Оно гредёт

Ниндзя прибыли на место и сразу присоединились к оцеплению. — Мы здесь, комиссар, — привлёк к себе внимание Кай. — О, я рад, ниндзя, — отозвался тот. — Как обстоят дела? — спросил Ллойд. — Пока всё без изменений, он просто ходит по улице. Мы действовали на опережение, проанализировали траекторию его движения и эвакуировали всех гражданских. Ниндзя выглянули из-за машин. Перед ними действительно простиралась пустынная улица, по которой бесцельно бродил Механик. Он спотыкался на ровном месте, то и дело натыкаясь то на столб, то на мусорный контейнер, то на витрины магазинов. Его поведение настораживало. — И как давно он такой? — спросил Коул. — С самого начала, — ответил полицейский. — Один из гражданских узнал его в толпе и сразу вызвал нас. К тому же он поступил очень разумно и не допустил паники среди населения. — Ясно, — ниндзя переглянулись. — Что будем делать? — поинтересовался комиссар у ниндзя, как ни как, это противник их уровеня — Действия Механика нелогичны, — произнёс Зейн, сканируя его на расстоянии. — Нужно как-то выйти с ним на связь. — Без проблем. Сейчас всё сделаю! — Кай выпрямился и щёлкнул шеей. Он чувствовал прилив решимости и как верёвочка на шарике ослабла и вот-вот была готова выпустить его содержимое на свободу. — Эй, Механик! — Кай стремительно выскочил из-за машины и направил кулак на цель, готовясь выпустить пламенем мести. — Это тебе за Нию! — Он дёрнул кулаком, имитируя выстрел, но ничего не произошло. Это было неожиданностью, и больше всего для самого ниндзя огня. Осечка? Почему он снова лишился сил? Опять без способностей. Почему? Ведь убийца его сестрёнки вот он, перед глазами... или может это не он? Но это невозможно, все указывает на него! Тогда что это? Неужели смерть сестры подействовала на него так серьезно, её вода залила в нем огон. Он потух, погас и стал серым, безжизненным пеплом. Сейчас, в моменте, он был так обескуражен, что у него не было сил даже злиться, что раньше он делал с огромным удовольствием, что раньше хорошо так питало его, похоже он перестарался в обуздании своих эмоций. Механик на это даже не отреагировал. Чтобы не привлекать внимание к трудностями, Красного ниндзя, который тупо пялился на свои руки, остальные ниндзя пошли к нему на помощь и скрутили Механика. Когда злодея связали, Зейн ещё раз внимательно его осмотрел и заметил рассасывающуюся гематому во внутреннем углу глаза. — Посмотрите на это, — Зейн уделил внимание своей находке. — Такие гематомы бывают при лоботомии. Вот вам и ответ на вопрос о его поведении. Несмотря на предположение Ниндроида, Механика все равно, на всякий случай связали и забрали для начала в больницу, где подтвердили диагноз Зейна. Подавленный Кай не торопился возвращаться в монастырь, который казался теперь ему враждебным. За поддержкой и поднятием настроения он решил отправиться к Скайлер и в придачу узнать, как обстоят дела в городе. ... В этот же день полиция поймала своего подозреваемого: у него были и мотив, и возможность — Джей Уокер. ... — Вы взяли не того! — Кричал Ллойд, ударив кулаком по столу в кабинете комиссара полиции, защищая друга. — А мы, между прочим, считаем иначе, — возразил комиссар. — Дайте нам с ним поговорить, — настаивал Ллойд. — Нет уж, чтобы вы его вытащили? Даже ниндзя должны подчиняться законам, — твердо уверенный в своей правоте отозвался комиссар. — Мы не будем... Честно. Может, его подставили? Мы хотим помочь найти настоящего виновника, — предложил Ллойд из свою помощь. — Расскажите тогда хотя бы, что у вас есть на него. — Вы можете ознакомиться с делом, но вкратце, мы нашли его на съёмной квартире в состоянии сильного алкогольного опьянения, он ничего