3. Этой зимой никто не замерзнет

      Зима в селе набирала силу, укрыв его под мягким ковром из снега и инея. Деревья, окутанные прозрачной коркой ледяных кристаллов, словно хранили тайны прошедших лет, их ветви набухли от холода, склонившись под тяжестью облепивших их снеговых пушинок. Дома, со скрипучими крышами и тонкими столбиками дыма, что тянулись вверх, словно тоненькие нити жизни, выглядели уединенно и спокойно, среди безмолвной тишины, только изредка нарушаемой шорохом ветра или далеким звонким смехом озорных детей.       Милиционер, сидя у окна в своем повидавшем жизнь кабинете, в мыслях возвращался к своей работе, к тому невидимому круговороту, где каждая минута, каждое решение имеет значение. В этой таежной глуши, среди заснеженных бревен и мертвых от холода тропинок, Костя не только страж порядка, но и часть этого заброшенного мира. Вся его жизнь это сплошной режим выживания и постоянная проверка на стойкость и верность присяге.       Работа это не только зафиксировать преступление или разрешить конфликт. Это дать надежду там, где кажется, что ее уже нет. Даже если у тебя ее тоже нет. В этом суровом крае, так же как и в сердце человека, есть своя зимняя безмолвная тишина, которую нужно уметь слышать. Лейтенант знает, что каждое его решение - капля в океане жизни, и честность, терпение, стойкость - самые важные его орудия.       Тихонов потер переносицу, вздохнул и вернулся к работе. Он часами перечитывал все, что у него есть по делу пропавших детей, анализировал, снова и снова переписывал все детали, пытаясь соединить их в одну цепь событий, но вместо этого лишь обрывки, бессвязные события и непомерная вина. Он не справлялся и давно потерял контроль над этой ситуацией. Бесконечный поток бумаг и мыслей, тревога, монотонное тиканье пошарпанных часов на стене, завывание метели и далекий лай бродячих собак. Все смешалось в кашу, в убаюкивающий и бессмысленный шепот. Костя не заметил, как провалился в дремоту, перерастающую в крепкий сон, истощенного организма. Ему снились вихри снега, черный гараж, игривый смех и яркий рыжий мех, он бежал за кем-то, но не мог догнать. Все глубже в лес, поймать плутовку, найти ту, кто так заразно смеется.       Сон перенес его в отделение милиции, внутри его ждала девушка. На ней аккуратная форма милицейского мундира, легкая и строго послушная телу, словно созданная для быстрой и решительной работы. На груди мерцает металлический значок - символ служения, мира и порядка. Ее рыжие волосы, чуть растрепанные, благодаря натуре свободной и игривой, выпадали из строгого хвоста создавая яркий акцент среди строгих линий формы. Они словно пылкое пламя, придают ее образу искрящую и живую энергию.       Костя чувствовал, что у девушки мятежный дух сочетающийся с нежностью, клеймит противоречия и создавая неповторимый образ сильной, но искренней натуры, будто таит в себе темпераментного огненного зверя и ласкового солнечного ребенка одновременно.       Увидев его, девушка широко улыбнулась, Костя почему-то вторил ей, широко раскинул руки, приглашая в свои объятия. В несколько широких шагов девушка оказалась рядом, бросаясь в объятия милиционера.       Она пахла хвоей и кофе, яркие волосы игриво щекотали нос, а маленькие ручки крепко обвили его шею, горячее дыхание опаляло кожу, и кажется он словно обрел вторую половину своей души. Тело окутало тепло, он задыхался от чувства, которое не мог назвать, оно дарило покой, словно он давно искал что-то и наконец нашел. — Вернулась, Маленькая. - Выпалил он, выдыхая с облегчением. Незнакомая знакомая угукнула куда-то в его шею, не спеша отстраняться. — Вернулась, Константин Владимирович. - Подтвердила она, наконец отстранившись. Ее глаза сверкали, излучая искреннюю радость встречи. Разум не понимал, как он может относиться с таким теплом к той, кого не знает, но был не в силах изменить ход сна.       