🥊🥊🥊
25 декабря 2025 г., 09:42
Вот уже больше часа Прем неотрывно залипал в своём айпаде, просматривая одно видео за другим. Это были записи их интервью с Буном, в которые он тщательно вслушивался. Особенно в то, что говорил его старший. На некоторых моментах он останавливался и что-то молча обдумывал. Затем снова нажимал на кнопку PLAY. Со стороны могло показаться, что Прем оглядывался назад и анализировал их совместную работу. Отчасти это было правдой. Он действительно анализировал, только не совместную и тем более не работу. Всё, что он делал, так это слушал то, что говорил Бун. Его слова были важны как никогда. Особенно сейчас, когда Прем наконец-то понял, что чувствует.
Сниматься вместе с Буном в первом сериале было большой удачей. Его поставили в пару с самым красивым парнем, да еще и с таким талантливым. Для Према Ноппанат казался очень опытным, ведь для того этот сериал был уже не первым. Он с восхищением смотрел на своего напарника, ведь по тому, что тот рассказал, было понятно: Бун не только имел все выше перечисленные достоинства, но и еще очень твёрдый характер. Ему много раз отказывали, динамили, а однажды даже не заплатили за проделанную работу. Но Бун не сдавался и упорно шёл к своей главной цели — стать известным.
Чем ближе они общались, тем сильнее Прем восхищался им. Ко всему прочему, Бун был еще и очень заботлив. Сам не понимая, как это произошло, но Варут постепенно привык к нему настолько, что начал скучать, если они не виделись больше пары дней. Встречи по работе, да и вне её, стали приятным ожиданием и вызывали улыбку радости. Тогда ему казалось, что Ноппанат для него словно старший брат. Но чем дольше они работали вместе, тем всё яснее проявлялось трепетное чувство, а сердце до боли сжималось, если он видел Буна с кем-то ещё.
Тогда его накрывала ревность, грусть и раздражение. Сначала он не понимал, что происходит. Но после той самой сцены, в которой им потребовалось поцеловаться в губы, Прем окончательно утонул в собственных ощущениях. Это была любовь. Теперь он мог с точностью об этом сказать, но только самому себе. Сообщить вот так просто об этом Буну он определённо не мог. А что, если тот не чувствует то же самое? Что тогда? Смогут ли они работать вместе после столь откровенного признания? Варут был уверен, что нет.
Чувствовал ли что-то к нему Бун? Этого он тоже не знал. Тот был заботлив и нежен. Внимателен к деталям. Но, возможно, это была лишь банальная вежливость и добрый характер. Прем погрузился в собственные переживания настолько, что потерял концентрацию. Его мучила бессонница, а это мешало работе. В отчаянной попытке понять, есть ли у Нопанната к нему хоть какие-то другие чувства, кроме простой дружбы, Прем попытался проанализировать то, что Бун когда-либо говорил о нем. Будь то интервью или передача, где тот всегда кидал двусмысленные намёки, Прем внимательно вслушивался и пытался понять. Варута затянуло в пучину бесконечных слов и высказываний партнера.
Вот и сейчас он снова и снова проматывал видео в надежде понять, что значит та или иная интонация. Кажется, он даже старался не моргать, отчего глаза выглядели уставшими. Почувствовав сухость и небольшое жжение, Прем остановил видео, нажав на паузу, и устало потёр их пальцами. Раздавшийся издалека знакомый голос менеджера заставил его убрать руки от лица и посмотреть в сторону зашедшего в комнату мужчины.
— Снова залипаешь в играх? — мужчина быстро оказался рядом и заглянул в айпад, но вместо привычных игр увидел остановленное интервью. Лицо Буна было почти на весь экран.
— Нет. Просматриваю старое интервью, — отмахнулся Прем.
— Зачем тебе это? Вы прекрасно отработали. Все думают, что у вас отличная химия. Беспокоиться не о чем, ваш шип отлично продаётся, — безразлично кинул его менеджер.
— Химия? Ты так считаешь? — неуверенно спросил Прем. — Бун прекрасный актёр, я знаю.
— Что тебя беспокоит, Прем? Ты можешь мне сказать. Я ведь твой менеджер. Я смогу помочь, если что-то серьёзное, — нахмурился мужчина.
— Ничего, Пи. Просто... Кажется...
— Прем, — внезапно мужчина присел рядом и посмотрел тому прямо в глаза. — Говори сейчас же. Или мне позвонить Буну? Он то точно сможет заставить тебя говорить.
— Нет! — напрягся Прем. — Не надо ему звонить.
— Тогда в чем дело? Я обещаю, что помогу тебе, что бы ни случилось.
Прем поднял взгляд на Пи, полный неуверенности. Ему было необходимо выговориться, рассказать кому-то о своих переживаниях, иначе его голова действительно могла просто взорваться от потока мыслей. Он сделал глубокий вдох и посмотрел на мужчину.
— Я влюблён в Буна. Но я не уверен, что он чувствует то же самое.
— Что? — удивление на лице Пи было неподдельным. — Ты любишь его? Ты ему признался?
— Нет. Как я могу? Мы же работаем вместе, — виновато опустил голову Прем.
— Вот именно. Ты не должен ему говорить. Ваш шип не может разбиться сейчас, когда вы так популярны.
— Ты считаешь, у меня нет шансов? Но то, что я вижу... То, как он ведёт себя со мной...
— Постой! Не торопись. Ты собираешься ему признаться?
— Нет. Пока нет. Я не знаю, — запнулся Прем и нервно выдохнул. — Помоги мне, Пи. Ты можешь узнать у Буна, что он ко мне чувствует? Узнай, что я должен сделать, чтобы он полюбил меня?
— Но я... — внезапно менеджер замолчал, что-то обдумывая про себя. Затем он хитро улыбнулся. — Хорошо. Я помогу тебе. Но сначала мне нужно поговорить с Буном.
— Спасибо тебе, Пи! — обрадовался Прем, и мягкая улыбка проскользнула на его измученном мыслями лице.
— Тогда пообещай мне, что ты будешь меня во всём слушаться и прекратишь изводить себя. Это всё влияет на твою работоспособность. От этого страдаешь не только ты, но и все, кто с тобой работают, — сделал акцент на последней фразе менеджер.
— Конечно, Пи. Я обещаю. Я сделаю всё, что ты скажешь.
