I Wanna Be Yours

‎Середина декабря. Снег уже выпал, каждый день идя хлопьями. Новогоднего настроения всё не было, но уже на днях должен был состояться новогодний бал у старших классов, включая 11-ые, где учились Райм и Градус. ‎ ‎Наряжая своё окно яркой гирляндой, Лёне вдруг пришло сообщение от его лучшего друга: «можешь ща в дс? срочно». Уже вечер, скоро должны были прийти родители и надо было скорее украшать дом. Но кто же откажется от общения с другом? ‎ ‎Убрав гирлянду, Райм быстро сел за компьютер, заходя в звонок с Градусом: ‎— В общем, ты же знаешь что скоро новогодний бал? — сразу начал говорить Градус, пытаясь не подавать виду, что он нервный. ‎ ‎— Да, а что такое? ‎ ‎— Настя должна на него прийти, а я хочу ей признаться. Я долго думал, как это сделать. Короче, поможешь? — указательный палец Ильи в стрессе стал стучать по столу, что было слышно только ему. ‎ ‎Райм был ошарашен от слов Градуса. Он думал, что все действия того же по отношению к нему — не просто дружба. Те касания, слова, действия рази чего? Чрезмерная тактильность Ильи выбивали Райма из колеи. Он подозревал об излишней близости, но не мог понять. "Что это, если не дружба? Не может же быть, что я могу полюбить своего друга..." — задавал вопросы сам себе Лёня. В голове были лишь смешанные мысли по поводу всей ситуации и невероятное чувство обиды. Кто же знал, что для кого-то — это все игра, а для другого — это сто целых загонов и переживаний. А может, две стороны одинаковы, просто он ещё не знает? Но всё же, надо поддержать своего друга. Да, друга, именно так. Поэтому, недолго думая, Райм ответил: ‎ ‎— Ты ещё спрашиваешь? Конечно помогу, мы же друзья. Только с чем? — старался не выдавать грусти Райм. ‎ ‎— Ты только не смейся... Я хочу научиться целоваться. Мне надо на ком-то тренироваться, чтоб не опозориться перед любимой девушкой, сам понимаешь, — Градус закрыл лицо руками, немного расшатываясь на стуле. ‎ ‎— Ты предлагаешь тренироваться на мне? Ты дебил? — Райм усмехнулся, — мне за это что-то будет? ‎ ‎— Если ты откажешься, то всё нормально, но я готов тебе что-нибудь купить. Компенсация за причинённый ущерб, так сказать, — ответил Градус, стараясь не смотреть на экран своего монитора. ‎ ‎Райм запутался. Почему именно он? Ведь с Джеком или Домером Градус знаком гораздо дольше, чем с Лёней. Было сложно понять, что отвечать на такое. С одной стороны, почему-то так и манило согласиться. А с другой стороны, было очевидно, что это на один раз и больше такого не будет. Разве такое влечение к своему другу — это нормально? Это странное чувство точно чувствуют все друзья? ‎ ‎— Я не продажный, вообще-то, — ещё больше рассмеялся Райм, чтоб разрядить обстановку и свой поток сознания, — допустим, я согласен? ‎ ‎— Хорошо, сейчас приду, — сразу же ответил Градус, не давая время переварить всё, что сейчас произошло. ‎ ‎— Погоди, сейч... — не успел договорить Райм, как Градус вышел из дискорда. ‎ ‎Мысли становились все назойливее с каждой секундой, ещё больше тревожило то, что сейчас могло произойти. Они с Градусом жили в одном доме, но на разных этажах. Он правда надеялся, что всё это — лишь сон, странные фантазии. Разве Градус когда-то говорил, что любит Настю? Всё это казалось невыносимо странным. Пугало также то, что Райм тоже непрофессионал в этом вопросе. Чёрт, он даже ни с кем не встречался, неужели Илья не мог потренироваться на помидоре? В крайнем случае, просто дать волю действиям. Но просить лучшего друга помочь было за гранью понимания. ‎ ‎В дверь постучали. Небольшой холодок пронёсся по телу Лёни, а мурашки заполонили его тело. Всё же найдя в себе силы встать со стула, он наконец открыл дверь. Уж слишком было неловко осознавать, какого будет прикоснуться губами к нему. К объекту эмоций, что так сильно испытывал Райм при виде его — Градуса. Ладони вспотели, в голове осталась лишь каша. Из этого состояния его вырвали тихие слова: ‎ ‎— Бро, ты не представляешь, как долго я решался на это. Спасибо, что согласился, хоть и мой запрос очень странный, — слегла улыбнулся Градус, кладя руку на плечо. ‎ ‎— С каких пор тебе вообще нравится Настя? Ты мне никогда не рассказывал, — все-таки поинтересовался по дороге в свою комнату Райм, как тут его перебили. ‎ ‎— Неважно, сейчас не об этом. Я потом тебе всё расскажу. Может приступим? ‎ ‎Не дождавшись ответа, чужая ладонь опустилась на его красную щёку. В следующее мгновение всё тело обдало жаром, а губы были накрыты чужими. Это было... Необычно, смущающе, невинно? Множество слов и синонимов можно было бы привести, но Райм даже не знал, что делать дальше. Отстранившись, Градус засмеялся от своей же неловкости. Такой неопытный поцелуй, а ведь такой искренний. Райм сидел, сжав обоими руками своё одеяло. Что ему делать? Надо ли отвечать на поцелуй? Куда деть руки? ‎ ‎— Я могу продолжить? — всё же обеспокоясь за своего товарища, спросил Градус. ‎ ‎Райм лишь заторможенно, неловко кивнул. Нельзя же научиться целоваться за один раз? Хотя ощутить второй раз ту эйфорию, что он испытал только что, тоже хотелось. ‎ ‎Робко коснувшись плеч своего друга, Градус обвил губы Лёни. От незнания, тот лишь забавно зажмурил глаза, ощущая дрожь по телу. Боже, как стыдно... Точно ли было верным решением, называть его своим другом, а не возлюбленным? Райм осознавал, что это не может быть нормальной реакцией на происходящее. Лучшие друзья так не делают. Они ведь даже нормально не обнимались, что нашло на Градуса? ‎ ‎— Лёнь, я люблю тебя, — неожиданно произнёс Илья после второго поцелуя. ‎ ‎— Что? А Настя? — в шоке еле вымолвил из себя Райм, не понимая откровенно говоря ничего. ‎ ‎— Я люблю тебя, — будто издеваясь над непонимающим Раймом, Градус сделал акцент на последнем слове. ‎— Я вообще ничего не понял! То ты говоришь, что Насте хочешь признаться, то мне про любовь затираешь. Как это расценивать? — чуть ли не выкрикивая своим фирменным ором, спросил Райм. ‎ ‎— Ты мне нравишься. Ты. Я не хочу признаваться Насте, я люблю тебя, — с уверенностью в словах сказал Градус. ‎ ‎Поцеловав в третий раз своего уже бывшего друга, на удивление Градуса, другая сторона продолжила поцелуй. Хоть за эти 5 минут они ещё не стали опытнее, но это давалось обоим легче. Оба не хотели отстраняться, обоим не хватало воздуха. А что подумают другие? Родители же точно не поймут, а друзья осудят. Но сейчас это неважно, ведь "тренироваться" важнее, чем думать о последствиях своей передружбы. — Я тоже тебя люблю, Илюш. Похоже, начался новый этап в отношениях двух подростков, что не могли разобраться в своих чувствах. ‎