The ocean and I

Он знал, что мальчишка возвращается сегодня. Состязание, устроенное королевой, изначально было лишь обманом и жалкой попыткой вновь потянуть время, которое на этом острове уже и так давно застыло. Более двадцати лет они видели пустующий и давно охладевший трон. Настал час брать все в свои руки, пока остальные внемлют словам Пенелопы. Да, Пенелопы. Ему нравится, как это звучит. Королевой она была во времена царствования Одиссея. Сейчас же она обычная шлюха, которая пытается сохранить трон для своего мужа и сына. Они вышли из зала состязания с небольшой группой мужей, которые так же недовольны сложившейся ситуацией и были готовы пойти за ним. План был прост: встретить мальчишку и отвести его подальше от корабля. А там дело за малым. Море встретило их приятным бризом и привычным солоноватым запахом, который оседал в легких, слегка успокаивая будоражащие кровь ощущения приближающейся кончины принца. Корабль причалил к берегу, судя по всему, совсем недавно – только шла выгрузка даров от представителей другого царства. Юноша разговаривал с каким-то членом команды, возможно, как оно бывало, допытывая информацию о странствиях. Но, к удовольствию Антиноя, это не продлилось долго – малец вышел за борт корабля, прокладывая путь куда-то в чащу. Идеальный момент. Они нагнали принца еще на берегу, громко окликая его “сыном шлюхи”. Телемах резко обернулся, воинственно смотря на группу мужчин. – Не смей называть мою мать шлюхой, – юноша сделал несколько шагов вперед, берясь за рукоять меча. В толпе послышались смешки. – А как мы должны еще ее называть? Такой слабак, как ты, явно не мог произойти от Одиссея, - Антиной хмыкнул, наблюдая, как грудь мальца начала вздыматься все быстрее, а пальцы сильнее сжались. Краем глаза мужчина заметил, что основная масса команды выгрузилась с корабля, а значит, настал момент, когда все свершится. Улыбка исчезла с лица Антиноя, его действия стали более резкие и быстрые. Он в два шага добрался до юноши, который даже не успел обнажить меч, и вернул апперкот. Юноша завалился на спину, не имея в полной мере возможности ответить – неожиданность сыграла мужчине на руку. Их окружила толпа мужчин, готовых в любой момент напасть на принца. Но Антиной сделал знак рукой, показывая, что он сам. Сам уничтожит наследие Одиссея и Пенелопы, уничтожит эту грязную родословную. Юноша попытался встать, но его грубо схватили за плечи, а Антиной ударил ладонью в грудь, заставляя оставаться лежать. Мужчина опустился на песок, хватаясь за колено юноши. В глаза принца промелькнул страх догадки. Попытки выбраться стали все более резкие, хаотичные – как у утопающего, который пытается вдохнуть хоть немного воздуха. Антиной жестко разводит ноги юноши, который постоянно пытается перевернуться на бок, и проводит языком по открывшемся бедру. Слышится свист и смех толпы. Глаза Антиноя встречаются с загнанным взглядом Телемаха, который все еще пытается выбраться. Держа взгляд, мужчина глубоко кусает внутреннюю часть бедра, ощущая проступающие капли крови. Округу разрезал громкий крик юноши, который стал брыкаться, пытаясь выбраться и не дать совершить то, что навсегда покроет их семью позором. Однако руки мужчины продолжали крепко держать колени, а затем их перехватила толпа, давая Антиною возможность продолжить задуманное. Антиной поднимает тунику и вырывает лоскут сублигакулума, открывая доступ к юноше. Рука резко ложится на член принца, сжимая до боли, вызывая у него скулеж – попытку скрыть вскрик и не дать больше зрелищ. Темная улыбка, не предвещающая ничего, кроме страданий, отражается на лице у мужчины. Он сдавливает округлости мошонки, заставляя наследного принца сжимать пальцы и крутить головой из стороны в сторону. – Кричи, зови свою мамочку. Пускай тоже с нами повеселится – мужчина раскрыл сублигакулум, доставая уже наливающийся член. Широко облизнув свою руку, он положил ее на оган, несколько раз проводя ладонью. Ужас отразился в глазах юноши, который начал пытаться отползти назад, но крепкие руки со всех сторон держали его на месте. Мужчина перехватил ноги юноши, уже самостоятельно разводя его колени – одна поддерживалась его рукой за икру, а другая была по левую сторону корпуса мужчины. Сплюнув на руку, Антиной засунул два пальца в тугое колечко мышц, ощущая попытки не дать пройти дальше. Что ж, ему в целом все равно, он не планировал как-либо готовить мальчишку – лишь упростить себе задачу. Головка начала