Печать Кил'джедена

      Андрамисса во времена служения Пылающему Легиону.       Андрамисса уже давно сражается на стороне демонов. Она вынуждена подчиняться им и уничтожать сотни миров, сжигая их в пламени Скверны. Приняв их дар, она фактически подписала себя на вечное рабство.       Ее глаза полны боли и отчаяния, но эльфийка скрывает это за маской холодного безразличия. Она выполняет приказы Пылающего Легиона без колебаний, но внутри ее сердце наполняется грустью и печалью каждый раз с каждым новым уничтоженным миром.       Андрамисса находилась в Анторусе. Место, где возрождаются после смерти души демонов, обретая новую физическую оболочку. Место, где все демоны собираются для обсуждения военных планов по захвату новых миров. Здесь же зачастую находилась и Андрамисса, пока ее не отправляли на очередное завоевание мира. Фактически это место стало ее домом.       Андрамисса стоит на балконе Анторуса, глядя на безумное уродство этого места. Здесь все дышит магией и силой демонов. Ее взгляд устремлен вдаль, на бесконечные огненные равнины Аргуса. Она знает каждый уголок этого места, каждую трещину в камне. Она уже давно привыкла к этому месту, хотя и не любит его.       Ее мысли блуждают в прошлом, вспоминая дни до того как она стала слугой Пылающего Легиона. Она была свободной, полной жизни и надежд. Теперь она лишь инструмент для уничтожения миров.       Ее размышления прервали, когда один из демонов сообщил ей, что владыка Килджеден ждет ее у себя. Сердце эльфийки сжимается от одной только мысли о встрече с ним. Этот демон стал для нее символом ее рабства, ее потерянной свободы. Она не может отказаться, не может спорить.       Андрамисса идет по темным коридорам Анторуса к трону Килджедена. Ее шаги эхом отдаются в пустых залах.       — Ты звал меня, мой повелитель?       — А, Андрамисса, да, проходи, проходи. — Килджеден хищно улыбнулся про себя, в этот раз он позвал ее не для задания.       Андрамисса проходит вглубь зала, где сидит Килджеден, и падет на одно колено, показывая подчинение. Его улыбка вызывает у нее дрожь во всем теле. Она знает, что он не вызывает ее просто так без задания.       — Что тебе угодно, владыка? — голос Андрамиссы тих, в ее глазах нет того блеска и веселья, что характерны для нее. Только боль и страх перед ним.       — Сейчас узнаешь. — он щелкнул пальцами и вокруг установился невидимый звуконепроницаемый барьер.       Сердце Андрамиссы начинает биться быстрее от неожиданности и страха. Барьер звуконепроницаемый, и это означает только одно, разговор будет личным и секретным. Она чувствует себя еще более уязвимой перед Килджеденом.       — Мой владыка, ты меня пугаешь. Зачем нам барьер? — она старается держаться спокойно, но внутренне готовится к худшему.       — Это чтобы нас не услышали. — отвечает Килджеден, даже не стараясь подавить свою улыбку.       Андрамисса вдруг понимает, что разговор будет не о задании. О чем тогда? О ее служении? Или он наконец решил избавиться от нее? Она дрожит от напряжения.       Килджеден вновь щелкнул пальцами и двери за ними захлопнулись на замок. Ее дыхание остановилось. Замкнутое пространство с барьером и замками, все это создает атмосферу личной аудиенции, которая может закончиться чем угодно. Андрамисса готовилась к худшему.       — Владыка, Килджеден. Что это? Зачем все это нужно? — ее голос слегка дрожал. Она не помнит, когда он в последний раз говорил с ней наедине без задания, да еще таким образом. Это пугало ее больше всего.       — А, это чтобы посторонние случайно не зашли. Мы же ведь не хотим, чтобы нам помешали, так? — объяснял он ей.       Она кивает, но в ее глазах виден вопрос. Так о чем же он хочет поговорить? Она боится спросить, боится услышать ответ. Ее мысли в воображении рисуют худшие сценарии.       — Что ж, пожалуй я буду начинать.       Килджеден встал со своего трона и вдруг к ее ужасу и удивлению скидывает с себя пояс, обнажая очень большой могучий член. Глаза Андрамиссы расширяются от шока и ужаса. Она понимает, что сейчас произойдет, и ее тело начинает дрожать от страха и отвращения. Она была готова ко многим вещам, но не к этому.       — Встань и подойди сюда, Андрамисса! Живо! — приказал Килджеден. Его голос был громкий и строгий, разносящийся по всему залу. Это означало лишь одно, никаких возражений он не потерпит.       