Особое отношение

      Комната, которую Лань Ванцзи приготовил для Вэй Усяня, находится через дверь от его собственной спальни.       Именно об этом Вэй Ин старается думать и не думать, не переставая, уже второй час. Сна нет ни в одном глазу.       Под его закрытыми веками то и дело мелькают кадры уже вчерашнего дня. Как его тащат в машину, как наносят удар в челюсть. Сюэ Ян, этот сумасшедший, со своим ножом.       Тело всякий раз вздрагивает, напоминая, что это не было сном, что он правда мог умереть.       Чужой дом вовсе не помогает справиться с накрывающей паникой, и Вэй Усянь поднимается с постели. Его трясёт. Ему всё ещё страшно. Он так храбрился там, на складе, сдерживался из всех сил, так что сейчас психика берёт своё.       Пошатываясь, он наугад выходит на кухню, чтобы выпить воды. Света из больших окон вполне достаточно, чтобы сунуть свободную кружку под кран и не нашуметь.       Сделав несколько живительных глотков, Вэй Ин оставляет её на столе и не спешит вернуться в «свою» спальню. Там очень одиноко и холодно.       Тёмный диван в этом плане кажется ему привлекательнее. Забравшись на него с ногами, Вэй Усянь обнимает себя за колени и утыкается лицом в свои руки.       Так чуть-чуть легче.       Главное – дождаться утра. Потом пройдёт. Потерпеть несколько дней, и всё будет, как раньше.       — Вэй Ин?       Глюки являются симптомами психологической травмы?       — Вэй Ин, — мягкая ладонь касается локтя, и Вэй Усянь резко вскидывает голову.       Лань Ванцзи действительно здесь.       — Я разбудил тебя? Прости! — Он наигранно улыбается, как делает обычно, когда не хочет, чтобы кто-то залез в его голову. Лань Ванцзи же не двигается с места, нависая могучей горой.       — Нет. Почему ты не спишь?       — Просто захотелось воды, всё в порядке.       Вэй Ин пытается отмахнуться от него, но диван прогибается под весом ещё одного тела.       — Лань Чжань, я правда в порядке, спи спокойно, я не потревожу тебя.       — Вэй Ин.       Взгляд Лань Ванцзи выражает искрящееся беспокойство, а его голос звучит так разбито, словно он сам пережил всё то, с чем пришлось столкнуться другому.       — Лань Чжань.       На большее Вэй Усянь не способен. Он чувствует, как дёргаются его губы в попытке улыбнуться и как вместо этого по щекам текут слёзы.       — Вэй Ин, иди сюда.       Лань Ванцзи притягивает его в свои объятия, и он зарывается носом в его одурительно притягательную шею, хватаясь за чужую футболку, как за спасательный круг.       Сильные руки снова дарят ему ощущение спокойствия, а тихий голос обладает исцеляющим эффектом.       — Всё хорошо. Я здесь. С тобой.       С каждым словом Лань Ванцзи методично поглаживает его по спине, даря ощущение тепла и безопасности. Вэй Усянь с удовольствием провёл бы в его руках всю жизнь, но статус их отношений не позволяет ему настолько обнаглеть.       — Лань Чжань, извини, я веду себя-       — Всё в порядке, Вэй Ин.       Он нехотя отрывает голову от пахнущей сандалом шеи и заглядывает в карие глаза, на дне которых плещутся забота и волнение. Мысли путаются в подобной ситуации, но одну он улавливает довольно чётко.       — Лань Чжань, если только сегодня…       Его взгляд опускается на пухлые губы, находящиеся буквально в сантиметрах от его собственных.       — М?       — Если бы я попросил тебя…       — Вэй Ин, что мне сделать?       Вэй Усянь едва не стонет от того, каким понимающим и готовым на всё сейчас предстаёт перед ним Лань Ванцзи.       — Если это только возможно, — снова говорит он, медленно проведя языком по своим губам, — Лань Чжань, даже если это будет стоить мне работы, пожалуйста…       — Почему ты всегда думаешь, что я уволю лучшего сотрудника?       