Помещение закрутилось, силуэт расплылся и понес его дальше по миру сновидений, знакомые лица, школа, беседы, работа с собакой, день сурка и снова она. — Да ты как к себе домой. - Усмехнулся Костя, встречая в коридоре девушку, ведущею Рому. Тот фыркнул недовольно, отвернулся от лейтенанта. Мозг ликовал, вот он, знакомая фигура. Главный шкодник села. — Ниче я не домой. Это вон, - он указал кивком головы на рыжеволосую девушку. — Меня притащила. - Пятифан скрестил руки на груди, недовольно зыркая на двух милиционеров. — Не "вон", а Валерия Даниловна. - Строго поправил Тихонов. — Значит есть за что наказывать. - Он подмигнул девушке, а сознание не дало опомниться, не позволило запомнить имя и уцепиться за нее, понесло его дальше по течению бурной реки снов. Его заполняли странные эмоции, животный страх, праведный гнев и отвращение. Картинка медленно обретала ясность и рядом снова была она. Он наблюдал со стороны. — На! Посмотри хоть. - В руках Кости-двойника был табель успеваемости некой Королевой. Пьяный мужчина водил по нему рассеянным взглядом, не понимая сути написанного.                   Девушка в дверях мелко дрожала, с нескрываемым страхом смотря на то, как ее отец сильнее сжимает треклятую бумажку с оценками. Она метнула взгляд на Тихонова, Костя последовал ее примеру, наблюдая, как он впихивал табель, видел, как желваки на его лице играли, челюсть была плотно сжата и он походил на хищника, готового в любой момент кинуться на свою несчастную жертву. — Узнаю, что ты ее хоть пальцем тронул - убью. - Сквозь зубы процедил лейтенант-двойник, он в последний раз окинул пьяницу брезгливым взглядом и направился в коридор, где все это время стоял он настоящий и девочка. — Ах, да. - Его двойник на секунду задержался в дверном проеме, — прекращай бухать. Завтра приду и проверю.       Костя жадно рассматривал лицо незнакомки, желая все запомнить, это точно ее взрослую версию он видел несколько минут назад. Такие же веснушки, яркие волосы и проницательный взгляд, только младше, запуганнее. Картинка вновь поплыла, он успел увидеть, как девочка юркнула за ним, а он вручил ей какую-то бумажку и скрылся. Река сновидений продолжила свой бег и понесла за собой Тихонова, он судорожно вздохнул, оказываясь в своем темном доме.       Он снова наблюдает за всем со стороны, снова эта девочка, как он звал ее во сне? как назвал ту девушку, которая бросилась в его объятия? Валерия? Маленькая? Что их связывает? — Терпи. - Командовал его двойник, прижимая вату к разбитой губе. Она зашипела от резкой боли, но послушно осталась неподвижной. Палец на девичьем лице шевельнулся, поглаживая. Тихонов-двойник наклонился ближе, не сводя газ с чужих губ. Для собственного удобства, он поставил колено на низенький диван, аккурат коснувшись девичьей коленки. Королева не шевелилась, замерла, словно загнанный в ловушку зверек, принявший свою участь. Лейтенант сморгнул наваждение и отстранился, отворачиваясь к столу. — Ложись спать, завтра я со всем разберусь. - Костя провел рукой по волосам, сделал неловкий круг по комнате, высматривая что-то, а когда вернулся к дивану, то Королева уже свернулась колачиком, тихо посапывая. Он ощутил прилив нежности и злости одновременно, он чувствовал, как его двойник борется с собой. Как его окутывает желание быть защитником и опорой для нее и как он хочет наказать виновного, но послушно остается с ней, а самого Костю тянет куда-то вглубь этих событий.       