С того дня прошло совсем немного времени, буквально три или четыре дня. Прем, как и обещал, наладил свой сон и постарался не изводить себя мыслями понапрасну. Но почти каждый день вопросительно смотрел на своего менеджера в надежде на то, что тот что-то узнал у Буна.
Наконец-то на пятый день Пи заявился с загадочной улыбкой и заговорческим лицом, заставляя сердце Варута стучать нервной дробью.
Как только тот сообщил о том, что им надо поговорить о Буне, Прем сорвался к нему домой тотчас же.
— Привет, Пи! Ты что-то узнал? — нервно протараторил он. — Пожалуйста, расскажи мне всё.
— Привет! Для начала успокойся и сядь, — хитро сказал менеджер. — Я поговорил с Буном и кое-что узнал.
— Не тяни, Пи, умоляю. Что мне нужно сделать?
— Тебе необходимо похудеть, — внезапно выдал Пи.
— Что? Зачем? — непонимающе уставился на него Варут.
— Если хочешь понравиться Буну, ты должен перестать столько есть и срочно похудеть. Потому что ему нравятся стройные худощавые парни. Те самые, с модельной внешностью и торчащими косточками. Ты достаточно пухлый для него.
— Но, Пи, Бун всегда умиляется тому, с каким аппетитом я ем. Сам не раз покупал мне снэки и смотрел, с каким удовольствием я их поглощаю. Если бы ему не нравились мои пухлые щеки, он сказал бы мне прямо.
— Бун очень вежливый. Ты сам прекрасно это знаешь. Именно поэтому он ничего тебе не говорит. Он воспринимает тебя как младшего брата, вот и покупает еду. Но если ты хочешь, чтобы он посмотрел на тебя иначе, тебе необходимо экстренно сбросить вес.
— Ты уверен, Пи?
— Тебе ли не знать о вкусах Буна? Ты просмотрел все его интервью и то, что он говорит. Должен был заметить то, как он нервничает, когда говорит о том, что прибавил в весе. Хватает себя за скулы, каждый раз недовольно ноет, что ему стоит сбросить. А эти его постоянные видео на беговой дорожке? Думаешь, это просто так? Он постоянно намекает тебе, а ты не замечаешь в упор.
— Боже, Пи. Точно. Как же я раньше...
— Хочешь добиться внимания Буна? Начинай худеть, — перебил его менеджер. — Это и тебе самому пойдёт на пользу. Вот увидишь, знаменитые бренды сразу же захотят с тобой работать. Ты должен пойти в минус, чтобы быть в плюсе.
После этого разговора Прем тем же вечером принял решение срочно похудеть. Если только это мешало им, чтобы быть вместе, то он был готов изнурять себя любыми диетами. Он так же записался в спортзал и начал интенсивно тренироваться. Личный тренер, с которым он первое время занимался, говорил ему о том, что он должен хорошо питаться, ведь организм теряет достаточно много каллорий при физических нагрузках. И если он хочет красивые мышцы, то ему необходимо набрать массу. Однако Прем вовсе не слушал его. Главной целью было как можно быстрее сбросить вес и стать худым.
***
Гулкий звук передвигаемых железных гантелей отзывался в пустом тренажерном зале эхом в голове. Все уже давно разошлись, но Прем всё ещё оставался там. Как обычно. Воздух в помещении был тяжелым, душным и пропитанным потом, как и его собственное тело. Плечи изнуряюще болели, руки слегка дрожали, а дыхание было сбивчивым, отчего он хватал каждый глоток кислорода с усилием. Тем не менее он поднимал гантель снова и снова, как будто это могло помочь ему стать более уверенным в себе и стереть те чувства, которые сейчас буквально душили изнутри. Мышцы горели, бедра буквально жгло, как в огне, а запястья уже были красными от пота и трения. Кажется, он уже давно дошел до крайней точки своих возможностей. Каждое движение ощущалось тяжелее предыдущего, как будто собственная неуверенность давила тяжелым грузом на спину. Но Прем не хотел останавливаться. Сейчас он точно не мог остановиться. «Еще немного», — шептал он про себя и сжимал гантель еще сильнее. «Еще немного, и я буду на шаг ближе к нему». Закрыв глаза, Варут представил себе Буна. Его приятный смех, теплый спокойный взгляд и то, как он иногда слегка похлопывал его по плечу, когда они были вместе на съёмочной площадке. Мысль о том, что Бун посмотрит на него не только как на младшего, стало его самой большой мотивацией. Когда он, наконец, сдался и с трудом опустил гантель, его тело буквально сползло на скамью, падая, словно тряпичная кукла. Грудь резко вздымалась и опускалась. Пот стекал по вискам и шее, а во рту отчётливо ощущался металлический привкус. Он чувствовал, как вены пульсируют, отдавая неприятным жжением на кончиках собственных пальцев. На мгновение Прем прикрыл глаза. Просто хотелось отдышаться. Хотя бы минутку... Но потом он уверенно потянулся за мобильным телефоном. Прем не был уверен, для чего. Может быть, чтобы немного отвлечься. А может быть, чтобы убедиться, что все его усилия не напрасны. Открыв Инстаграм, он обнаружил просто шквал комментариев, оставленных под их совместной фотографией с последних съемок. Сначала на его лице какое-то время сияла мягкая улыбка. Люди писали об их невероятной химии. О том, как хорошо они смотрятся вместе. Но потом его взгляд упал на один конкретный комментарий. «Бун идеален, но Прем рядом с ним выглядит как толстый братишка, который случайно оказался рядом. Не понимаю, почему именно он его парный актер в BL». Его желудок неприятно сжался, награждая каким-то резким спазмом. Пальцы словно застыли на экране. Затем он заметил еще один комментарий и еще один. «Рядом с Буном Прем выглядит смешно. Просто недоразумение, а не партнер». «Он некрасивый. Слишком пухлый. Слишком обычный». Прем почувствовал, как у него защипало в глазах, а горло сковало непонятной тяжестью, от которой теперь стало сложнее дышать. Как будто все эти высказывания слились в одну единственную отравляющую фразу: «Ты недостаточно хорош». Он взглянул в зеркало тренажерного зала. На свое измученное, покрытое потом тело, на красные