Достали. Читаем фанфик от подписчиков.

До Рождества чуть больше недели, а украшена уже каждая улочка. Из кафешек играл “White Christmas”, а рекламные флаеры приглашали на всевозможные вечеринки за круглую сумму. В этом году даже снег выпал! Настроения не особо добавлял, но и никому не мешал, лёжа серой хлюпающей массой по углам, возле обочин и у стен зданий. Из-за снега потеплело, поэтому люди не особо утруждали себя тёплой одеждой. И Нил был одним из таких людей. Он поехал в аэропорт, встречать Эндрю, в осенней ветровке. Дул промозглый ветер. Эндрю жил на пару штатов севернее. У них там холоднее, и он не преминул пожурить Нила за слишком лёгкую одежду. З – забота. — Привет, — крикнул Нил, махая рукой, чтобы его заметили. В аэропорту было шумно и людно. Как, впрочем, и всегда. Все торопились кто куда: по домам по прилёте, на посадку, на кассу оформить билеты. И в этой какофонии Эндрю выглядел до безобразия спокойным. Со стороны это выглядело как результат плохого монтажа. Ctrl c ctrl v, не посмотрев куда вставляют. Сердце стукнулось о рёбра, когда Эндрю всё же нашёл его взглядом в толпе. Они не виделись, вроде, не так и долго, но, почему-то зрительный контакт заставил всё внутри перевернуться. Ужас какой-то: то сердце стучит как сбрендившее, то лёгкие решают крутануть сальто. Какой ещё сюрприз принесёт сегодняшний день? — Привет, — протолкавшись через толпу, сказал Эндрю. Нил улыбнулся. Эндрю попытался улыбнуться в ответ. Они уже давно обсудили, как проведут совместные дни, и у них всё было распланировано чуть ли не поминутно. Начиная от подготовки к праздникам и – насильственными – созвонами с близкими, заканчивая съёмками на канал Эндрю. На канале Эндрю было три популярных рубрики: “Люди, одумайтесь”, “С божьей помощью” и “Достали”. Видео рубрики “Люди, одумайтесь” – по большей части о человеческих глупостях в прошлом, приведших к ужасным последствиям, но иногда в эту же рубрику входили видео тематики тру-крайм. “С божьей помощью” же представляла собой сборную солянку из разбора мифов и посещения всяких стрёмных мест, вроде ведьминых кладбищ и заброшенных психбольниц. В основном ничего страшного, максимум этой рубрики – наткнуться на наркомана. А рубрика “Достали” была самой малочисленной и говорила сама за себя. В “Достали” было всего три видео и все они были сняты по идеям подписчиков. Уж слишком много ими спамили, чтобы не обратить внимания. “Спрос рождает предложение”, “где проблема, там решение”, “кто ищет тот всегда найдёт” и прочие фразочки. Нил таким огромным разнообразием на канале похвастаться не мог. Его основное направление – тру-крайм. Рассказ о преступлениях в, насколько позволяет платформенная политика Youtube'а, кровавых подробностях и с некоторыми, разумеется, трэш-теориями. К новому году у него уже заготовлено видео, поэтому он не переживал о резкой нехватке контента и последующем за то хейте. Комментарии, с самого первого их коллаба, – а это аж семь лет назад! – были завалены теориями, что Нил и Эндрю – пара. Сначала, что Нил, что Эндрю, были в шоке, потом в ещё большем шоке, а затем в ещё более большем шоке. Везде, где подписчики могли дописаться до Нила или Эндрю, они дописались и спамили фанатским творчеством. “Сказкой для эротических снов” – окрестил их Нил, как только узнал каким именно фанатским творчеством они спамят. И они решили, что из этого можно получить неплохую выгоду. В общем посмеяться вдоволь с сказочек, сочинённых подписчиками. У других залетало и у них залетит. Да и подогреет интерес публики к их скромным