Падение духа

Через день мы решили повторить нашу экспедицию. За это время мы успели еще поизучать травы, а именно их взаимодействие друг с другом. Пару полезных связок мы нашли, конечно, но травы мало чего добавляли к изначальным свойствам друг друга. Запасшись всем необходимым, мы отправились вновь в Италию. С одобрения духа я решила взять с собой пару ножей, лишним точно не будет. Добравшись до храма, мы сначала обошли все окрестности, убедившись, что снаружи точно никого нет и в случае чего никто не помешает нам покинуть здание. Бесеныш перед входом повесил на шею импровизированную веревочку, на которой был закреплен мешочек с вербеной: мы надеялись, что если внутри будет недоброжелатель, дух заранее сможет учуять его своим обостренным обонянием. Прошли несколько шагов внутри, зашли в ту комнату, где на нас напали. Там все еще оставались следы потасовки, никто ничего не убрал. Вероятно, это не штаб ордена, но он должен находиться где-то рядом. Мы тщательно осмотрели каждый уголок комнаты в поисках какой-либо зацепки, однако ничего не нашли. Также исследовали и следующее помещение – ничего. Мы прошли по длинному коридору и заглянули еще в одну комнату. Я начала понемногу расслабляться, так как мы продвинулись намного дальше, чем в прошлый раз, однако вовремя одернула себя: опасности могут поджидать везде и в любой момент, стоит быть начеку. Дух до этого предупредил, что ощущает аконит везде, по всему храму. Быстро переместиться мы не сможем в случае чего, а выискивать везде вредную траву времени особо не было, как и желания. Мы оба верили, что в случае чего сможем защититься своими силами. Когда мы завернули в пятую по счету комнату, дух резко схватил меня за руку и замер. – Кто-то есть. Не уверен, что именно в здесь, возможно, в целом в здании, – он сказал это полушепотом, оглядываясь. – Ты бы заметил это раньше. Он или они только что пришли, думаю. – Они, – черт, их еще и несколько, – уходим. Он резко потянул меня в сторону выхода, однако тут нам преградили дорогу. Шесть человек: трое перед выходом, а трое позади нас. Все выглядели точь-в-точь как наш нападавший в прошлый раз. Та же одежда, те же клинки, те же позы, готовые к нападению. Мы потревожили либо какую-то кровожадную и негостеприимную секту, либо орден нам не очень рад. Хотя это, думаю, еще мягко сказано. Во мне тут же начала подниматься паника, руки похолодели и начали потрясываться, пока я тянулась к одному из своих ножей. Я понятия не имела, как пользоваться им в целях самообороны, однако надеялась, что смогу нанести хотя бы царапину прежде, чем меня порешают. «Успокойся. Пока ничего не случилось, а если не придешь в себя, то ничего хорошего и не будет», – дух пытался меня вернуть на землю, отрезвить мысли. Я и сама понимала, что он прав, однако это легко сказать. Я сделала несколько глубоких вздохов, которые мне помогли, а мой мужчина тем временем потянулся за своим ножом. Он противился, когда я заставила его взять с собой, ведь духам запрещено убивать. Я апеллировала тем, что убивать ему необязательно. Это просто средство самозащиты. Мужчины, обступившие нас, дернулись при движении духа. Значит, видят его. Он усмехнулся. – Что вам нужно от на.. – не успел он закончить, как трое из них кинулись на нас, занеся клинки. Я выставила вперед свой нож, зажмурившись на пару секунд от страха. Открыв их, увидела, что дух одного из них уже обезвредил, тот валялся с неглубокой раной в ноге, со вторым они в это время боролись. А третий глядел на меня, медленно приближаясь. Трое позади следили за происходящим, готовые в любой момент помочь своей группе. Дух мысленно велел мне бежать, однако это было невозможно, и мы оба прекрасно это понимали. Нам не уйти, пока все убийцы не будут обезврежены. Когда мужчина, не спускающий с меня свой взгляд, стал приближаться, я начала размахивать своим ножом, что