Милиционера обуяла невыносимая боль, он согнулся пополам, закрывая лицо рукой, оно горело, пульсировало, слух уловил собственный ослабший голос, вынуждая открыть глаза и наблюдать. — Лера...- Болезненно произнес Тихонов из сна. Второй милиционер хотел оттащить уже хорошо знакомую девушку в сторону, но та укусила его за руку, вырвавшись, бросилась к участковому что по витающим в воздухе эмоциям стал для нее роднее всех. Вялым движением руки Костя дал понять, что ничего не нужно предпринимать, раз пришла, то пусть остается. Паренек тяжело вздохнул, махнув рукой, вышел, оставляя их наедине.       Королева! Да, он вспомнил! Она дрожала, судорожно бегая по чужому лицу. Левая часть лица его двойника была обезображена. Кровь сочилась из рванных ран, лицо лейтенанта было бледным, он едва удерживался в сознании, она опустила взгляд, на полу, под его ногами уже собралась лужица крови, сколько он так просидел? Она метнулась к аптечке, переворачивая и высыпая содержимое на дубовый стол. Тихонов дрожащими пальцами коснулся лица, там же, где у его двойника была рана. Он вздрогнул, кончики пальцев утопали в вязкой крови. Он метнул ошарашенный взгляд на развернувшуюся сцену.       Костя из сна молчал, его пальцы крепко сжимали край столешницы, лицо онемело. Единственным видящим глазом, он следил за действиями Леры. Резкие, знающие, она порвала упаковку со стерильным бинтом, сложила из нее большую салфетку и приложила к порванной щеке.                   Зеленые глаза заплакали, крупные капли падали на форменные штаны, заливали пол, размывая кровь. Ослабшая рука коснулась чужой талии.       Он чувствовал к чему все идет, к сближению, неописуемому и нужному. Что произойдет дальше и как они сблизятся, навсегда останется тайной для настоящего лейтенанта. Кабинет пошел ходуном, его снова уносило. — Можно поцелую? - Шепнул его двойник. Сам Тихонов задался вопросом "кого"? Взгляд быстро нашел вдруг покрасневшую девушку, она метнула взгляд на пухлые губы милиционера и медленно кивнула, словно неуверенная, что его двойник говорит всерьез. Снова она, но уже взрослая, в милиционерской форме и такая непокорная.       Костя из сна поддался вперед, накрывая ее губы своими, сначала робко, изучающе, его рука соскользнула к плечам, приобнимая. Королева поддалась ближе, ответила на поцелуй, позволяя лейтенанту углубить его, сделать поцелуй пылким, жадным. наполненным желанием большего. Сам Костя почувствовал привкус табака, горький и такой противоположный эмоциям, что снова заполнили его кабинет. Он чувствовал тепло ее дыхания, мягкость ее губ, искру взаимного недоступного блаженства. В этом поцелуе все, в чем он нуждался в реальной жизни, которая кипела за пределами его снов, больше похожих на бред: признание, поддержка, доверие, покорность, взаимность.       Девичьи пальцы скользили по небритой щеке, зарывались в отросшие волосы, он готов был стонать от удовольствия, которое испытал впервые за столькие годы.       Удовольствие захлестнуло его, едва не сбивая с ног таким обилием незнакомых и приятных чувств. Все снова закрутилось, размылось и понесло в очередной сон. Стало холоднее, опасность подбиралась к нему во всей круговерти этих сцен, он чувствовал уже знакомую боль в лице, чувствовал как кровь заливает его. Кошмар и ужас предстоящей картины сжали его горло, перекрывая кислород. — Мой самый верный щенок. - Озвучил Хозяин Леса, кто это? Что за дикое улюлюканье его свиты? Он призывал его двойника о чем-то вспомнить, о чем-то темном и том, что Костя себе никогда не простит. — Ты где щенка увидел, черт? - Мужчина