персонам. — Не сильно заманался с монтажом? — спросил Эндрю, когда они выходили из здания. — Не, — бесстыдно соврал Нил, спавший добрых три часа. — Заманаюсь позже, когда коллаб буду монтировать — Я бы мог и сам, — начал было Эндрю, но Нил его перебил простым взмахом руки. — Мог бы, но раз съёмки на моей территории, то и монтаж за мной, — оправдался Нил. — Тем более я тебе всё ещё два монтажа торчу. — Это было не взаймы, — возмутился Эндрю. — А мне пофиг. Низкая машина – букашка, как такие называл Эндрю – отозвалась на сигнал брелока. Эндрю закатил глаза, но ничего не сказал. У них с Нилом были об этом долгие разговоры, когда Нил только собирался её купить. Выигрышным доводом Нила было “я потеряюсь в большой машине”. Больше эта тема не поднималась. Возможно, Эндрю разочаровался в чувстве юмора Нила. По дороге обсуждали буквально всё. Начиная от “есть или нет праздничное настроение”, до разборок Эндрю с соседями сверху. Квартира в 5-над-1 в целом была идеей не очень хорошей, а соседи сверху с радостью это подтвердили. Дождь знойным днём, конечно же, хорошо, но не в помещении. И с каким же удовлетворением в голосе рассказывал обо всём этом Эндрю сейчас, когда связи с полицией прекращены, а за моральный – и не только – ущерб выплачено. *** Утро в одной постели с человеком, которому доверяешь не только свою жизнь, но и историю браузера – за которую точно посадят – это без всяких сомнений великолепно. Особенно когда оба эти человека спят спокойно, без резких подскоков и леганий во сне. Жаль, что это не про них. Не про Нила. Эндрю всё ещё иногда припоминал синяки на рёбрах после их первой совместной ночи. Без сексуальных подтекстов. Утро в одной постели утром в одной постели, но разочарованное “м-м-м” на сваленные останки искусственной ёлки от Эндрю надо как-то исправлять. Всякого праздничного у Нила дома не водилось, – если не считать полуразложившийся труп пластикового дерева и венка, похожего на траурный, на дверь – а антуража красоты создать надо. И для себя, – а то совсем что-то настроения нет – и для видео. Рождество на носу как-никак! — Гирлянда есть? — Не-е-е-т, — протянул Нил. — Я не стану завязывать гирлянду в петлю и вешать рядом с венком. — А тебя никто и не просит, — легким тоном ответил Эндрю. — И тебе не дам! — Ты слишком плохого обо мне мнения, — фыркнул Эндрю, присаживаясь на ковёр. Ковёр – единственное, что создаёт хоть какую-то атмосферу тепла и зимы. А всё потому что Нил не провёл подогревание полов. Тогда не было нужной суммы, а потом как-то забылось и вспоминалось только по зимам. Весной, конечно же, снова забываясь. — А если на полу? — резко спросил Эндрю. — На полу что? — Порно домашнее снимем, — закатил глаза он. — Если на полу раскидаем ёлку, то сойдёт за ксмас энереджи? Мысли Нила посыпались. Шутка глупая. Эндрю, как впрочем и всегда, с каменным лицом. Шутка кажется ещё более глупой. В конце концов они не подростки в пубертате, чтобы с каждого “жопа” ржать до коликов или с оголённой пятки – и тут ваш футфетиш – ловить стояк. Шутка глупая, но Эндрю так никогда не шутил. И шутка становится ещё более глупой. — Наверно?... — неуверенно выдавил Нил. — Вот и отлично, — сказал Эндрю, поднимаясь с пола. Закончив с расчленением пластикового дерева, ничуть не стесняясь его ручек-ножек в кадре камеры, было принято общее – действительно общее, тут без шуток – решение: выглядят они как тяжёлый случай жизни в лесу, поэтому надо найти у себя в гардеробе хоть что-то напоминающее о Рождестве. Эндрю с этим легче. Он не погуглил какая погода в