заставило его остановиться на пару секунд. Затем он одним движением перехватил мою руку и выбил из нее нож. Я вскрикнула, чем заставила духа обернуться ко мне. В это время он сражался уже с двумя, позади стояло двое. – Не отвлекайся на меня, я справлюсь! – крикнула ему. Если уж с ним что-то сделают, то мне точно живой не выбраться. Успела заметить кивок духа и остатки травы, которую он растер в руках – цветки одуванчика. Хоть сила его подросла, однако и нападавшие ему не уступали. Один из стоявших позади нас тоже заметил это, поэтому подобрался чуть ближе к Бесенышу, готовый в любой момент наброситься на него. Черт, какая же я беспомощная! Пока мужчина разбирается с двумя как минимум, успев одного до этого обезвредить, я не могу справиться даже с одним. Если выберусь отсюда живой, то сразу же запишусь на какие-нибудь боевые искусства. Мужчина, что выбил у меня нож, схватил меня, выкрутив, со спины. Я видела, как поднимается его клинок, чтобы рассечь мое горло. Вдруг секунды показались мне долгими минутами, может, даже часами. Все как будто замедлилось. Так человек видит мир за миг до смерти? Не успела я подумать об этом, как мое тело заработало само: я ударила мужчину острой пяткой ботинка немного ниже колена, отчего он выпустил меня и взвыл. С какой-то непонятной скоростью успела выхватить у него клинок, направила на него и оттолкнулась от земли в надежде пронзить его. Довести задуманное до конца мне не удалось – я почувствовала резкую боль в боку. Опустив взгляд, увидела, как оттуда торчит нож. Последний из нападающих не дал своему собрату погибнуть от моих рук. Так и приходит конец? Как-то совсем не так, как я ожидала. Неужели на этом все и закончится? А как же родителя без меня? Нина? Дух, в конце концов? Я же не могу их просто так оставить… Под эти мысли я начала медленно оседать на пол, обратив свой взгляд на духа. Единственного мужчину, который мог вызвать во мне самые противоречивые мысли. Предсмертный это бред или нет – уже неважно. Ничего больше не важно. Перед тем, как мои глаза совсем закрылись, успела увидеть духа, который, заметив меня и нож во мне, рассвирепел. Разом откинул всех, затем начал подходить к каждому, пока те пытались прийти в себя от ударов об стены. Первого он добил ручкой ножа в голову, а что было с остальными, я уже не знаю. Проснулась от каких-то странных звуков. Неужели опять соседи сверху шумят? Я уже не один раз ходила к ним с претензиями, да и не я одна. Если не продолжат, придется опять идти. Но это потом, сейчас попытаюсь уснуть дальше. Я попробовала перевернуться на бок, чтобы занять более удобное для сна положение, как этот самый бок пронзила резкая боль. Я вскрикнула, распахнув глаза и моментально полностью проснувшись. Чуть-чуть приподнялась, чтобы оглядеть источник боли, получив еще неприятных ощущений. Тааак, а почему бок забинтован? И пятна крови видны… Что, черт возьми, произошло? Попыталась восстановить в памяти последние события. По мере того, как всплывали воспоминания, впадала в ужас все больше. Теперь картина полностью ясна: на нас напали, меня ранили, но мне удалось выжить, духу, судя по всему, тоже. Иначе кто бы мог перенести меня домой и позаботиться о ране? Нож, похоже, вошел не очень глубоко, это я словила панику и приготовилась к смерти. Я попробовала дотянуться до телефона, что лежал на прикроватной тумбочке, однако усиливающаяся при моих движениях боль мешала. Раз на четвертый, стиснув зубы, я почти смогла, однако гаджет резко исчез и так же резко появился в моих руках. С недоумением в глазах я заметила духа, стоявшего в дверном проходе. И долго он там смотрел на мои жалкие попытки? – Недолго. Могла бы позвать, раз уж пришла в себя, – скрещенные руки – классика, а вот встревоженное выражение лица – это что-то новое для него. – Опять мысли читаешь? – на самом деле я была безмерно рада