Звук скрипки на фортепиано

— Чего-чего? — Лин нервно усмехнулся — Да тут даже написано безграмотно! Извините? В какую именно субботу? Какой перекресток? Какие ещё технари? Что за херь я только что прочитал?! Конечно, Цзинь Лину было очевидно что в записке пишется именно о ближайшей субботе. Но вот само ее существование, в его кармане, тревожило. Лин вытаращился на только что прочитанный, казалось бы никому не нужный клочок бумаги. Это правда предназначено ему? Если так, то когда это успели ему подложить? Как? И главное кто? Голова у Цзинь Лина раскалывалась от нахлынувших вопросов. Фея, учуяв что ее хозяин не в порядке, подбежала к Лину, начав скулить. Парень взглянул на обеспокоенную собаку и начал ее гладить. — Нет Фея, всё хорошо. Это просто глупая шутка от какого-то идиота — заверял Лин своего единственного настоящего друга. Лин не солгал. Он и правда думал, что записка досталась ему с целью поглумится и посмеяться над ним. К несчастью обидчиков, Лин это понял. Цзинь Лин встал с кровати и побрёл на кухню, а Фея вслед за ним. «Тогда кто же это мог быть?» — думал Лин, снова поставив чайник, в котором и так уже был кипяток. Посмотрев на свою правую руку, он понял, что всё ещё держит эту злую и неудачную шутку. Вглядевшись в бумажку, Лин начал вспоминать странные, на тот момент не понятные обрывки фраз больного на голову Сычжуя. «Подумай над тем, что найдёшь» «Прочитаешь — поймёшь» ... Цзинь Лин скривился от осознания всей ситуации. Оказывается, Сычжуй не больной, он просто такой же, как и все, но с каплей лицемерия. «Просто актёрище! Браво! Бра-во! Ещё бы про отсутствие матери пошутил, я бы ему сразу вручил в его золотые руки Оскар! Не удивлюсь, если они ещё и действовали сообща.» — быстрым потоком понеслись гадкие мысли в голову Цзинь Лина. Он крепко сжал в руке жалкий лист бумаги. — Уроды. Тут, входная дверь отворилась. Лину надо было успокоить свои чувства как можно быстрее и закрыть на ключ никому не нужные детские обиды. Дядя вернулся. Цзинь Лин вздохнул, быстро спрятал бумажку в карман штанов и наконец заварил себе чай. Если Цзян Чэн заподозрит что-то не ладное, Лину несдобровать. Когда дядя Чэн чего-то хочет узнать — он всеми способами будет допрашивать, лишь бы вывести собеседника на чистую воду. «Ещё эта идиотская четверка с сольфеджио» — докучали Лина уже почти забытые мысли. От этого голова снова начала болеть. Ему хотелось чем побыстрее оказаться в своей комнате и скрыться от всех и вся. — Чего молчишь как рыба? — послышалось вдруг за спиной. Цзинь Лин как можно осторожнее взял кружку с чаем и обернулся. Цзян Чэн в это время выложил продукты с пакета на стол. Лин ответил: — Горло болит немного. Отвечать так было ошибкой. Цзинь Лин даже не успел сообразить, что он только что ляпнул, как тут к нему донёсся повышенный голос дяди. — Доигрался? Сначала ходишь без шапки в минус десять, а теперь то горло ему болит! — взглянув на внешний вид Цзинь Лина, он продолжил — И без носков ещё! Давай шибко шуруй в комнату. Чтоб через минуту был тут как штык. Лин еле как поставил кружку на стол, надеясь, что кипяток не вылился с нее. Он мигом побежал в свою комнату и не закрывая дверь, принялся искать теплые носки. Цзинь Лину ещё повезло, что Цзян Чэн не подошёл и не начал открывать рот Лину, дабы осмотреть горло, потому что в прошлый раз было именно так. Но сей раз, по удачной случайности, дядя этого не сделал. Ситуация могла бы серьезно усугубиться, из-за того, что Лин наврал на счёт своего состояния. Этого не произошло, что было довольно удивительно. Лин наконец нашел то что искал. Правда, носки были ему немного малы и он их почти никогда не надевал, но особого выбора у него не было. По расчетам Цзинь Лина, минута уже как сорок секунд прошла. Парень быстрым шагом направился на кухню, Цзян Чэн заваривал себе кофе — видимо опять будет работать всю ночь. Дядя Чэн повернул голову в сторону племянника. — Ты опоздал на минуту. «Что ж, я был не далеко от правды» — пронеслось в голове Лина. — Лови — Цзян Чэн кинул две плитки таблеток «Декатилен». Цзинь Лин успел среагировать и поймал таблетки. Лин приподнял глаза на своего дядю, тот внимательным взглядом смотрел на Лина. — Таблетки от горла. Возьми чай, пока не остыл. Лин подошёл к столу, где он ещё недавно оставил напиток. В чае теперь болтался лимон. Цзинь Лин обернулся посмотреть на своего дядю. Кажется, ещё чуть-чуть и на лице Цзиня отображаться все эмоции радости и печали, а также стыд, из-за того, что наврал. Но он не был маленьким, чтобы так обострено реагировать на заботу. — Спасибо, дядя — коротко проговорил Лин. Цзян Чэн, сев за стул, начал попивать кофе. — Ты поел? — Да — соврал Цзинь Лин. Цзян Чэн не доверчиво посмотрел на племянника. — С Феей выходил на прогулку? Цзинь Лин замешкался и стыдливо опустил голову. Конечно, у него не было времени на это. Он мельком взглянул на Фею, что сидела возле входа на кухню, а потом снова устремил взгляд в пол. — Я давно с ней не прогуливался. Цзинь Лин понял, о чем говорит дядя. — Дядя... — Чтоб завтра весь дом блестел. — Ну дядя-я-я — жалобно протянул Лин. — Шуруй в комнату. Цзинь Лин сгорбился от досады, на что получил удар по спине, в ответ которого последовал наполненный болью стон. «Вот что значит цепная реакция» — подумалось Лину, вспомнив один из эпизодов мультсериала «Фиксики» на подобную тему. Цзинь Лин с кружкой лимонного чая и таблетками от его выдуманной боли в горле, направился в свою комнату. Вспомнив, что телефон всё ещё находился в кармане уличных джинсов, Цзинь Лин тихо выругался под нос и начал искать его. Наконец нашев телефон, он вспомнил о кое чем ещё и достал из кармана деньги. Оказывается, хранить все вещи в карманах одежды не так уж и плохо, может быть, даже удобно. Лин улёгся на кровать, попивая чай. Он не был идиотом, поэтому вынул из пластиковой плитки две смоктательные таблетки и запихнул их под матрас кровати. Лишь немного полистав ленту тик тока, Лин заметил что уже поздно. Зевнув, он поставил телефон на зарядку и мирно уснул. На утро Цзинь Лин проснулся совсем не в настроении. В выходной день, бедного разбудили в восемь утра, чтобы тот убирал дом. Уже в десять, Лин наблюдал, как Цзян Чэн выходил из дома — Скорее всего, вернусь в то же время, что и вчера. Если не выдраешь весь дом — пеняй на себя. Цзинь Лин послушно кивнул. Входная дверь захлопнулась. — Что ж, Фея — он повернулся к собаке, что сидела возле него, — сегодня будет нелегко. Лин нащупал в кармане клочок бумаги и криво ухмыльнулся. — Ну и попляшут же они у меня. — Гав-гав! — Да уберусь я! Уберусь!

