Запретный: КИНГ

      

КИНГ

             Оказалось, что Джио точно знал, как играть в эту игру.       И он действительно был чертовски хорош в этом.       Я даже не подозревал, что Джио играл со мной целых три дня. Я так и не выполнил свою угрозу поменяться с ним ролями, потому что для этого не было причин. Он не сказал мне ни единого слова после того, как мы вышли из кафе. Мы просто пришли к нему домой, а затем он и Феттучини отправились в его комнату. Не было никаких вспышек гнева с требованием, чтобы я ушел, и не было никаких угроз выдать меня его отцу или другим братьям. Черт возьми, он даже не хлопнул дверью своей спальни.       В следующий раз я увидел его ранним утром, а Феттучини решил, что лучший способ разбудить меня - это влажный, слюнявый поцелуй.       Поприветствовав собаку, я направился в ванную, чтобы ответить на зов природы, но как только подошел к закрытой двери, она открылась вовнутрь, и меня встретил образ, который навсегда запечатлелся в памяти.       Джио стоял передо мной в одном только маленьком полотенце, обернутым вокруг талии.       Реально маленьком полотенце.       Он провел пальцами по своим мокрым волосам, словно пытаясь уложить их в нужное положение для сушки. Великолепные платиновые локоны, когда были влажными, казались золотистыми, и у меня чесались руки запустить пальцы в его шелковистые волосы.       Правильнее всего было бы повернуться к нему спиной и позволить ему закончить то, что он делал, но мозг с членом были не на одной волне. В конечном счете, член победил. А пока я осматривал остальную часть тела Джио, впитывая в себя всю информацию, которую мог получить, и сохранял ее в глубоком, темном уголке мозга для использования в будущем. Например, изгиб его шеи, переходящий в ключицу, маленькие, упругие розовые соски, безволосая грудь, хорошо накачанный пресс и, наконец, намек на бледную дорожку к сокровищам, исчезающую под полотенцем.       Джио, казалось, не заметил моего пристального взгляда, или его это не слишком обеспокоило, так что мне удалось довольно быстро прийти в себя и пробормотать:       - Извини.       - Нет проблем. Тебе нужно сюда? - Спросил Джио.       Он не стал дожидаться ответа. Вместо этого он направился ко мне, стоявшему в дверном проеме. Я совершил ошибку, снова бросив взгляд на полотенце, и чуть не кончил на месте при виде проступающей эрекции Джио.       Я перевел взгляд на Джио, но он, казалось, ничего не замечал. Я воспользовался этим в своих интересах и хладнокровно отступил в сторону, чтобы дать ему пройти. Но дверной проем был недостаточно широк для нас двоих, поэтому, когда Джио шагнул вперед, мы оказались почти прижатыми друг к другу. От него пахло мылом и чистотой, с резким запахом дезодоранта или лосьона после бритья.       Сочетание ароматов вызвало у меня желание исследовать каждую клеточку его тела, чтобы понять, так ли уж хорошо он пахнет. Мысли быстро вернулись к настоящему, когда Джио сделал еще один шаг, на этот раз в сторону, чтобы выйти из ванной. Но в процессе он, каким-то образом, умудрился потерять равновесие, споткнуться и упасть вперед, что заставило меня инстинктивно обхватить его руками за плечи. Расстояние, которое было между нами, почти исчезло, так что в итоге он оказался прижатым ко мне от груди до бедер.       Это означало, что его горячий, твердый член был прижат ко мне. Или, скорее, к моей утренней эрекции. Джио выбрал именно этот момент, чтобы поднять взгляд, и в его светлых глазах безошибочно угадывалось вожделение, но он быстро подавил свои эмоции. Он выпрямился и мягко улыбнулся, прежде чем пробормотать:       - Извини.       Мне каким-то образом удалось высвободиться, когда он попытался пройти мимо, но далеко он не ушел. Он все еще был на расстоянии вытянутой руки, когда сказал:       - Я просто собирался приготовить завтрак.       Я не смог сосредоточиться на его словах настолько, чтобы распознать приглашение присоединиться, потому что все мои мысли были прикованы к тому, как Джио рассеянно водит пальцами по своему животу. Мысли блуждали о том, каково это - ощутить его ловкие пальцы на своем члене.       - Кинг? - Я слышал, как произнес Джио. На самом деле ему пришлось повторить это еще дважды, прежде чем я понял, что он обращается ко мне.        - Что? - глупо спросил я, заставив себя поднять глаза.       - Я спросил, не хочешь ли ты позавтракать. Я приготовлю, - ответил Джио.       - Да, да, было бы здорово. Спасибо.       Мне как-то удалось повернуться к Джио спиной и закрыть дверь ванной, но как только остался один, я разделся и включил душ. Я не ставил температуру слишком высокой, потому что хотел остудить свое разбушевавшееся либидо настолько, чтобы думать головой. Но как только вода полилась на спину, в сознании возник образ Джио, стоящего под такими же струями. В голове словно прокручивалось мое личное порно-видео, где я смотрю, как руки Джио скользят по телу, отчего мыло на его ладонях начинает пузыриться. На самом деле я никогда не видел Джио полностью обнаженным, но мозгу было наплевать. Я был достаточно счастлив, чтобы фантазировать о его члене.       Я предполагал, что он длинный, но не слишком толстый. В своей фантазии я даже затаил дыхание, пока он мыл пах. Но как только Джио стал водить пальцами по своему гладкому члену, я перестал быть пассивным участником. Я прижал Джио спиной к холодному кафелю и оттолкнул его руку, чтобы заменить ее. Тихие всхлипы и стоны, срывавшиеся с губ Джио, пока я глажу его, заставили собственный член раздуться до болезненных размеров. Я пытался подавить свою бушующую похоть, но у Джио из фантазии были другие планы. В ту же секунду, почувствовав, как его тонкие пальцы обхватили мой член, я кончил. Оргазм был таким сильным, что почти причинил боль. Я пытался найти в себе силы дать кончить Джио, но знал, что смогу это сделать только ртом, потому что мои конечности были как желе.       Я прислонил Джио к кафельной стене, пытаясь отдышаться настолько, чтобы встать на колени. Мне нравилось ощущать, как его руки скользят по моей спине. Но когда он прекратил исследование моей поясницы, реальность с воплем вернулась ко мне. И в этот момент Джио исчез, а я оказался в душе один, под струями чуть теплой воды, все еще держа в руках член. Белые струйки спермы стекали по серым плиткам пола, а не по подтянутому животу Джио, как я себе представлял.       Итак, это было первое утро с Джио после того, как я бросил ему вызов. Я не думал, что утро может стать еще хуже, но когда зашел на кухню, взгляд сразу же упал на дерзкую задницу Джио, склонившегося над открытой дверцей духовки. Полотенце поднялось достаточно высоко, чтобы я мог разглядеть круглые, плотные округлости, которые, уверен, идеально лягут мне в руки.       - Ты можешь накрыть на стол? - Спросил Джио.       Каким-то образом мне удалось сделать так, как он просил, хотя глаза были прикованы к его заднице. Но хуже всего стало, когда мы сели есть. На стеклянном столе не было скатерти, так что я прекрасно видел полотенце Джио и его эрекцию, которую не мог скрыть кусок ткани. До сих пор я понятия не имею, что ел в то утро.       Первый день был долгим, но ко сну я уже чувствовал себя лучше, особенно после того, как Джио не пытался выставить меня из своей квартиры. В ту ночь ему приснился еще один кошмар, но, к счастью, я смог избавить его от него всего несколькими нежными прикосновениями и тихими словами заверения, что он в безопасности. Джио расслабился, повернулся на бок и через несколько минут снова заснул. Я сомневался, что он вообще помнил свой страшный сон или что я был рядом, чтобы помочь ему пережить его.       Второй день был удивительно похож на первый. Только на этот раз Джио вышел из своей спальни и направился прямо туда, где я все еще дремал на диване. На нем были только облегающие синие трусы, почти не оставляющие простора для воображения. Когда я окончательно проснулся и понял, что это вовсе не чудесный сон, то чуть не свалился с дивана при виде его едва прикрытой задницы всего в нескольких дюймах от своего лица.       Должно быть, я издал какой-то звук, потому что Джио прекратил свое занятие и повернул голову. Он запнулся на извинениях и объяснил, что искал статью, которую хотел взять с собой на занятия. В тот момент я был слишком косноязычен и слишком возбужден, чтобы напомнить ему, что он уже несколько дней не садился на диван, а на кофейном столике были только декоративная ваза и пульт от телевизора.       