из сна злился, страх, злость, адреналин и долг защищать смешались в один взрывной коктейль. Голова ходила кругом. Тихонов оказался в своем кошмаре, все было слишком похоже, слишком реально. Его двойник покачнулся, словно в бреду, замер, выпустив оружие из рук, то обвисло на ремне, когда зверь заиграл на флейте. Королева вцепилась в предплечье мужчины. — Костя! Костя, очнись! - Кричала она ему в лицо, но парализованный милиционер, мог лишь беззащитно глядеть перед собой, погрязнув в воспоминаниях. Петров пискнул за их спинами, словно что-то понял. Опять знакомые дети, опять нечто похожее на реальность. — Надень маску, вспомни все, Костик. - Зверь протянул маску волка. Серая шерсть ободом торчала по краям, вытянутая морда скалилась, а бездонные глазницы затягивали в свою пучину. Исходило от нее нечто древнее и страшное. Настоящий Костя отошел от нее на шаг. Звери возле рогатого монстра, смеялись, приветствуя брата. Одним взмахом руки рогатый отбросил Леру в сторону, Тихонов из сна и он реальный дернулись, неосознанно пытаясь помочь. Хозяин леса удивился, не готовый к такой реакции, еще никто не мог противостоять силе его флейты. Секундная заминка стоила многого. Рука лейтенанта дрогнула, он потянулся к маске, едва касаясь ее пальцами, но подоспевшая Королева навалилась всем весом, толкая милиционера в сторону и не позволяя надеть маску. Вместо него, она ткнулась лицом в лохматое нечто, падая.       Тело рыжеволосой двигалось само. Пальцы, что вдруг отрастили острые когти, полоснули безвольного лейтенанта из сна по лицу. Он отшатнулся, повалился в снег и пришел в себя, застонав от боли. Костю обожгло волной острой и рассекающей лицо боли, он коснулся своего лица, снова кровь. — Неужели я везде лишаюсь глаза? - Спросил он сам себя и мир закружился, верх и низ поменялись местами. Страх, отчаяние, боль, все это топило его на пути к очередной сцене, что ждет его. Он схватился за горло, упал на мокрый снег, казавшийся таким реальным в этом бреду. Слух уловил собственный хриплый голос. — Я не держу зла. - В тягучем полумраке, наполненном глухим шорохом исчезающих дней, глаза его двойника, усталые и полные теплой печали, медленно сомкнулись. Время замерло, его дыхание стало медленным, утихающим, его мысли, его страхи, все, что оставалось, было лишь ощущением приближающейся тьмы. Настоящий Костя почувствовал, как постепенно, будто расплавляясь в собственных чувствах, внутри загорается свет понимания, смерть не враг, она конец его пути, освобождение.       В этот миг, даже в самое темное мгновение, он нашел спокойствие, Королева мертва, ему не за чем оставаться одному. Волк коснулся клыками его шеи. Костя открыл глаза, в его взгляде не было ярости, не было обвинения, только глубокая, неподдельная жалость и искреннее прощение. Он приоткрыл губы, чтобы сказать последнюю фразу, которое больше, чем прощание, больше чем признание, это акт освобождения, крик света в мраке непроглядной ночи: «Прости, что не уберег…» И в этой простой фразе зазвучала вся его жизнь, его боль, искренность. Острые зубы сомкнулись на шее, он закрыл глаза, получая освобождение и возможность снова увидеть рыжую хулиганку.       Тихонов распахнул глаза, жадно хватая ртом воздух. Он осматривался, искал подвох, думал, что это очередная картинка его воображения, но нет, он вынырнул из бреда своего воспаленного разума. Сердце, еще мгновением назад напуганное и колотящееся, медленно нашло путь к спокойствию. В голове слышался отдаленный звон: "прости, что не уберег...", "Королева".       