тому, что с ним все в порядке, однако не буду же я ему сразу об этом говорить? – Читаю, и что ты сделаешь? Еще пару раз скорчишь свое личико в попытке дотянуться до чего-нибудь, чем можно в меня швырнуть? – я так понимаю, без подкалываний он вообще никак не может жить? Иначе как еще объяснить его любовь к ним? – Во-первых, если ты, наглый бес, сейчас же не подойдешь ко мне, то я начну ментальную атаку. А то давно я не видела у тебя гримасу боли. – А вот это уже серьезные угрозы, – оттолкнувшись плечом от косяка, на который он упирался, он подошел ко мне и сел рядом, – и что же дальше? У меня хватило сил, чтобы еще немного приподняться и обнять его. – Я рада, что с тобой все хорошо. И спасибо, что спас, – я не могла в полной мере выразить свою радость и благодарность, поэтому попыталась сделать это таким образом. Дух, помявшись несколько секунд, обнял меня в ответ. Это было так непривычно и приятно одновременно, было видно, что и для него это новый опыт и он пытается разобраться в своих ощущениях. – Мята и лаванда. – Что? – его слова вырвали меня из грез, напомнив, что пора бы прекращать обнимать мужчину, которому это могло и не нравиться. Он отсел чуть дальше. – Я только сейчас понял, чем ты пахнешь. Мята и лаванда, – несмотря на свои слова, выглядел он очень серьезным и задумчивым. – Оу. Я никогда не задумывалась об этом, – я по непонятной причине ощущала нарастающее чувство неловкости. Дух, проигнорировав мои слова, спустя минуту резко тряхнул головой, будто спроваживая причину своей задумчивости. На его лице появилась привычная для меня улыбка. – Так, «во-первых» уже было, я так понял. А во-вторых? То, как резко он поменял тему, избавило меня от неловкости. – А во-вторых, можно мне воды? Помру сейчас от обезвоживания. А ты как раз расскажешь обо всем, что произошло после того, как я отключилась. – Сию минуту, миледи, – дух удалился на кухню. Миледи? Он сказал это осознанно или нет? Было неожиданно и приятно одновременно. Он принес мне воды и уселся рядом, подождал, пока я перестану жадно глотать живительную влагу, и принялся вводить меня в курс дела. – Да чего рассказывать-то? Увидел, что тебя ранили, разум сразу же заволокло, отрывками все помню. Я всех обезвредил, подхватил тебя на руки и побежал наружу, чтобы телепортироваться. Перенес тебя сюда, залатал. А дальше ты сама все знаешь. – А те, кто нападал, они.. ну.., – я пыталась подобрать нужные слова, однако мужчина и сам все прекрасно понял, не дав мне закончить. – Все живы. Как минимум, должны быть. Знали бы они, чего мне это стоило, – он сжал кулаки, а взгляд его ожесточился. Это из-за меня такая реакция? Прямо цепной пес. – А сколько я провалялась? – Чуть меньше суток. Сейчас полдень, – мои слова отвлекли его, он вернул свою беззаботность и легкую улыбку. Черт, долговато, однако. Мы побеседовали еще какое-то время, я уточняла у него разные детали, а он испытывал облегчение от того, что его подопечный в здравии. Он заявил, что останется присматривать за мной, пока я полностью не окрепну. Я пыталась протестовать, мол, уже не маленькая и сама могу о себе позаботиться, однако он и слушать не стал. Возможно, он считал, что в случившемся есть и его вина? В любом случае, в глубине души я была рада его желанию остаться со мной. Попыталась представить духа в образе заботливой няньки, отчего тут же рассмеялась. Когда он посмотрел на меня с недоумением, то мысленно отправила ему картинку, где он стоял у плиты в фартуке и чепчике, тщательно помешивая бурливший отвар. Мужчина насупился и пробубнил что-то. На такое я бы явно посмотрела. Как хорошо, что я переделала всю свою работу наперед, единственное, что мне оставалось из дел – это периодически звонить родителям и делать вид, что у меня вовсе нет дырки в боку. Да и Нине бы тоже хотелось позвонить, а то давно не общались. Как она там вообще? Как полностью