Мир Вэй Ина рушится и собирается заново в этот момент.       — Тебе совсем меня не жаль, Лань Чжань! Ты не можешь просто сказать мне это в лицо сейчас!       — Почему?       — Не тогда, когда я пытаюсь попросить тебя поцеловать меня.       — Хм?       По крайней мере, Лань Ванцзи всё ещё спокоен и не зол. Возможно, есть малюсенький шанс.       Вэй Усянь решительно выдыхает.       — Пожалуйста, поцелуй меня.       Гул в ушах наступает сразу же после выпаленной просьбы. Сердце Вэй Усяня колотится о грудную клетку, как сумасшедшее. Он часто моргает, следя за реакцией Лань Ванцзи, и в любой момент готовится отшутиться.       Кадык Лань Ванцзи дёргается, а он сам подаётся вперёд.       Вэй Усянь замирает в эту секунду. Он напрягается всем телом, ожидая любого исхода, и шокировано втягивает воздух, когда губы Лань Ванцзи аккуратно прикасаются к его собственным.       Это не похоже на поцелуй, это нежное касание на пробу, за которым следует судорожный выдох.       Лань Ванцзи выглядит так, словно борется сам с собой.       — Что такое, Лань Чжань?       Вэй Усянь сдерживается из последних сил, чтобы не усесться на его колени и не засосать его по самые гланды. Ему показалось, что тот не будет против.       — Это неправильно.       Ох. Вот как.       — Ты… тебе неприятно, да? Прости! Прости, я повёл себя эгои-       — Тебе нравится кто-то.       Мир Вэй Усяня снова делает переворот на сто восемьдесят градусов.       — Боже мой, Лань Чжань, ты правда решил добить меня сегодня!       Широкие брови хмурятся в непонимании. Вэй Ин глубоко вдыхает и, наконец, отыскивает в себе смелость признаться.       — Ты! Ты мне нравишься, Лань Чжань! Даже если ты уволишь меня за вот это всё, плевать, я должен сказать. Лань Чжань, Лань Ванцзи, я люблю тебя. Только тебя. Как ты мог не понять, стпф-       Мягкие губы накрывают его собственные снова, прерывая поток речи. Только теперь Лань Ванцзи целует его по-настоящему. Он обхватывает его нижнюю губу, лаская, успокаивая, словно и сам давно этого хотел. Проводит языком по верхней, безмолвно прося открыть рот и, получив разрешение, углубляет поцелуй, сталкиваясь с его языком и выбивая из его горла несдержанный стон.       Вэй Усянь хватается за широкие плечи, чтобы не упасть от переизбытка чувств и всё-таки перебирается на его колени, не отрываясь от пухлых губ.       Горячие ладони Лань Ванцзи ложатся на его нагие бёдра, и Вэй Ин запрокидывает голову назад.       — М-м, чёрт! — Его тело прошибает мурашками от ласковых поглаживаний чувствительной кожи. Лань Ванцзи целует его линию подбородка и переключается на тонкую шею, оставляя нежные поцелуи, никак не соответствующие бесстыдным действиям его рук.       Вэй Усянь дёргает бёдрами навстречу тонким пальцам и случайно проезжается своим уже явным возбуждением по объёмному бугру в штанах Лань Ванцзи.       Тот шипит в ответ и несильно прикусывает место над ключицей. Там наверняка останется засос.       — Лань Чжань, пожалуйста, — Вэй Ин находится в исступлении, ощущая Лань Ванцзи на своей шее, на своих бёдрах, под своими руками.       — Если позволишь.       Лань Ванцзи подхватывает его за талию и одним движением укладывает спиной на диван, нависая сверху.       Вэй Усянь не уверен, что продержится долго, раз готов кончить только от этого зрелища: лоб Лань Ванцзи покрывает испарина, он тяжело дышит, его щёки (наконец!) покраснели, а в его потемневших глазах горит лютое желание.       — Лань Чжань, ты со всеми гостями так поступаешь? Будь осторожнее, у меня не было никогда ничего подобного, — Вэй Усянь ловит обжигающий взгляд светло-карих глаз.       