***

Цзинь Лин и Фея направлялись на указанное в письме место. — Можно было написать и точнее. Это письмо ужасно сформулированное, Сычжуй на первый взгляд грамотный человек, — бормотал парень, смотря на Фею впереди — но всё же лицемерный. Достав из сумки телефон, Лин устремил взгляд на время — пять тридцать. Он пришел как раз во время. На противоположной стороне дороги стоял знакомый парню силуэт. На светофоре загорелся зелёный свет, Фея побежала первая. Лин не отставал. Да — это был Сычжуй. На удивление Цзинь Лина, без никаких камер, без своего второго дружка или кого-то ещё. Просто один — стоял и ждал, смотря на Цзинь Лина. Но Цзинь Лин не сомневался в своих убеждениях — Сычжуй пришел чтобы посмеяться. Делать нападение в людном месте было глупо, но Лина задели. Задели за гордое. Не успел Лань что-либо произнести, как Цзинь Лин влепил ему громкую пощёчину. Сычжуй недоуменно смотрел на только что ударившего его Цзинь Лина. Лину казалось, что он это делает специально, поэтому снова приготовился бить. Замахнувшись, Лин не смог попасть по лицу Сычжуя. Тот, похоже, увернулся, а сам Лин потерял равновесие и полетел носом в асфальт. В мгновение, его схватили чужие руки, только уже не за талию, а за шиворот. — Объяснишь причину своей злости?