Вечер номер два был таким же, как и вечер номер один. Еще больше кошмаров, но с ними можно справиться.       Только поздно вечером третьего дня кусочки мозаики, наконец, начали складываться в невероятную картину. Джио зашел в гостиную, чтобы спросить моего мнения о том, какую рубашку ему надеть на следующий день. На нем были только джинсы. Но это были очень узкие джинсы, которые с таким же успехом могли быть нарисованы на его теле.       Я был настолько измучен пыткой обольщением, которой Джио, сам того не ведая, подвергал меня, что проигнорировал его вопрос и просто вышел из квартиры, даже не сказав ему, куда направляюсь. Как только я оказался на тротуаре, до меня дошли сразу две вещи. Во-первых, я был настолько рассеян, что даже не надел обувь, и, во-вторых, что-то во всем этом было не так.       Я не хотел верить, что молодой человек разыгрывал меня, но это было единственное объяснение, которое имело смысл. Да, Джио был наивен, но он не был глуп. Он намеренно расхаживал по квартире в обтягивающих трусах, узких джинсах и тонком полотенце, чтобы привлечь мое внимание. Полагаю, что его намерением было использовать мою собственную сексуальную неудовлетворенность против меня, а конечной целью было изгнать меня из своей жизни, прежде чем я сделаю что-то, о чем буду сожалеть.       Как только я понял, что задумал Джио, то решил немного подыграть ему, глупо полагая, что знание того, что делает Джио, каким-то образом сделает меня невосприимчивым к его выходкам. Я уверял себя, что достаточно контролирую свое тело, чтобы переждать, пока Джио, в конце концов, сдастся. Но теперь, после семи дней мучений, с меня достаточно. Я полностью контролировал тело в течение четырех дней, проведенных в компании Джио, после того как разгадал его план. Он продолжал свою тактику пыток, применяя очень изощренные методы. Прижимался, когда мы убирали посуду со стола, сидел на диване рядом со мной перед телевизором, не оставляя между нами никакого пространства. В какой-то момент он даже перегнулся через мои колени, чтобы взять пульт с журнального столика. Член отреагировал так бурно, что мне пришлось извиниться и прокрасться в ванную, чтобы подрочить.       Итак, вот уже неделя, как я пытаюсь защитить Джио от него самого, и прибегаю к дрочке в туалете или в душе, считая минуты между этими попытками.       Но теперь все это в прошлом. Я поменяю правила игры. Было еще довольно раннее утро, но я знал, что Джио скоро встанет. Он был человеком привычки.       Эта особенность была для меня новой. Когда я впервые увидел Джио после того, как его спасли, он был очень рассеян в мыслях и действиях. Ему было трудно сосредоточиться на какой-то одной задаче. Но за последние семь дней я увидел молодого человека с новой стороны. Он плавно двигался, выполняя свои утренние дела, и совсем не казался взволнованным или встревоженным.       Но этому скоро придет конец. Я был недоволен тем, что собирался сделать, но мне не нравилось наблюдать, как Джио ведет себя так, никогда себя не вел. Я хотел сыграть в эту игру, но, поступая так, заставлял Джио быть тем, кем он не был. Так что эту конкретную битву нужно было закончить в два счета и быстро.       Цокот когтей Феттучини предупредил меня о присутствии Джио. Я встал с дивана и направился к двери ванной. Как только я включил свет в ванной, Джио открыл свою дверь. Он был явно удивлен, увидев меня. Когда он отступил на шаг, я увидел настоящего Джио. Того, кто был милым и добрым, готовым был отдать последнюю рубашку, не потому, что хотел поиздеваться, а потому, что тебе это было нужно. Ребенка, который... нет, не ребенка. Мужчину, который не играл в игры и который скорее причинил бы вред себе, чем кому-то другому.       - Доброе утро, - пробормотал я, окидывая взглядом тело Джио. На нем были только поношенные спортивные штаны, но я заметил кусок ткани в его руке. - Тебе нужно сюда? - Спросил я, указывая на ванную.       - Нет... это может подождать. Иди ты.       Когда Джио развернулся и попытался скрыться в своей комнате, я шагнул в дверной проем и схватил его за локоть. Он тихонько застонал, когда мы соприкоснулись кожей.       Потребовалось время, чтобы вспомнить, что у меня есть план, который нужно выполнить. Я подтащил Джио к дверям его спальни и прижался к нему, практически удерживая его там, где он стоял.       - Нет, все в порядке, иди первым, - сказал я.       - Ммм? - Сказал Джио.       Его взгляд был прикован к моему горлу, и я бы все отдал, чтобы иметь возможность прочитать его мысли в этот момент. Он сосредоточился на кадыке или на точке, где бьется пульс? На самом деле это не имело значения, потому что просто осознание того, что он все еще хочет меня и что его прежняя незаинтересованность была притворством, заставляло чувствовать, что сердце вот-вот выскочит из груди. Но мне, каким-то образом, удавалось сохранять внешнее спокойствие.       Я опустил взгляд на кусок ткани в руке Джио. Я почти улыбнулся, когда понял, что это.       - Сегодня наденешь это? - Спросил я, забирая у него материал. Это движение, похоже, разбудило Джио, потому что он попытался ухватиться за ткань. Но удержать его на месте было достаточно легко.       Я немного встряхнул материал, чтобы посмотреть, что это такое. Оказалось, что это нижнее белье. Но это было не просто обычное нижнее белье. Нет, оно было ярко-розовым, и материала явно не хватало, чтобы полностью прикрыть его. Тот факт, что у Джио могли быть такие трусы, заставил меня почесать в затылке. Именно тогда я вспомнил о посылке, которую он получил накануне. Материал в моей руке был мягким, но в то же время немного жестким. Такая жесткость указывала на то, что крошечные трусики никогда не надевались.       Я на мгновение забыл о роли, которую должен играть, представив, как будет выглядеть в них Джио.       Джио тяжело дышал, пока я играл с мягким материалом. Он был похож на птицу в клетке, отчаянно пытающуюся вырваться.       - Они красивые, - начал я. Говоря это, я медленно поднес предмет одежды к лицу. Я сделал глубокий вдох, как будто вдыхал запах материала, прежде чем сказать: - Но мне больше нравятся синие.       - Нравятся? - спросил Джио высоким голосом.       - О да, - пробормотал я, играя с мягким материалом. - Хочешь знать, почему? - Спросил я, наклоняясь к Джио так, что губы оказались всего в нескольких дюймах от его губ. На мгновение я забыл, зачем вообще все это затеял.       - Почему? - Спросил Джио, разрушая чары, в которые я попал.       - Потому что, - начал я, прежде чем опустить лицо, пока не уткнулся носом в шею Джио.       - Потому что? - подсказал он, затаив дыхание.       Я проиграл внутреннюю битву, разыгрывающуюся в голове, поэтому вместо того, чтобы просто вдыхать аромат Джио, провел губами по его пульсирующей жилке, прежде чем нашел в себе силы прошептать:       - Потому что они пахнут не так, как ты... пока, - На самом деле я не совершал ничего такого извращенного, как прокрасться в комнату Джио и понюхать его нижнее белье, но он, похоже, даже не подумал об этом, потому что, когда я посмотрел ему в глаза, то увидел, что они затуманены желанием. Все, что было нужно, это наклониться еще немного, чтобы завладеть его ртом. Это был бы его первый поцелуй.       Запретный первый поцелуй.       Этот мысленный толчок заставил отодвинуться на некоторое расстояние, и я прислонился спиной к дверному косяку. Джио потребовалось несколько долгих секунд, чтобы очнуться от задумчивости. Как только он это сделал, в нем проявилась другая часть настоящего Джио.       Та самая, взбешенная.       - Придурок, - пробормотал Джио.       Он слегка толкнул меня, пытаясь оттеснить от двери своей комнаты. Я позволил ему отодвинуться и отступил в сторону. Он воспользовался этим в полной мере и захлопнул дверь.       Я должен был праздновать победу, но это было похоже на что угодно, только не на победу. Я добился того, к чему стремился… увеличить дистанцию между мной и молодым человеком, который так легко вторгался в каждое мое мгновение.       Черт возьми, он завладел моим сознанием и во сне.       Победа или поражение, на самом деле не имело значения. Я надеялся только на то, что Джио перестанет пытаться выгнать меня и поймет, что я здесь только для того, чтобы помочь. Если мне реально повезет, он сдастся и примет помощь, не пытаясь заставить объяснять ему, почему это так важно для меня.       Потому что, по правде говоря, я и сам толком не знал. И это была единственная правда, которой я бы никогда ни с кем не поделился.