штате, куда летит, поэтому взял пару свитеров. В целом, всё что он взял – одни тёплые штаны и два свитера. Нилу сложнее. У него не то что Рождественского или тёплого – да те же свитера с Сантами и прочими рогатыми — у него красного или зелёного в гардеробе не водится. Вот до чего доводит браконьерство. — Не создавай из этого проблему, — сказал Эндрю, швырнув в Нила вторым свитером. И Нил подчинился. А ещё задался вопросом, почему затупы Эндрю в конечном итоге ведут к чему-то хорошему, – ну в крайнем случае просто остаются в памяти и никак на жизнь не влияют – а его собственные затупы это обязательно “финита ля комедия”? Последний, например, закончился выбитым окном и приобретением пары переломов. … Теперь хотя бы есть объяснение, почему в своих видео Нил просто сидит перед камерой и рассказывает кровавые истории на ночь. Камера настроена. Свет настроен. Они тоже. Эндрю начинает съёмку. Первое приветствие он запорол. Это уже традиция – резко забыть, что говоришь в начале видео. Второе тоже. Эндрю не понравилось, что звучит он слишком “на отъебись”. В ответ на закономерный ответ “ты всегда так звучишь, а сейчас просто придираешься”, Эндрю ответил просто “ну да, тебе ведь обрезать огромное начало”. Нил показал ему средний палец. Наконец-то, приветствие записано. — Вы меня достали, — подвёл к теме видео Эндрю. — Ну хоть это ты с первого раза записал. — Вырезать тебе, — напомнил Эндрю, уже полностью смирившись, что власть монтажа в руках Нила. На это Нил ничего не ответил. Надо продолжать, а то так и к ночи не закончат. — На этот раз это коллаб, — продолжал Эндрю. — Судя по комментариям вы либо нас ненавидите, либо представляете как мы ебёмся. — В целом равноценные вещи, — подметил Нил, заходя в кадр. Эндрю, постукивая кончиками пальцев, нахмурился. — Хуйня, переделывай, — сказал он, помахав рукой, подгоняя. Цокнув языком, Нил поднялся и ушёл за камеру. Как же хорошо, что этот идеализм у Эндрю проходит, когда он входит в раж. Там пойдут шутки про смертоубийства и прочие грехи человечества и через каждые пять минут “так, это вырезать”. Зато никаких выйди и зайди нормально. — Фразу снова говорить или так сойдёт? — Ты уже также не сможешь, — фыркнул Эндрю. — Бесчувственно будет. — У тебя половина фраз в видео бесчувственные, — отметил Нил. На это Эндрю ничего не ответил. Сказать нечего в его случае. Хотя, мог бы скинуть вину на тип контента. Эмоциональность – плохая черта, когда говоришь о терактах, сектах и прочих холодящих кровь ужасах реальности. — Хотя нет, этот раз хороший был, возвращайся в кадр. — Я уже и забыл, какого это снимать с тобой, — покачал головой Нил, повинуясь. Нил сел рядом. Эндрю жестом показал двигаться дальше. Если они собрались читать порнографическую прозу это не значит, что они должны держать карантинную дистанцию. По домам в разных штатах. Полтора метра. — Вы добились своего, мы обратили внимание на ваш нездоровый к нам интерес, — тем временем продолжал Эндрю. — Ссылка на автора в комментариях, потому что прочитывать полностью мы не будем. У Нила сложилось впечатление, что следующие две недели Эндрю будет исключительно молчать. Появляясь на Youtub'e раз в несколько месяцев, он подолгу восстанавливал желание разговаривать. Ну а что он хотел, в видео надо говорить. Если это не эстетика под lo-fi или asmr “ты заболел, а мама/папа/бабушка/дедушка умерший три года назад/кот/собака/прочие-прочие-прочие суют градусник тебе в задницу”. И “задница” только потому что “жопа” теперь ругательное. — Называется эта сказка “Тихие ночи”, автора называть