Радужный янтарь

В понедельник Чжэн Юйаню позвонила Ань Дай. Будучи его бывшей девушкой, она при расставании обошлась без скандалов и взаимных обид, следуя принципу «расстаться полюбовно, пожелав друг другу счастья». Более того, они даже иногда встречались, чтобы пообедать и обсудить процентные ставки по кредитам и инвестиционные проекты. — Я в последнее время просто с ума схожу с этими выставками, — пожаловалась Ань Дай. — Одна за другой, никакой передышки. — Бизнес процветает, значит, и заработок хороший, — рассмеялся Чжэн Юйань. — Но не ценой же собственных волос! «Можно быть бедной, но не лысой» — таков был девиз Ань Дай. В этот раз она занималась рекламной кампанией для JZ Bank и, закончив обсуждение с корпоративным отделом, вспомнила, что Чжэн Юйаня тоже нужно поставить в известность. — Я слышала, что ты в последнее время сблизился с Колином, — внезапно сказала она. Чжэн Юйань с сигаретой в зубах на мгновение замер. Помолчав несколько секунд, он с непонятной интонацией переспросил: — Откуда ты знаешь? — Я же тебе говорила, что он в своем кругу — известная личность. — Ань Дай, похоже, усмехнулась и продолжила: — Он и раньше казался мне знакомым. Сначала я думала, это потому, что круг общения тесен, а он слишком привлекает внимание. Но потом я все вспомнила и поняла, что в тот день на выставке Бай Цзяня я видела его не впервые. Чжэн Юйань молчал, внимательно слушая. — Ты, наверное, не помнишь, — продолжила она. — Я встречала его раньше в твоем банке. Порой в жизни все складывается удивительным образом. Стоит покопаться в прошлом, и всегда найдутся какие-то «случайности» и «совпадения». Чжэн Юйань не жаловался на плохую память, но слышать о Янь Шуване из чужих уст было непривычно. В глазах посторонних тот был словно персонаж из другой истории. — У него тогда порвалась купюра, и он хотел обменять ее на новую. Лет пять назад мобильные платежи еще не были так распространены, и наличные оставались в ходу. Чжэн Юйань, работая кассиром, выполнял любые поручения — он должен был уметь все. Голос Ань Дай стал звучать отчетливее. — В тот день я ждала тебя с работы, а он стоял в очереди к твоему окошку. — И я поменял ему купюру? — уточнил Чжэн Юйань. — А вот и нет. — Ань Дай, похоже, вспомнила что-то забавное и весело сказала: — Он не захотел новую, а попросил тебя заклеить скотчем порванную. Чжэн Юйань на мгновение умолк. Ему действительно приходилось не раз склеивать купюры, но обычно это просили сделать пожилые люди, сентиментальные и недоверчивые. Чжэн Юйань понимал их упрямое нежелание менять купюру: им казалось, что после обмена деньги могут потерять свою ценность. — Я тогда еще подумала, какой же у тебя замечательный характер, — вздохнула Ань Дай и внезапно добавила: — Ты выглядел таким нежным, когда склеивал купюру. *** Когда Чжэн Юйань, погруженный в свои мысли, сидел в комнате отдыха, туда вошел покурить Цинь Ханьгуань. В последнее время он стал реже интересоваться подчиненными — видимо, у него появилось новое увлечение. Но раз уж они встретились, то не могли не поболтать. — Ты чего тут сидишь? — Цинь Ханьгуань пододвинул к себе мусорное ведро. Язык у него был без костей, поэтому он ляпнул, не подумав: — Не куришь… Настраиваешься сходить по-большому? Чжэн Юйаню стало тошно от его слов, и он брезгливо бросил: — Отойди подальше. Цинь Ханьгуань обозвал его неженкой, но с места не сдвинулся. Закурив, он сказал: — Расскажи, о чем задумался. Проблемы на работе? — Были бы проблемы на работе, я бы пахал сверхурочно. — Значит, в личной жизни. Встретил неприступную красотку? «Нет никакой неприступной красотки, — подумал Чжэн Юйань, — зато появился один неоднозначный объект симпатии того же пола». Видя, что тот снова замолчал, Цинь Ханьгуань стряхнул пепел и поторопил: — Давай, выкладывай. Чжэн Юйань бросил на него взгляд в духе «ну и сплетник же ты», и терпеливо произнес: — Просто столкнулся с одной занятной ситуацией. — Собравшись с мыслями, он продолжил: — Человек, с которым, как я думал, у меня нет ничего общего, на самом деле знаком мне очень давно. Жаль только, что обнаружил я это только сейчас. — И это все? — Цинь Ханьгуань, казалось, был разочарован. Но вдруг до него дошло, и он уточнил: — Погоди, а о чем ты жалеешь? О том, что поздно понял, или о том, что давно познакомился? Чжэн Юйань замер. Он даже не задумывался об этом. Подумав, он наконец ответил: — Пожалуй, и то, и другое. — Ну ты даешь! — Цинь Ханьгуань рассмеялся, потушил сигарету и, хлопнув Чжэн Юйаня по плечу, добавил: — Встреча после долгой разлуки — это же так романтично. «Встреча после долгой разлуки» — возможно, не совсем точное определение, но по смыслу было очень близко. *** Освободившись, после обеда Чжэн Юйань отправил сообщение Янь Шувану, и тот почти сразу перезвонил. — Мероприятие в середине года? — Голос Янь Шувана звучал немного приглушенно. — По какому поводу? — В знак благодарности нашим дорогим клиентам. JZ Bank ежегодно проводил тимбилдинг: в середине и в конце года. Иногда, чтобы пустить пыль в глаза, банк приглашал крупных корпоративных клиентов. Руководители либо приходили лично, либо присылали поздравительные письма, которые Цинь Ханьгуань зачитывал на общем собрании с таким пафосом, словно оглашал императорский указ. — Можешь прийти ты или директор Сюэ, — сказал Чжэн Юйань. — Если не сможете, просто пришлите письмо. Янь Шуван усмехнулся в трубку и спросил: — А ты хочешь, чтобы пришел я? — Конечно, лучше всего, если придешь ты. Янь Шувану, похоже, нравилось, когда с ним так разговаривают. Его было очень легко умаслить. Вот только теперь он научился, получив малое, просить о большем. — Ты по мне скучал?