Она застывает на месте от страха и шока. Ее ноги не слушаются, а слова застревают в горле. Но когда она видит грозное выражение в глазах Килджедена, то понимает, что лучше выполнить его приказ, чем ждать наказания. С трудом преодолевая себя, Андрамисса медленно встает и делает несколько шагов в направлении Килджедена. Каждый шаг дается ей с огромным трудом, будто она движется против ветра.       — Быстрее, Андрамисса! Не заставляй меня ждать! — кричал он в нетерпении.       Андрамисса подчиняется, хотя все внутри нее кричит от страха и отвращения. Она знает, что сейчас будет изнасилование. Она это видит по эрегированному члену Килджедена и его грозному тону. Андрамисса останавливается перед ним, опустив голову вниз и сжимая кулаки, чтобы не дрожали руки. Ее дыхание тяжелое и прерывистое, она боится даже смотреть ему в глаза и ждет приказ о дальнейших действиях.       — Пожалуйста, не надо. — смогла она еле выдавить из себя.       Но Килджедену было наплевать. Он тут же опустил ее на колени и нагло и бесцеремонно засунул свой член в ее рот. Она начинает двигаться и кашлять от неожиданности и размера его члена, который полностью заполняет ее рот и мешает ей нормально дышать. Ее желудок сжимается от отвращения и тошноты.       Килджеден держал ее за рога, грубо насилуя ее рот и не позволяя отстраниться. Слезы начинают течь по ее щекам. Андрамисса пытается отстраниться и вырваться из его хватки, но он держал ее крепко. Она чувствует себя абсолютно бессильной и униженной.       — Ммм, ммм, ммм!       Андрамисса задыхается от рвотного рефлекса и постоянного насилия в горло. Она извивается и пытается вырваться, но Килджеден лишь усиливает хватку и продолжает жестко трахать ее рот. Он кончает ей прямо внутрь. Сперма у демона была липкая как смола, а на вкус была кислая, очень кислая, даже слишком.       Андрамисса начинает задыхаться от липкой спермы, которая заполняет ее рот и мешает дышать. Ее глаза покраснели от слез и тошноты, а тело продолжает дрожать от страха и отвращения. Килджеден вытаскивает член изо рта, но не убирает его полностью, оставив свою головку в ее губах. Она хрипит и кашляет, пытаясь отдышаться после изнасилования рта. Ее язык и горло горят от кислоты спермы демона. Она чувствует себя грязной и использованной.       — Хорошо, очень хорошо. — сказал Килджеден и жестко ударил своей большой ладонью ее по щеке как грязную шлюху. — Потому что это было только начало!       От такой пощечины Андрамисса пошатнулась, едва не свалившись на пол. Удар по лицу вызывает у нее еще больше слез. Она даже не пытается их сдерживать. Теперь она понимает, что это только начало и что сейчас будет намного хуже. Ее начинает пронзать настоящий страх перед тем, что еще предстоит пережить.       Килджеден отпускает ее и садится на свой трон.       — Встань!       С трудом она встает на дрожащих ногах, пытаясь утереть слезы и сперму изо рта. Ее щека горит от удара, а взгляд полон ужаса и унижения.       — Подойди сюда! Это приказ!       Андрамисса ужаснулась от этих слов. Ей хотелось бежать, кричать, но она знала, что за этим последует еще большее наказание. Она делает несколько шагов к трону, ее ноги все еще дрожат, а внутренне она готовится к следующему издевательству. Она не знает, что будет дальше, но уже понимает, что это будет что-то ужасное.       Килджеден развернул ее спиной к себе, проделав своими когтями дыры в интимных местах. Затем резко схватил ее и усадил на себя вместе с ногами, лишь затем чтоб насадить ее очко на свой член. Она кричит от неожиданности и боли, когда он внезапно насаживает ее анус на свой огромный член. Ее тело резко выгибается назад, а руки хватаются за подлокотники трона.       Андрамисса плачет и кричит от боли и дискомфорта, пока он жестко трахает ее в задний проход. Каждый толчок причиняет невыносимую боль, а ее внутренности разрываются от размера члена демона. Кровь и сперма смешиваются и текут по ее ногам и трону. Она чувствует себя использованной и униженной.       — ААаааа!       Ее крики становятся тише, так как она теряет силы. Боль и унижение парализуют ее тело, а слезы текут без остановки. Она уже не сопротивляется, лишь тихо стонет и дрожит на члене демона. Когда он кончает в нее, она чувствует липкую горячую сперму внутри своего анала. Это вызывает еще больше боли и отвращения. Она не может даже пошевелиться, так как ее тело полностью подчиняется демону.       