Общая проблема.

«Ох, Эндрю… Как же я могу злиться на тебя? Особенно зная, что именно я был тем, кто постоянно предлагал нежеланную помощь программисту», подумал Иван, заправляя прядь седых волос за ухо, когда заметил очередную стопку написанной им работы в мусоре. Неужели он так не ценит ту заботу, что проявляет Иван? Неужели Эндрю мог быть настолько неблагодарным, что после всего, что Иван для него сделал, так и не смог принять его помощь? Он взял его к себе, обеспечил домом. Помог тогда, когда тот в этом нуждался. Иван понимал, что это лишь удобное оправдание. Была ли его помощь способом остаться значимым, внести вклад? Вероятно, нет. Тогда зачем? Его мысли прервались, когда в гостиную зашёл Эндрю. – Иван? – хрипло спросил парень, чуть наклонив голову и посмотрев на обескураженное лицо друга. Почти сразу он понял, что тот снова нашел выброшенные им доработки сюжета. – Я же говорил тебе, мне не нужна твоя помощь, – тяжело вздохнув, сказал Эндрю, надеясь, что писатель поймет. На удивление, Иван лишь кивнул, посмотрев с пониманием. – Ах да. Тебе не нужна моя помощь. Я… понимаю. Видимо, всего, что я для тебя сделал, никогда не будет достаточно. Правда? – пассивно-агрессивно произнес Иван. После этого он молча ушел в свою комнату, не дав Эндрю шанса оправдаться. Впрочем, тот и не собирался. Почему он вообще должен оправдываться? Это была его игра. Программист никогда не любил конфликтовать. Даже когда Иван кричал, он не кричал в ответ. В конце концов, Эндрю решил дать ему время остыть. Закрыв дверь спальни, Иван тяжело вздохнул. Что он делает? Ведь Эндрю прав. Никто не просил его помогать. Почему он не займется своей игрой? Почему не перестанет вечно играть роль спасателя, даже тогда, когда в этом не нуждаются? Иван ненавидел это в себе. Смерть отца сильно повлияла на него, даже если он старался этого не показывать. Картина обугленного тела, смерть в попытке спасти других. Он так боялся повторить его путь, что неосознанно отталкивал от себя всех, кто был ему дорог. А ведь больше всего он боялся потерять Эндрю. Он непроизвольно заплакал, опустившись у двери. Просидев так еще с полчаса, Иван быстро вытер слезы и решил отвлечься. В этот момент свет погас. Видимо, выбило автомат. Нужно спросить Эндрю. Иван поднялся с пола и вышел из комнаты. Он знал, что Эндрю плохо видит в темноте. Его зрение и без того оставляло желать лучшего. – Эндрю? Ты в порядке? Свет отключили, – спросил писатель, выглянув в коридор маленькой квартиры. – Иван? Ты где? – отозвался программист и тут же стукнулся лбом о стену, громко ахнув. Иван сразу бросился к нему, словно забыв, что еще полчаса назад был зол. Он помог Эндрю подняться и включил настольную лампу на батарейках. Они посмотрели друг другу в глаза. Иван напряженно отвёл взгляд и отпустил руку друга, которую до этого крепко сжимал. – Прости меня. Я был не прав, – тихо, на выдохе, сказал Иван. Тусклый свет лампы освещал их лица. На губах Эндрю появилась едва заметная улыбка. С тех пор как он начал создавать игры, он стал спокойнее. Когда-то он дрался со всеми подряд ради ощущения боли и собственной значимости. Теперь же он успокаивал вспыльчивого Ивана. Эндрю любил их контраст. Они словно дополняли друг друга. И он знал, каким Иван бывает на самом деле. – Я прощаю тебя. Сейчас нам лучше разобраться со светом. Я почти ничего не вижу, – с тихим смешком сказал Эндрю. Иван, немного покраснев, кивнул. Между ними повисло удушающее чувство неловкости. – Иван… можно я возьму тебя за руку? – неловко спросил Эндрю. Писатель вспыхнул, но быстро согласился. Как хорошо, что Эндрю не видит его лица. Так, держась за руки, они пошли к электрощитку. Общая проблема и то, как крепко они держались друг за друга, сближало их. Обычно, чтобы помириться, Эндрю нередко предлагал заняться чем-то бытовым вместе. Так было и раньше, когда они готовили ужин в старом доме Ивана. Иван вложил в руку Эндрю телефон, чтобы тот светил фонариком, и сам попытался разобраться с автоматом. Похоже, свет пропал только на их этаже. Соседи давно спали. В отличие от них самих, привыкших работать по ночам. Иван не был хорошим электриком. В какой-то момент он дёрнулся и обжёг пальцы. Видимо случилось короткое замыкание. – Черт. Похоже, до завтра ничего не починим. И я еще и руку обжёг, – разочарованно сказал он, обернувшись. Эндрю молча осматривал его пальцы, крепко удерживая руку. – Ладно. Неважно. Пойдем домой. Я обработаю тебе ожог, – тихо и заботливо сказал он. Сердце Ивана забилось быстрее. Он кивнул, и они вместе вернулись в квартиру.