не помнит. — Тогда с чего вы взяли, что это он? — Скептически изогнув одну бровь, спросил Ллойд. — В квартире были обнаружены плохо спрятанные инструменты, а в телефоне, в истории поисков, открытая статья «Лоботомия для чайников», — пояснил комиссар. — Нет! — Воскликнул Ллойд. Все выглядело слишком идеально. — Ясно же, что это чистой воды подстава — Необязательно. Ко всему прочему на одежде Механика нашли волос Джея. Механик убил и надругался над Нией, мы все знаем их истории. Реакция с мотивом Уокера... логична и ясная как божий день, — продолжал комиссар. — Но он не знал, понимаете? Он был сломлен и ушёл от нас ещё до того, как появились результаты вскрытия,— возразил Ллойд. — Вот именно. Он был убит горем. Злость, гнев, хорошая мотивация. Скорее всего, он сам искал её убийцу и при желании с лёгкостью мог проникнуть в нашу базу данных, — терпеливо объяснял комиссар. — Вспомните, сколько раз вы так делали? Да и для вашего дела я сам дал ему пароль от нашей программы, так что возможность узнать у него была. Ллойд молчал, ему нечего было сказать ведь его собеседник прав. Действительно, они не раз проникали в базу данных полиции самостоятельно, а тут у него был пароль — Он посидит в одиночке до окончания следственных мероприятий, — подвёл итог комиссар. — В одиночке? За что вы так с ним? — Неустанно возмутился Ллойд, зная, что следствиям свойственно затягиваться и как именно одиночка может повлиять на уязвимую психику общительного человека, каким является Синий ниндзя. — А ты думаешь, будет лучше, если его пустить одного, без вас, в толпу преступников? Это ради его защиты, понимаешь? — Комиссар Нобл похлопал Зелёного ниндзя по плечу, пытаясь внушить доверие. ... Зейн отступил в сторону, подальше от спора Ллойда с комиссаром. Он вышел в коридор и, поймав за плечо первого попавшегося проходящего мимо полицейского, заставил его остановиться. — Прошу прощения, — его голос звучал ровно. — Могу я воспользоваться вашим стационарным телефоном? Это срочно. — Конечно, — полицейский кивнул. — Пойдёмте, я провожу. Он отвёл Зейна и указал на свободный телефон. — Пожалуйста, говорите столько, сколько вам нужно, — с уважением сообщил полицейский, уходя. Добравшись когда полицейский уйдет, Зейн подошёл к аппарату, снял трубку и по памяти набрал телефон, как только на том конце провода взяли трубку он тут же заговорил. — Сайрус. Здравствуйте. Это снова Зейн. У меня вопрос по Пиксель. У вас есть резервные копии ее сознания? Борг молчал, создавая гнетущее ожидание. — Привет, Зейн, — наконец произнёс он, в голосе чувствовалась боль, — так вышло, что копий нет. Всё было в основной системе. А все наработки по искусственному интеллекту были уничтожены Оверлордом. Да и к тому же, после восстания машин я отказался от работы над этим. Это слишком опасно, но если очень нужно, я могу начать с чистого листа. Зейн замер, в его памяти замелькали образы: совместные миссии, разговоры без слов, время проведенное наедине, когда они делили одно тело... Новая Пиксель без этих воспоминаний, просто робот. — Нет, — твёрдо сказал он. — Это будет уже не она. Зейн отключил связь, не дожидаясь, когда тот начнет что-то говорить, переубеждать или оправдываться. Он положил трубку, не прощаясь, резко развернулся и направился к остальным. ... В итоге Джей остался в тюрьме, а ниндзя не выбив даже встречи с ним, отправились домой с пустыми руками. По прибытии в монастырь ниндзя ждала ещё одна житейская неприятность. Записка от эклектиков, которые полдня поднимались на их гору, а после, не дождавшись ответа от хозяев, так как их не было дома, не будут же они без разрешения заходить на частную собственность, полрабочей смены спускались