Но Килджеден не собирался останавливаться на этом. Когда он переставляет свой член в ее вагину, она испытывает облегчение от боли в заднем проходе, но только на мгновение. Затем боль и дискомфорт возвращаются, но уже в ее влагалище.       — Ааааа, прошу, господин, ты меня порвешь! — взревела она.       Андрамисса кричит и извивается на его члене, ее вагина слишком узкая для такого огромного члена. Кровь и сперма смешиваются внутри нее, а боль становится невыносимой. Она чувствует себя как игрушка в руках демона. Он продолжает жестко трахать ее вагину, не заботясь о ее боли и страданиях. Его огромный член разрывает ее внутренности, а его руки крепко держат ее за талию. По сравнению с таким огромным чудовищем она была лишь маленькой хрупкой эльфийкой в его руках.       Андрамисса уже не кричит, а лишь тихо стонет и дрожит на его члене. Ее тело полностью подчиняется ему, а сознание медленно тускнеет от боли и унижения. Она уже не знает, сколько времени Килджеден ее трахает. Он кончает в нее, а затем скидывает со своего трона. Она падает на пол, ее тело покрыто спермой и кровью. Она лежит там беспомощно, ее ноги разведены в стороны, а из обеих дыр течет смесь крови и спермы.       Килджеден даже сейчас не намерен останавливаться. Он встает со своего трона, хватает ее и отбрасывает чуть в сторону на ровную поверхность. Андрамисса отлетает на пол, ее спина ударяется об холодный камень. Она лежит там, стоная от боли и изнеможения. Ее тело полностью изранено и обессилено после жесткого насилия демона.       Килджеден подходит к ней и переворачивает ее, затем рвет ее платье на жопе. Андрамисса кричит от злости и обиды, теперь она полностью обнажена сзади, а ее ягодицы и спина открыты для дальнейших издевательств.       — Нееет! Нееет!       Килджеден хватает свободной рукой ее голову, прижимая к земле, а сам вновь входит в ее анал. Она кричит от невыносимой боли, когда он снова оказался внутри нее. Ее тело содрогается от каждого толчка, а из горла вырываются хриплые крики и стоны. Эльфийка не может даже пошевелиться, так как он прижимает ее голову к полу. Она чувствует только боль и унижение, а ее анал разрывается от каждого толчка его огромного члена. Слезы текут по ее лицу.       Килджеден продолжает жестко трахать ее анал, не заботясь о ее боли и страданиях. Ее тело подпрыгивает на каждом толчке, а из жопы раздаются невыносимые звуки разрывания и хлюпанья. Она уже не кричит, а лишь тихо стонет и дрожит, ее анал полностью разорван и обессилен. Он трахает ее как куклу, совершенно не заботясь о ее состоянии.       В последний момент Килджеден вытаскивает из нее член и кончает на ее спину. Сперма обливает ее сверху, пачкая ее красивое платье и оскверняя ее роскошные волосы. Она лежит на полу, беспощная и униженная, покрытая липкой спермой демона. Андрамисса пытается подняться, но ее тело слишком слабое и израненное. Она падает обратно на пол, слезы текут по ее лицу от боли и унижения. Ее анал кровоточит и горит от жестокого насилия.       Килджеден резко разворачивает ее к себе, явно собираясь продолжать. Андрамисса в ужасе смотрит на него, понимая, что издевательства еще не закончились. Ее тело покрыто кровью и спермой, а в глазах застыл страх и отчаяние.       — Нет, пожалуйста, прошу, хватит! — взмолилась она жалобным тоном, пытаясь встать и уйти подальше от этого чудовища, хоть и знает, что это бесполезно.       — Я с тобой еще не закончил! — он ударил ее кулаком по лицу.       Удар по лицу вызвал новую волну боли и слез. Она упала обратно на пол, а ее голова закружилась от сильного удара. Кровь потекла из разбитого носа, смешиваясь со слезами и спермой на ее лице.       Килджеден неожиданно начал рвать ее шикарные роскошные наряды. Она кричит и плачет, когда он рвет их. Куски ткани, а так же разные побрякушки и украшения летели по всему залу в разные стороны. Теперь это уже было не платье, а лишь жалкие тряпки, а сама она остается полуголой и униженной.       — Нет! Мое платье!       Андрамисса пытается защитить оставшиеся лохмотья, но он беспощадно продолжает уничтожать их. Она плачет от отчаяния, видя, как ее драгоценные вещи превращаются в жалкие тряпки.       — Здесь оно тебе не понадобится. — говорит Килджеден. Ему было совершенно наплевать на ее одежду.       