Костя схватил лист бумаги и быстрыми движениями руки вывел: "Валерия Королева". Мир за окном жил свою жизнь, неожиданно восстановив свою простую, будничную красоту: трещащие ветки под ледяной коркой, проблеск зимнего солнечного света на снежных вершинах. Но внутри все казалось мягче, прозрачнее, словно после долгого сна ветер рассеял тяжелое, вязкое облако страха. В этот миг пробуждение казалось не просто возвращением к яви, а своеобразным освобождением, словно сжег за собой мосты мрака и протянул к солнцу руки, жаждая почувствовать ясность.       Лейтенант провел рукой по лицу, прогоняя остатки сонливости. Из головы все не хотела выходить эта девушка, как они связаны и почему все это видел Костя? Кто она и почему они были так близки? Почему в любой из итоговых ситуаций он терял глаз? Кто эти лохматые монстры? Он словно увидел две разные судьбы, которые все равно соединялись в одну и имя ей было - Лера. Чудовища преследовали их в любой из вселенных, но стоит ли ему бояться их здесь?       Тихонов уронил голову вниз, закрывая лицо руками. Как много вопросов и ничего не ясно, причем тут Петров и Пятифанов? Что первый понял, когда ему протянули эту маску? Почему эти маски ему о чем-то напоминают? О другом сне?       Мысли роем пчел разрывали его, жалили и не оставляли места для покоя, он метался от мысли к мысли, желая ухватиться хоть за одну и придти к чему-то понятному, но не мог, все возвращалось к ее образу. Непокорному, яркому и родному.             Милиционер коснулся своих губ, словно желая вспомнить, какого это целовать ее, но нахмурился, избавляясь от этой мысли и не давая ей ходу.       Он решил проветриться, схватил бушлат и вышел на крыльцо, закуривая. Мужчина прикрыл глаза, наслаждаясь жестким табаком, царапающим горло. Кусачий мороз сгонял сонливость и отпугивал кишащие мысли об одном и том же. Вдалеке раздался лай, истеричный и встревоженный, Тихонов открыл глаза, к милиции мчался щенок, отчаянно лая. Костя присел на корточки, многолетний опыт кинолога подсказывал, что щенок примчался сюда не просто так. Тот действительно не остановился, он продолжил бегать и отчаянно лаять, словно разговаривая с милиционером. Он прыгал вокруг лейтенанта, хватал того за штанину брюк и звал куда-то. Участковый вздохнул, отбрасывая сигарету в урну. — Ну, веди. - С нескрываемым сомнением, проговорил мужчина, поддаваясь на уговоры щенка. Довольный, он бросился в сторону леса, но небольшой размер усложнял его передвижение. Зверек так спешил, что не замечал, как спрыгивал с тропинки и проваливался в глубокие сугробы, Косте приходилось доставать его оттуда, тогда активно махая лапками и хвостом в воздухе, он позволял крепко поставить себя на снег и снова бросался в путь. Отходя все дальше в лес, лейтенанту казалось, что он зря доверился дворовому псу и позволил увести себя, повезло, что с ним был фонарик, который мог в случае чего помочь ему не переломать ноги в этом темном и проклятом месте.       На небольшой полянке в лесу, он увидел смутный силуэт, похожий на человека, лежавшего в снегу. Щенок бросился прямо туда, а Костя, проваливаясь в снег, желал ошибиться, надеялся, что это не замерзший ребенок, а сугроб, чья-то оставленная одежда, мусор, что угодно, но не замерзший в лесу человек. — Твою мать! - Ругался милиционер, когда приблизившись, он разглядел подростка, присыпанного свежевыпавшим снегом. Щенок радостно лаял. Тихонов метал растерянные взгляды. Бежать в отдел, чтобы спасти ребенка или броситься в лес, желая нагнать того, кто бросил его тут?       