не буду. — Он просто не выговорит, тут иероглифы, — подколол Нил, в ответ получив только взгляд “и что ты этим пытаешься добиться”. — Нас привлекла метка “фроттаж”, — объяснил Эндрю. — Мы оба не знаем, что это, а гуглить – лень, — объяснил объяснение Нил. Эндрю закатил глаза. Точно также он закатывал глаза, когда они этот фанфик выбирали. *** — Выбирать будем адекватное или порно? — спросил Эндрю. Очень хорошо, что они решали обговорить степень треша сразу, а не по пути, когда один будет впаривать милоту со скрипом сахара на зубах, а другой жёсткое бдсм-порно. Было бы неловко. И сразу понятно, кто любит пожёсче. Главное, чтобы после этого видео все не подались по его мотивам писать арты и рисовать фанфики. — Нормальное – большое, а маленькое только порно и “один при смерти от температуры 98,7°, а второй кормит его с ложечки супом из собаки”, — ответил Нил. И, к слову, большинство просмотренных шапок именно это из себя и представляли. Эндрю закатил глаза. Как будто сам не видит, что они в ситуации “выбери правильную дверь, чтобы подписчики не начали рисовать ещё больше порно с тобой”. По идее нужно выбирать что-то провокационное, чтобы залетело, но читая метки из разряда “секс с деревом” и “омегаверс”, создавалось впечатление, что чтобы они не выбрали – всё будет провокационным. — Давай вот это? — предложил Эндрю, показывая на экране фанфик, в шапке которого Нил понял только “Автор решил не использовать предупреждения”. — Ты что-то здесь понимаешь? — Нет, — легким тоном ответил Эндрю, — главное ведь, что не прорекламируем. Ошибка 404 – вот как Нил бы описал свои мысли. И то, только потому что слово “замешательство” было бы слишком слабым. Нилу нравилось как Эндрю разговаривал, как строил предложения, в целом весь он. И у него иногда случались затупы на ровном месте. В основном из-за манеры Эндрю говорить. Коротко, равно-драно. За такие затупы, иногда, становилось стыдно. — Популярный? — Популярный, — подтвердил Эндрю, скачивая сказочку для эротических снов. *** Они решили, что начинать с разбора меток – глупо. Кому надо, зайдут и посмотрят. Нил, ещё когда они сделали выбор, решил, что смотреть значение странных слов не будет. Чтобы реакция была честной. Показать всю степень ахуя, так сказать. — А зачитывать целый абзац про вечер? — уточнил Нил, всем нутром надеясь, что нет. — Здесь три страницы, две из которых – описание природы и стола, на котором я тебя разложил, — сказал Эндрю. — Как ты думаешь? — Я не думаю, — сразу ответил Нил. — Стоп, а ты откуда знаешь, что там секс на столе? — Неважно. — Ясно, вот он – преданный фанат! — фыркнул Нил, указывая на Эндрю большим пальцем. И вот у них опять начинается цирк с конями. И двумя бестолковыми клоунами в кадре. — Когда совсем затянуто будет – тогда пропустим, — сказал Эндрю, кривя губы. Нил увидел в этом жест отвращения. Ну, а как иначе, когда в твою жизнь – которую ты никуда не выставлял, спокойненько шатаясь с камерой по наркопритонам – лезут и пишут по ней кривое порно. Эндрю даже фамилию свою нигде не светил, что уж говорить об обстановке дома или, тем более, адреса. Вечер был временем спокойным. Усталость накатывала волнами, топя в себе заработавшихся людей. Вечер время приглушенного света, царствия теней и интимных мыслей. Что там говорилось про ахуй? Забудьте. А лучше умножьте на два. — Нет, я всё понимаю, — сказал Нил, стараясь осознать, что он сейчас прочитал, — но как сюда приплели интимные мысли, начиналось же с усталости? — Просто слово неправильно используют, — закатил глаза Эндрю. Эндрю