следы на руках, на слегка дрожащие ноги. «Они правы. Я недостаточно хорош для него. Пока. Я должен похудеть, чтобы быть лучше для Буна. Как его коллега, так и, возможно, как его будущий партнер. Я не хочу, чтобы он смотрел на меня лишь как на толстого братишку», — эта мысль так ясно промелькнула в его голове, что он непроизвольно стиснул зубы. Варут медленно снял толстовку и выпрямился перед зеркалом. Сейчас от образа простого забавного Према, за который его когда-то полюбили поклонники, ничего не осталось. Вместо него теперь стоял парень с поникшим взглядом, слегка впавшими щеками и покрытым потом лбом. Он выглядел сломленным. Только сам себя таковым не считал. Прем лишь отчаянно шептал про себя, словно мантру: «Я знаю, что еще недостаточно хорош. Но я им буду». Варут закрыл приложение, аккуратно положил телефон на скамейку и снова взялся за гантели. Его руки отчаянно дрожали, но он словно не хотел слушать свое тело. В голове звучали лишь голоса, которые словно иглы неприятно пронзали его сердце. Он снова продолжил свою тренировку. Ведь сейчас только это позволяло ему чувствовать, что он хоть как-то контролирует собственную жизнь и точно идёт к своей цели — быть достойным рядом с Буном.***
Съемки шли полным ходом. Яркий свет прожекторов падал на их безупречные после нанесенного макияжа лица. Помощник режиссера суетливо бегал по площадке с рацией, а вокруг царил привычный им рабочий хаос. Но даже среди всех этих голосов и шума Бун замечал лишь одного — Према. Он стоял у зеркала в гримерке, слегка сгорбившись, будто пытался выглядеть меньше и незаметнее. Его глаза были слегка покрасневшими, а темные круги под ними не мог полностью скрыть даже макияж. Когда Бун наблюдал за ним, казалось, что он видит того, кто буквально исчезает на глазах день за днем. Прем всегда сиял. В нем была какая-то особенная нежная аура. То, что притягивало людей с необъяснимой силой. Но сейчас... Сейчас казалось, будто кто-то постепенно гасил этот свет. — Прем? — тихо обратился к нему Бун, подойдя ближе. Тот повернулся к нему с улыбкой. Той самой, от которой таял весь мир. Но на этот раз она была слабой, неуверенной, а в глазах больше не было искры. — Ты в порядке? — спросил Бун, немного наклонив голову, чтобы лучше рассмотреть его лицо. Он привык к тому, что Прем обычно отвечал на вопросы быстро и с энтузиазмом, но сейчас тот словно тянул время, будто ему нужно было собрать силы, чтобы всё-таки ответить. — Конечно, — наконец-то ответил он и улыбнулся, но выглядело это чертовски неубедительно. Когда они стояли вплотную друг к другу во время репетиции очередной сцены, Бун внезапно заметил, насколько сильно Прем казался теперь худым. Даже футболка, казалось, сидела на нём как-то иначе. Скулы стали более острыми, руки более костлявыми. Буну всегда нравилось то, как выглядел Прем раньше. Его мягкие щеки, смех, то, каким искренним тот был. Теперь перед ним стоял всё тот же человек, но сейчас он был абсолютно другим. То, что он в нём так любил, бесследно исчезло. После съемок они обычно ходили всей съемочной группой вместе ужинать. Раньше Прем был одним из первых, кто предлагал поесть чего-нибудь сытного и зажаренного до вкусной корочки. А на десерт они заказывали мороженое, которое ели по дороге домой. Но сегодня, когда Бун в очередной раз мягко похлопал того по спине и с улыбкой предложил поесть чего-нибудь вкусненького, Прем лишь отрицательно покачал головой. — Нет, спасибо. Я не голоден, — тихо ответил он и поспешил отвернуться. Бун на мгновение удивленно замер. Не голоден? Прем? Тот самый Прем, который когда-то рассмешил всю съемочную группу, заказав три порции лапши только для себя? Он непонимающе смотрел, как Варут спокойно удаляется по коридору в свою гримёрку. Его спина казалась ужасающе худой, походка более медленной. Что-то определенно происходило, и Бун чувствовал, как в воздухе нарастает какое-то напряжение. Пальцы в карманах куртки непроизвольно сжались в кулаки. Голова продолжала заполняться не очень приятными мыслями. Прем был красив, как, впрочем, и всегда. Возможно, сейчас даже больше, чем обычно, ведь его лицо теперь казалось таким хрупким и нежным. Но в глубине души именно это Буну не нравилось. Его пугала мысль о том, что Прем буквально исчезает на глазах, пока все вокруг веселятся и аплодируют тому, как тот похудел и сейчас выглядит прекрасно. Прем сидел на скамейке в своей гримёрке, устало прислонившись головой к стене. В свете ламп он выглядел еще бледнее, чем обычно. Дверь тихонько приоткрылась. — Прем? — раздался знакомый голос. Бун вошел в небольшое помещение с маленьким пакетом в руке. — Я принес тебе кое-что поесть. Знаю, ты говорил, что не голоден. Но, может, сейчас ты уже передумал? Прем поднял глаза. Уставшие и немного пустые. — Нет, я действительно не голоден, — с каким-то трудом пробормотал он. — Но тебе правда нужно что-нибудь поесть, — мягко произнёс Бун и присел рядом с ним. Он открыл небольшую коробку, из которой сразу же повалил приятный аромат теплого риса и курицы с медом. — Хотя бы пару ложек, ладно? Поешь хотя бы ради меня. Прем глубоко вздохнул, как будто набираясь сил. — Бун, я действительно... — Пожалуйста, — перебил его Ноппанат. Его голос звучал тихо, почти умоляюще. — Хотя бы немного. Ты выглядишь уставшим. И мне будет легче, если я буду знать, что ты поел. Наступила тревожная тишина. Прем посмотрел на Буна: на его искренние глаза, на улыбку, которая пыталась выглядеть ободряющей, но скрывала явное беспокойство. Наконец он тихо кивнул. — Хорошо, — почти прошептал он. Бун тут же улыбнулся, насадил на вилку кусочек мяса и победоносно протянул её вперёд. — Открой рот. Давай, мой малыш, — засмеялся он, но его смех звучал как-то неуверенно. Прем не смог