мазать по смазанному анусу, вызывая более громкий скулеж мальчишки. Он явно пытался сжать его, лишь бы не дать Антиною войти. Первый толчок дал продвинуться лишь на какие-то миллиметры, однако Телемах вновь попытался отползти и вырваться. Послышалась глухая пощечина, заставлявшая принца на несколько мгновений оглохнуть, чем и воспользовался мужчина. Острая боль начала окатывать низ юноши, которая и привела его в чувства. Он прогнулся в спине, безмолвно крича. Попытки вырваться вновь были безуспешны, а медленное продвижение Антиноя вызвало пожар внутри, отразившийся накативших слезах. – Смотрите, его не научили, что мужчины не показывают своей слабости до самой смерти, – хмыкнул мужчина, – Ах точно, этому было некому научить, – Усмешка легла на губы Антиноя, который решил наконец-то начать совершать фрикции. Крик отразился от скал острова, уходя куда-то далеко в море. Возможно, если бы боги были на стороне мальчишки, они бы услышали его. Но не сегодня. Движения стали более мазаные, а член мужчины окропился красным – стенки кишки Телемаха не выдержали. Теперь он беспрерывно скулил и кричал, пытаясь вырваться, дозваться, предпринять хоть что-то – сейчас уже не до попыток защититься самостоятельно – если он дозовется хоть до кого-то, то останется жив. В ином случае, он не знает, что будет. Резко руки Антиноя подались вперед – к шее юноши. Они легли на нее, крепко сжимая и перекрывая крик юноши. – Смотрите-ка, а наша певчая птичка уже не может ничего и вымолвить? – Антиной продолжал фрикции, пытаясь углубиться хоть так. Взгляд Телемаха стал мутнеть, голос охрип, тело начало дрожать. Слегка отпустив горло и позволяя мальчишке вздохнуть, мужчина продвинулся сильнее, заставляя принца поперхнуться воздухом и выгнуться, ударяясь головой о песок. В моменте он особенно ярко ощутил текущую внутри его кишки кровь, что точно не сулило ничего хорошего. Антиной продолжал и продолжал двигаться, периодически усиляя давление на горло мальчишки. В глазах была лишь безумная жажда подавить и уничтожить, унизить, завладеть. Весь мир сузился до них двоих – Телемах уже не замечал державших его рук других мужчин, он ощущал лишь нескончаемую боль и прохладу слез на лице, а также видел небо. Светлое, с легкими быстрыми облаками, символизирующими свободу. Ему, видимо, никогда ее уже не получить. Будучи уже на грани, Антиной отпустил шею юноши и выпрямился, кусая принца за икру. Его член начал глубоко проникать в тело юноши, отражая то, что скоро мужчина кончит. Когда клыки Антиноя прокусили кожу до крови, он загнал член в юношу в последний раз и кончил, издавая утробное рычание. Телемах уже не мог ни кричать, ни скулить. Он издавал лишь тихие хрипы, стеклянным взглядом смотря в небо. Антиной вышел из юноши с хлюпаньем его крови принца и собственной спермы, тянущейся ниткой от его ануса. Толпа свистела и смеялась, победная ухмылка появилась и на лице Антиноя. Он приподнялся на одно колено, осматривая свою работу: глубкокие прокусы икр, покрасневшая шея мальчишки, его безучастный взгляд, полный слез. Прекрасная работа. Однако это не конец. Мужчина достал из маленьких ножен клинок. Сознание юноши зацепилось за увиденный клинок, в глаза начал возвращаться страх. Принц оцепенел, наблюдая за тем, как Антиной нежно проводит пальцами по лезвию. Юноша предпринял очередную попытку вырваться, будучи практически без сил, но мужчина схватил его за ногу. – Куда же ты, волчонок, – Антиной облизнул ребро ножа – Мы еще не закончили. Первая полоса пришлась на бедро юноши, которого держало уже несколько мужчин – боль от порезов заставляла его ворочиться и изгибаться. Глубокий порез сочился кровью, окрашивая песок в ярко-красный цвет. Солоноватый запах мешался с запахом моря, создавая тошнотворно удушающую смесь. Лезвие ножа новь умостилась на следующей части тела юноши – животе. Медленно надавливая на клинок, Антиной видел проступающие капли крови, все больше и больше скатывающиеся в образующуюся от глубоких вздохов юноши впадину. Этот порез Антиной делал более глубоким и длинным, с нескрываемым безумием наблюдая за тем, как медленно расходится кожа юноши, как выходит кровь и виднеется мышечный каркас; как Телемах хрипит и скулит, пытается кричать. В его глазах застыл первобытный ужас боли, загнанного зверя, который пытается спастись. Но этому не быть. Следующий порез пришелся на правую руку юноши. Рефлекторно Телемах попытался вырвать руку, но Антиной уперся коленом в его