с неё. В записке говорилось, что для работ по восстановлению проводов, что идут по отвесной скале к ним, рабочим необходим доступ в монастырь. Зейн как обычно сразу пошел в ангар и плотно закрыл дверь. Там царила непривычная тишина, раньше это место было наполнено жизнью, движением и даже при наличии железной оболочки Пиксель, что лежала на столе и всех ее копий, тут стало пусто, сам воздух был пропитан морозом одиночества. Титановый ниндзя не сидел тут сложа руки, все это время он был в поисках ответа: он разобрал и собрал свою возлюбленную, заменил все перегоревшие датчики, использовал все варианты, однако оживить ее не смог, теперь это пустая оболочка, но он ее хранил тут, рядом. Она была его поддержкой, он разговаривал с ней, консультировался, как и раньше, но не получая ответа, однако хорошо ее зная, он представлял, чтобы отвечала она, и это помогало ему. Зейн стоял, глядя в пустоту, размышляя над своими дальнейшими действиями. Он делал большие ставки на Борга, думал, что тот разделяет его чувства, и тоже будет стараться воскресить Пиксель, найдет наработки по ней, коды, ведь тело он починил, нужны лишь они, но, по-видимому, она для него не так дорога. Она для него просто робот! Как можно быть таким… таким... Безэмоциональным? Бессердечным?! Ища выходы, он обратил внимание на мини-Пиксель и его процессор выхватил из воспоминаний отрывок ее сообщения. «Бегите он... Он рядом.» — Что Пиксель хотела сказать передавая это послание, которое могло не дойти если бы только не эта героиня, Мини-Пиксель, она смогла как-то отсрочить свое отключение и передать ему сообщение, она больше всех сопротивлялась и, возможно, именно в ней что-то есть особенное? Ответы на вопросы? Однако он же сделал все возможное, исследовал ее вдоль и поперек и ничего не нашел... А может и не все? Туманная, отчаянная, невесомая надежда промелькнула в его процессоре. Он подошёл мини-Пиксель, подключил диагностический кабель от нее к новому планшету и запустил сканирование. Спустя неопределенное количество времени работы результаты оставались неутешительными. Системы мини-Пиксель перегорели, оставив после себя лишь пустоту и бездушные провода, не промелькнуло ни единой искры сознания. Он закрыл глаза, впервые за долгое время желая отключить эмоциональный модуль. Но не стал. Боль, гнев, отчаяние — всё это теперь было топливом. Пиксель боролась до последнего. И оставила ему эту зацепку. Значит, он будет бороться тоже, не оставит попаток. Ради Пиксель, он готов на все! Ведомый усталостью и жгучим раздражением он видит только один вариант развития событий, который в состоянии открыть закрытые двери на пути к истине. «Другого пути нет», — подумал Зейн. Он огляделся, проверяя, нет ли кого поблизости. Затем отключил диагностический кабель, присоединённый к мёртвой мини-Пиксель, от планшета, открыл свой отсек для USB. Пальцы замерли над собственным разъёмом на мгновение. Зейн глубоко вздохнул, чтобы собраться с силами. Это был рискованный шаг: прямое подключение к повреждённой системе могло повредить и его собственные схемы. Он понимал все риски... или думал что понимал, но он уже принял решение. ... Коул еле сдерживая возмущение, решил отвлечься и изучить данные, над которыми работал Джей, а именно, поиск местонахождения их врагов, и заметил страшную закономерность. С этим открытием он отправился к Ллойду. — Ллойд, — заговорил Коул, найдя названного на кухне. — Глянь на это. — И что это? — Спросил без особого энтузиазма Ллойд, оторываясь от куска торта. — Досье на наших врагов, над которыми работал Джей. Большинство из них либо мертвы, либо считаются пропавшими. — И чего в этом ненормального? — Скривив одну бровь, уточнил