Костя поднял найденыша на руки, приспуская шарф с лица и поправляя шапку, свободной рукой, он желал разглядеть чужое лицо и проверить дыхание. Как только он смог разглядеть чужое лицо, то мир перевернулся, он вдруг понял, что его сон ожил. Этот ребенок оказался девушкой. Это она. Та, чье лицо он видел во снах, та, чей образ терзал его. Взгляд метался по ее лицу, он снова оказался в своем сне, увидел все их совместные моменты, которые были и которые будут.       Пес залаял, пробуждая лейтенанта от дремоты, он не задумываясь, бросился в сторону отделения. Пес уже весело прыгая, бежал рядом, явно гордый тем, что привел сюда человека.       Первые проблески осознания были словно шепот, едва прорывающийся сквозь пелену тумана, глаза не хотели видеть яркого света, тело не могло сохранять тепло, пропитавшись морозным воздухом. А в каждом вдохе, который давался с трудом, чувствовалась резкая, жгучая боль, разрывающая легкие.       Дрожь пробудила потерянный мир, кровоток, словно ослабленная лента, начала медленно и с трудом виться, возвращая слабую чувствительность.       Вся кожа казалась безжизненной, окаменелой и зудящей, как поверхности застывшей воды, лишенной тепла и жизни. Каждая клетка кричала о своем прерванном существовании, в глубинах тела вспыхивала боль и онемение.       Перед глазами мелькали тени воспоминаний, то ли сны, то ли отголоски реальности, и в этом хаосе неразборчивых чувств, начинали просачиваться слабые ощущения тепла. Не сразу, медленно, но оно приходит, упрямо прорывается сквозь корку страшных болей, позволяя телу вновь ощутить себя, ожившим. Холод неохотно отступает, она начинает чувствовать тепло, которое обнимает ее тело. Девушка ослабшей рукой касается лба, желая стащить с себя невидимую шапку. Одеяло скатывается с тела, призывая порыв холодного ветра, который мгновенно достигает костей. — Тише, не нужно. - Чья-то рука коснулась ее запястья, останавливая, теплое покрывало вернулось на ее тело, девушка закашляла, вскакивая в постели. Она впервые раскрыла глаза. Она не дома, не в больнице, и уж точно не в лесу. Осторожный взгляд окидывает помещение, чей-то кабинет. — Здравствуйте...- Осипшим голосом произносит девушка, наткнувшись мутным взглядом на своего спасителя. — Ну и напугала ты меня. - Честно признается лейтенант. Девушка тупит взгляд, только теперь понимая, что все это время была накрыта каким-то тоненьким пледиком, а сверху лежала куртка милиционера. Где-то залаял пес. Он с трудом вылез из под дивана на котором лежала девушка, не сразу у него получилось поставить лапы на предмет мебели и с интересом взглянуть на невольного пациента лейтенанта. — Молодец! Это он к тебе привел. - Девушка слабо улыбнулась, протягивая краснючую руку с животному. — Мне сказали вернуть его в лес, а дальше...- Она затихла, словно пытаясь вспомнить, но лишь разочарованно покачала головой, не в силах вспомнить, что было дальше. — Как звать то? - Спросил Костя, желая перевести тему и убедиться в своей догадке. Все время, что девушка пролежала у него в кабинете, он боролся с мыслью, что это она, та самая девушка, которую он видел в своих снах, именно она бросилась защищать его и именно она рассекла ему лицо. — Спасибо, что спасли меня. - На глаза навернулись слезы, она подняла взгляд на обомлевшего Костю и слабо, но искренне улыбнулась, видимо, она только сейчас осознала, как близко находилась к смерти пару часов назад. Она рукавом водолазки вытерла слезы. — Лера Королева. - Она со слабым, едва пробивающимся сквозь толщу озноба восхищением смотрела на милиционера, спасшего ей жизнь. Она что-то для себя решила, разглядывая лицо и форму человека, который стал для нее символом спасения, об этом она скажет ему очень скоро. — Королева значит... - Круг замкнулся, а губы милиционера тронула слабая улыбка.