По воле судьбы

Двери огромных дворцовых ворот распахнулись, впуская внутрь новых обитателей. Саи шёл одним из первых. Это был не его выбор — его просто туда поставили. Верёвки на шее и руках неприятно натирали кожу, а раскалённый камень обжигал босые лапы. Дворец оказался именно таким, каким Саи его и представлял: огромным, холодным, заполненным камнем и узорами, среди которых прятались сотни взглядов. Казалось, сами стены следят за каждым шагом, ожидая момента, когда ты оступишься. Саи был не просто пленным. Его привели во дворец как одного из бунтовщиков с недавно захваченных земель. Он не был солдатом — он лишь защищал свой дом и семью. Именно за это он и оказался здесь, ожидая, когда решат его дальнейшую судьбу. И он не сомневался, какой она будет. Судьба раба. — Все на колени. Ведите себя почтительно с вашей новой госпожой, — грубо приказал один из стражников. — Эти с северной границы, — доложил второй, тот, кто сопровождал их сюда. — В основном местные мятежники, но среди них есть и солдаты. — Отлично, — раздался бархатный женский голос. В нём звучало откровенное любопытство. Саи хорошо знал этот тон. Такими голосами выбирают тех, кто будет таскать камень и умирать на стройках. — Оу, Шеут, ты всё-таки пришёл! Атмосфера изменилась мгновенно. Воздух стал тяжёлым, плотным, наполненным властью. Саи осмелился на дерзость и медленно приподнял голову — ровно настолько, чтобы увидеть тех, кто решал их судьбы. — Я тебе что сказал?! — прошипел первый стражник. Ответа не последовало. Вместо этого в бок Саи врезался резкий удар. Пинок был внезапным и сильным, он выбил из него воздух и заставил упасть вперёд, на холодный камень. Конечно, это заметили. — Зачем ты пнул его? — раздался спокойный голос. Саи предположил, что это сказал тот самый Шеут, о котором говорила женщина, но проверять не стал. Он молча вернулся в исходное положение, стиснув зубы и потирая ушибленный бок. — Этот грызун ослушался прямого приказа дворцовой стражи, мой фараон, — отчитался стражник. — Он поднял голову, когда этого делать было нельзя. — Ты говоришь это так, словно он простой тушканчик. Ты со всеми ежами так разговариваешь? — Н-нет, мой фараон! Я не хотел оскорбить вас! — залепетал стражник, резко побледнев. Саи едва заметно улыбнулся. Сейчас тот выглядел скорее напуганным щенком, чем тем, кто минуту назад выкрикивал приказы и раздавал удары. — Если это повторится ещё раз — и не важно, узнаю я об этом сам или мне доложат, — я восприму такое поведение как личное оскорбление, — голос Шеута оставался спокойным. — И лично назначу казнь. — Но, мой фараон! — Это мой приказ. На этом всё. Уйди с глаз долой. Ты мешаешь выбирать. Стражник поспешно поклонился и отступил, уходя к дальнему концу зала. Минутка веселья в виде наблюдения за унижением стражника сменилась моментом, когда их судьба будет решена. Летучая мышь ходила то вправо, то влево, называя вид мобиана и указывая, где он будет работать. Иногда фараон вставлял свои пять копеек. Всё это время Саи стоял на коленях и не смел поднимать голову. — А ты, голубой ежёнок, будешь… — Он мой! — перебил летучую мышь голос фараона. — Что? — переспросила она. — Он единственный ёж здесь, который мне понравился. Ты сама говорила, что стоит задуматься о своём будущем, — произнёс Шеут. Он хлопнул в ладоши, подзывая слуг. — Подготовьте этого голубого ежа. Я хочу видеть его своим фаворитом в течение месяца. Обучите его базовым правилам поведения во дворце. С этими словами фараон развернулся, и Саи наконец поднял голову. Как к фавориту фараона? Он? Почему? И тут Саи заметил ответ: фараон был чёрным ежом с красными полосами на иглах. Его выбрали только из-за этого? Саи не успел ничего сказать, как пара слуг подошли к нему и развязали верёвку, соединявшую его с другими мобианами.