был из тех людей, которые шуму утра предпочитают тишину вечера, бутылочку крепкого и чёрно-белый фильм. — О, да вы эстет, я посмотрю, — пошутил Нил. — Меня или считают слишком крутым, или слишком тупым, — убито произнес Эндрю. Нилу стало интересно, откуда автор этой сказки для эротических снов взял “бутылочку крепкого” и означает ли это, что Эндрю описывают как алкоголика. Ну, раз он “предпочитает тишину вечера и бутылочку крепкого”, значит это не единичный случай. Озвучивать свои мысли Нил не стал. А ещё Эндрю предпочитал вечер, потому что… — По-пьяни можно потрахаться? — невинным тоном предположил Нил. — Я угадал? …его муж… — Муж! — с наигранным благоговением сказал Эндрю. Он начал распаляться. Что ж, шуток они нашутят на несколько смертных казней в странах Ближнего Востока. Главное потом подрезать всё, что может развязать ругань. — Муж-муженёк… — сказал Нил, смахивая несуществующую слезу. …работающий утренней сменой… — То есть я работаю, а ты – нет? — Нахлебничаю, — с деланным разочарованием протянул Эндрю. Было забавно. Правда забавно. Каждое слово с их точки зрения казалось глупым и нелогичным. Но ведь, на то это и фанфик, разве нет? Ну, тупить, походить на горячечный бред? Нил никогда бы не стал настаивать, если бы ему сказали обратное. В конце концов, сам он фанфики никогда не писал и не читал – это его первый раз, нужно быть нежнее – и не может быть авторитетным голосом в этом. Но то, что Эндрю в этой сказочке – даже не эротической, пока что, а просто забавной – безработный алкоголик. Может они пропустили метку “Содержанка”? — Мы такими темпами предложение никогда не дочитаем, — озвучил логичную мысль Эндрю. Они и правда слишком бурно реагируют. …приходил с работы. — Нет, ну я не могу читать это с серьёзным выражением лица! — воскликнул Нил. — Это для меня слишком. — Что именно? — уточнил Эндрю. — То, что я по сюжету этой истории не работаю, то что ты мой муж или то, что этот фанфик называется “Тихие ночи”, а затирают нам про вечер с бутылкой алко? Как Эндрю сохранял покер фэйс Нил, хоть убейте, не понимал. Да, Эндрю сам по себе человек непробиваемый, но чтобы настолько. Тут же с первого абзаца бред какой-то. — Всё, — ответил Нил. — Ты быстро сдался, — переиначил ответ Нила Эндрю. — А ведь это только первые… — начал Нил, но завис на полуслове. Считал. — …первые пять предложений. Эндрю фыркнул: — Такими темпами мы не отснимем это даже к следующему году. — Надо ускоряться, — сделав серьёзное выражение лица, закивал Нил. — И переставать вестись на требования подписчиков. Вечером… — Ой, — Нил отыграл удивление, держась за сердце. — а я что-то забыл, когда это происходит? Ранним утром? В полночь? — В лунное затмение, — поддержал шутку Эндрю. — Написано же, “Тихие ночи”. …когда Нил приходил с работы… — Может пропустим все повторения? — взмолился Нил. — Автор старался, писал всё это, — журил Эндрю, но в взгляде читался смех. — А ты, “пропустим, давай пропустим”. Не уважаешь ты труд подписчиков. …Эндрю седлал его, как седлают лошадей на ранчо. Молчание, воцарившееся после прочтения, – показатель. Нил не знал что думать и как. Зачем такое пишут?.. Для чего?.. Для кого!?. На эти вопросы он мог бы найти ответы, но не был до конца уверен, хочет ли знать. Он посмотрел на Эндрю. Выражение лица Эндрю из каменного превратилось в “я съел камень, помогити”. И Нил его понимал. — Вырежи потом паузу, — попросил Эндрю. Он откашлялся, прогоняя ахуй, и продолжил: — Как на ранчо – насильно, ещё жеребёнком? — Ну тут же стоит “Автор решил не использовать предупреждения”, — натужно