ладонь. Принц был еще в сознании, внутренне умоляя богов дать ему отключиться. Когда глаза мальчишки стали закрываться, он несколько раз грубо ударил его по щеке костяшками пальцев, к сожалению для принца возвращая его из объятий захватывающей тьмы. Нож проник глубже в плечо юноши, добираясь до мышечной части. Антиной несколько раз прокрутил нож, наблюдая за кровью, активно выливающейся из тела юноши. Маленькие ошметки мяса стекали вместе с ней. Сильнее надавив на ладонь коленом, мужчина начал вести ножом дальше, стремясь буквально вырвать кусок мышц из тела юноши. В этот момент юноша окончательно отключился – полностью завладевшая им боль, потеря крови, понимание приближающейся гибели позволили ему провалиться в объятия тьмы. Антиной наконец отрезал кусок, часть которого руками вырвал из тела юноши. Остались считанные минуты до смерти мальчишки, а пока следует насладиться представленной возможностью вдоволь. Запах крови уже перестал ощущаться в полной мере: он пропитал все и всех присутствующих. Он останется на них навсегда. Следующий кусок Антиной отрезал из икры. Это был кусок размером с его ладонь, покрытый сверху кожей и разводами крови. Мелкие редкие волоски торчали из кожи, напоминая скорее женские ноги, нежели мужчины. – Даже здесь ты баба, – Антиной заметил, что грудь юноши практически перестала вздыматься. Что ж, настал момент истины. Он не даст ему умереть просто от потери крови. Куски тела упали на песок, а нож медленно был поднесен к горлу юноши. Весь окровавленный, он оставлял следы на шее еще до того, как был совершен первый надрез. Мужчина хотел полностью насладиться моментом, поэтому вел достаточно медленно, в моменты вскрытия сонных артерий выдыхая затаившийся воздух из легких. Кровь струилась фонтаном, попав на нескольких других рядом стоящих мужчин. Сам Антиной уже давно был весь в крови. Антиной облизнулся и провел языком по шее юноши, впитывая в себя бурлящую кровь бывшего принца. Нож резко опустился в район грудной клетки мальчишки. Мужчина провернул его, а затем еще раз глубоко засадил его чуть ниже. И вонзал так до тех пор, пока туловище юноши не превратилось в месиво. – Вы, берите ножи, – мужчина приказал достать другим их ножи, – Режьте его. На куски. Каждый мужчина отрезал от юноши по меньшей мере пять крупных кусков, которые впоследствии были еще раз разрезаны. Антиной продолжал резать, когда поднял голову и увидел взгляд юноши. Красивые у него глаза, однако. В другой жизни, возможно, он бы даже влюбился в него. А пока… Мужчина переместился к голове юноши, положив ее на свои колени. Он широко раскрыл его веки, надавливая кончиком ножа за глаз, подтягивая его вперед. Он действовал медленно, будто выполнял ювелирную работу. В какой-то момент Антиной надавил слишком сильно, из-за чего нож проник глубже, чем следовало. Однако благодаря этому держащие глаз мышцы и зрительный нерв были практически полностью отсечены от глаза. Он свободно лежал в глазнице. Мужчина положил нож двумя пальцами попытался вытащить глаз – пока еще влажный от слезотока и крови, он выскальзывал из рук. Но в какой-то момент ему все же удалось подцепить глаз. Светлый цвет радужки напоминал ему глаза Пенелопы, которая, вероятнее всего, уже заждалась своего сына. Опустив взгляд, Антиной увидел, что мужчины хорошо поработали – на юноше не осталось ни единого места с сохраненным участком тела. Собрав куски в оторванную от одежды юноши ткань, они этот закуток и труп, неся его к недалеко стоящей ложке. Когда мужчины собрались у нее, Антиной сказал, что сам все сделает. Отплыв от берега на расстояние более 10 кабельтов, мужчина остановился. Солнце пекло, однако ветер мягко оглаживал его тело. Кудри юноши подрагивали и развивались. Мужчина взял стынущий труп под подмышки. Несколько секунд он смотрел в его единственный глаз, а затем просто перевалил тело через борт. Раскрыв кусок туники, мужчина долго смотрел на куски тела юноши, которые по несколько последовали за трупом в море. Кусок туники и глаз он решил оставить себе, пускай последний и сгниет в скором времени. Посмотрев на себя, мужчина прыгнул в море, омывая себя водами и смывая кровь. Не стоит другим знать, что произошло. Когда дело было сделано и он оказался на лодке, мужчина взялся за весла. Теперь только он и море знали, где покоится бывший принц Телемах, наследник Одиссея и Пенелопы. Начиная грести, мужчина думал лишь об одном:

Сегодня его ждет еще одна незабываемая встреча.