встану на ноги, так приглашу ее к себе. Прошло пару дней. Вполне обычных. Дух выгуливал меня на балконе, я научила его играть в картишки. Было забавно наблюдать, как он бесился, когда оставался в дураках. Мы пытались несколько раз обсудить наши дальнейшие вылазки, однако ни к чему не пришли. Нам нужно лучше подготовиться, намного лучше. Большое количество противников не должно быть нам помехой, мы должны быть хозяевами ситуации. Вот только как сделать это – пока вопрос. Дух в один из дней изъявил инициативу научить меня рукопашному бою, а далее состоялся следующий диалог. – Кто учить-то будет? Ты? – на самом деле идея хорошая, ибо прошлая наша вылазка показала, что я абсолютно бесполезна, даже постоять за себя не могу. Да и если бы основы хотя бы знала, то той ситуации с Артемом после ресторана на празднике можно было бы избежать. – Я. У тебя еще какие-то варианты? – не поверю, что это чудо знает боевые искусства. Я выгнула бровь, ожидая последующее «шучу» или что-то вроде того. Хоть кто-то не был уверен в том, что он сейчас устало вздохнет и закатит глаза? Зря, ведь именно это он и сделал. Забавно, я успела выучить все его повадки. – Мой подопечный до тебя занимался боксом и не только. Мне нравилось наблюдать за его боями и тренировками. Иногда я вставал прямо напротив него, когда он тренировался, и пытался повторить движения. Что-то да умею. Я согласилась, и мы стали отрабатывать движения. Поначалу легкие, так как моя травма не позволяла сильно напрягаться. Мужчина заставлял из раза в раз повторять одни и те же движения, что иногда начинало надоедать. Мне уже становилось полегче, и я пыталась помогать духу хотя бы с базовыми делами, однако он не позволял мне, сразу гнал обратно в постель. И как ему объяснить, что этот постельный режим мне уже осточертел? Я хотела быть полезной, а мне активно препятствовали… Через пару дней активных препираний мне все же разрешили помогать с готовкой. Я чувствовала себя ребенком, которому мама наконец разрешила приготовить себе обед самостоятельно. Да и, честно признаться, с духом кашеварить было довольно весело. Он очень тщательно следил за граммовками, едва ли не взвешивая даже соль или сахар. Я верила, что это из-за того, что он просто боится сделать невкусно, а не потому что он настолько дотошный. В один из таких дней после того, как мы завершили тренировку и поужинали, я неожиданно поняла, что мне хочется расслабиться. А именно – бутылочку вина. Ну очень уж сильно захотелось! Подумала, как можно намекнуть об этом Бесенышу, но так ничего и не придумала. Пришлось говорить прямо. Он сначала скорчил недовольную рожицу, но после того, как я его убедила в том, что отлично себя чувствую и на мое состояние пара бокалов вина не повлияет, он все же согласился. Я протянула ему свой кошелек, ведь я-то уж точно в магазин не пойду. Не дойду, скорее всего, потому что слягу от усталости. Он скептически оглядел меня. – И на что мне твои цветные бумажки? – кошелек все еще оставался в моей руке. – Я не хочу, чтобы ты снова что-то крал. Это неправильно. – А ничего, что отдать я их никому не смогу? Ты же помнишь, что люди меня не видят? – он ухмыльнулся, а я метнула в него злобный взгляд. Все я прекрасно помню! – А я и не говорила, что тебе их нужно кому-то отдать. Положи на место взятого вина, либо же вложи в кассу, когда будет возможность при расчете какого-либо клиента. Ты, кажется, упоминал, что люди не видят твоего прямого воздействия, у них это будто слепое пятно. – Верно. Рад, что ты запоминаешь мои особенности. Непонятно ведь, сколько еще нам друг с другом мучиться. Может пригодиться. – А ты как будто прям сильно мучаешься со мной, – буркнула себе под нос, но так, чтобы он услышал. Кошелек пропал из моих рук, а за секунду до давно ставшего привычным покалывания в голове услышала «Нет, мне нравится». И как это понимать?