вкрадчиво сказал Нил. — А это значит и про зоофилию нас не предупреждать не собираются, если она тут есть. — Сейчас окажется, что ты конь, — предположил Эндрю. — А наш брак как в сказке “Богиня шелкопряда”. — Где? — не понял Нил. Его иногда пугало количество странной информации в голове Эндрю. — Неуч, — фыркнул Эндрю. — Это сказка, там женщина за коня вышла. Нил был выше почти на голову… — Ничего себе, — удивился Нил. — Вот что делает отсутствие глазомера с людьми. — Не должно так быть, — согласился Эндрю. — Отрыв меньше. — Проверим? Они переглянулись и встали. Сердце Нила снова сделало кульбит. Фигурист в отставке. Всё кульбиты и прочие отвлекающие факторы. А Эндрю как всегда с никаким выражением лица. Иногда у Нила появлялось до ужаса неправильное и нарушающее как минимум личные границы Эндрю, а как максимум нормы морали и приличия, желание: прочитать мысли. Глупо. Но иногда кажется таким необходимым. Что и следовало ожидать, не такая у них и огромная разница в росте. — Вырежи это, — сказал Эндрю и поцеловал. Поцелуй неожиданный, но желанный с первых минут их встречи. Заигравшись в лучших друзей, ни остались в ролях и наедине. Это яд. Самый настоящий яд, но пока что, как в сказке про Белоснежку, они не готовы разрушить злые чары сокрытия правды поцелуем истинной любви. Зато готовы и вполне практикуют поцелуи за закрытыми дверями. Безопасность сохранности чувств – то, в чём они нуждаются. Особенно, когда тысячи людей, с которыми они никогда не виделись, ударили аккурат в яблочко. — Обязательно оставлю этот момент, — разорвав поцелуй, лукаво протянул Нил, понимая, что шутка жестокая. — Будет нашим официальным каминг-аутом перед подписчиками и близкими заодно. Эндрю скривился, но правила шуточной перепалки принял. — Тогда каминг-аут должен быть достойный, а не праведные поцелуйчики, — наиграно разочарованно протянул он. — Праведные, — фыркнул Нил. Нежные движения губ били в голову опиатом. Нил солжет, если скажет, что забыл как поцелуи с Эндрю бьют в голову. Поэтому о таком он даже не думает. В черепной коробке набатом гремит пульс. Даже не мысли. Мысли посыпались как только Эндрю приник к его губам, а собрать их прах и воскресить фениксом будет слишком сложно. Как не хотелось прекращать, но… — У нас камера уже минут пять в холостую работает, — вернул с небес на землю Нил. Как не хотелось прекращать. Может к чёрту? Выключить камеру и уделить внимание друг другу? — Надо завязывать, — сказал Эндрю. Его голос куда-то делся. А каменное выражение лица пропало, обнажая внутреннюю борьбу. Эндрю тоже не хотел прекращать. По нему это видно. Даже слишком. Неужели половина всего, что они наснимали отсеялось, только потому что выглядели они в кадре неподобающим образом. — Пропускай всё, что не действие, — посоветовал Нил. М-да, монтировать это будет сложно. Они сели обратно, на этот раз ближе. В готовом варианте это будет выглядеть комично. Как криво склеенные нарезки. Ладно, не комично, а разочаровывающе. …но как говорит прекрасная пословица “в постели все одного роста”. Акт любви с проникновением… — Ясно, автор боится слова “секс”, — врачебным тоном сказал Нил. Получилось постно. Сейчас его больше волновал Эндрю, тщательно пытающийся вернуть себе каменное выражение лица. Но получилось приблизиться только к тальку. В какой-то степени тоже камень, но белый и легко разрушается. — Надо доснять, — скорее себе, чем Нилу, сказал Эндрю, выдыхая. Ещё пара секунд и бледность ушла. Лихорадочный румянец не вернулся. Это было плохорошо. Палка о двух концах, как