Андрамисса лежит на полу, практически голая, лишь обрывки ткани прикрывают ее тело. Она плачет и дрожит от боли и унижения. Ее драгоценные наряды лежат в разорванном виде по всему залу. Она кричит от боли, когда Килджеден хватает ее на руки и снова входит в кровоточащую киску. Ее тело слабое и израненное после анального изнасилования, а теперь он трахает ее вагину.       — Неет! Умоляю, пожалуйста, хватит!        Килджеден грубо и жестко трахает ее киску, не заботясь о ее болях и криках. Ее слабое тело болтается на его руках, изношенная киска снова начинает кровоточить от сильных толчков. Она плачет и кричит от боли, когда он продолжает ее насиловать. Ее тело дрожит и сжимается вокруг его члена, но он не останавливается, продолжая жестоко насаживать ее на свой член.       Постепенно ее крики превращаются в слабые стоны, когда он все еще продолжает трахать ее киску. Она чувствует, как его член разрывает и расширяет ее нежное отверстие, вызывая невыносимую боль. Килджеден сбрасывает ее на пол и кончает на нее, пачкая ее тело и остатки платья. Его сперма обжигает ее кожу, вызывая новые слезы и крики. Ее остатки платья теперь полностью испорчены этой липкой жидкостью.       Килджеден подошел чуть ближе и кончает остатками спермы прямо на ее лицо, пачкая его и ее волосы. Андрамисса кричит и плачет, когда его зеленая сперма заливает ее щеки, нос, губы и волосы. Она чувствует запах серы и горечи в воздухе.       — Ха! Вот так-то, шлюха! — усмехнулся он.       Она лежит на полу, совершенно униженная и оскверненная. Ее тело, лицо и волосы покрыты зеленой спермой демона. Он улыбается, а она плачет и дрожит от ужаса и отвращения. Килджеден осторожно и устало вернулся на свое место и опустился на трон, вздохнув, явно довольный собой и тем, что сделал.       Андрамисса остается лежать на полу, окруженная разорванными остатками ее прекрасных нарядов и липкой зеленой спермой. Ее тело все еще горит от боли и унижения, слезы текут по ее запятнанному лицу. За что? Зачем? В чем она провинилась? Эти и другие вопросы звучали в ее голове. Она не могла понять почему он так с ней поступил.       — Ах да, чуть не забыл. — Килджеден развеял закрытые двери и звуконепроницаемый барьер. Вот для чего все это было нужно, теперь стало понятно.       В тот же момент, как барьер и двери исчезли звуки ее плача и криков тут же разнеслись по округе, а сама она могла слышать как снаружи шагали и суетились остальные демоны.       — Ты свободна. Можешь идти и возвращаться к себе, но завтра… Завтра у меня будет для тебя важная миссия. — он махнул рукой, как бы отпуская ее.       Андрамисса медленно поднялась на дрожащие ноги, ее тело болело везде. Зеленая сперма капала с ее лица и волос на остатки ее платья. Она медленно вышла из зала, ее плач эхом разносился по коридорам крепости. Слуги и другие демоны видели ее в таком виде и шептались между собой. Она была полностью раздавлена физически и морально.       — И не забывай кому ты служишь! Помни, что ты принадлежишь мне! — крикнул ей Килджеден напоследок, перед тем как он окончательно вышел и громко засмеялся.       Андрамисса вздрогнула от его последних слов и не смогла остановить новые слезы. Она принадлежала ему теперь полностью, телом и разумом. Ее жизнь была в его руках, а завтра ожидала новая миссия, которая наверняка будет еще более жестокой. Она покидала зал полностью скованная, она не могла сопротивляться, не могла бежать или бороться. Ее тело и душа были в полной власти Килджедена.       И конечно же, пока она брела в свои покои, ей встречались другие демоны по пути. Все они видели ее голой, с оборванными лохмотьями платья, вся покрытая спермой, которая капала с ее тела и волос. Все видели ее униженной и использованной. Возможно именно этого и добивался Килджеден. Проходя мимо них она чувствовала их взгляды на себе. Некоторые смеялись и шептались за спиной, другие просто смотрели с холодным интересом. Она лишь опускала голову вниз, не глядя ни на кого.       Андрамисса наконец-то достигла своих покоев. Как только она вошла, дверь за ней закрылась, и она рухнула на пол, разрываясь в плаче. Она сидела на полу, обхватив колени руками и рыдая в голос. Ее тело болело, а сама она была подавлена. Она чувствовала себя абсолютно обесценившейся и использованной. Как она будет жить после такого?       