Приблизившись, Лань Ванцзи втягивает его в новый поцелуй, более откровенный, более глубокий. Ловкие пальцы скользят под футболку и сжимают один из сосков.       — Мхм! — Вэй Усянь выгибается навстречу его рукам и чувствует, как чужое колено слегка надавливает на его пах, — Лань Чжань, о, Боже!       Губы Лань Ванцзи неожиданно начинают осыпать поцелуями его лицо. Под этим напором он едва не пропускает тихое признание.       — Нравишься. Люблю.       — Что?! Лань Чжань, повтори, — Вэй Ин хватает его лицо в свои ладони и вынуждает посмотреть на себя.       — Я люблю тебя, — не колеблясь ни секунды, повторяет Лань Ванцзи.       — О, мой Бог! — Вэй Усянь чувственно целует его, передавая в этом поцелуе все свои страдания от, как ему казалось, обречённых чувств. Лань Ванцзи, тем временем, стягивает с него футболку, которую сам же и дал.       — Вэй Ин, — горячее дыхание касается щеки Вэй Усяня, — прекрасный, — нежный поцелуй опускается на его плечо, — самый красивый, — следующий поцелуй чуть ниже ключиц, — самый наглый и бесстыдный, — поцелуй в грудь сопровождается шлепком по бедру, от чего Вэй Ин не сдерживает стон, выгибаясь в его руках, — мой, — ещё один поцелуй Лань Ванцзи оставляет под сердцем, и Вэй Усянь готов разрыдаться от того, какой он романтичный и горячий одновременно.       — Лань Чжань, это нечестно, — он буквально хнычет, зарываясь пальцами в чёрные волосы.       — М?       — Ты так плохо относился ко мне! Специально мучил меня, да?       — Прости.       Лань Ванцзи скользит рукой по впалому животу и ныряет под резинку шорт. Его ладонь сжимает член Вэй Ина под боксерами.       — Ах-х, Лань Чжань, я прощу тебя, если ты сделаешь что-то с этим.       Лань Ванцзи спускается поцелуями всё ниже, к границе чёртовых шорт и движется дальше, по внутренней стороне бёдер, по икрам. Когда он добирается до пострадавшей лодыжки, то поднимает его ногу и, как в самых порнушных журналах, целует рану сквозь повязку.       Вэй Усянь не уверен, что доживёт до утра.       Наконец, Лань Ванцзи перестаёт издеваться над ним и, вернувшись к одежде, стягивает его шорты сразу вместе с нижним бельём. До предела возбуждённый орган Вэй Ина дёргается от трения с тканью и последующим контактом с воздухом.       — Ох, пожалуйста, Лань Чжань, пожалуйста!       Кусая свои распухшие губы, Вэй Усянь с вожделенным удивлением наблюдает за тем, как Лань Ванцзи – его непосредственный начальник, его персональная головная боль, его мучитель на Земле – обхватывает его истекающий естественной смазкой член рукой и, размазав каплю по головке, опускается и аккуратно берёт его в свой горячий рот.       — А-ах-х, Лань Чжань! А-Чжань!       Втягивая щёки и двигая головой вверх-вниз, Лань Ванцзи доводит Вэй Усяня до настоящего наслаждения, до мольбы о пощаде.       — А-Чжань, это слишком хорошо, я не могу! — Он хочет схватить его за волосы и прекратить эту сладкую пытку, но может лишь сжимать обивку дивана в пальцах и беспомощно хватать воздух ртом. Язык Лань Ванцзи проделывает невообразимые вещи с его членом, а гортанный рык от услышанного нового обращения посылает такую вибрацию, что Вэй Ин неосознанно подкидывает бёдра наверх, толкаясь глубже.       За это его тут же награждают шлепком по голой ягодице, и это становится для него последней каплей.       — Лань Чжань, я… я сейчас…       Он пытается отстраниться, но Лань Ванцзи удерживает его бёдра на месте. Помогая себе рукой, он поднимает глаза, и Вэй Ин ловит его взгляд.       С особенно громким стоном он изливается в его рот. Сквозь пелену, застилающую глаза, он видит, как Лань Ванцзи выпрямляется и облизывает губы.       — Лань Чжань, ты… тебе не… — Вэй Усянь пытается восстановить дыхание. Все ещё чувствуя послеоргазменную дрожь, он поднимается и, не думая долго, толкает Лань Ванцзи к спинке дивана.       