Ллойд. — Ты посмотри на имена, — он выделил несколько особо интересных ему, — в этом списке есть Киллоу, хотя мы буквально на прошлой неделе, сражались с ним. — И что? — Ллойд взял документы и сам стал просматривать их. — А то, что из-за меня он попал в больницу. — бросив взгляд в сторону, признался Коул. — Я не сдержался, потому лично проследил, что бы его доставили в травматологическое отделение, он был жив, а теперь посмотри на диагноз смерти... Инсульт. — И что? К чему ты клонишь, я не понимаю? — Ллойд если сдержал раздражение, чтобы не сорваться на, ни в чем не винновном, брюнете, что отвлекает его от вкусного антистресса. – Ты же знаешь, я далёк от медицины и плохо понимаю все эти заумные термины. — Нехарактерный диагноз для молодого человека. — Но это же вроде что-то естественное, разве нет? Услышав подобное, вполне логическое объяснение Коул осознал, что у него возможно и правда нет причин, так паниковать, кто знает, какое у Киллоу было здоровье? — Ладно, — он протянул руку, желая забрать документы, — Ричард Молдунски? — Тоном полным удивления сын Гармадона прочитал одно из имён в списке. — Знакомое имя? — С ещё более сильным удивлением поинтересовался Коул. — Да. Беспринципный воришка, рецидивишка, несмотря на то, что его семья довольно приличная и я бы сказал даже богатая, он ещё со школьной скамьи начал воровать и впутывался во всё, что предоставлялось. Без отказный и безмозглый... — Откуда ты так много знаешь о нем? Ллойд замер, обдумывая ответ. — Это было задание на терапии, — наконец ответил он. — Узнать всё об обидчике, постараться понять причины его жестокости и простить. — И как? — Нормально. — У тебя получилось? — Да, вполне. И что там с ним? — По данным, он покончил с собой, но после его смерти выяснилось, что он подвергался насилию со стороны сокамерников, в какую бы камеру он не попал, везде одно и то же. — А именно? — Ну, как опускают в тюрьмах? — Мне откуда знать, прошу, посвяти меня, — Ллойд стал выглядеть действительно заинтересованным, его глаза буквально горели, и Коул знал почему, этот человек был причиной большой боли Ллойда , но он не хотел, чтобы тот знал все тонкости. — Потом, как- нибудь, — отмахнулся Черный Ниндзя. — Сейчас надо решить, что будем делать с этими данными. — Тебя не должны беспокоить смерти. — небрежно пихнул Ллойд бумаги в грудь Колу, явно желая поскорее избавиться от них. — Некоторые могли умереть от возраста. Напомню, никто не молодеет. Зацикли своё внимание на пропавших. — Хорошо, — Коул прихватил бумажки, неотводя взгляда с Ллойда. Он искал сам не зная что. — Точно всё нормально? — Да, — коротко ответил он, поняв по интонации и тому, как его прожигали взглядом, о чём речь, как ни как речь зашла о не просто преступниках, а о самых гнелых. — Сколько лет прошло с того инцидента? — Год, — ответил Коул, хотя вопрос был риторическим. — Да, кто считает? — Легкомысленно отмахнулся Ллойд, хотя внутри он кричал, — «Год и три месяца». Пусть он и проработал травму, но ее фантомные боли будут преследовать его вечно. И он уже смерился. Ничто не проходит без своего отпечатка. Он натянул улыбку и похлопал Коула по плечу, внушая ему уверенность, которую сам не ощущал и предлагая вернуться к своим делам. Однако Коул не мог не заметить рядом с ним тот злополучный листок бумаги. Ллойд явно много думает об этом. — Да прекрати ты уже мучить эту бумажку, — сказал Коул, пытаясь взять её, но Ллойд был быстрее и заключил его в кулаке, как некою драгоценность. — Может, это не угроза, а наоборот, забота, которую не умеют выражать. Может, какой-то твой фанат. Если учесть, как наши враги заканчивают, скорее всего, автор записки наш друг. — То, что случилось с Нией, говорит об обратном, — возразил Ллойд, — друг не может творить такое. — Может автор записки непричастен к трагедии, что случилась с Ниейи и Пиксель? Может это два разных человека? — Начал предпологать Коул, словно выгораживая автора записки. — Может, какой-то сторонний наблюдатель, что не хочет помогать в открытую.