удержаться от робкой улыбки и наконец-то сдался. Он открыл рот и позволил себя покормить. Один кусочек, второй, третий. Бун смотрел на него с нежностью, словно на самое хрупкое и нежное создание в мире. — Видишь? Это было не так уж и страшно, — сказал он и промокнул тому уголок рта салфеткой. — Ты все съел. Я правда горжусь тобой. — Спасибо, — кивнул Прем. — Сейчас принесу тебе воды. Я забыл ее у себя в гримёрке, — улыбнулся Бун, спешно выходя из помещения. Как только за ним захлопнулась дверь, Прем резко подскочил с места. Сердце его нервно колотилось в груди. Желудок неприятно сжался, и он едва успел добежать до туалета, где, прислонившись к раковине, устало рухнул на колени у унитаза. Его тошнило снова и снова. С каждым спазмом содержимое выходило, а внутри все сжималось от непонятной боли. Отдышавшись немного, он наконец-то умыл лицо холодной водой, хотя руки его довольно сильно дрожали. «Хорошо что Бун этого не видел», — со страхом подумал он. Но когда он повернулся к двери, тот уже стоял в проёме. В руке он держал бутылку с водой, а в глазах читался необъяснимый ужас. — Прем, — прошептал он. — Ты... болен? Варут замер. Он молчал всего лишь несколько секунд, пытаясь сообразить, что ответить. — Нет, — быстро протараторил он. — Еда... была слишком острая. Кажется, мне не пошло. Ничего страшного. Бун долго рассматривал его, надеясь заметить то, что, как ему казалось, могло ускользнуть от внимания. Где-то внутри он точно чувствовал, что это неправда. Но Прем отчаянно пытался улыбнуться, делая вид, что всё в порядке. И эта улыбка, хрупкая и измученная, разрывала ему сердце. — Хорошо, — прошептал он наконец. — Но... если тебе действительно плохо, скажи мне об этом, ладно? Прем кивнул в ответ, и когда их взгляды встретились, Бун постарался разглядеть в его глазах хоть какой-то намёк на то, что всё действительно будет именно так. Бун настойчиво постучал в дверь кабинета менеджера, пока костюм, в котором он был на мероприятии, всё еще висел на его плече. Он долго думал и сомневался, прежде чем решился прийти, но то, что сегодня произошло в гримёрке, не давало ему покоя. Ведь Прем едва держался на ногах. Темноволосый мужчина поднял глаза, отвлекаясь от телефона. Уголки его рта растянулись в широкой, но какой-то неестественной улыбке. — Бун? Тебе что-то нужно? — Я просто хотел спросить... — Ноппанат переминался с ноги на ногу. — Прем. Мне кажется... он сильно похудел за последнее время. И он выглядит таким уставшим. Что-то случилось? Менеджер же лишь слегка ухмыльнулся, как будто ждал именно этого вопроса. — Нет, ничего не случилось. Прем просто решил поработать над собой. Ты же знаешь, как это бывает в нашей сфере, камера добавляет пару килограммов. Он просто старается лучше выглядеть на экране. — Но он... Он и так хорошо выглядит, — тихо произнёс Бун. — Он всегда хорошо выглядел. Тот посмотрел на него немного задумчиво, но странновато. Слишком спокойно. — Мило, что ты так думаешь. Но знаешь, иногда люди жаждут перемен. Может быть, для себя. Или... ради кого-то еще. У Буна словно сердце остановилось. — Ради кого-то ещё? — непонимающе переспросил он. — Мм, — кивнул мужчина и небрежно отложил телефон. — У Према сейчас много работы. Кто-то явно его вдохновил. И я думаю, что это может быть для него даже полезно. Тебе, наверное, не стоит в это вмешиваться, понимаешь? Вы ведь всего лишь коллеги. Да, между вами есть искра на съемочной площадке, так что радуйся. Это хорошо для твоей карьеры, но дай ему немного пространства. Пусть он обретет свое счастье. Ты, между прочим, тоже имеешь на это право. Бун вдруг виновато опустил глаза. Внезапно то, что он почувствовал, отозвалось странным предчувствием. Ощущением какой-то ненужности. Ему хотелось признаться в том, что Прем значит для него гораздо больше, но язык словно онемел и отказывался двигаться. — Конечно, — выговорил он наконец и заставил себя улыбнуться. — Наверное, ты прав. Менеджер удовлетворенно кивнул и спокойно вернулся к своим делам, подняв телефон со стола. Бун тихо вышел из офиса и непроизвольно остановился в коридоре. Глубоко вздохнул, но воздух внезапно показался ему тяжелым и каким-то спёртым. «Ради кого-то ещё». Эта фраза монотонно звучала в его голове снова и снова, пока не начала прожигать в его сердце дыру.***
Чем дольше Прем думал о словах, сказанных в тот самый день его менеджером, тем больше он находил подтверждение тому, что тот был прав. После того как он за самый короткий срок похудел до такой степени, что кости действительно стали ощутимо торчать почти как у скелета, Бун стал уделять ему больше внимания. Он стал чаще быть рядом, постоянно разглядывал его. Прем был уверен, что теперь стал для Буна гораздо привлекательнее. Пи лишь загадочно улыбался и постоянно твердил, что Ноппанат им заинтересован. На одном из Тв-шоу, на которое их однажды пригласили, Бун даже позволил себе залезть руками под его просторную рубашку. Тогда его ладони блуждали по тонкой талии Према, очерчивая острые изгибы рёбер. Бун слегка грустно произнёс: «Совсем ничего не осталось, одни лишь кости». Только Прем довольно улыбнулся, не замечая разочарования в голосе Ноппаната. Он слышал только то, что хотел слышать. Думал, что это и есть восхищение и похвала. Однако что-то внутри него определённо изменилось. Его аппетит пропал почти полностью. Всё, что он ощущал теперь, так это апатию и слабость. Настроение всё чаще было на нуле. Взгляд выглядел потухшим и нерадостным. Его хвалили за стройность почти в каждом интервью и спрашивали о секрете похудения. В ответ он лишь грустно улыбался, говоря заученными фразами о том, что решил питаться правильно и заниматься спортом. Только Бун постоянно поглядывал настороженно в его сторону, ощущая какую-то