Рыдания продолжались долго, пока у нее не закончились слезы. Она чувствовала себя пустой оболочкой, совершенно разбитой и покинутой. В ее голове звучали только слова Килжедена: «Ты принадлежишь мне!»       Андрамисса медленно поднялась на ноги и подошла к зеркалу. Посмотрев на себя, она едва узнала свое отражение. Это была не она, не та гордая и красивая демонесса, которой она всегда была. Она видела перед собой растрепанную и униженную самку. Ее волосы были скомканы и покрыты засохшей зеленой спермой. Ее лицо все еще была смазано той мерзостью. А платье… Ее платье было разорвано и испачкано. Оно висело на ней лохмотьями, едва прикрывая тело. Она выглядела так, словно ее жестоко изнасиловали и использовали в качестве сексуальной игрушки, ведь так оно и было.       Андрамисса медленно разделась, снимая лохмотья платья и бросая их в угол. Ее тело было покрыто синяками и царапинами от грубых лап Килджедена. Она чувствовала себя грязной и использованной. Она села на край кровати и обхватила голову руками. Слезы вновь навернулись на ее глазах. Ей казалось, что мир рухнул вокруг нее. Ее гордость была растоптана, ее тело было изувечено, а любимое платье испорчено. Ее любимый роскошный наряд, который она так любила и носила с гордостью, был попросту разорван, даже он был уничтожен во время насилия.       Андрамисса сидела так долго, не зная, что делать. Ей было стыдно и больно. Она никогда не думала, что такое может случиться с ней. Она была сильной и гордой, но теперь все изменилось. Теперь она была изнасилованной и обесценившейся. Она была игрушкой в руках Килджедена. И ей предстояло жить с этим фактом, неся на себе печать своего унижения и стыда.       Она посмотрела на остатки своего любимого платья, которое бросила на пол. Оно было испорчено навсегда, разорвано и испачкано грубыми лапами демона. Так же, как и она сама. Андрамисса стояла голая посреди своей комнаты, покрытая засохшей спермой Килджедена. Она чувствовала, как она липнет к ее телу и волосам. Ей было противно от самой себя.       Андрамисса медленно подошла к ванной комнате, чувствуя, как ее тело дрожит от отвращения и боли. Воды в этом месте не было, поэтому всегда приходилось использовать магию. Она забралась в душевую кабину и воспользовалась своей магией, чтобы вызвать воду и помыться. Андрамисса начала мыться, пытаясь смыть с себя все следы насилия. Она тщательно смывала с себя грязь со своего тела, чувствуя, как она постепенно исчезает вместе с водой. Но стыд и боль оставались.       Она закончила мыться и вышла из ванной комнаты, обернувшись полотенцем. Но даже чистое тело не могло избавить ее от чувства унижения и боли внутри. Андрамисса снова села на край кровати и просто сидела там, не зная, что делать дальше. И тут ее вдруг осенило. Точно, она же только что использовала магию для мытья. Она может использовать магию и для исцеления.       Андрамисса закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на своей боли. Она знала, что может использовать свою магию, чтобы облегчить физическую боль, но эмоциональная была другой. Она была глубже и болезненнее. Она начала использовать магию, чтобы исцелиться. Голубые энергии окружили ее руки, пока она вводила ими по своему телу. Ее синяки и царапины начали медленно заживать, а боль в теле постепенно утихла. Но эмоциональная боль оставалась такой же сильной, ка и раньше.       Она коснулась своих дырочек, чувствуя, как они болят и пульсируют от насилия. Она использовала свою магию, чтобы и там облегчить боль. Боль в интимных местах начала утихать, и это принесло ей хоть какое-то облегчение. Но она все еще чувствовала себя грязной и использованной. Ее душа была травмирована так же, как и тело.       Андрамисса открыла шкаф, чтобы одеться. Конечно, теперь у нее не было такого же дорого наряда, но у нее всегда были другие одежды на запасной случай. Она достала простую одежду, обычные штаны и рубашку. Она быстро оделась, чувствуя внутри себя все так же униженной и использованной, несмотря на чистую одежду снаружи. Закончив одеваться, она стояла перед зеркалом, но не видела в нем свою гордую и сильную личность. Вместо этого она видела разбитую и обесценененную девушку, которая была только что изнасилована. Она отвернулась от зеркала, не в состоянии смотреть на себя дольше. Она никогда не чувствовала себя такой потерянной и разбитой. Ее уверенность и гордость были уничтожены одним актом насилия.       