Обыкновенный героизм

Невидива вздохнула, глядя на узкую полоску неба, которое открывалось ей из окна больничной палаты. На ровном, без единого облачка голубом фоне колыхалась и рябила сочная листва, иногда пролетали птицы. Форточка закрыта, так что не слышно ни автомобильного гула, ни прочего городского шума — можно подумать, что она в грёбаном санатории посреди леса, а не в самом сердце Торранса. Так странно видеть нечто настолько умиротворённое после апокалиптического хаоса, в который погрузился город благодаря «Красному Кольцу» всего пару дней назад. Рана на плече заживала, однако двигать рукой всё ещё трудно — как же она завидовала парням вроде Громилы или Фено-мать-его-мачо, которые и из передряг куда хуже выходили без единой царапинки. Или той же Блонди Блейзер… впрочем, в последний раз, когда Невидива видела её, она совсем не походила на ту супергероиню с обложки, лицо СДС, непоколебимо стоящую на страже спокойствия города. Она была… обычной. Куда более обычной даже, чем сама Невидива. Никакого спандекса, героической осанки и фирменного «блонда» — только глаза остались прежними. Глаза, мягкая, ободряющая улыбка и голос, в котором обеспокоенность сменялась теплотой, искренней радостью за то, что всё в итоге обошлось. Теми же глазами Блонди Блейзер смотрела на неё, никудышную вчерашнюю злодейку, когда она только подавала документы для вступления в программу «Феникс», и тем же голосом она сообщала об успешном зачислении Невидивы в Я-команду. Некоторым и правда суждено быть героями, хоть в нелепом трико и с суперсилами, хоть без них. Откинувшись на подушку, Невидива устало вздохнула — она сбилась со счёта, в который раз. Не то чтобы она здесь перетруждалась, скорее уж наоборот, маялась от безделья, пока её товарищи активно помогали в восстановлении города. Поначалу она была только рада этому «заслуженному отдыху», но чем дальше, тем больше это напоминало задержание в КПЗ. Капельницы не делали ситуацию лучше. Она ненавидела чёртовы капельницы. За дверью палаты то и дело слышались шаги, невнятные голоса и гулкое перекатывание кушеток. Невидива почти не вслушивалась в этот белый шум больницы — однако отчётливый стук в дверь моментально заставил её оторваться от окна. — Э-э, не заперто, — отозвалась она с лёгким недоумением. К ней никто не стучался, ни врачи, ни тем более редкие посетители — вчера вечером участники Я-команды ввалились к ней в палату безо всякого приглашения и наверняка игнорируя просьбы персонала не беспокоить пострадавшую. А этот стук… что-то новенькое. Первым делом Невидива подумала о Роберте, однако тут же вспомнила, что до конца смены ещё далеко, так что он сидит на рабочем месте и слушает болтовню своих подопечных в радиоэфире, не забывая отправлять их на вызовы, разгребать которые после учинённых «Красным Кольцом» разрушений СДС едва успевала. Тем неожиданнее было увидеть в приоткрывшемся дверном проёме знакомую больше-не-светлую голову Блонди Блейзер — вернее, Мэнди, потому что супергеройское прозвище отошло от неё Чейзу вместе с амулетом. — Привет, — та улыбнулась, проходя в палату. Невидива сразу заприметила у неё в руках пакет, нагруженный чем-то весомым. — А, привет, — кивнула, словно давно дожидалась её визита. И всё же уточнила: — Разве ты не рулишь нашим филиалом? Что, начальству корпоративные уставы не помеха, можно и улизнуть посреди дня? Чёрт, тоже хочу в большие шишки тогда. — Я взяла… паузу на пару дней, — подойдя к её койке, Мэнди опустилась на табуретку рядом. Нервно усмехнулась: — Вернее, меня вынудили взять паузу, раз уж без суперсил от меня пока не слишком много толку. Но не переживай, я всё ещё веду программу «Феникс», — заверила она. — Правда, теперь исключительно из офиса. — Да уж, после всех этих геройств и спасений стать простым офисным планктоном — то ещё испытание, — фыркнула в ответ Невидива. Затем, помедлив, добавила: — Хоть не выгнали насовсем… Опыт подсказывал, что проще выйти один на один с бандой преступников, чем переубедить босса, который вознамерился тебя уволить. Самой Невидиве лишь чудом удалось избежать этого — дважды, — однако она прекрасно помнила отчаяние