недосказанность. Что-то было не так, и ему становилось страшно. Однажды вечером Прем приехал на мероприятие, организованное спонсором, чтобы прорекламировать новые мобильные телефоны. Менеджер привёз его в гримерку, где их уже поджидал Бун. Видеть Ноппаната было единственной радостью, и он улыбнулся. Бун даже обнял его при встрече. Они переоделись, и визажисты сделали им макияж и причёски. — Всё в порядке? — спросил Ноппанат, заглядывая в стеклянные глаза Према. — Ты сегодня позавтракал? — Да, Бун, конечно, — соврал Варут, ведь на самом деле ничего не ел со вчерашнего вечера. Хотя стакан сока, что был выпит с утра, он воспринимал именно как завтрак, поэтому, по сути ведь он вовсе и не врал. Да и аппетита пока так и не было. Всё, о чём он постоянно думал, так это о том, чтобы стать еще привлекательнее. Все вокруг лишь восхищались его стройностью. Кажется, даже хэйтеры больше не писали ничего плохого в сети. Значило ли это, что он действительно был тогда слишком пухлым и толстым? Вероятнее всего, так и есть. Только вот теперь совсем не было сил и настроения. Однако Прем думал, что это временно. Ведь главное — это добиться любви Буна, остальное можно и потерпеть. Взяв себя в руки, он приподнялся со стула и направился на сцену вместе со своим старшим. Чувствовал он себя сегодня неважно, но делал вид, что всё хорошо. Старался улыбаться и исполнять свою работу на все сто. Вспышки камер и постоянные вопросы ведущего — всё смешалось в один непонятный шум. Хотелось поскорее вернуться в гримёрку. В горле пересохло, а пиджак давил на плечи своей тяжестью, но Прем стойко держался. Однако, когда пришло время уйти за кулисы, Бун потянул его за руку в другую сторону. — Ты разве забыл? Сейчас у нас интервью, — быстро произнёс он, подталкивая в коридор. Прему ничего не оставалось, как последовать за ним. Кажется, ему было сложно самостоятельно думать сегодня, поэтому он был рад, что Бун направлял его. Оказавшись на небольшой импровизированной площадке, их окружили журналисты с микрофонами и камерами. Оба они улыбались и старались отвечать на вопросы. — Когда вы станете парой? — послышался крик из толпы журналистов. — Вы сказали ранее, что вам нужно время. — Мы... — запнулся Прем и смущенно заулыбался, посмотрев на Буна с надеждой, что тот поможет ему с ответом. — Дайте нам время, — сразу же вмешался Ноппанат, поглядывая на Према с осторожностью. — Всё идёт своим чередом. Мы очень близки и ценим друг друга. Когда это произойдёт, вы обязательно узнаете первыми. Вопросы продолжались почти без остановки. Их много спрашивали о новых совместных проектах и о том, планируют ли они создать совместные мерчи. Бун уверял, что, безусловно, так оно и будет, так как у них много интересных идей. Прем слушал и пытался вникнуть в то, о чём их спрашивали, но в голове был какой-то туман. Дыхание сбилось, ноги стали ватными, а лица журналистов перед глазами начали плыть. Прем слегка пошатнулся, чувствуя, что теряет контроль над собственным телом. Нужно было срочно что-то предпринять, но так, чтобы это выглядело непринуждённо. — Прошу прощения. Можно мне воды? — внезапно перебил он журналистов. — У тебя жажда? — настороженно спросил Бун, заглядывая в глаза Прему. — У меня кружится голова, — сказал честно Варут, понимая, что еще немного и он может просто отключиться. — Боюсь, я могу потерять сознание. — Ты обедал? — волнуясь спросил Бун. — Ел что-нибудь? — Нет. — С самого утра? — Да, — лишь кивнул Прем в ответ, замечая недовольное выражение лица Ноппаната. Затем обратился к журналистам. — Подождите немного. Мне нужно выпить воды. Бун выглядел чернее ночи, зло оглядываясь на одного из журналистов, который посмеивался над всей ситуацией и откровенно передразнивал еле стоящего на ногах Према. Варуту казалось, что Бун злиться на него из-за всей ситуации, из-за того, что он срывает интервью, но на самом деле того раздражало отношение журналиста. — Принесите ему сладкого напитка! — скомандовал Бун, прикрикивая в сторону менеджера. — Сладкий напиток! Срочно! Но в эту самую минуту Прем схватился за предплечье Ноппаната, пытаясь за что-то удержаться. Чувствуя, как сознание отключается и его накрывает полная темнота, он из последних сил прильнул к телу Буна. Ощущая, как ноги Варута подкосились, и он буквально соскользнул вниз, Бун успел подхватить его за талию, не давая упасть на пол. Прем потерял сознание, повисая на его руках, словно тряпичная кукла. Ноппанат ловко подхватил его на руки и быстро помчался в гримёрку, не обращая больше внимания на журналистов, продолжавших снимать всё происходящее. Ему было страшно за Према. По-настоящему страшно. Неся на руках безжизненное на вид, хрупкое тело, Бун наконец-то осознал, насколько он любит его и как он ему дорог. А ещё Ноппанат винил себя за то, что всё это время просто наблюдал за тем, как его любимый человек исчезает на глазах. Ведь понимал, что Прем что-то скрывает, что выглядит с каждым днём всё хуже, но надеялся, что ошибается. Сейчас же внутри он чувствовал лишь страх и панику. Оказавшись в гримерке, Ноппанат уложил Према на диван. Быстро снял с него пиджак и поднёс к его носу ментоловый ингалятор. Кажется, это немного помогло. Варут зашевелился и попытался открыть глаза. Бун сжал его руку в своей, заглядывая в лицо. — Прем! Всё хорошо. Я позабочусь о тебе. Ты должен знать главное — я рядом. Я всегда буду рядом, — мягко произнёс он успокаивающим тоном. — Прости меня, Бун, — прошептал Варут, поворачивая голову в его сторону и устало приоткрывая глаза. В гримёрку ввалился менеджер со стаканом какого-то яркого фруктового коктейля. Сразу же подошёл и протянул его Буну. Тот тут же направил соломинку, торчащую из бокала, ко рту Према, заставляя выпить. Варут молча прихватил