Запретный: КИНГ

      

КИНГ

             Первое, что я почувствовал, проснувшись в воскресенье, было знакомое биение сердца Джио у себя под ухом. Второе, что я заметил – насколько, блядь, был измотан. Как будто каждая моя конечность была придавлена бетонными блоками. И все же я чувствовал легкость внутри.       Я все еще не мог понять, что заставило меня рассказать Джио правду о том, как продался Олдриджу за деньги, необходимые для Лекса. Я проснулся, как обычно, в объятиях Джио, но внутри было какое-то беспокойство. Мне казалось, что я лгу ему, держа свой секрет при себе. Даже если бы я решил не лгать и просто промолчал, Джио, в конце концов, начал бы удивляться, почему я никогда не снимаю рубашку в его присутствии, даже в постели.       Я хотел отдать Джио все сто процентов, но думал, что, возможно, удастся дать ему только девяносто. Но после его нежного обращения прошлой ночью, когда у меня был приступ в ванной, понял, что время пришло.       Пришло время не только поделиться своей историей с Джио, но и вернуться к тому, что произошло много лет назад, и думать, как с этим справиться. В итоге мне всегда приходилось мириться с тем фактом, что, когда дело доходило до спасения Лекса или собственной защиты, в конце концов, я выбирал сам. Я сказал «нет», и хотя Энсон не слышал этого слова, его услышал я.       Джио вовсе не осуждал меня, о чем я прекрасно знал, когда затевал все это дело, но не ожидал, что он будет настолько честен, признав, что я буду чувствовать себя виноватым долгое время, если не всю оставшуюся жизнь.       Он не пытался исправить меня или сказать, что я должен чувствовать, а что нет. Каждым прикосновением или слезинкой, пролитой из-за меня, он давал понять, что всегда будет рядом, просто так.       После того, как мы немного потискались прошлым утром, в итоге мы немного вздремнули. Когда мы проснулись, время близилось к обеду. Когда Джио начал искать свой телефон, чтобы позвонить Кристоферу, я вспомнил, что забрал его у него. Я вытащил из кармана куртки его и свой телефоны и вернул телефон Джио. Желая оставить его наедине, я вывел Феттучини на прогулку и поговорил с Рашем, чтобы узнать, как прошло возвращение Кристофера его дяде и Кону. Раш заверил меня, что, хотя Кристофер был молчалив большую часть поездки, к тому времени, когда Раш доставил его в отель, он выглядел настолько хорошо, насколько возможно, учитывая произошедшее. И поскольку у меня не было пропущенных звонков или сообщений от Кона, я предположил, что Кристофер не рассказал своему дяде или Кону о случившемся.       Мне нужно было убедить Кристофера рассказать им как можно скорее, чтобы они могли помочь ему справиться с любой травмой, с которой он столкнулся.       Точно так же, как Джио должен был бы рассказать своему отцу об инциденте в клубе.       Мы все слишком долго хранили секреты. Каждый из нас. Я устал от этого и устал притворяться, что со мной все в порядке.       Я не был порядке.       Я мог разложить по полочкам то, что со мной происходило, когда это было нужно, но, в конце концов, правда находила другой способ заявить о себе, например, слышать голос Энсона в своей голове, или испытывать внезапную потребность в воде, или отчаянно пытаться выбраться из ситуации, с которой я не мог справиться.       Мысли вернулись к Луке. Несколько дней назад мысль о том, чтобы рассказать Луке о своих чувствах к его сыну, казалась невозможной. Но теперь я понял, что дело было не в Луке. Дело было в Джио. Он хотел быть со мной, а я хотел быть с ним. Я хотел получить благословение Луки, но мне оно было не нужно, чтобы строить жизнь с Джио. Я не хотел, чтобы все шло по этому пути, потому что Джио нуждался в своей семье.       Мы оба нуждались.       - О чем ты так напряженно думаешь с утра пораньше? - Пробормотал Джио, когда его пальцы начали свое утреннее исследование.       - Я собираюсь поговорить с твоим отцом, - сказал я. - Но мне нужно знать, хочешь ли ты этого. Если он не одобрит...       - Он одобрит, - сказал Джио.       - Если нет...       - Тогда мы что-нибудь придумаем. Ты и я. Я полностью согласен, Кинг. Если он заставит меня выбирать, я выберу это. Я люблю своего отца, но мне нужно разобраться в своей собственной жизни и в том, что я хочу с ней делать. Мы заслуживаем счастья, которое есть у всех в нашей семье. Если папа этого не увидит...       Голос Джио сорвался, но я не упустил из виду его неуверенность. Я потянулся, взял руку Джио в свою и поднес к губам, чтобы запечатлеть поцелуй на его ладони.       - Он увидит, - заверил я его. - Я позабочусь, чтобы увидел.       Джио вздохнул и продолжил гладить меня, но через несколько минут я заставил себя сесть. Я спустил ноги с кровати, но остался сидеть, касаясь бедрами бедер Джио. Он приподнялся немного выше, чтобы можно было прислониться к спинке кровати.       - Как ты нашел меня в пятницу вечером? - спросил я.       Джио на мгновение опустил глаза. Но он быстро поднял их снова и вызывающе сказал:       - Отследил твой телефон.       - Мой телефон закодирован, - сказал я. - Его практически невозможно отследить.       - Практически невозможно, но не совсем невозможно.       - Выкладывай, - сказал я, наклонив голову.       Джио выдохнул.       - Дядя Лекс научил меня разным вещам.       - Лекс? - Спросил я.       - Он показывал мне множество программ, которые создал для вас, ребята, чтобы облегчить вашу работу. Хотя он и не видит экрана, он знает эти программы вдоль и поперек. Все, что мне нужно было сделать, это рассказать ему немного о том, что я вижу, и он точно знает, где я нахожусь. Он объясняет все тонкости работы с программой и говорит, что вводить, пока я не запомню код. Он говорит, что у меня к этому настоящий талант.       - Не сомневаюсь, - согласился я. Джио был умнее большинства мужчин, которых я знал. Если бы Лекс взял его под свое крыло, Джио либо взламывал бы системы по всему миру, либо получал бы большие деньги за то, чтобы выяснить, как остановить кого-то вроде него. - Ты можешь сделать это с любым телефоном? - спросил я, когда в голове начала формироваться идея.       - Да, - ответил он без колебаний. Он помолчал, прежде чем добавить: - Хочешь, чтобы я помог тебе найти его, да? Энсона Олдриджа.       - Да, хочу. Через несколько месяцев после того, как я провел три дня в его доме, мой знакомый, работающий барменом в другом клубе, упомянул, что Энсона обвиняли в нападении на семнадцатилетнего парня, который был сыном домработницы его семьи. Очевидно, он заманил подростка к себе домой под предлогом того, что покажет новейшую видеоигру, которую подросток давно хотел, но не мог себе позволить. Когда я начал изучать это дело, то обнаружил, что описание нападения, данное мальчиком, было похоже на инсценировку того, что Энсон сделал со мной. Он даже заклеймил мальчика так же, как и меня. Дело ни к чему не привело, потому что отец Энсона заплатил крупную сумму, чтобы сохранить все в тайне. Шесть недель спустя это случилось снова. Только на этот раз не было никакого заманивания. Он схватил парня, когда тот шел по улице. Парень был членом футбольной команды своего колледжа. Он был большим и сильным. Но Энсону не составило труда усадить его в свою машину. После того, как парня отпустили, он рассказал ту же историю, что и мальчик. В «Скорой» взяли немного крови и обнаружили слабые следы успокоительного. Учитывая это и наличие кого-то, кто помог бы ему перевезти парня, Энсон полностью контролировал его. И, судя по тому, как дворецкий отреагировал, увидев меня в том подвале, я не мог быть первым, с кем Энсон так поступил.       - Что ты сделал? - Спросил Джио.       - Я мало что мог сделать. Энсон уехал из страны и после этого практически пропал с радаров. Два дня назад мне позвонил парень, который работает в «Клетке». Он сказал, что вышибала видел Олдриджа в клубе несколько раз за последние недели, а трое парней, с которыми он уходил из клуба, пропали. Я проверил отчет о пропавших людях. Один из парней был любящим отцом, у другого был успешный бизнес, а третий, несовершеннолетний танцор, ухаживал за своей матерью-инвалидом. Никто из парней ни разу не уклонился от своих обязанностей.       - Значит, ты пошел в клуб, чтобы найти Энсона? - Спросил Джио.       - Я на это надеялся, но знал, что это маловероятно, поэтому планом Б было поговорить с гостями и показать фотографию Энсона. Но никто не утверждал, что видел его, кроме одного вышибалы.       - Но ты думаешь, что он здесь, - ответил Джио, слегка подавшись вперед.       - Интуиция подсказывает мне, что это так, и что он изменил свое поведение, не оставив свидетелей, которые могли бы указать на него пальцем.       Джио глубоко вздохнул.       - Подай мне мой ноутбук.       Я встал и взял со стола его компьютер. Как только я отдал ему его, он принялся щелкать по клавишам.       - Это займет немного больше времени, потому что у меня нет номера телефона, с которым я мог бы работать.       - Попробуй вот этот, - сказал я, доставая листок бумаги из кармана брюк. - Вероятно, он больше не обслуживается, но стоит убедиться.       - Он обслуживается, - сказал Джио, пробегая глазами по экрану компьютера. Его пальцы летали по клавиатуре, и половина того, что он объяснял во время работы, с таким же успехом могло быть на другом языке. - Это все еще его номер, - продолжил Джио. - Либо он слишком глуп, чтобы думать, что кто-то проверит номер, либо ему просто лень заводить новый.       - Третий вариант, - сказал я. - Он не думает, что кто-то достаточно умен, чтобы поймать его. - Я наклонился и поцеловал Джио абсолютно без всякой причины, кроме той, что гордился им. Как я мог когда-либо думать, что он все еще ребенок?       Джио потребовалась минута, чтобы снова сосредоточиться на компьютере. Я не возражал. Я надеялся, что даже когда мы станем стариками, сидящими в креслах-качалках на крыльце нашего слишком большого дома, в котором больше не будет телохранителей, а вместо этого он превратился в мини-зоопарк, мой поцелуй, мое прикосновение все равно собьют его с толку.       - Если ты найдешь его, что будешь делать? - Спросил Джио, снова принимаясь печатать.       - Сделаю так, что на этот раз он не уйдет.       Джио взглянул на меня. Он не был дураком. Он точно знал, о чем я говорю.       Но с его стороны не было никаких возражений по поводу передачи Энсона в руки закона, если я его найду.       - Хорошо, понял, - сказал Джио. Он повернул компьютер ко мне. - Похоже, он только что пересек мост Джорджа Вашингтона и въехал в Джерси.       Сердце бешено заколотилось в груди, когда я увидел, как двигается маленькая синяя точка на карте. Это был он. Должен быть. Я стал рассматривать все, что окружало то место, где была синяя точка.       - Куда ты направляешься? - Пробормотал я, более внимательно изучая карту и маршрут Энсона. Мой взгляд внезапно остановился. - Вот, - сказал я, указывая на экран. Джио подвинулся, чтобы видеть. - Аэропорт Тетерборо. Это частный аэропорт. Идеально подходит для того, чтобы держать частный самолет наготове.       Я вскочил с кровати и поспешил на противоположную сторону, чтобы найти свою рубашку.       - Подожди, ты собираешься преследовать его прямо сейчас? - Спросил Джио, повышая голос.       - Я должен. Если он уйдет, могут пройти годы, прежде чем он вернется в строй. Черт возьми, он может просто открыть магазин в любом городе или стране мира. - Я схватил свой пистолет и глушитель. Я подошел к кровати Джио и прикрепил глушитель к оружию. Он выглядел обеспокоенным.       Очень обеспокоенным.       Я снова сел и взял его за руки.       - Джио, я знаю, это кажется слишком быстрым, но это то, что я делаю.       - Я пойду с тобой, - ответил он, но я остановил его, прежде чем он успел встать с кровати.       - Если ты будешь со мной, я полностью сосредоточусь на обеспечении твоей безопасности. Мне нужно быть готовым к игре на все сто процентов, иначе я или кто-то еще может пострадать.       Джио побледнел, услышав это. Я взял его за подбородок и сказал:       - Я хорош в своей работе. Джио. Я знаю, как о себе позаботиться.       Мой любимый кивнул.       - Я просто… Я просто думаю, что нам следует провести еще немного исследований. Возможно, он даже не поедет в аэропорт.       - Ты ведь можешь отправить мне это, правда? - Спросил я, указывая на экран. Джио кивнул.       - Хорошо, я смогу следить за его маршрутом, так что, если он изменит курс, я узнаю. - Джио выглядел несчастным.       - Милый, знаю, ты напуган, но я должен это сделать. За себя и за всех других людей, которым он причинил боль или чьи жизни отнял. Я никогда никому не рассказывал, каким он был, потому что мне было слишком стыдно. Может, если бы я сказал что-нибудь...       Я был рад, когда Джио кивнул. Он притянул меня к себе и крепко поцеловал.       - Иди, - сказал он. - И если ты сделаешь какую-нибудь глупость, например, умрешь, я собираюсь...       Я усмехнулся, когда он, похоже, не смог придумать подходящей угрозы.       Я коротко поцеловал его и сказал:       - Подумай об этом и скажи, когда я вернусь. Я люблю тебя.       Джио изо всех сил старался сдержать слезы, которые наворачивались на глаза.       - Я люблю тебя, - ответил он.       Как бы мне ни хотелось утешить его, страх упустить возможность остановить монстра, которому доставляло столько удовольствия мучить меня и других своих жертв, был слишком велик. Я встал, поцеловал Джио в макушку и вышел из комнаты, по пути прихватив куртку и наплечную кобуру.       Я остановился у открытой двери, на которой все еще не хватало ручек, и оглянулся через плечо на Джио.       - Я вернусь, - твердо сказал я. - Всегда, - добавил я.       Я не стал дожидаться ответа Джио, потому что моя решимость слабела с каждым шагом, который отдалял меня от него, поэтому я быстро вышел из комнаты и поспешил к двери квартиры. Как только я открыл ее, из спальни донеслись приглушенные рыдания.       Я заставил себя не обращать на них внимания, но, выходя за дверь, поклялся себе, что это будет в последний раз.       После того, как все это закончится, я проведу остаток своих дней, заботясь о том, чтобы слезы, которые когда-либо прольет Джио, были только счастливыми.