впрочем и всё, что происходит в этом мире. Эндрю успокаивается. Эндрю успокаивается. — Я потом вырежу, — успокоил Нил. …но слишком много с ним мороки. Но интимная жизнь у них всё равно била ключом. — Ага, разводным по голове, — сказал Эндрю, закатывая глаза. — Ты как будто в целом всю нашу жизнь описал, — фыркнул Нил. — Убрать “интимная” из предложения и – мы. Притираться – их выбор. — Это звучит как предвыборная кампания, — сказал Нил в лёгком замешательстве. — И какая же партия так выбирается? — Бери выше, — продолжил шутку Нил, — президент! Уголки губ Эндрю дёрнулись вверх. Или он придумал как перевести посредственную шутку в что-то по-настоящему смешное – хотя бы забавное – и поэтому улыбается, или он уже представляет комментарии под видео. Нилу почему-то казалось, что большинство будет о их несмешном юморе. Действительно, почему? — Уже вижу – “притираться – их выбор, наш выбор – ограничить права енотов”. — По твоему мнению еноты – новые масоны? Эндрю закатил глаза. — Как ты вообще пришёл к масонам? — философски спросил Эндрю. ... — Продолжаем? — Продолжаем. Пробежавшись глазами по тексту, Нил цокнул языком. Ну да, как Эндрю и говорил, описаний больше чем действий. Зачем вообще описывать внешность, если читают это – даже жуть берёт, что это читают – те, кто знает как они выглядят. И почему Эндрю описали как проститута? Откуда чулки? Такой метки же, вроде, нет. — Здесь огромное, на два абзаца, описание нашей внешности, — сказал Нил, смотря прямо в камеру. В комментариях ему, обычно, пишут, что смотрит он жутко и в душу. — Наших внешностей?.. — попытался подобрать более логичное Эндрю. — Как правильно? — Я с математического, я в этом не понимаю, — отнекивался Нил. — Как слышим, так и пишем, — грустно протянул Эндрю. Эндрю нравилось смотреть… — Блять, — самая живая реакция, какую мог дать Эндрю. — То алкаш, то содержанка, то куколд… Как тебя оскорбят в следующий раз? Помолчав немного с выражением лица, будто ему под нос лопату дерьма подсунули, Эндрю отмер и сказал: — Надо как-то повежливее, время человек потратил. — Доброе утро, — фыркнул Нил. — Мы уже почти час невежливо шутим, если не заметил. Всё, слишком мало, слишком поздно. — Ладно, — легко согласился Эндрю. …как Нил под его касаниями тает, расслабляется… — Я окончательно запутался, — сказал Нил. — Эндрю здесь кто? Массажист что ли? — Муж твой, сказано же было, — дал простой ответ Эндрю. — А если судить по продолжению предложения, то ещё и тренер по гимнастике. …выгибается, стонет. А их акты любви на столе… — Возможно просто мы испорченные и чего-то не понимаем, — сказал Нил оправдывающимся тоном. Акты любви… Нилу хотелось бесстыдно засмеяться. Кажется, они открыли банку с червями. — Всё возможно, всё бывает так сказать… Пара мгновений на прочитать, что же там дальше, прежде чем проговаривать это вслух превращаются в пару минут. Эндрю читал, не завис, об этом говорил бегающий по строчкам взгляд. Но почему тогда молчит. — Почему описание стола больше, чем описание секса? — задал вопрос Эндрю, резко обратив взгляд прямо в объектив камеры. — Чего? — Здесь стол описывают в пяти предложениях, — выдохнул Эндрю. В его тоне читалось “почему?”