её губами и жадно пил какое-то время, пока в бокале не осталось совсем немного жидкости. — Мне вызвать врача? — неуверенным голосом произнёс Пи. — Думаю, не надо. Пусть он придёт в себя, и сегодня мы отвезём его в больницу на полный осмотр, — твёрдо сказал Ноппанат. — Бун... — голос Према звучал виновато и даже как-то жалобно. — А с тобой мне надо серьёзно поговорить, — посмотрел он на Варута. — Оставь нас наедине, Пи. — Но там журналисты. Они ждут и... — завозмущался менеджер. — Никаких больше журналистов. Разберись с ними сам, Пи. Ты же видишь, Прем не в состоянии сейчас выйти к ним, — перебил его Бун. — Ладно, — недовольно ответил тот. — Я разберусь. Но за неустойки придётся взять с вас. — Да мне плевать, Пи! Менеджеру ничего не оставалось, как недовольно хмыкнуть себе под нос. После чего он вышел из гримёрки, шумно хлопая дверью. Когда они снова остались только вдвоём, Прем уже, казалось, чувствовал себя лучше. Теперь он сидел на диване и выглядел бодрее. Только глаза всё ещё были грустными. Бун пододвинул стул ближе и взглянул в лицо партнёра. — Прем, расскажи мне, что происходит? — Ничего, Бун. Я всего лишь неважно себя чувствую сегодня. — Тогда почему ты не ел весь день? — Я ел, Бун. — Хватит мне врать! — повысил голос Ноппанат. — Я знаю, что ты обманываешь меня. Ты точно не завтракал сегодня. Ты очень сильно похудел и изводишь себя тренировками. Хотя я сто раз тебе говорил, что ты прекрасно выглядишь. — Бун, прошу тебя. Я... — в глазах Према заблестели появляющиеся слёзы. Он настолько был вымотан физически и морально, что чувствовал себя разбитым. — Говори сейчас же, Прем. Я серьёзно. Иначе нашей паре конец, потому что между нами всё меньше доверия, — понизил голос Бун. — Это всё ради тебя, Бун. Я хотел быть худым, чтобы ты полюбил меня. Хотел быть для тебя привлекательнее, — слёзы скатывались по щекам, а плечи подрагивали из-за того, что тот пытался не разрыдаться. — Ты всегда был для меня привлекательным, Прем. Я всегда умилялся твоим пухлым щекам. Мне нравилось то, с каким удовольствием ты ел то, что я тебе покупал. С чего ты взял, что я хочу видеть тебя худым? — нахмурился Бун. — Пи рассказал мне, что тебя привлекают только худые парни. Что меня со своими пухлыми щеками ты воспринимаешь только как младшего брата. Я готов стать худым, лишь бы ты видел во мне что-то большее, Бун... — отчаянно проговорил Прем и замолчал, ожидая реакции. — Тебе это Пи рассказал? Так это он тебя надоумил? Чёртов менеджер. Я думаю, пришло время тебе разорвать с ним контракт, — недовольно произнёс Бун. — Почему? — Потому что это неправда. Прем. Он соврал тебе. Он решил нас разлучить, потому что я отказал ему. В глазах Варута застыло непонимающее выражение, словно он не мог поверить в то, что только что услышал. Пи и сам влюблён в Буна? Теперь стало понятно всё. Но ведь он так доверял ему. Всё ему рассказывал, просил совета. В ответ лишь получил предательство. — Мне всегда нравился ты, Прем. Твои милые пухлые щеки, твой здоровый аппетит. Твой мягкий характер. Я полюбил тебя именно за это, — произнёс Бун, захватывая руку Према в свои. — Полюбил? — удивлённо переспросил Прем. — С первой нашей работы над сериалом. Да что там, с первой нашей встречи. Я люблю тебя, Прем. Бун осторожно приблизился и наклонился, прихватывая Према за подбородок. Его мягкие губы нежно коснулись губ Варута. Поцелуй, такой тёплый и чувственный, разжигал огонёк между двух сердец. Теперь они оба пылали одним жаром любви. Прем даже не понял, как это произошло. Только знал, что в тот самый момент, когда почувствовал мягкие губы Буна на своих, его собственный мир тихонечко звякнул, словно бьющееся стекло. Будто лёгкие забыли, как дышать, а кровь перестала циркулировать по телу. Как будто всё, что ранее причиняло боль, внезапно затихло. Остался только поцелуй: теплый, мягкий, полный нежности и чего-то такого, что Прем никогда раньше не испытывал. Его словно что-то согревало изнутри. Медленно, мягко, но уверенно. Сейчас он боялся открыть глаза. Боялся, что, если сделает это, то обнаружит, что это был всего лишь очередной несбыточный сон. Но когда губы наконец-то оторвались от его собственных, он все ещё ощущал их лёгкое прикосновение. Открыв глаза, он обнаружил, что Бун всё ещё находился рядом. Действительно реальный. И его глаза светились необъяснимым огоньком. Он поднял руку и погладил Према по щеке. Медленно и осторожно, как будто дотрагивался до чего-то драгоценного. — Это реальность, — прошептал Прем почти неслышно, словно пытаясь убедить себя самого. — Именно так, — робко улыбнулся Бун, но вскоре эта улыбка стала шире и ярче. Превратилась в ту, что Прем видел каждый день с экранов. Однако теперь она была другой, ведь предназначалась именно ему. Возможно, Ноппанат всегда улыбался только ему. Просто раньше он не хотел в это верить и не видел этого. — Пойдем, — спокойно выдохнул Бун, — Я отвезу тебя. — Но... мы же должны закончить мероприятие, — слегка нахмурился Прем, немного растерянный. — Мы ничего не должны, — без колебаний ответил Бун. — Пусть возьмут штраф из моего гонорара. Я серьёзно, Прем. Мне всё равно. Варут немного нервничал, словно всё же во всём происходящем была прежде всего его вина. — Эмм... ладно. Тогда... в больницу? — Нет, — покачал головой Бун, и его голос прозвучал твердо и нежно одновременно. — Я уже знаю, почему тебе стало плохо. Теперь мы справимся с этим вместе. Он потянулся к Прему, взял его руку и мягко сжал её в своей. — Напиши семье, что на выходные останешься у меня, — уверенно продолжил он. — Я позабочусь о тебе. — Бун... — обеспокоенно прошептал Прем. — Вместе мы справимся, — тихо закончил за него Бун, не собираясь больше обсуждать этот вопрос.***
