатывает быстро. Были и трагедии в моей работе. Были те, кто умирал на моих руках. После смерти мамы, я окончила школу в Нью-Йорке. Меня удочерила мамина подруга. Она просто не могла позволить чтобы дочь её дорогой подруги оказалась в приюте. Окончив университет и пройдя интернатуру я приступила к практике в одной из лучших клиник. После моего совершеннолетия, мне, как оказалось, досталась квартира, подарок от некого Бенжамина. Ни его фамилии, ни каких-то других данных мне не сказали. Но все документы были оформлены на меня. Кто он, этот Бенжамин? Я не знала. Но кто же отказывается от такого подарка, неправда ли? Такими подарками не разбрасываются. Всю жизнь меня преследуют видения, они иногда бывают непонятными и скомкаными, мне нужно время, чтобы хоть что-то понимать и расшифровать. Я даже ходила к психологу, думала схожу с ума. Только спустя время я научилась управлять ими, не падая в обмороки. Хотя осечки были. Видения стали хорошими помощниками в моей работе. Честно меня порой веселило, то что меня считали кем-то вроде медиума. К сожалению предвидеть мамину смерть я не смогла. Я не знаю до сих пор, дар это или проклятье.

***

Сегодня я вернулась в Нью-Йорк, из Индии, где была на врачебной конференции. Ни для кого не секрет, что лучшие медикаменты из Индии. Мой самолет прибыл поздно ночью. Добравшись на такси до своей квартиры, я сразу прошла к кровати и рухнула на неё. — Как приятно быть дома, я скучала по тебе кроватка моя. Обняв подушку я уснула. Проснулась я рано, стянув с себя одежду я побрела в душ. Позже оделась в голубые джинсы и белый свитер крупной вязки, заплела тугую косу. Пару штрихов косметики скрыли усталость от перелета. Сегодня шел дождь. Спустившись в подземный паркинг, я поздоровалась с охранником. — Доброе утро, Диего. Это был милый пожилой мужчина. Всегда улыбчивый. Он по утрам дарил мне хорошее настроение. Он поднял голову и, улыбнувшись в ответ, сказал: — Доброе утро, мисс Лое! Мартина, вы уже вернулись, в этот раз вас долго не было. — Ах, да затянулась конференция и хотелось еще насладится контрастами и теплом Индии. Первым делом я помчалась к Оливии, по которой очень соскучилась. Оливия — дочь моих приемных родителей, моя подруга, моя сестра. Дороти и Альберт Омител очень замечательные люди, которые прекрасно воспитали меня и Оливию. Я припарковала свой Mustang около входа в кафе Sweet Life. Выйдя из автомобиля вдохнула аромат свежей выпечки и кофе. Оливия была владелицей этой кофейни, она мечтала о ней с детства. Но считала своим долгом сама работать в ней с утра и печь булочки. Она с восьми утра порхала как колибри. Кофейня открывалась в десять, но Оливия любила встречать гостей горячей выпечкой. Поэтому народу в кофейне было всегда достаточно и и это приносило хорошую прибыль. Её команда была с ней с самого начала и не подвела ни разу. Весь квартал просыпался от ароматов корицы, сладкого бисквита и кофе. Я тихонько зашла внутрь. «Хм, так и не закрывает дверь, — подумала я — как всегда». За барной стойкой стояла она, моя Оливия. Заведение было небольшим, но по-домашнему уютным. Маленькие белые круглые столики, украшенные вазочками с вереском, розовыми салфетками, розовые диваны возле панорамных окон Все было в нежных цветах, словно в кукольном мире Barbie. Барная стойка и витрины с выпечкой и кондитерскими изделиями, сэндвичи, которые Оливия стала делать по запросу. Прайсы висели на стенах барной зоны и стояли на столиках. Каждую неделю у неё были акции недели. Играла легкая ненавязчивая музыка. — Мы еще закрыты. —сказала Оливия и повернулась, чтобы посмотреть кто это зашел за полчаса до открытия. — Даже для меня? Закрыто?! Оливия, голубоглазая блондинка с ангельским лицом быстро обернулась ко мне. Её вьющиеся мелкие кудряшки были убраны в пучок, но парочка непослушных спиралей выскакивали из пучка и падали на лоб девушки. На её губах нежно розовая помада, подчеркивающая её нюдовый макияж лица. Она улыбнулась, а потом заливисто засмеялась и завизжав от радости, бросилась в мои объятия. — Марти, ты почему не сообщила, что прилетела, я так рада. Соскучилась очень. Я обнимала её крепко. Она снова стала тараторить: — Очень, сильно-сильно скучала, ты так долго там была, ты пропустила все праздники. Даже свой день рождения. Впервые ты была не с нами. Эрик не говорил, что ты приедешь. — Я тоже очень сильно скучала, нет, Эрик еще не знает. Я не думала,что смогу вылететь ночным рейсом. — Жаль, конечно, что тебе пришлось задержаться. Ты умница, я горжусь тобой. Родители гордятся, мама твоя тоже бы годилась таким замечательным врачом и человеком которого она воспитала. Она хихикнула и продолжила: — Эрика значит ждет сюрприз. Это так романтично. — Я тебя обожаю, Ливи! — я поцеловала её, оставляя на щеке след от помады. — Тебе как всегда вкусного моего кофе? — Конечно, большую чашку, моя любимая еще не разбилась?! Оливия посмотрела на меня, прищурив глаза. — Я ее берегу. А еще у меня есть новые десерты, будешь? — не дав ответить она продолжила. — Слоёные палочки с шоколадным и ванильным муссом. — Конечно буду, ты еще спрашиваешь! И положи с собой, пожалуйста, как всегда. Оливия улыбнулась и принялась за готовку кофе. Я открыла почту. Там появилось новое письмо от некого Уильяма Кроули. «Здравствуйте, уважаемая Мартина Лоу. Вас беспокоит врач клиники Святая Мария в Тринити. Я много слышал и читал о вас и вашем профессиональном опыте. Я очень надеюсь, вы сможете приехать и помочь нам.» Оливия уже принесла мне кофе и пирожные, села напротив. Улыбка сошла на нет. — Марти, что-то произошло? — она положила свою руку на мою. — Всё хорошо, но мне пришло письмо от доктора из Джерси. Просит приехать, помочь. Местные врачи не могут найти причину. — Как так, Марти, ты же только вернулась. Я понимаю, я сейчас как эгоист себя веду, но я хочу чтобы ты была с нами, — она глубоко вздохнула и продолжила. — там же жизни людей. Я взяла её за руки сжала нежно. — Я же не прямо сейчас поеду. Мне ещё тут дела закончить надо. А сегодня давай накидаемся текилой?! — Я только за! — весело ответила Оливия. Мы еще час поболтали. В кафе уже стали приходить официанты и бариста. Все мило улыбались мне. Стал подтягиваться сонный народ за бодрящим кофе. Я рассказывала про Индию, она мне о том как мирилась и ссорилась со своим парнем. Так за разговором прошло время и мне пора было уезжать. — Ливи, мне пора, нужно заглянуть на работу, а то скоро все забудут как я выгляжу. До вечера, моя дорогая. Дресс-код на вечер шпильки и хорошее настроение. — Да, мой капитан! Мы расхохотались. Мы обнялись. Я заплатила за завтрак, хотя Оливия ругалась, что я плачу. Но я считаю каждый труд должен быть оплачен.