Радужный янтарь

Чжэн Юйань вспомнил, что это был второй раз, когда Янь Шуван назвал его полным именем. У южан редко бывает идеальный путунхуа, в их речи так или иначе проскальзывает сучжоуский акцент, который звучит очень мягко. Но к Янь Шувану это не относилось. Когда он произносил имя Чжэн Юйаня, казалось, будто он сначала перекатывал слова на кончике языка, а потом выговаривал их по слогам. Чжан Цзинь не замечал, что между ними происходит. Он раздобыл отличный алкоголь, поэтому сосредоточился на выпивке. Крафтовое пиво было в небольших бутылках, и можно было не церемониться и пить прямо из горлышка. Чжэн Юйань не стал брать стакан и понемногу отпивал из бутылки. Вкус стаута был насыщенным и сложным, с характерной для классического темного пива резковатой горечью, с богатым и густым ароматом хмеля. Янь Шуван пил и терпеливо слушал, как Чжан Цзинь расхваливает пиво. Пьянел Чжан Цзинь и вправду быстро: не выпив и половины бутылки, он уже был заметно навеселе, и у него начал заплетаться язык. Пьяные мужчины обычно делают три вещи: спят, обнимаются с унитазом или предаются воспоминаниям. Поскольку для сна и объятий с унитазом условия были неподходящие, Чжан Цзиню оставалось только вспоминать прошлое. — Сяо Чжэн. — Даже в пьяном виде Чжан Цзинь не осмеливался обнимать Янь Шувана за плечи, поэтому он обнял Чжэн Юйаня. — Я помню, когда ты еще работал кассиром, совсем зеленый юнец. Я приносил счета... Помнишь? Я тогда еще и женат не был. Ты мне улыбнулся… тц, такой застенчивый! Чжэн Юйань усмехнулся: — Гэ, ты приходил всего пару раз, в основном приходила Янь-цзе. Чжан Цзинь возмутился: — Кто это сказал? Я приходил много раз. Просто перед окошком всегда было полно народу, и у тебя не было времени даже поздороваться с нами. Чтобы не мешать тебе работать, мы задерживались всего на пару минут, а потом уходили. Чжэн Юйаню кое-что показалось странным, и он переспросил: — Вы? Чжан Цзинь хлопнул себя по лбу: — Ну что за память?! Тогда WE GO была еще захудалой конторкой, и директор Янь несколько раз лично ходил в ваш банк вносить деньги на счет. Ты разве не помнишь? Чжэн Юйань действительно этого не помнил. Впрочем, его нельзя было винить. Банковские служащие, не говоря уже о том, что их отделяет от клиента стекло, обрабатывают тысячи платежных поручений в день и редко имеют возможность поднять голову. Бухгалтер из каждой компании приходит вносить деньги примерно в одно и то же время, операции осуществляются одна за одной, и времени на пустую болтовню нет. Стоит замешкаться, и сзади сразу начнут торопить. Для сведения баланса существуют жесткие сроки, и отсрочка на день может привести к серьезным проблемам. У Чжэн Юйаня была хорошая память. Обороты WE GO за все эти годы были самыми высокими и стабильно росли, к тому же, Ло Янь была очень приветливой и постоянно говорила «спасибо» и «здравствуйте», поэтому она ему и запомнилась. — У директора Яня тогда еще не было длинных волос, — подумав, нашел оправдание Чжан Цзинь. — Неудивительно, что ты его не узнал. Янь Шуван потягивал пиво, и, казалось, его совсем не волновало, что рассказывает Чжан Цзинь. Чжэн Юйань не удержался и спросил его: — Ты видел меня раньше? Взгляд Янь Шувана задержался на его лице чуть дольше обычного. Он прищурился, словно что-то вспоминая, но спустя мгновение покачал головой: — Не помню. Чжэн Юйань тоже счел это маловероятным. Прошло семь или восемь лет. Жизнь — это не роман, чтобы разыгрывать драму с тайной влюбленностью. — Значит, я и вправду неотразим, — иронизируя, сказал Чжэн Юйань. Янь Шуван запрокинул голову, делая глоток. Его кадык скользнул вверх-вниз, а на губах остались капли пива, влажно поблескивающие в свете ламп. Чжэн Юйаню показалось, что тот усмехнулся. — О чем ты только думаешь? — спросил Янь Шуван. — Решил, что я влюбился в тебя с первого взгляда или что сбылась моя тайная мечта? Чжэн Юйань моргнул. Его словно ударили палкой по голове, приводя в чувство. Янь Шуван поднял свою бутылку, слегка чокнулся с бутылкой Чжэн Юйаня и с насмешкой произнес: — Чжэн Юйань, ты слишком самоуверенный. Тот, кто часто бродит по берегу, рано или поздно промочит ноги. Чжэн Юйань почувствовал, что в этот раз он не просто промочил ноги, он едва не пошел ко дну. Он совсем потерял голову, забыв о правилах разных кругов. Ань Дай говорила, что Янь Шуван никогда не связывался с людьми не из своего круга, а он возомнил себя исключением. «И с какой стати я должен быть исключением?» — смутно подумал Чжэн Юйань, испытывая горький стыд и неловкость. Сухая терпкость крафтового пива усилилась многократно и, попав в желудок, начала обжигать. Чжэн Юйань не мог разобраться в огромной пустоте и разочаровании, которые скрывались за этими эмоциями. От алкоголя его слегка подташнивало, но нужно было сохранить лицо и ответить достойно. — Похоже, я просто размечтался, — сказал Чжэн Юйань, неловко улыбаясь, и сжал бутылку в руках. — Директор Янь, не бери в голову. Янь Шуван изучил выражение его лица, но, к сожалению, так и не обнаружил признаков обмана и с некоторым разочарованием закинул прядь волос за ухо. Он лениво хмыкнул, а затем внезапно спросил: — Почему ты не заводишь отношения? Чжэн Юйань опешил и лишь спустя некоторое время, запинаясь, ответил: — Чувства... К ним нельзя относится легкомысленно. — У тебя нет потребностей? Чжэн Юйань не понял: — Каких потребностей? Янь Шуван двусмысленно вскинул бровь, а затем сделал еще глоток, едва заметно проведя кончиком языка по горлышку стеклянной бутылки. Его голос стал низким, хриплым и соблазнительным. — Переспать, заняться любовью. Называй как угодно. — Он посмотрел на Чжэн Юйаня и спросил: — Разве тебе не хочется?