На кухне было абсолютно тихо, только звук ударяющейся о тарелку ложки отчётливо слышался сейчас в полумраке. Прем сидел за высоким барным столом, закутавшись в безразмерную толстовку с опущенными до самых пальцев рукавами. Он чувствовал себя странно. Немного неловко, но с благодарностью в душе. Аромат теплой каши смешивался со сладким запахом чая и уютного дома. Бун стоял перед ним с тарелкой в руке и улыбался так, что не заметить его было невозможно. — Ещё одну, — он мягко подтолкнул ложку ко рту Према. Тот неохотно открыл рот, позволяя себя покормить, а затем тихо фыркнул себе под нос. — Ты доволен? — пробормотал он. — Нет. Ещё одну за маму, — театрально произнёс Бун. Прем нарочито закатил глаза, но всё же послушался. Содержимое ложки тотчас же исчезло во рту. — И одну за брата. Ещё одна ложка направилась туда же. Прем слегка надул щеки и на мгновение стал похож на маленького котёнка. — А теперь одну за меня, — продолжил Бун, хотя Прем недовольно приподнял бровь. — Бун, — заворчал Прем. — Я ведь не маленький ребёнок. Хотя сейчас как раз выглядел именно так — с надутыми губами и щеками. Бун наклонился чуточку ближе. — Я знаю, — мягко ответил он. — Но пока ты не начнёшь нормально есть, я буду кормить тебя, как маленького ребёнка. — Я ведь не твой братишка, — тихо добавил Прем, хотя это прозвучало немного резко. Бун остановился и замер с ложкой в руке. Его взгляд сразу же смягчился. — Я знаю, — прошептал он, улыбнувшись. — Я люблю тебя не как братишку. Моя любовь к тебе гораздо глубже. И ты теперь это знаешь, не так ли? Лицо Према на мгновение стало ясным. Немного смущенным, как будто он все еще не мог до конца в это поверить. Грудную клетку слегка сдавило от переполнявших сейчас чувств, а глаза стали влажными. — Хорошо, — медленно кивнул он. — Я буду есть. Ради тебя. Бун тихо улыбнулся, поднёс к его рту последнюю ложку, а затем отодвинул почти пустую тарелку. — Вот так, — облегченно выдохнул он. — Готово. Через несколько минут Прем уже лежал в теплой постели в комнате Буна, укрытый одеялом до самого подбородка. Его волосы были небрежно рассыпаны по подушке, а глаза уже полузакрыты. — Ты устал. Просто поспи немного, — улыбнулся Бун и нежно погладил его по волосам. Ресницы сомкнулись, дыхание стало спокойным и ровным, а еще через мгновение он наконец-то провалился в долгожданный сон. Бун еще какое-то время стоял у кровати, спокойно глядя на его безмятежное худощавое лицо. Сердце трепетно сжималось. Он аккуратно выключил свет, тихо вышел из комнаты и осторожно закрыл за собой дверь. В коридоре, на выходе подхватил свою куртку. На его лице застыло выражение, которое, к счастью, Прем сейчас не имел возможности увидеть. Ведь он направлялся к тому, кто все это затеял изначально, и мысли об этом человеке заставляли его хмурится еще сильнее. Было уже совсем поздно, когда машина Буна остановилась перед домом Пи. На улице было тихо, лишь уличные фонари рисовали оранжевые круги света вокруг припаркованных автомобилей. Бун торопливо вышел из авто, хлопнул дверью и уверенно направился к дому. Он был спокоен и решителен. После звонка в дверь некоторое время ничего не происходило. Затем послышались отдаленные шаги на лестнице. Наконец дверь открылась. Пи появился на пороге, одетый в тонкий свитер, с телефоном в руке и усталыми, почти сонными глазами. Но когда он понял, кто перед ним стоит, удивление на его лице в одночасье сменилось хитрой улыбкой. — О! Бун? Что ты здесь делаешь? — он слегка подмигнул ему, удивленный и взволнованный. — Ты ко мне? — Да, — ответил Бун, но в его голосе не чувствовалось никакой радости. — Я пришел к тебе. Мне нужно поговорить кое о чём. — О чём? — растерянно покосился на него Пи. — О том, что произошло сегодня. Улыбка Пи тотчас же исчезла. Черты его лица приняли какую-то серьёзность, а глаза подозрительно сузились. — Хм... Прем уже давно вызывает у меня беспокойство. Сегодня он всё испортил, и это грозит соответствующими последствия. Штрафы и, возможно, падение рейтингов, — он недовольно пожал плечами. — Я его менеджер, поэтому не должен этого говорить, но... Бун, возможно, тебе стоит подыскать нового партнера. Взгляд Буна стал устрашающим, а лицо чернее ночи. — Прем не виноват в том, что произошло сегодня, — тихо, но очень твердо произнес он. — Это все ты. — Что? — глупо заморгал Пи, делая вид, что ничего не понимает. — Ты обманул его. Заставил его худеть, — Бун подошел ближе, между ними оставалось теперь не больше полметра. — Он чуть не навредил себе. Пи замер. По его выражению лица было понятно, что он нервничает. — Так что сегодняшний штраф заплатишь ты сам, — продолжил Бун ледяным тоном. — Из своего собственного кармана. И контракт с Премом, который, между прочим, скоро истекает, ты продлевать не станешь. Иначе в компании свыше обязательно узнают обо всем, что ты наделал. — Ты этого не сделаешь, — резко проговорил он, поджимая от злости собственные губы. Бун слегка наклонился в его сторону. В глазах читалась уверенность и пугающая темная бездна. — Советую не играть со мной, — спокойно сказал он. — Или хочешь рискнуть? Тишину, наступившую в комнате, казалось, можно было резать ножом. Пи недовольно отвернулся и замолчал. Бун же больше не желал оставаться рядом, поэтому вышел в коридор и скрылся прочь. Он успел сделать лишь несколько шагов к двери, когда за его спиной всё же раздался злобный голос. — Что ты нашёл в этом убожестве? Без тебя он все равно никто... Он ничтожество! Бун резко остановился, но оборачиваться не захотел, лишь глубоко вздохнул с сожалением. — Нет, — спокойно ответил он. — Ты ошибаешься. Прем для меня — всё. Без него я не был бы тем, кто я есть сейчас. И мы больше никогда не расстанемся. Никто нас не разлучит! Никому это не удастся: ни хэйтерам, ни лжецам, таким, как ты... Никому! В его голосе слышались уверенность и непоколебимая вера. — Вот увидишь через несколько лет, — бросил он напоследок, выходя в дверь и направляясь к машине. — Мы вместе выйдем на большую сцену и осуществим наши мечты. Мы подпишем контракт с крупной компанией и, возможно, даже поедем за границу к нашим поклонникам. Может быть, однажды даже в Европу. Дверь перед его лицом захлопнулась. Пи остался одиноко стоять в темноте, неизбежно принимая происходящее.***