Сонара, который после сокращения пустился во все тяжкие. Да даже здоровяку Феномачо пришлось несладко, когда центральный филиал избавился от него, хоть главная причина его депрессии и сидела сейчас подле неё, ища что-то в принесённом пакете. — Вот, это для тебя, — Мэнди вынула большое, крепкое яблоко и протянула Невидиве. — Есть ещё мандарины, груши, дольки манго… засушенные, но всё остальное свежее. — От своего бывшего дурацких манер понахваталась? — прячась за стеной едкого сарказма, та покосилась на фрукты без особого энтузиазма. — Лучше б пиццу подогнала. Местная еда убьёт меня вернее, чем Полог. — Перестань, — из того же пакета Мэнди достала складной нож и принялась чистить яблоко от кожуры, тщательно снимая лишь тонкий слой. — Это полезно для твоего здоровья. Быстрее встанешь на ноги, быстрее выпишешься… — …быстрее вернусь к работе, — закончила за неё Невидива. — Это тоже, — неловкость от того, что её так легко прочитать, она попыталась скрыть за очередной улыбкой, чуть более натянутой, чем все прочие. — Вернёшься к работе, и мне не нужно будет ездить в больницу, чтобы проведать, как ты. — Да что мне сделается, — Невидива закатила глаза, отворачиваясь от неё. Не потому, что её так уж тяготила забота Мэнди. Скорее уж наоборот… и из-за этого она чувствовала себя ещё более слабой — хуже, чем после настоящей пули навылет. С языка сорвалось невольное: — Какое тебе вообще до этого дело… Какое дело ей, блистательной экс-Блонди Блейзер, до девчонки, которая ещё пару недель назад с удовольствием нарушила бы пару-тройку законов и без зазрения совести грабанула бы пончиковую, в которую её больше не пускали за дебоши и непристойное поведение? Тихое шуршание стихло, снятая кожица повисла с ножа длинным ошмётком. — Мне всегда было дело, — так же негромко ответила Мэнди. — Иначе я не вела бы программу «Феникс». Иначе не подписала бы тебя на неё, Кортни. Прости, если раньше этого не было видно. Я была слишком занята… всяким. — Всякой героической хернёй? — усмехнулась Невидива. И вслед за этим услышала ответное хмыканье: — Да, героической хернёй… типа того. Ещё полминуты молчания — и вот ей под нос уже подсунули чищенную дольку. Стрельнув взглядом на Мэнди, Невидива ощутила, что её внутренние щиты, некогда колючие и неприступные — но в последние дни под влиянием Роберта и остальной команды значительно прохудившиеся, — рушатся окончательно. И из-за чего? Из-за всё той же долбанной улыбки и чёртвой мягкой теплоты во взгляде напротив. — Ты всё равно не можешь перестать ей заниматься, да? — Невидива куснула предложенное яблоко со звонким хрустом, а затем забрала и то, что осталось. — От старых привычек сложно избавляться, — словно извиняясь, пожала плечами Мэнди. И вдруг подмигнула: — Сама же знаешь. Это требует времени. И поддержки. — О, я могу поддержать, если хочешь, — не прожевав до конца, прыснула Невидива. — Научу тебя быть дрянной девчонкой, чтобы ты не закисла у себя в кабинете. Как меня выпустят отсюда, так и начнём. — Значит, тебе лучше бы съесть это всё, чтобы быстрее пойти на поправку, — пакет с фруктами опустился ей на колени. Округлив глаза, Невидива с изумлением уставилась на Мэнди, которая выглядела так, будто выиграла партию в покер. — Эй, нечестно! Я не соглашалась… ай, чёрт с тобой! — сдалась она и, догрызая яблоко, вынула первое, что придётся — попалась мандаринка. Быстро расправилась с кожурой — мелкая моторика правой руки всё ещё оставляла желать лучшего, но это не повод ударить в грязь лицом перед Блонди Блейзер, — и, разделив пополам, вернула часть со словами: — Ты сама хоть обедала, героиня? — Вообще да, — несмотря на ответ, Мэнди приняла угощение. — Спасибо, — и снова её улыбка была за гранью того, что Невидива могла выносить, не отводя от неё взгляд. — Знаешь, я каждый раз чувствую такое облегчение, видя, что программа «Феникс» работает, хоть мало кто в неё верил. Даже в таких мелочах. — Меня вечно заносит в дурные компании, — не смогла удержаться от ещё одной ехидной шутки Невидива. Впрочем, Мэнди не выглядела хоть сколько-нибудь обиженной, вместе с ней отправляя в рот одну за другой мандариновые дольки.