Может, кто-то мудрый ведёт нас. Вспомни, как Гармадон, отправлял Ву письма под инкогнито с подсказками, но он не понял их смысла и нам ни о чём не говорил. — Ага, — с явным сорказмом согласился Ллойд, — хочешь сказать, что наполненный справедливыми чувствами человек сделал Механику идеальною хирургическую операцию? Наступила гнетущая тишина. Каждый понимал нереальность подобного сценария.Тут, как тень, тихо и беззвучно появился Зейн. Парни его даже не заметили, ведь он почти не выходил из ангара и их туда не пускал. — Хотя знаешь, — сдался Ллойд, выловив в своих же словах зацепку, — есть в твоих словах логика. Надо увеличить радиус поисков и осмотреть данные медицинского персонала, кто мог провести подобную процедуру, не только врачей, ведь умный доктор не будет так подставляться... И наших поклоников, странных, старых и новых, всех, кто хоть как-то проявлял к нам интерес и мог быть о нас хорошо осведомлен. Блин, без Нии и Пиксаль мы как без рук, глаз и мозга к сожалению. — Я могу заняться этим? — Заговорил Зейн, от неожиданности Ллойд и Коул вздрогнули. Он упёрся в тупик и решил немного отвлечься, выйти так сказать на поверхность, в социум, и занявшись чем-то другим . — Ты точно справишься? — Спросил Ллойд, скептически приподняв бровь. — Я чувствую в твоей голосе сомнения, — заметил Зейн. — Конечно. Просто… — Ллойд посмотрел на кусок недоеденного торта, он был маленький, на один укус, но у него уже пропал аапетит. — При всей моей к тебе любви, Зейн, но наличие таких спецов, как Ния и Пиксель, разбаловало тебя. Ты не суперкомпьютер. Возможно, ты был им раньше, но сейчас ты просто ребёнок, заключённый в железное тело. Коул подавился воздухом. Он был поражен грубостью их лидера, но промолчал, ведь где-то он был прав. Если его сравнивать с той же Пиксель, то да, он уступал ей практически во всем. Но не выгода делает Зейна важным членом команды. — Зейн, — осторожно начал Коул, — помнишь, в прошлый раз, когда погибла Ния... — Как же абсурдно это звучит, — съязвил Ллойд, вставая из-за стола, и убирая за собой. — ...Но мы так думали, — отвлекся Коул, а после продоложил. — Ты отключал эмоциональный модуль тогда, чтобы плохие эмоции тебя не отвлекали. — Вот бы было такое у людей, — снова встрял Ллойд, начиная мыть тарелку . Коул поджал губы, но оставил эту реплику без ответа. Баккет не узнавал свою команду. Кто же этот монстр, что творит подобное с ними? Мудрый, рассудительный лидер стал эмоционально нестабильным. Горячий парень, наоборот, стал безчувственным. О Джее даже и говорить нечего, к слову говоря, его реакция единственная была предсказуема и нормальна. Зейн тоже стал сам не свой, он, подобно человеку, стал одержим идеей вернуть Пиксель, возродить её, так по-человечески, он тоже мучился. Потому он и хочет предложить ему... — ...Можешь сделать это и сейчас? — спросил он, полный надежды. — Нет, — отмахнулся Зейн, — Пиксель, это не Ния... Я не хочу чтобы отрицательные эмоции становились слабее, они мотивируют меня работать. — На износ, — выдохнул Ллойд вытерая руки, он подошёл к Коул и Зейну, и положил руки на их плечи, в знак поддержки. — Нам надо собрать. Коул улыбнулся полностью разделяя и соглашаясь с предложением, Зейн тоже, с непоколебимым выражением лица мотнул головой и в тишине ушёл выполнять задание, на которое сам себя подписал. Инициатива наказуема.