Прем просыпался медленно, кутаясь в одеяле. Тело всё ещё хотело спрятаться и забыть о реальности. Веки были такими тяжелыми, а свет в комнате мягким и тускловатым. Некоторое время он не понимал, где находится. Лишь чувствовал тепло одеяла и какое-то приятное спокойствие, о котором давно мечтал. Вскоре он ощутил легкое давление. Кто-то держал его за руку. Он любопытно раскрыл глаза. Рядом с кроватью сидел Бун, смешно упираясь головой в матрас. Пальцы Ноппаната были переплетены с его собственными. Выглядел тот немного уставшим, но его глаза сияли от радости. — Бун? — тихо выдохнул Прем. Ноппанат приподнял голову и обворожительно улыбнулся, заставляя сердце парня сделать кульбит. — Ты проснулся, — прошептал он, словно констатирую факт. Прем понял, что Бун все это время не просто держал его за руку, но и нежно гладил тыльной стороной большого пальца. Этот жест теплотой разлился внутри всего тела. Взгляд непроизвольно скользнул на запястье, на котором красовался теперь тоненький браслет. Дорогой золотой аксессуар. У Према вдруг перехватило дыхание, потому что он четко осознавал его стоимость. — Бун, что это... я... э-э... это не слишком? — неуверенно протараторил Прем чуть хриплым ото сна голосом. — Это подарок, — как ни в чём не бывало ответил Бун. — Для тебя. И для тебя это никогда не будет слишком. Прем любопытно рассматривал браслет, даже не зная, что сказать. Бун привстал с места и присел рядом на край кровати. Он пододвинулся ещё ближе, все еще не отпуская его руку. Лицо было серьезным, но мягким. — Прем, — тихо начал он, — Я должен был сделать это давно. Не знаю, чего я ждал. Если бы я осмелился на это раньше, тебе не пришлось бы так сильно страдать. — Что? — Прем приподнял голову. — Я хочу быть с тобой. По-настоящему с тобой. Не только как партнер по работе. Не только как тот, кто заботится о тебе. Но как твой... парень. Прем на мгновенье перестал дышать. Сердце колотилось в груди с такой силой, что даже руки немного потряхивало. — Твой парень, — мягко повторил Бун. — Если, конечно, ты сам этого хочешь. Вчера в гримёрке мы не успели ничего обсудить. Не было времени. Но сейчас я хочу сделать это официально. Я люблю тебя, Прем. Варут моргнул несколько раз, пытаясь понять, не спит ли он всё ещё и не сон ли это. Потом снова посмотрел на браслет и на их нежно переплетенные пальцы. Никогда еще он не чувствовал себя так спокойно и так счастливо. — Я... — робко начал он и улыбка медленно растянулась на его все еще сонном лице. — Я тоже люблю тебя и очень хочу, чтобы ты был моим парнем. Бун шумно выдохнул, так, будто с его плеч наконец-то свалился огромный камень. Наклонившись, он прислонился лбом к голове Према и устало прикрыл глаза. — Спасибо, — прошептал он, и через мгновение их губы словно сами отыскали друг друга, сталкиваясь в нежном и чувственном поцелуе.***
Два месяца пролетели быстро, просто молниеносно. Прем стоял в гардеробной перед большим зеркалом. На нем была всего лишь футболка, которая теперь сидела гораздо лучше, чем прежде. Раньше он нарочно избегал этого места. Вид собственного тела вызывал у него сомнения и неуверенность. Но сегодня... он смотрел на себя с легкой улыбкой. Его плечи стали более крепкими. Живот более плотным. Глаза горели, словно огоньки. Дверь хлопнула, и Прем ощутил знакомый аромат, понимая, чей он, даже не оборачиваясь. Свежий кофе и что-то такое, чем пах только Бун и никто другой. — Я принес тебе кофе, — прозвучал его голос, спокойный и теплый. — Ты мой спаситель, как и всегда, — пошутил Прем, улыбнувшись своему отражению в зеркале. Бун тихо подошел к нему сзади, поставил картонный стакан на стол и нежно обнял Према. Прижался лицом к его лопаткам, вдыхая знакомый аромат. Его ладони скользнули по крепким плечам, затем по груди и опустились на живот. — Так ты мне нравишься больше всего, — прошептал Бун ему на ухо, словно ощупывая каждую клеточку его тела. — Полный силы и жизни. Никакой больше костлявости, только ты сам. Прем повернул голову и посмотрел на него через плечо. Взгляд Буна был нежным и восхищенным. Прем увидел сквозь этот взгляд себя совершенно по-другому. Теперь он ощущал себя любимым и таким счастливым. — Не останавливайся, — пробормотал он с улыбкой, когда Бун снова нежно провел большими пальцами по его бокам. — Я и не собираюсь, — ответил Бун. Его руки обняли его еще крепче, а подбородок опустился на плечо Према. Они стояли вместе, молча смотря на собственное отражение в зеркале. Тишину нарушил голос Према. Ему очень хотелось спросить о том, о чём он думал все это время. — Ты действительно думаешь, что мы сможем быть вместе? Бун улыбнулся через зеркало. Не сразу, но с уверенностью человека, который действительно знает, чего хочет. Он наклонился и мягко поцеловал Према в шею. Медленно, нежно, как в знак обещания того, что все происходящее реально. — Конечно, сможем, — прошептал он, отрываясь наконец-то от бархатной кожи. — Если ты будешь рядом со мной, мы сможем всё. Прем прикрыл глаза и с облегчением выдохнул, как будто эти слова успокоили его тревожные мысли. Развернувшись всем телом навстречу, сразу же коснулся своими пухлыми губами лица Буна. Теперь в зеркале отражались лишь робкие улыбки обоих. Для счастья теперь им не нужен был больше никто.
