Надежды людей

      Рено сидел на крыше одного из зданий базы Тачикава, и взгляд его был направлен на самые разные вещи: ну снующих далеко внизу людей, возвращавшихся с работы, из школы, из университета, на плавно двигавшиеся автомобили, от которых исходили едва заметные струйки выхлопа, на птиц, перелетавших с одного здания на другое. Клонившееся к западу солнце мягко освещало его лицо оранжевыми лучами, мелко блистая в его глазах.       Прошло уже много времени с тех пор, как Рено вступил на службу в Силы обороны, и боевые товарищи стали не просто друзьями, а близкими друзьями, с которыми он мог разделить и радостные, и грустные моменты. Однако, всё это время он никогда не забывал о той “ноше”, что лежала на его плечах. Надежды людей, возложенные на него, ощущались свинцовым и иногда даже неподъёмным грузом, который нельзя было взять в руки, но его тяжесть ощущалась как что-то вполне реальное.       — Думаешь о службе? – со спины послышался знакомый голос, и Рено обернулся на подошедшего.       — И вы здесь, сэмпай, – Рено был слегка удивлён появлению Хибино Кафки, но поднялся на ноги. Он слегка откашлялся, как будто это помогло бы распутать клубок мыслей в голове и сделать её чище. — Да так, просто наблюдал за округой.       — Да ладно тебе, я тоже частенько прихожу сюда, когда надо проветрить голову, – Кафка слегка рассмеялся и сел рядом с тем местом, где только что был Рено. Тот же, в свою очередь, подметил, что сэмпай был как обычно в хорошем расположении духа. — Мне тоже часто приходят мысли о долге перед всеми этими людьми, которых мы поклялись защищать ценой своей жизни. Тяжело, не правда ли?       — Возможно, – с лёгким сомнением ответил Рено и осторожно сел рядом. Из всех его друзей и товарищей Кафка был самым первым, кто поддержал идею Рено, и вместе они прошли сложный путь к становлению бойцами дивизиона. Внезапная ностальгия накрыла волной, и Рено не заметил, как тихо усмехнулся. — Сэмпай, а как ты к этому относишься?       — К чему? К службе? – непонимающе спросил Кафка и, получив кивок головой от собеседника, продолжил. — Разумеется, бывает страшно. Они все надеются на нас, и от этого становится только сложнее. “А что если я не справлюсь с этой волной кайдзю?”, “достаточно ли я сделал, чтобы защитить их?”, "оправдал ли ожидания?" – такие мысли частенько приходят в голову, но ведь именно поэтому мы и служим, чтобы доказать, что люди имеют достаточно сил справиться с такими гигантами.       Рено что-то промычал в ответ, а затем его взгляд зацепился за мелькнувшее на тренировочном поле оружие. Замком Хошина, которого он узнал по характерным взмахам меча, оттачивал один из своих многочисленных навыков. Даже отсюда, с высоты птичьего полёта, движения замкома выглядели чётко и поразительно. Отчего-то при виде чужой тренировки слова Кафки воспринялись гораздо легче, и Рено глубоко вздохнул.       — Вы правы, сэмпай, – заговорил он, продолжая наблюдать за тренировкой замкома. Чужие надежды меня пугают, но я не собираюсь сдаваться.       — Так держать, – Кафка ярко улыбнулся и похлопал Рено по плечу. Всё-таки умение принимать решение по таким вопросам вы зывало восхищение.