Андрамисса мысленно призвала одного из своих слуг, чтобы отправить его к ее портному, за новым платьем, так как сама не могла и не хотела показываться в таком виде. Слуга появился незамедлительно, но когда увидел ее состояние, его глаза расширились от удивления. Он никогда не видел свою госпожу такой. Обычно она была такой элегантной и гордой, а сейчас…       — Госпожа, вы звали меня? — спросил он.       — Да, я хочу, чтобы ты отправился к моему портному. Я… Я нуждаюсь в новом платье. Это срочно! — говорила она, отводя взгляд. Она не могла смотреть ему в глаза.       — Хорошо. А что… — видя ее состояние он был удивлен и хотел спросить у нее, что же с ней случилось, но увидев ее взгляд, не стал задавать лишних вопросов. — Все. Уже иду!       Когда он вышел, Андрамисса опустила голову, пряча слезы. Она не хотела, чтобы кто-то видел ее в таком состоянии. Особенно слуги. Они должны были видеть только сильную и гордую госпожу, а не изнасилованную и плачущую девчонку. Поэтому она решила навестить Мараель, чтобы получить поддержку от нее. Андрамисса знала, что должна увидеться с ней, но не знала, как та отреагирует на то, что с ней произошло. Мараель была сильной и мудрой, но никогда не сталкивалась с таким ужасом.       Андрамисса вышла из своей комнаты и направилась в комнату Мараель. Ее шаги были медленными и неуверенными, не похожие на привычную властную походку. Она вошла в пустую комнату Мараель и почувствовала разочарование. Она так нуждалась в мудрости и поддержке подруги, но Мараель тут не было. Андрамисса начала искать ее по всей крепости, ее тревога росла с каждой минутой. Она обходила все знакомые места, где обычно находилась подруга, но ее нигде не было.       Андрамисса нашла ее на одной из тренировочных площадок и застыла у входа, наблюдая за сценой перед ней. Мараель тренировала своих новых учеников. Она кричала на них, называя их всех жалкими ничтожествами. Она была в своей стихии, строгая, требовательная и жесткая.       Андрамисса увидела, как один из учеников огрызнулся на Мараель, и та без колебаний метнула огненный шар ему прямо в лицо. Она стояла в шоке, наблюдая за тем, как ученик с криками убегал с площадки, его лицо было сильно обожжено. Никто не пытался ему помочь или даже остановить.       — Кто-нибудь еще хочет высказать свое недовольство? — ее голос был леденящим и полным власти.       Все ученики мгновенно замолчали и покорно опустили головы. Ни один из них не осмеливался смотреть ей в глаза.       — Хорошо. Теперь вы знаете, что будет с теми, кто осмелится возражать или не выполнять мои приказы. — она обвела взглядом своих подчиненных, ее глаза горели холодным огнем.       Мараель заметила Андрамиссу, стоявшую у входа, и ее выражение лица смягчилось, сменившись удивлением.       — Андрамисса? Что ты здесь делаешь?       Она подошла ближе к Мараель, чувствуя себя все более неуверенно. В глазах подруги читалась жестокость и власть, которую она никогда прежде не видела так явно проявленной.       — Мараель. Я искала тебя. — голос у нее дрожал, она не знала, как рассказать подруге о том, что с ней произошло.       Мараель жестом руки отослала остальных учеников, после чего подошла ближе к Андрамиссе.       — Зачем?       — Мне нужно поговорить с тобой. Наедине. — она бросила быстрый взгляд на оставшихся учеников и снова обратилась к ней с мольбой в глаза. — Пожалуйста.       — Хорошо. — Мараель развернулась к своим ученикам. — Так, недотепы, мне надо отойти ненадолго, а вы пока продолжайте оттачивать свои техники. И не бездельничать, а то закончите как тот недоумок! Я приду и проверю. — затем обратилась к Андрамиссе. — Идем!       Андрамисса последовала за Мараель, чувствуя, как ее сердце бешено стучит в груди. Она не знала, с чего начать, как рассказать подруге о своем унижении, беззащитности перед насилием. Пока они шли, эредарка заметила, что она в обычной одежде, а не дорогом наряде, который обычно носила, и как она выглядит какой-то подавленной и разбитой. Это ее тревожило, но она не стала сейчас задавать вопросов, позволив ей потом самой все рассказать.       Они дошли до ее комнаты и она закрыла за ними дверь. Затем Мараель села на диван и похлопала рядом, приглашая ее. Андрамисса неуверенно приблизилась к дивану, и ее тело дрожало, когда она села рядом с Мараель. Тишина тяжело давила на нее, ей было страшно начать свой рассказ.       — Ну, рассказывай, что случилось? О чем ты хотела со мной поговорить? — спросила ее Мараель.       Андрамисса вздохнула, ее руки сцепились в закрепляющий узел на ее коленях.       — Я… Я не знаю, с чего начать. — ее голос дрожал, а глаза опять наполнялись слезами.       Мараель терпеливо дожидалась, пока Андрамисса собиралась с духом. Она заметила, как подруга дрожит, как ее обычно красивое лицо искажено страхом и стыдом. Набрав в грудь побольше воздуха, Андрамисса резко высказалась:       — Я была изнасилована! — она тут же разрыдалась, обхватив себя руками и скрючившись на диване. — Он… Он просто взял меня и…       — Чтоооо?!       Мараель резко вздернула голову, ее глаза расширились от шока и ярости. Она молниеносно обняла дрожащую Андрамиссу, ее руки крепко сцепились вокруг нее.       — Кто? Кто посмел это сделать с тобой?       Андрамисса всхлипывала и рыдала, но через силу ответила:       — Мне… Мне неприятно говорить. — она прикрыла лицо руками, стыд и унижение захлестнули ее с новой силой.       Мараель крепче обняла подругу, ее собственное тело дрожало от гнева.       — Пожалуйста, скажи мне. Кто это сделал?       Андрамисса вздохнула и выдавила из себя имя.       — Владыка Килджеден. — она уткнулась в плечо Мараель и разрыдалась еще сильнее. — Это был сам владыка.       — Сволочь! Да как он посмел! — ее реакция была незамедлительной. Но гнев и презрение были направлены не на нее. Это утешало и придавало сил. — Расскажи. Расскажи мне все, как это было.       Андрамисса сделала глубокий вдох и начала рассказывать, как владыка Килджеден силой овладел ею в его тронном зале. Как он издевался над ней, как он называл ее шлюхой и играл с ней как с куклой. Когда Андрамисса закончила свой рассказ, Мараель молча сидела некоторое время, ее лицо было мрачно, а глаза горели огнем ярости. Затем она протянула руку и погладила Андрамиссу по голове.       Андрамисса прильнула к Мараель, как ребенок к матери. Она все еще дрожала от пережитого кошмара, но объятия эредарки приносили ей хоть какое-то утешение. Они долго сидели в молчаливой обстановке, пока рыдания Андрамиссы не начали утихать. Наконец, она подняла голову и посмотрела на подругу с мокрыми от слез глазами.       — Мара.       Андрамисса запнулась, не зная, как продолжить. Она хотела спросить совета у Мараель, но боялась говорить о том, что произошло. Вместо этого она просто произнесла:       — Я не знаю что делать.       Мараель молча обнимала подругу, давая время собраться с мыслями и эмоциями. Через несколько мгновений она отстранилась и посмотрела Андрамиссе прямо в глаза с серьезным выражением на лице. Она взяла ее лицо в свои руки и нежно вытерла слезы большими пальцами.       — Слушай меня внимательно. — сказала она тихим, но решительным голосом. — Это не твоя вина.       Андрамисса не могла сдерживаться и разрыдалась вновь, услышав эти слова. Мараель снова обняла ее, прижимая к себе и успокаивая, как могла.       — Ты ничего не делала такого, что заслуживало бы это. Ты была насильно взята против своей воли. Это изнасилование, и это преступление. — Мараель говорила жестко и четко, чтобы Андрамисса поняла суть ее слов.       Андрамисса кивала сквозь слезы, впитывая ее слова как губка. Она чувствовала, как они начинают излечивать ее душу, принося хоть каплю облегчения в этом аду.       — Я, я знаю. — прошептала она хрипло.       Мараель продолжала держать Андрамиссу в объятиях, чувствуя ее дрожь. Она знала, что сейчас самое важное это дать подруге понять, что она не виновата в случившемся.       — И знай одно, если бы я могла казнить Килджедена прямо сейчас, я бы сделала это без тени сомнения. За то, что он сделал с тобой. — голос Мараель был ледяным и полным ненависти при упоминании имени владыки.       Любого другого она нашла бы и убила на месте за свою подругу. Но это был сам владыка Килджеден. Он действительно мог позволить себе все, что угодно. Здесь они обе были бессильны против него. Поэтому все, что она могла сделать, так это просто крепко обнимать свою подругу, утешая ее.       Андрамисса всхлипнула и крепче прильнула к Мараель. Ее сердце сжималось от благодарности за то, что хоть кто-то понимает ее боль и ярость так же сильно, как она сама. Через несколько минут молчания Мараель осторожно отстранилась от Андрамиссы и взяла ее за руки. Ее взгляд стал серьезным и сосредоточенным.       — Теперь слушай меня внимательно. Это важно! Ты должна держаться. Не показывай ему, что он смог тебя сломить. Будь сильной ради себя самой. — она сжала ее руки, передавая всю серьезность своих слов.       Андрамисса кивнула, стиснув зубы. Она знала, что Мараель права. Она не должна позволять этому изнасилованию и этому монстру сломать ее. Несмотря на боль и гнев, она должна сохранить свою гордость и стойкость. Мараель ободряюще улыбнулась и крепко обняла Андрамиссу в последний раз, прежде чем отпустить ее.       — И если когда-нибудь тебе потребуется поддержка или просто кто-то, чтобы выслушать, я всегда буду рядом. — напомнила она ей.       Андрамисса кивнула, чувствуя себя немного сильнее благодаря словам Мараель. Она знала, что у нее есть хотя бы одна подруга, которая понимает и поддерживает ее в этот трудный момент.       — Спасибо, Мара. — прошептала она.       — Держись, я с тобой. Ты справишься! — подбодрила она ее.       Андрамисса улыбнулась сквозь слезы, ободренная поддержкой Мараель. Она глубоко вздохнула и попыталась собраться с силами, как советовала подруга. Ее голос стал немного тверже и увереннее.       — Я справлюсь! Я справлюсь! Я справлюсь! — повторяла она эти слова как мантру, пытаясь убедить себя в этом. Она знала, что дорога к выздоровлению будет длинной и трудной, но с Мараель рядом она чувствовала себя немного сильнее.       — Советую тебе пока прилечь и немного отдохнуть.       Андрамисса кивнула, понимая, что сейчас ей действительно нужно дать себе передохнуть. Она чувствовала себя измотанной и опустошенной после всего, что с ней произошло.       — Да, ты права, я пойду лягу.       — А мне пока нужно вернуться к своим бестолковым ученикам. Как видишь, мне поручили обучать этих идиотов.       — Иди к ним. Я справлюсь. — Андрамисса пыталась скрыть боль в глазах и старалась звучать уверенно. Она понимала, что Мараель должна возвращаться к своим обязанностям.       — Я хотела быть строгой, но не жестокой. Признаться честно, я не хотела тому ученику обжигать лицо, все произошло само собой прежде, чем я успела осознать, что делаю. — призналась она, в ее голосе было слышно чувство вины. — Наверное, так сказываются на мне методы обучения Сатиель.       Андрамисса слегка поморщилась, вспомнив строгий характер Сатиель и ее методы обучения. Она понимала, что Мараель не хотела навредить ученику, и поэтому старалась успокоить подругу.       — Не вини себя. Ты не Сатиель. Ты не хочешь причинять боль ученикам намеренно. — Андрамисса знала, что Мараэль по натуре не жестокая, и что это просто реакция на новый стиль обучения.       Мараэль кивнула, принимая слова Андрамиссы. Она знала, что подруга права. Ее цель никогда не была в том, чтобы мучить учеников, как это делала Сатиель. Но иногда строгость была необходима.       — Что ж, иди, отдохни немного.       — Да, и ты тоже будь осторожнее с обучением. — сказала Андрамисса со слабой улыбкой, поддразнивая подругу. Она знала, что Мараэль не по своей воле становится более жестокой учительницей.       — Давай, держись, все будет хорошо. Если хочешь, как освобожусь, потом можем еще поговорить. — предложила она ей.       Андрамисса кивнула, чувствуя теплоту в груди от заботы Мараэль. Она знала, что подруга всегда будет рядом, чтобы поддержать и выслушать.       — Хорошо, я буду ждать. — сказала она тихо, поднимаясь с постели. Она была еще очень бледна и слаба, но все же попыталась стоять прямо, гордо подняв голову.       Мараель обняла ее на прощание и ушла к своим ученикам. Андрамисса медленно вышла из комнаты Мараэль и побрела в свою спальню, чувствуя себя все еще слабой и разбитой. Она легла на кровать и закрыла глаза, пытаясь унять боль в сердце и теле. Через некоторое время ей в голову пришли мысли о том, что произошло. Она вспомнила лицо Килджедена, его грубые руки, его смех. Ее тело содрогнулось от отвращения и боли. Она боялась его больше всего на свете.       Андрамисса крепко сжала глаза, пытаясь заглушить воспоминания и слезы, которые начинали капать по щекам. Она чувствовала себя грязной и использованной. В этот момент она особенно ценила поддержку Мараэль. Цепляясь за ее образ и слова, сказанные ей, она все же смогла уснуть, погрузившись в беспокойный сон.