Ощутив небывалый прилив сил, он резким движением стягивает с него майку, открывая себе вид на, как он и предполагал, натренированное тело.       — Ты чёртов Аполлон, — наклонившись, Вэй Ин целует совершенным образом опухшие губы.       Он отстраняется только для того, чтобы ещё раз посмотреть на потрясающую фигуру. В его голове загорается великолепная идея. Он уверен, что никто не делал подобного с Лань Ванцзи.       Смело стянув с него пижамные штаны и боксеры, он обхватывает руками его внушительного размера член.       — Вэй Ин, не нужно-       Протест полностью игнорируется, и Вэй Усянь медленно проводит ладонью вверх и вниз. Лань Ванцзи гулко втягивает воздух и приобнимает его за талию.       — Лань Чжань, как ты мог подумать, что за одну секунду я променяю такого тебя на твоего брата? Разве не было очевидным, что я восхищаюсь тобой? — Вэй Ин ускоряет движения правой руки, пока левой медленно ведёт по напрягшимся грудным мышцам.       — Вэй Ин, — опасные нотки вплетаются в интонацию Лань Ванцзи, и именно этого он и добивается.       — Лань Чжань, а-Чжань, ты потрясающий, умный, чертовски сексуальный, — член в его руке становится будто только больше. Вэй Усянь не отступает, подбирая ритм и угол, наблюдая, как Лань Ванцзи всё ближе к пику.       Он снова втягивает его в поцелуй, не в силах себе отказать. Пальцы на его талии сжимаются, и Лань Ванцзи предпринимает попытку притянуть его ближе.       — Нет, — Вэй Ин упирается второй рукой в его плечо, другой продолжая наращивать темп, — а-Чжань, ты получишь меня, уже получил, но прежде я хочу видеть, как тебе хорошо, слышишь? Не сдерживайся, прошу.       — М-м, Вэй.. Ин.       Тихий стон срывается с покрасневших губ.       — Боже, да, твой голос такой красивый, такой низкий, я обожаю, когда ты произносишь моё имя, — рука Вэй Усяня почти немеет, когда Лань Ванцзи хватает его за шею и жадно впивается в его губы, кончая на их животы.       Вэй Ин чувствует липкую субстанцию в своих пальцах и счастливо улыбается прямо в поцелуй. Когда Лань Ванцзи отстраняется, он упирается в его лоб своим.       — Я так сильно тебя люблю, Лань Чжань.       Лань Ванцзи улыбается ему.       — Я так же сильно люблю тебя, Вэй Ин.

☁️

      — Вэй-сюн, как ты после вчерашнего?       Вода, которую собирался попить Вэй Усянь, застревает у него в горле, так что он закашливается от неожиданности.       — Кх-кх, ч-что?       Не Хуайсан испуганно моргает, прикрываясь бордовым веером с тиграми.       — Ну… похищение, твоя нога.       А.       А-а.       Похищение. Рана.       Психологическая травма, ага.       — Всё нормально, Не-сюн! Видишь, уже даже не хромаю!       — Это я вижу, но… почему ты такой счастливый?       Вэй Усянь бросает взгляд на белую дверь.       — Просто кое у кого очень целебные губы.       Не Хуайсан отслеживает его взгляд и открывает рот, едва не выронив свой аксессуар из рук.       — Не говори мне, что ты… вы…       — Теперь встречаемся, да, — щёки Вэй Ина покрываются румянцем от того, что он произносит это вслух.       Вместо радостных поздравлений друг только вздыхает:       — Вау, я проиграл Цзян Чэну.       Вэй Усянь возмущённо открывает рот.       — Не-сюн, это всё, что ты можешь сказать?! Вы двое спорили на нас?       — Прости-прости!       Веер с тиграми не позволяет Вэй Ину дотянутся до плеча друга, и он машет рукой в пустоту. Сегодня его настроение выше отметки «потрясающее», чтобы учинять разбирательства.       — Ладно уж, пойдём, а то руководитель Лань снова оштрафует меня за сплетни.       И теперь Не Хуайсан не хочет знать, каким будет этот штраф.