. Нил не знал что ответить. Поэтому просто положил свою руку на руку Эндрю. Потом вырежет. Эндрю завис, буквально на пару секунд. А затем одёрнул руку. — Зажиматься не на камеру, — поучающим тоном сказал Эндрю. Трение нефритовых стержней… — Я только ебанитовую палочку знаю, — ушёл в совсем тупой юмор Нил. — Если эбонитовая палочка – диэлектрик, то нефритовый стержень это?.. — Наверное дизэлектрик, — поддержал шутку Эндрю. — Электриков не любит. …пошлые шлепки – стол всё это выдерживал. — В этой истории мне жаль стол, — сказал Эндрю. — Выдержать ненависть к электрикам и шлепки пошлых сможет не каждый. — А заявлялось как бессюжетное порно… — разочарованно вздохнул Нил. — И тут наебали. - Раздвинь ножки, я слишком широкий… У Нила не хватило терпения. Ещё пару минут и можно хоть трёхэтажным матом крыть это нечто литературной прозы, камера не запишет, никто не узнает. Но у Нила не хватило терпения. Он упал на бок и засмеялся. Громко. С истерическими нотками. Это была фраза Эндрю из фанфика. Нил был не в той позе, чтобы видеть лицо Эндрю из реал лайв, но мог предположить, что он в ахуе. Таком… Как маркер. Перманентном. Вопрос, как Эндрю смог это прочитать и не заржать, остаётся открытым. После заминки – Нил всё ещё не мог успокоится – Эндрю сказал: — Надо с этим заканчивать… — Поддерживаю, — сквозь смех сказал Нил. — Всё, — отрезал Эндрю — запишем прощание, потом нарезкой смешных моментов выложу. Потребовалось ещё минут десять, чтобы, сначала, успокоить истерические смешки, а потом икоту. Но после этого Нил мог честно сказать, что сказочка – самая популярная, с кучей лайков и комментариев – ему понравилась. Только потому что можно посмеяться. Сюжет – вернее его отсутствие – и ожившие столы ему не зашли. И огромные описания. И в целом всё. Если представить, что это про кого-то другого, то смешно. Прощание, как и приветствие, Эндрю с первого раза записать не смог. С раза третьего вышло нечто среднее между проклятиями и волной истерического хохота уже со стороны Эндрю: — Что-то вот такое у нас вышло, — сказал Эндрю. — Мы так и не поняли при чём тут ночь и почему она тихая. — Не доставайте меня больше, закончил прощание Эндрю. *** Эндрю заглянул в комнату. Нил сидел за компьютером за монтажом четвёртый час к ряду. Обрабатывать не такое уж и большое видео, хотя, если сравнить с тру-краймами, где на подборку картинок звук наложить – отредактировать его сначала, тут без претензий – то монтаж сложнее. Эндрю пытался переубедить Нила и монтировать самому, но тот его посылал смотреть Рождественские фильмы или звонить близким, чтобы отчитаться, что живой. В конце концов Эндрю смирился. Почти смирился. Он подошёл к Нилу со спины. Рискованный манёвр, но нельзя приготовить омлет не разбив яиц. — Всё ещё стоишь на своём? — Монтировать буду сам, — ответил Нил. — Тем более, что по твоей воле тут половину вырезать надо. — Не перекладывай всю вину на меня, — фыркнул Эндрю. — Я даже не замечал, что ты зрительным каннибализмом занимался, — возмутился Нил. — Ты много не замечаешь, — отметил Эндрю, заглядывая через плечо. Ничего такого. Программа для монтирования, короткие и рваные клочки видео, приложенные к друг другу непонятно каким образом, а нить повествования видео, наверняка, сшита белыми нитками. — Себе ты хоть что-то снимал? — спросил Эндрю, замирая нутром. Хоть бы да. Тогда Нилу не придётся манаться с записью и монтажом. И он будет не занят. И… — Да, про Лауденберга, — ответил Нил. — Прелестно, — бесцветно сказал Эндрю. — Санта-душитель, — объяснил Нил, оборачиваясь к Эндрю. — Достаточно крисмас энерджи? — Определённо да, — говорит Эндрю, легонько целуя Нила в скулу. Совместный марафон Рождественских фильмов в силе. И на душе сразу спокойнее и теплее. Кто-то поубивал всю живность и поджог. Ничего нового, ничего с бабочками и прочими тараканами. *** Самым популярным комментарием под коллабом стало: “А я знал, что они ебутся”.